we're still friends, right?

— я всё не могу забыть тот случай… Мы могли бы поговорить о нём? — скромно начала Ксюша, присаживаясь на табуретку в мини кухне «штаба» друзей, она обратилась к Нугзару, который присел напротив. Оба смотрят в даль синего озерца в грязноватом окне. Прошло несколько дней с последней встречи пары с Дашей, та долго отмазывалась от предложения погулять. Поэтому друзья и решают поговорить на касающиеся их темы. — да… Я тоже долго думал над тем, что произошло тогда… И знаешь, я ни разу не пожалел о случившемся. Всё то время, что было дано нам на размышления, я вспоминал его и понимал, что сделал это осознанно. А… Ты? — а я… Мне снится это каждую ночь и… Точно не с контекстом ужастика. Я… Я бы повторила, — устало усмехнувшись, девушка опёрла голову о стену, обшитую гипсокартоном, сонно посмотрев на парня и погрузившись в воспоминания. Дашу с Колей только увезла скорая, Аня уснула пару минут назад в другой комнате. И только двое не могут отправиться в царство Морфея. Они молча сидят в обнимку на дряхлом диване, Нугзар растирает руки Ксюши от плеча до локтя, пытаясь унять её мелкую дрожь в теле. Она полностью лежит на нём, ноги поместив под себя, сжимает его футболку, которая повторяет рельеф торса. Неожиданно начинает водить своим пальчиком по телу парня, будто вырисовывая его на серо-голубой ткани. Сам он гладит её волосы, такие мягкие и гладкие. Нугзар уже и забыл, какие они. Но запах любимого шампуня девушки помнил всегда: кокосовый, иногда с привкусом облепихи. Она использует только такие, потому что обожает. А он обожает аромат этих гигиенических косметических средств на ней. Парень целует её голову, прижимая раскрытой ладонью к губам. Смотрит в окошко, через которое видно озерцо, где летом друзья любят плавать. Ксюша начинает поднимать голову выше, носиком проходясь по одежде и позже по коже Нугзара. Она останавливается лишь когда взглядом доходит до глаз парня, когда видит их полностью. Долго смотрит, не отрываясь. Чуть привстаёт, поправляется в его руках и в целом на диване, слегка меняет положение тела, став ближе к лицу парня, трётся носом о его нос, зажмуривается и прижимается своим лицом к его, чуть опустившись. Губы девушки на подбородке Гибадуллина, они будто просто не виделись много времени, а не полноценно расстались много месяцев назад. Сидят так с пару минут, иногда колеблясь у губ друг друга, но вновь просто прижимаются ближе. Долгие, мучительные минуты протекают словно вечность в их попытках понять всё, осознать и возможно принять правильное решение прямо сейчас. Что сделать? Признать, что любишь или оттолкнуть? Ведь они так близко, так рядом чувствуют друг друга, что вроде уже не являются простыми друзьями. А тем более друзья не целуются настолько чувственно, как хотят эти двое. Как они желают раскрыться, как мечтают выразить чувства, — так не поступают, не думают в таком направлении обычные друзья, даже самые близкие. Как же тяжело сглатывать, глядя на приоткрытые, явно готовые ко всему губы и не иметь возможности коснуться их. Или это всё же осуществимо? Ведь невозможно трудно сидеть так, обнимая её за талию, когда можно нависать, целовать самое лучшее тело, ощущать прикосновения горячих рук на спине, блуждающих в блаженности. Представления всего того, что может быть сейчас между ними, но не происходит, доводят и Нугзар приподнимает девушку за её подбородок, что он сжимает в пальцах. Первый сдаётся, припав к её губам своими в кротком касании. Ксюша, гонимая пробуждёнными чувствами, теперь сама резко впивается в его губы, не медля проникая языком в доступный рот. Всплеск эмоций движет ими, розововолосая для удобства садится на кудрявого, тот снимает с неё футболку, оставляя в одном бюстгальтере чёрного цвета, очерчивающего красивую грудь. Она также незамедлительно стягивает с парня толстовку, открыв её взору рельефный торс. Невыносимо приятные, горячие поцелуи на телах обоих, тихие стоны, желание, дикое желание понять, узнать как это, но при этом страх… Животный страх. А вдруг будет больно? А что делать? Как правильно, а как нет? Боится лишь девушка. Парень старается чувствовать себя более спокойно, ибо не хочет причинить вред Ксюше, а из-за неконтролирования себя в порыве паники вытворить он может всё что угодно. Дышит размеренно, действует так, как учили в тех видео, что он смотрел по ночам, представляя именно её, вместо той грудастой женщины. Он готовит девушку, кладёт на спину на диван и принимается целовать её тело… . . . Ксюша пришла в чувства лишь при резком треске разбившегося фарфора. Из рук Нугзара каким-то непонятным образом выпал белый заварочный чайничек века двадцатого, если не старше. Девушка моментально повернулась на звук, позже разразившись заливистым смехом, что чуть не свалилась с шаткого табурета. — этому чайнику на вид больше двух веков! А ты собрался из него чай пить? — с непрекращающимся хохотом еле выговорила Колодяжная, держась за заболевший от напряжения живот. — ха-ха, ну я не подумал, что с ним что-то может случиться… — с неловкостью в голосе, но явным желанием поступить так же, как и розововолосая. — вот, только держатель остался в руке… — продемонстрировал грязную ручку чайника в плотно держащей её ладони парня. — АХАХА! Чайник ещё и от ручки отделился!!! — девушку уже не остановить, она наклоняется назад, забыв о неустойчивости табуретки и полетела, благо, на мягкий коврик, который купила для домика Аня. Нугзар подлетел к ней, сам начав беспрерывно смеяться, одновременно стараясь помочь Ксюше, которой, как можно понять по не прекратившемуся смеху, помощь и не нужна. Парень, движимый неконтролируемым гоготом, опускает голову на живот девушки, продолжая смеяться. Эти сумасшествия длятся ещё минут двадцать, пока из обоих полностью не выходят все эмоции, и не только из-за случившегося только что. Этот непонятный продолжительный всплеск произошёл по причине всего пережитого ими: страх за подругу, тот незабываемый вечер, давнишнее расставание, не дававшее паре покоя долгое время. Это была настоящая истерика. Обоих долго мучали сглатываемые ими же эмоции, что они выплеснулись в таком виде, не готовя их. Просто. Без кома в горле, предвещающего оры в подушку. Без накатывающихся слёз к опухшим глазам, а неожиданный яркий, громкий смех, внезапный, как и появившиеся в дверях друзья. Аня, как только Даша смогла выйти на улицу после возвращения домой, потянула её по бутикам и обычным магазинам. Позвав Колю на помощь, приводила подругу к жизни, сводив в кинотеатр и на концерт «импровизации». И после последнего они отправились в их «хижину», собираясь заняться чем-нибудь и там. Но увидев ребят, валяющихся на полу и будто бьющихся в агонии, замерли, удивлённо поподнимав брови. Те еле остановились и одна приподнялась на локтях, а второй сел полностью, оперевшись ладонями о пол. Стараются отдышаться, но душнота домика не позволяет наполнить лёгкие свежим воздухом, заставляя дышать ещё чаще и сильнее. Но всё же ребята приходят в норму и встают с пола. — спрашивать не будем, что тут происходило, но очень хочется, конечно. Так вот, чтобы вас лишний раз не смущать, сразу о нашем, — мгновенно переводит тему резвая, весёлая Аня, ставя шуршащие пакеты на деревянный стол. — мы тут еды на семерых накупили, собирались только вас приглашать, а вы тут как тут. Раньше звонка прибыли. Оперативно! — хах, это да, это мы умеем, — понимая шуточность фразы ответила Ксюша, подходя к ней и заглядывая в пакеты. — а Даш, у тебя-то там как всё? — да... Нормально. Мама отреагировала как настоящая мать... Помирились. А вы, я вижу, не скучаете вдвоём? — Дарья, — тихо саркастично возмутилась коротковолосая. — я же перевожу тему от этого! — в миг девушка возвращает тон голоса в обычный и продолжает. — сегодня мы должны забыться! Спросите: как? Я отвечу! Та-анцы, пе-есни, всякие конкурсы, весёлые истории, в общем, много чего! — а ты строго настроена развеселить всех? — подключился Нугзар, украв из под рук Ани кусочек огурца и быстро поместив его себе в рот, довольно захрумкав им. — а то! Конечно! Вы, парни, пока готовьте музыку, а мы закуску. Всё, разбрелись! На улице начался ливень, забив каплями по деревянной крыше домика, ветер засвистел в неплотно закрытой входной двери, добавляя атмосферу спокойствия, уюта в освещённой мягким светом лампы помещении. Повсюду раскиданы пледы, подушки, на столах, журнальных столиках, табуретках и даже на диване стеклянные тарелки с всякими вкусностями. Всё готово к улётной ночёвке в их маленькой укромной, никому неизвестной бывшей сторожке лесника! На весь дом из колонок орёт «Rave girl», все бесятся, выкрикивают слова песни, мало попадая в текст и бит из-за перехватывающего дыхания и резких прыжков, рваных танцев. Так хорошо им не было никогда. Смеются, радуются ещё песни три, после чего решают включить «медляк». «Ты красивая как осень». Двое, Ксюша и Нугзар, скомпоновались в пару, а Коля с Дашей, дабы не давать Ане грустить одной, приняли её к себе и танцуют втроём. Колодяжная прижалась к Гибадуллину, не стесняясь и не переживая ни за что. Просто придавила его всей своей силой к себе и лицом прислонилась к груди парня. Кудрявому удалось отстранить её от себя, лишь для того, чтобы положить одну руку ей на талию, другую сцепить с её замком и губами пропеть "послание". «Ты красивая, как осень, хочу тебя целовать, В твоей голове вопросы — в моей просто пустота. Ты же знаешь, в любви просто не бывает никогда, Потому я молча взял тебя, просто поцеловал». Она покрывается краской. Смущённо улыбается, опускает взгляд. Щёки безжалостно начинают гореть, вызывая слёзы. Она поняла. Она вспомнила ещё раз. Прожила тот день снова. Они двигаются, медленно крутясь вокруг оси, забираются на сиденье дивана, вновь спускаются, плавно танцуя. «Ты же знаешь — пацаны, мы не берём слова назад, Так что наши поцелуи с тобой — это навсегда! Обнимай меня каждый день, Засыпай на моих руках, Ты же знаешь, как важно мне, Знать, у нас всё не просто так!». Девушка просто тает на его руках. Она понимает, что расставание с ним было худшим решением в её жизни. Как она могла тогда так ошибиться? Но теперь всё будет по другому. Ведь он так мило, так искренне подпевает, глядя точно в светящиеся глаза, иногда переводя взгляд на ослепительную улыбку во все зубы. «Я скажу тебе три слова, ты мотай себе на ус Я к тебе в мокрых кроссах, как будто бы белорус Ты такая, что мне хочется за тебя убивать Ты такая ненормальная, но я люблю тебя, да». Он наклоняет её назад, нависает лёгким пёрышком, отдаляет руку девушки вместе со своей куда-то в сторону. Целует. Недолго, слегка коснувшись своими губами её. Поднимает. Кружит, забыв танцевать в такт музыке, просто давая волю чувствам, желанию. Они так чувственно смотрят друг на друга, так долго не могут насытиться друг другом, так долго стоят... «Обнимай меня каждый день»

«Засыпай на моих руках»

«Ты же знаешь, как важно мне

            «Знать, у нас всё не просто так»...