Скрытая любовь

— Би... вроде. Повисла гробовая тишина, от которой у Димы побежали мурашки по коже, которые были во время гостя. — А... понятно. — П или д? — с опаской спросил старший. — П, — ожидая того же самого вопроса, ответил Эмиль. Он был полностью прав. — А что насчет тебя? Какая у тебя ориентация? Эмиль напрягся и так сильно нервничал, что у парня начался приступ. Масленников заметался в поисках лекарства. — И... ингалятор... в... ветровке... Дима пулей побежал в прихожую, быстро обыскивая каждую ветровку, и, найдя заветное лекарство, вернулся обратно. Сев на колени, Масленников приобнял Эмиля и дал лекарство. Паника у обоих отступила, Дима обеспокоенно смотрел на младшего, пока тот тяжело дышал с закрытыми глазами. — Ради бога, Эми, не пугай так! — с безумным переживанием и сочувствием говорил парень. Усмехнувшись, Иманов сказал: — Я тоже... би. Дима едва улыбнулся, ведь у него появилась надежда на взаимную симпатию. — Хорошо-хорошо, а давай остальное пиво оставим на потом, и ты пока просто отдохнёшь, — это не было вопросом, а прямым утверждением. — Зануда блять, — откашлялся Эми, вставая и опираясь на старшего. Масленников тоже встал и, слегка придерживая младшего за талию, от чего парень немного засмущался, провёл его к кровати. Иманов присел. — Ну пожалуйста, только не говори, что наш день бухания закончится на этом. — Может и не закончится, но пока тебе нужно отдохнуть, а за это время я приготовлю обед. — Но ты мне не повариха тут, давай я помогу. — Слышь, засранец, ты меня и так напугал до инфаркта, так что лежи себе тихонечко и не высовывайся, пока я не позову. Дима выходил из комнаты, а Эми что-то всё еще ворчал себе под нос, не осмелившись перечить грозному парню. Прошло около часа, и, просидев это время в телефоне, младшего начало немного клонить в сон, когда раздался крик: — Слышь, мелкий, сюда пиздуй, еда готова! Открыв засыпающие глазки, парень пошёл к Диме на кухню. На столе стояла паста с томатами и фрикадельками. — Пить что-нибудь будешь? Челюсть младшего отвисла от ароматного запаха и не менее красивого вида еды. Старший усмехнулся. — Ну, садись уже. Отойдя от некого шока, Иманов сел за стол. — Я буду просто воду. Поставив стакан прохладной и прозрачной жидкости на стол, а себе порцию пасты, они что-то обсуждали, иногда молчали. Старшему позвонили. — Да, слушаю. — Да ладно вам, парни, без меня совсем никак? — Сука, вам только доверь что-нибудь и оставь наедине. — Ладно, скоро буду. Озлобленный Масленников убрал телефон в карман и встал из-за стола. — Прими мои извинения, великодушная принцесса, я должен покинуть тебя. Эмиль поперхнулся. — Д. да ты умеешь говорить нормально, в конце концов. — А тебе что-то не нравится? — ухмыляясь, говорил Дима. — Да пошёл ты нахуй. — Ахаха, только если на твой, сладкий, на свой страх и риск, — говорил старший. — Ебашь уже куда тебе там надо, дай поесть нормально, придурок. Завязывая кроссовки, Масленников крикнул: — Я тебя тоже люблюююю! — ДИМА, БЛЯТЬ, ИДИ НАХУЙ! — Пхаха, через часа 2-3 вернусь, — уже почти за дверью крикнул парень. — Что это было? Я ему нравлюсь? Это он так флиртовал со мной? Теряясь в догадках, парень ковырял уже остывшую еду.