Подсолнух всегда следует за солнцем

Success is the ability to go from failure to failure without losing your enthusiasm.

Бакуго сам не знал, почему у него появилась такая ненависть к Деку. Он не хотел его бить, но его разум почему-то не слушался. Кацуки накрыла непроглядная ярость к Изуку, которую он не смог пересилить. Более полу года назад, после смерти Инко, Деку неожиданно пропал. Его почти не пытались искать, лишь Бакуго каждый день пытался найти Изуку, вглядываясь в каждого человека, пытаясь найти знакомое, усыпанное веснушками лицо. Все говорили, что Бакуго лучше Деку, говорили это с самого детства. Взрослые, сверстники, учителя — все. Изуку был просто букашкой. Ни на что не способен, бесполезный, глупый Деку. Кацуки же был сильным, любимым, самым лучшим. Изуку и Бакуго всегда сравнивали, ставили Кацуки выше Деку, ведь он был лучше, он должен быть лучше, все делали его лучше. Когда он был лучше Деку, в чём нибудь, но лучше, его всегда хвалили, признавали. Над Изуку же издевались за это, ведь он был никчёмным. Бакуго сам того не хотя, начал тоже издеваться над Деку, а все это превозносили как что-то правильное, что-то хорошее. Кацуки несколько раз задумывался о том, чтобы перестать издеваться над Деку. Как-то раз он даже попытался это сделать, но его дружки сказали, что Бакуго просто испугался и стал жалким. Если Бакуго не может быть хоть немного лучше Деку, значит он ничто. Он ещё хуже беспокойного, никому не нужного, никчёмного, беспричудного Деку. А если он будет хуже Деку, даже просто с ним на одном уровне, все его возненавидят, станут издеваться над ним. Бакуго боялся, что как только он перестанет быть лучшим, то все отрекутся от него. Ему было просто страшно, очень страшно. Всё, что он делал, было для того, чтобы его считали нужным. Бакуго очень боялся остаться без признания и поддержки, ведь тогда бы его мечты стать героем провалились с треском. Героев любят, уважают. Если он не может быть нужным, он не может быть героем. Когда в класс ворвался Сотриголова, которого привел Иида, Каччан сам не понимал, что он делает. Когда Айзава схватил Бакуго лентами для захвата и отбросил в сторону от Мидории, только тогда Бакуго понял, что чуть не задушил Деку. Он с ужасом наблюдал, как Шота взял на руки потерявшего сознание Изуку и отправился с ним в мед. кабинет.

__________

— не исключай его. Сотриголова и Подсолнух уже как несколько минут спорили в кабинете Исцеляющей Девочки по поводу наказания для Каччана. Айзава хотел исключить Кацуки ещё в первый день, ведь он неуважительно относился ко всем, а на тренировке чуть не убил ученика мощной атакой. Также Бакуго напал и чуть не задушил Радугу, что вовсе неприемлемо для героя, даже для простого человека. Так поступают только злодеи, и на Кацуки следовало бы подать в суд за покушение на жизнь. — он хотел убить тебя! — Шота знал, что кричать на ребёнка с суицидальными наклонностями не лучшая идея, но он просто не мог сдерживаться. Кацуки пытался убить Подсолнуха, а проблемный ребенок оправдывал его. По словам учеников, которые наблюдали за дракой, судя по всему, эти двое были знакомы. — он не виноват, что хотел убить меня. — слова Радуги Деш повергли Айзаву в шок, — его заставляют убивать меня. Сотриголова несколько мгновений смотрел на ребёнка, хотя ему казалось, что прошла вечность, прежде чем он смог сказать: — о чём ты... — мы зависимы от ненависти к друг другу. — Изуку сел на кушетку. — Бакуго всегда говорили, что он лучше меня, и поэтому он всеми силами пытался превзойти меня. Я был для него как букашка. Вам жалко букашку, которая ничего не может? Кацуки знал, что делает плохо, но все заставляли его это делать, чтобы он казался лучше. Я ненавижу его за то, что он сделал со мной, а он ненавидит себя и меня за то, что пришлось это делать. — это не отменяет того факта, что он чуть не убил тебя. — голос Шоты стал более спокойным, но всё таким же взволнованым и хриплым от криков. Изуку жалостно посмотрел на мужчину: — умоляю, не исключай его из ЮЭЙ. Переведите его на какой-то другой факультет на некоторое время и назначьте терапии с психологом, а если он исправиться, то переведите его обратно на геройский факультет. — нет. — ты не знаешь, через что пришлось ему пройти. Ты не можешь отказать. — Подсолнух встал и подошёл к Сотриголове. — ты не можешь его исключить, я не позволю. Айзава тяжело вздохнул. Он очень хотел исключить Бакуго и засудить его, но он не мог, ведь Подсолнух не позволял. А ведь проблемный ребёнок множество раз видел и контактировал со злодеями, поэтому должен знать, что Кацуки вёл себя не лучше их. Но почему-то, вместо того, чтобы видеть в Бакуго злодея, он пытается сделать из него героя. Тем более, Радуга мог с лёгкостью победить Кацуки, но почему-то просто сдался. — хорошо. Но если что-то подобное повторится, я подам на него в суд и исключу. Изуку слабо улыбнулся, после чего уткнулся лбом в грудь Айзавы. Шота положил руку на голову Радуги и нежно потрепал волосы. Изуку казалось, что он сейчас свалиться от усталости, ноги стали ватными. Но известие о том, что Бакуго не исключат, немного взбодрило его. Подсолнух и Сотриголова несколько секунд стояли в таком положении, после чего Деш отстранился от Сотриголовы и поспешил к двери. — эта ненависть когда-нибудь убьёт нас обоих. — последнее, что сказал Изуку, прежде чем выйти за дверь.

__________

Бакуго спокойно отреагировал на то, что его перевели на общее образование. Честно говоря, Кацуки был в шоке, когда узнал, что его вообще не выгнали и не засудили. Он ведь поступил ужасно, напав на невиного человека. Какой из него герой? Всемогущий бы никогда так не поступил. "Герой — это тот, кто даёт надежду другим" Кому он дал надежду? Надежду его тупым дружкам, чтобы они могли почувствовать себя богами и издеваться над Деку? Надежду себе, что он может делать всё, что угодно? Он убил надежду Изуку стать героем и иметь нормальную жизнь, иметь друзей. Он никакой не герой, он — настоящий злодей. Его родители были действительно разочарованы в нём, хотя Бакуго знал, что заслужил это. Кацуки понимал, что поступил неправильно, он был ужасным человеком. Бакуго уже который раз переглядывал старые интервью Всемогущего, где тот говорил, кто такой настоящий герой. Раньше, Кацуки действительно верил, что сможет стать лучше Всемогущего, быть героем номер один, Символом Мира. Но сейчас ему казалось, что он даже не заслуживал ходить по земле, дышать тем же воздухом, что и остальные. У него было всё, но он это угробил. Каччан сжался калачиком в своем кресле, обняв одной рукой свои колени, а во второй держа фигурку Всемогущего. Тихий рык вырвался из его глотки, руки задымили, и вскоре фигурка была уничтожена в кусочки дешёвого пластика.

__________

Изуку и Айзава молча сидели в кухне и ели кацудон. Вечер прошёл нормально, ничего особенного после ЮЭЙ не произошло. Они сходили в магазин, приготовили ужин и поели, при этом пытаясь максимально меньше разговаривать. Каждый из них был полностью погружен в свои мысли, пытаясь привести их в порядок. Айзава и Изуку узнали друг друга с совершенно разных сторон, поэтому им потребовалось время, чтобы осмыслить всё. Каждому из них казалось, что сегодняшний день был просто плохим, но одновременно чудесным, кошмаром, в котором каждый из них был лишним. После ужина они молча разошлись по комнатам. Сотриголова и Радуга Деш безумно хотели спать, ведь этот день был очень напряжённым. Хоть Изуку очень хотел спать, тяжесть сегодняшнего дня очень отразилась на его нервах. Деку всё ещё потряхивало, когда он вспоминал о Бакуго. В воспоминаниях всплыла средняя школа, "весёлые" школьные деньки, любимые "друзья". Деку сам не заметил, как потянулся к канцелярскому ножу, что лежал у него на столе. Он нашёл этот нож в тумбочке под телевизором, и первое время использовал для поделок, которые он отдавал Сотриголове. Но сейчас этот нож послужил для другого. Изуку поднёс нож к предплечью. Свет был выключен, поэтому в комнате было почти ничего не видно, лишь луна, что светила через окно, лишь немного освещала помещение. Наиболее видным было лезвие ножа — оно отбивало лунный свет, поэтому как будто светилось, словно драгоценный камень на солнце. Из глаз Деку потекли слёзы, стекая с его щёк и падая на футболку. Изуку вытер слёзы, при этом чуть не задев лицо лезвием ножа. — что я делаю? — спросил сам себя Мидория. — я правда такой ничтожный? "Ты такой бесполезный, Деку. Ничтожество" Подсолнух подставил лезвие обратно предплечью и аккуратно, неуверенно сделал надрез. Ранка была небольшой, поэтому кровь почти не пошла, лишь было видно красноватый след. Второй порез был более уверенным, но нежным. Из него уже струйкой потекла кровь. Ещё один надрез, ещё и ещё, пока на предплечью не осталось около десяти надрезов. Они были небольшими, поэтому крови почти не было, только пару небольших капель и покраснения в области надрезов. Деку выронил канцелярский нож из руки на пол, больно упал на колени и заплакал, уткнувшись лицом в руки. Это был первый раз, когда нанесение травм было настолько приятным. Это было вовсе не больно. В этих порезах он чувствовал успокоение и нежность, он хотел это чувствовать. "Я такое ничтожество"