Подсолнух всегда следует за солнцем

He, who does not love loneliness, does not love freedom

Изуку шёл позади Айзавы, опустив голову. Дождь продолжал идти, Мидория замёрз, мокрые кросовки неприятно ощущались на ногах, он почти не чувствовал кончиков пальцев на руках. Жёлтый зонт Изуку сильно выделялся среди мрачности окружения, в то время как Айзава со своим чёрным зонтом отлично вписывался во всю эту серость. — днём звонил ветеринар, говорил, что можно уже забрать Солнышко, — сказал Айзава, когда они шли как раз недалеко от ветеринарной клиники. — хочешь, можем пойти сейчас забрать. — хочу, — Изуку взял за свободную руку Айзаву, сжав её.— мне холодно. Сотриголова посмотрел через плече на Мидорию, сжав его руку в ответ, немного потирая, чтобы согреть: — хорошо, тогда пошли быстрее. Они шли уже по улицам минут десять. Людей почти не было, лишь иногда им встречались угрюмые люди, которые спешили побыстрее добраться домой и отдохнуть после работы. Дождь продолжал идти, уже раздражая своим шумом, но никак не успокаивая. Молнии и гром заставляли содрогаться каждый раз, когда они рассекали небо. Земля уже покрылась тонким слоем воды, из-за чего от каждого шага прохожих по ней шли маленькие круговые волны. Ещё через пять минут Сотриголова и Подсолнух наконец-то добрались до ветеринарной клиники. В помещении было тепло, что очень радовало замёрзшего Изуку. Помещение было красивым: стены были покрашены в светло-зелёный, коричневый пол из дерева, на котором стояли вазоны, на стенах плакаты с информацией о животных и прочей ерундой, которой Мидория не очень интересовался. Он и Сотриголова подошли к вестибюлю, за которым стояла молодая девушка лет тридцати, с длинными русыми волосами и карими глазами. Она сказала, в каком кабинете им нужно забрать Солнышко, после чего Изуку и Шота направились туда. Они быстро поговорили с ветеринаром о нюансах содержания котёнка, после чего наконец-то забрали Солнышко. Котик выглядел здоровым и ухоженным, в отличии от того дня, когда Изуку нашёл его. Его чёрная короткая шерсть переливалась при свете ламп, а глаза блестели, как фонари. Его раненая лапа была, как они узнали, излечена с помощью причуды одного сотрудника, поэтому котик мог спокойно бегать и прыгать. Также в клинике они купили всё необходимое для Солнышка: переноску, корм, лежанку, туалет, несколько игрушек и ошейник. Ошейник выбирал Мидория, поэтому он был жёлтым, как его толстовка. Сотриголова и Мидория вышли из вет. клиники и направились в сторону дома. Айзава нёс переноску с Солнышком, а Изуку пакеты. Мидория был явно веселее, он улыбался, смотря на переноску, в которой сидел кот. Возможно, этот день был не так уж и плох, как казалось. Подсолнух не мог дождаться момента, когда прийдёт домой и сможет поиграть с Солнышком. Подсолнухи всегда следуют за солнцем, ведь так? — Подсолнух, ты не против, если завтра мы сходим к психологу? — Сотриголова осторожно задал вопрос. — против, — кратко ответил Изуку, нахмурившись. Ему никак не хотелось идти к психологу, тем более говорит о своих проблемах. Он знал, что ему нужно, но никак не хотел. Мидория принимал, что всё это закончиться плохо, но всё равно отказывался. А когда-то ведь он даже думал стать психологом, как ему предлагала мама. — почему? — Айзава вздохнул. Он знал, что давить на Подсолнуха не следует, ведь так будет только хуже, поэтому пытался аккуратно переубедить его. — я могу контролировать свои действия и эмоции, — на одном дыхании ответил Радуга. Раздался громкий грохот грома, от которого Изуку вздрогнул, а Солнышко, сидящий в переноске, начал жалобно мяукать. — не бойся, Солнышко, это всего лишь гром, не переживай. — Изуку поднял взгляд на Айзаву, — если мне понадобиться помощь, я сообщу тебе об этом. Не переживай, я так не был серьёзно настроен чтобы убить себя. Обещаю, если что-то будет не так, я тебе сразу же скажу и мы пойдём к психологу. — хорошо, — Шота вздохнул, — поверю тебе. Только, если что-то почувствуешь не ладное, скажи, хорошо? Я не хочу потерять тебя и не хочу, чтобы тебе было плохо. Изуку остановился, а за ним Айзава. Послышался тихий всхлип Подсолнуха, после которого Изуку медленно подошёл к Айзаве, уронив зонт. Он упёрся головой в плече Сотриголовы, тихо всхлипывая. Шота положил руку на немного мокрые волосы подростка и нежно потрепал их. Они стояли так несколько секунд, пока Изуку не отстранился и поднял свой зонт: — я хочу пиццу. Закажем? — угу. Похоже, сегодняшний день — не последний день в его жизни. Он ещё успеет умереть, но не сейчас.