Твой смех среди темноты

Пейринг и персонажи: Гето Сугуру/Оккоцу Юта, Годжо Сатору, Зенин Маки, Инумаки Тоге, Панда, второстепенные оригинальные персонажи Статус: в процессе Жанры: AU, Hurt/Comfort, Омегаверс Кинки (18+): Кноттинг Предупреждения: Манипуляции, Мужская беременность, Насилие, ООС, Смерть второстепенных персонажей Другие метки: Запретные отношения, Обреченные отношения, Фастберн Описание: — Ты даже не представляешь, как много мы могли бы достигнуть вместе. — Дурманящий запах альфы забивается в нос Юуты, и он буквально пьянеет. — Мир, в котором не существуют Проклятия. Не существует та боль, которую ты познал. Искушающие слова ласкали слух молодого омеги, дрожащего в объятиях Гето. — Только протяни мне свою ладонь… // Или омегаверс!AU где Гето решает заманить Оккоцу на свою сторону, а не убивать его. Сугуру не погнушается никакими методами, чтобы завладеть сердцем Юуты.

* * * * *

Манга: Токийская столичная магическо-техническая школа. Глава 3: Наказание за слабость // Фильм: 0 том Магическая битва

Ночь зажгла огни, шум затих почти, В ожиданье дремлют холмы… Он к тебе грядёт, он уже в пути, Богоборный князь тьмы.

— Будда… Неплохо сказано. — Гето глубоко вдохнул и с придыханием выдохнул: — Особенно от обезьянки, которая не может использовать магию... — Злобная гримаса очернила его лицо, пока сзади незаметно подошла девушка в фиолетовом платье: — Гето-сама! Ваше истинное лицо вылезло наружу. — Сугуру вздрогнул, тут же пришел в себя и оглянулся на одну из последовательниц: на нем застыло выражение лица ребенка, которого поймали с поличным на поедании конфет. Впрочем, через секунду он усмехнулся и обработал рукава годжо-кеса антибактериальным спреем: «Я не могу ходить с запахом этих обезьян». Гето Сугуру стоял на крыльце его дома-святилища, засунув ладони в широкие рукава, и задумчиво смотрел в даль. Длинные волосы струились по плечам и переливались на свету, играя оттенками начиная от темно коричневого и заканчивая угольно черным. В глазах засел легкий прищур из-за солнца, тонкие губы изогнулись в легкой улыбке. Рядом с ним стояла только что пришедшая девушка с исписанными бумагами в руках. Просматривая записи с некоторыми выделенными заметками, она изредка кидала взгляды на Гето, а потом вновь обращалась к записям. — Что же. Я слушаю тебя. Что удалось найти по нашему клиенту? — Сугуру коротко обернулся на нее, а потом продолжил рассматривать внутреннее убранство двора: аккуратные деревья приятно услаждали взгляд плавностью и красотой изгиба ветвей; нежная, ровно подстриженная зелень навевала спокойствие; редкие, красивые белоснежные цветы походили на искусные оригами, однако выделялись характерным блеском живого начала. Гармонию природы дополняла дорожка гравия, завлекающая посетителей пройти дальше в сад. — Оккоцу Юута. Дата рождения — седьмое марта, две тысячи первый год. Первичный пол — мужской, вторичный — омега, — перечисляла девушка. — На данный момент является учеником оккультного колледжа под руководством Годжо Сатору. — Достаточно. — Сугуру поднял руку. — Омега. — Он ухмыльнулся и коснулся рукой подбородка. — С этим можно работать. — Он вырос в благополучной обстановке, имеются оба родителя. Однако было несколько инцидентов с исчезновением Оккоцу, в последствии выяснялось, что мальчик случайно терялся. — Продолжала рассказывать девушка, перелистывая страницы. Гето поднял брови: — Интересно… Над ним издеваются сверстники? — Точной информации нет. Не поступало никаких заявлений о побоях или издевательствах, но по оценкам и тестированиям школьных психологов мальчик слишком стеснительный. Хоть и идет на контакт, но с трудностями. Ему сложно заводить друзей. — Хм. Ну, на первый взгляд обычная обезьянка со своими тараканами. Подробности получения Оримото Рики? — Он поднял взгляд в яркую листву деревьев. Покачивающиеся ветви навевали приятную дремоту — Сугуру на миг захотелось прилечь у корней и забыться приятным, легким сном. Ветер осторожно треплет его волосы, прохлада приятно успокаивает разгоряченный ум и сознание Гето. — Засекречены колледжем. Не удалось найти данные. — Вместо этого Гето криво усмехнулся: — Что же… Ранее он был не более чем обезьяна. Однако сейчас… Шаман, а значит, ценность и вес стал представлять лишь сейчас. — Рука Гето нырнула в широкий карман, вытащила пластиковую карточку — удостоверение ученика оккультного колледжа; на нем особенно хорошо выделялись напуганные, растерянные глаза лани и надпись, будто совершенно непримечательная, но самая важная в карточке: «Особый ранг». — Первогодка достиг особого ранга, не успев выполнить ни единого задания. Даже Сатору не был удостоен подобной чести. — Хмыкнул Сугуру. Девушка подняла заинтересованный взгляд: — Что вы собираетесь делать с этим парнем? — Меня интересует проклятие, которое к нему привязано, но не он сам. И чтобы заполучить Рику, есть несколько вариантов. Первое. — Он повернулся и поднял указательный палец. — Мне нужно убрать его с дороги, то есть убить, пока Оккоцу не научился пользоваться Проклятием и не стал противником, из-за которого я могу погибнуть. Если он умрет, я, конечно, завладею Рикой, но придется прилагать чудовищные усилия для ее контроля — она не захочет просто так мне подчиняться. В большей части остальных моих проклятий уже не будет смысла, но мне все равно придется распустить их, чтобы контролировать ее. Однако… Если Оккоцу Юута сам перейдет на мою сторону, это будет гораздо, гораздо проще… — Гето оскалился. — Несвязанный омега, говоришь? Я использую это знание. И, тем более, особый ранг… — задумчиво произнес Сугуру, погружаясь в размышления — на краю сознания все еще была та самая карточка студента с кругами под глазами. — Я не говорила «Несвязанный», — фыркнула девушка и после короткой паузы продолжила: — Вы уверены? — Она выгнула бровь, понимая Гето без объяснений. — Свяжетесь с этим мальчиком на всю жизнь только из-за простого проклятия? — Это не простое проклятие. Это Оримото Рика. Королева Проклятий. А если этот мальчик будет у меня на поводке… — Гето прищурился. — Тогда успех нашего переворота достигнет почти ста процентов. Не-шаманы умрут. Все, до единого. Эпоха обезьян подойдёт к концу. И все это благодаря маленькому омеге, который будет привязан ко мне самым прочным способом. — Ухмылка растянулась на его лице, а его взгляд поднялся к небу. — Думаю, пора лететь знакомиться. Вдали замаячил низенький мужчина, брызжущий слюной. Гето ухмыльнулся шире.

* * *

— Ребята. Мне кажется, что-то не то… — Оккоцу хмурится, оглядываясь и крепче прижимая к себе катану. — Дурное предчувствие. - Они вновь собрались все вместе, чтобы потренироваться; уже шли по вымощенной камнями дороге на стадион. Разгулявшийся ветер треплет темные волосы, и Юута плотнее укутывается в шарф. — Да нет, вообще-то все нормально. — Маки пожимает плечами. — Просто у тебя под боком проклятие особого класса, поэтому чуйка совсем пропала. — Щаке. — Соглашается Тоге, и Панда кивает. — Ну… — Юута ежится. — Я был бы совсем не против, если бы ошибался. Внезапно Маки, Тоге и Панда застывают на месте в полушаге. Маки смотрит в никуда с непонятным, даже смешным выражением лица, Тоге поднял брови, а Панда открыл рот, будто запнулся на слове. Через секунду он снова начал двигаться. — А ты был прав, Юута-кун, — говорит Панда, сжимая меховой кулак. Перед ними внезапно пикирует огромная птица, обдувая студентов мощным потоком воздуха из-под крыльев и поднимая дорожную пыль; Юута закрывает пол-лица рукавом рубашки, прищурив взгляд. Приземляясь на огромные перепончатые лапы, птица, так похожая на пеликана, но имеющая характерные черты проклятия, неуклюже шатается пару мгновений, прежде чем открыть огромный рот. Если бы это была обычная птица, Юута предположил, что в огромном клюве она несет целый косяк рыбы. Но сейчас из клюва выходят люди, вернее, шаманы разнообразной внешности. — Что… Огромная птица… Его внимание тут же перешло на человека, спрыгнувшего не из клюва, а с самого пеликана, и аккуратно приземлившегося рядом с птицей. Часть длинных волос убрана на макушке в пучок, в то время как остальные пряди спускались и обрамляли плечи, аккуратное симпатичное лицо: ровный нос, тонко очерченные губы. Гордо расправив плечи, мужчина прошел несколько шагов вперёд. Юуту удивил внешний вид незнакомца: старомодная, широкая юката, несмотря на большой размер не скрывала широкий разворот плеч и крепкое телосложение, по виду не уступающее Годжо-сенсею, а даже наоборот, подчеркивала более развитую мускулатуру. — Мне кажется, вас не приглашали сюда, — грубо заявила Маки, перехватывая копье. — Никогда не видел таких огромных проклятий. — Панда задумчиво оглядел пеликана. — Судзуко. — Инумаки обнажил горло, готовясь к использованию проклятой речи. — Эх, и ничего не изменилось, — произнес мужчина в юкате, оглядывая обстановку вокруг: тропа, выложенная каменными плитами, яркие зелёные листья покачивались на ветру и, срываясь, провожали каменную дорогу, спускающуюся по склону. — Мы правда в Токио? Это место будто деревня!.. — Юута на мгновение отвлекся на остальных прибывших из клюва пеликана, во все глаза рассматривал незнакомцев, а после вернулся взглядом к тому, кто, по-видимому, был среди них главным — мужчина в юкате. — Вы кто такие? — Панда громко произнес, упирая одну из лап в бок. — Юута-сан не терпит чужаков. — Шли бы вы отсюда, пока Юута-сан не разозлился! — грозно поддакнула Маки. Юута даже удивиться не успел, как ребята решили угрожать им этим незваным гостям; и сдержал нервный смешок. А потом едва не вскрикнул в страхе, когда этот мужчина оказался прямо перед ним, сжимая его руки в своих. — Приятно познакомиться, Оккоцу Юута. — Мужчина прищурил миндалевидные глаза, растягивая губы в обаятельной улыбке. — Меня зовут Гето Сугуру. — Ладони мягко сжали его, и мальчишка жутко покраснел, но не решился вырвать руки из мягкой хватки. — П-приятно? Приятно познакомиться. — Оккоцу не сразу нашелся что ответить, запинаясь. — От тебя действительно исходит невероятная сила. Я верю, что великая сила должна послужить великой цели, — вкрадчиво произнес мужчина и вновь слегка сжал его ладони. Юута смог уловить приятный запах: свежий, притягательный аромат, однако с тонкой, едва заметной нотой чего-то железного, настораживающего. — Разве у тебя нет сомнений насчёт мира шаманства? О том, что шаманы вынуждены жить в тени, чтобы оберегать обычных людей. Скрывать свое существование, подстраиваясь под слабых, которых могли уничтожить одним щелчком? — Что?.. — Оккоцу поднял брови. Странный мужчина говорил странные вещи. Однако его запах подозрительно пьянил… Оккоцу незаметно принюхался. Запах альфы. Несомненно, этот человек, сейчас вторгшийся к нему в личное пространство — альфа, причем с очень приятным запахом. Юута сдержался от того, чтобы не зарыться в ворот чужой юкаты, преследуя желанный запах. Омега внутри него словно потер руки, а Юута мысленно себя одернул. — Конечно, пока ты не понимаешь. Но, если позволишь, я бы мог тебе объяснить… — Под конец речи мужчина снизошел до шёпота; карие глаза стали еще темнее, когда он пригнул к нему голову, приближая их лица. — Сугуру, будь добр, не нашептывай свои безумства моим ученикам, — раздался твёрдый, не предвещающий ничего хорошего тон Годжо-сенсея. Оккоцу обернулся назад; Годжо-сенсей стоял позади них и возглавлял собравшихся на тропе магов: директора Яги, Мей-Мей, Нанами и многих других, имена которых он не знал. — Хей, Сатору, давно не виделись! — Когда неизвестный мужчина увидел белоснежные волосы, его тон поменялся на радостный и игривый. Годжо не разделял веселья, — хоть Юута и не видел из-за повязки, но был уверен, что сейчас сенсей хмурится. Внезапно крепкая рука обвилась вокруг плеч омеги; Оккоцу резко выдохнул и сжался, растерянно глядя на мощную кисть, обнимающую его. В это время Гето вскинул голову и объявил на всю округу: — Видишь ли, я хочу уничтожить суеверия о том, что сильный должен адаптироваться под слабого! Это так глупо!.. — Конечно… — произнёс Юута, даже не до конца осознавая, с чем соглашается. Этот мужчина был совсем рядом; обычно Рика уже уничтожала тех, кто так близко подбирался к нему. Видимо, не чувствовала никакой опасности, к тому же Юута стал лучше ее контролировать. — Люди — величайшее творение господня, сами вставляют себе палки в колеса эволюции. Несусветная глупость! Человечеству стоит пересмотреть свою стратегию выживания! — Громко скандировал Гето. — Вот почему я прошу твоей помощи. — Шаман лукаво улыбнулся и посмотрел на Юуту сверху вниз; рука на его плече легко сжалась. — С чем? — Юута поднял брови, и неловко поджал губы, когда внимание мужчины снова обратилось к нему. Он отпустил их объятия, но не отошел, а лишь пригнулся к нему. — Я желаю создать мир, где не существует боли, отчаяния и смерти. — Ладонь огладила его лицо. Оккоцу вытаращил глаза, глядя на длинные угловатые пальцы, ласкающие его красные щеки. Это считается как заигрывание?.. Неужели альфа проявляет к нему интерес?! — Где не существует мразей, посягающих на чужую жизнь только из-за того, что они «другие». Тебя бы ведь убили уже, если бы не старания Сатору и его покровительство. — Ну… Я… Я очень благодарен, что Годжо-сенсей все это для меня сделал… — Оккоцу почувствовал, как по виску скатывается метафорическая капля пота; он попытался сжаться, скомкаться, чтобы поменьше контактировать с этим мужчиной, хотя все внутри него настаивало на обратном. Он столь приятно пах… — Отойди от него, Сугуру. — Сатору не двигался с места. Оккоцу перевел взгляд на Маки, Тоге и Панду — они уже были в окружении остальных магов во главе с Сатору и с опаской глядели на них. А после огляделся вокруг, — ну, насколько позволяло его положение рядом с этим альфой. Юута понял, что остался один на стороне странного мужчины: по другую сторону баррикад от своих. Сердце в его груди забилось сильнее, но уже от страха. Он стоял один в объятиях этого альфы. — Я наверное… — почти прошептал Юута. — Пойду. — Он медленно отстранился от длинноволосого мужчины, который с удивлением перенёс взгляд на него, ослабляя хватку на омеге. — Непременно. — Он тут же схватил его за руку и пригнулся, коротко поцеловал костяшки, и тут же отступил на шаг в сторону. Все это произошло слишком быстро: Юута вытаращил глаза и прижал поцелованную на европейский манер ладонь к бешено бьющемуся сердцу; прикосновение губ странного мужчины словно огонь трепетало на его коже. Грудная клетка Юуты ходила ходуном, пока мальчишка пытался осознать такой примечательный жест к себе и не отрывал взгляда от мужчины. Тот подмигнул ему и, наконец, обернулся на Сатору. — Итак. Гвоздь программы!.. — Черноволосый альфа усмехнулся и развел руки по сторонам; Оккоцу в это время поперхнулся воздухом, когда в нос забился запах Годжо-сенсея: тот схватил его и переместился с ним назад, к остальным магам колледжа. Годжо медленно опустил его на землю и встал перед ним; Оккоцу поджал губы, глядя на широкую спину сенсея, вставшего стеной меж ним и альфой, так рьяно проявляющим к нему интерес. — Соберитесь, откройте свои ушки и слушайте внимательно! Двадцать четвертого декабря! На закате! Мы исполним Хякки Яко! Окккоцу вздрогнул, как услышал последнее, что сказал этот мужчина. — Место, что отлично подходит для проклятий: Синдзюку, Токио! Столица магии, Киото! Тысячи проклятий будут выпущены в этих местах! А приказом их будет: уничтожить весь мусор! — Гето медленно подошел к Сатору, и уже спокойно произнес: — Если не хотите, чтобы Ад разверзся над землей… Попытайтесь меня остановить. — От этих слов по Юуте прошлись мурашки. Что это за странный человек?! — Давайте проклинать друг друга сколько захотим… — Ах, Гето-сама! Магазин закрывается! — Воинственную речь Сугуру прервал женский голос. Оккоцу выглянул из-за спины Сатору и взглянул на девушку: в глаза бросались светлый пучок волос и новомодный смартфон в руках. — О? — Гето оглянулся на нее. — Уже столь поздно? Тогда вынужден откланяться, Сатору. — Юута почти разочаровался, когда тот даже не взглянул на него, удаляясь: сердце все еще трепетало в груди, а щеки горели ярким румянцем. — Думаешь, я позволю тебе уйти, Сугуру? — Годжо-сенсей представлял из себя сжатую пружину, готовую выскочить в любую секунду: неестественно расправленные плечи, накал угрозы в тоне и сжатые кулаки. — Тогда давай. Сейчас. — Сугуру уходил, не боясь даже показывать спину; Оккоцу вздрогнул, с шоком глядя на огромное проклятие, вылезающее будто бы из-под земли; чернота, из которой оно вылезало, заменила каменную дорогу на несколько мгновений. Оно имело даже больший размер, чем пеликан, на ногу которого взобрался альфа. И намного, намного уродливей — проклятие походило на циклопа. — Мое время только для моих милых студентов. — Юута поймал взгляд длинноволосого альфы: тот улыбнулся ему и подмигнул, улетая ввысь.

*

Тренировка отменилась. Маги, быстро разделавшись с проклятиями, которые их окружали, удалились на срочное совещание, пока Юуту, Тоге, Маки и Панду отправили в классную комнату, дожидаться новостей от Годжо-сенсея. Все пребывали в беспокойной тишине. Оккоцу сидел напряженный, словно тетива натянутого лука и сдерживался от желания пойти подслушать магов на собрании - уж очень интересно. Хотя, его бы сразу вычислили. Не желая больше оставаться в гнетущем безмолвии, Оккоцу нарушил его: — А кто этот такой Гето?.. — робко поинтересовался парень, оглядывая задумчивых друзей. — А что, понравился? — с сарказмом произнесла Маки, но прижала губы после неодобрительного взгляда Панды. — Тут я перегнула, извини… Гето Сугуру раньше считался одним из сильнейших магов нашего колледжа — как никак, особый ранг… Однако в какой-то момент он проклял целую деревню, в которой жили сто тринадцать человек. — Юута тут же вытаращил глаза в шоке. — После этого он ушел из колледжа и стал скрываться. Теперь он является пользователем проклятия. Как мне говорила Секо, Гето с Годжо были лучшими друзьями до того как это произошло. Если хочешь подробностей… То тебе лучше спросить у Годжо-сенсея, но… У Годжо очень… Это очень болезненная тема для него. — Понятно… — Юута посмотрел на свои сцепленные в замок ладони, а после на окно, залитое закатным светом. — О чем вы шептались? — Маки снова обратила к нему вопрос; наклонила голову, отчего пряди ее волос изогнулись, а солнце ярко очертило ее скулы, прямой нос. Она в этот миг показалась Юуте восковой, будто свеча, освещенная лишь солнцем. — Он к тебе подкатывал? — Э-э-ых? — Оккоцу вытаращил глаза и произнес какой-то нечленораздельный звук. Он даже отодвинулся дальше от нее, и чуть не упал со стула от неожиданности, безоружно поднимая руки. — Я?.. — Он!.. — Маки прижала губы, выжидающе глядя на Юуту. Парень коротко оглянулся: Панда и Инумаки тоже смотрели на него выжидающе. — Ну, ничего такого. Кажется, он все время говорил что-то связанное с миром шаманства. Про то, что сильные не должны прятаться. И еще что-то… На самом деле, я не сильно вслушивался. — И правильно сделал! — Маки едва не перебила его. — Он убийца, а к тому же предатель. Является организатором Хякки Яко, на котором собирается убивать обычных людей. Юута, будь максимально осторожен. Возможно, у него на тебя какие-то планы Юута прижал губы и качнул головой в согласии. В миг ему стало не по себе: наверняка Сугуру преследовал какие-то свои цели, когда так… Флиртовал?.. с Оккоцу. Но Юута больше не поведется на эту наживку: приятный завораживающий голос и изящный запах, буквально заставляющие его растекаться маслом в жаркий день перед альфой. Он ударил себя по щекам и глубоко вздохнув, под удивленные взгляды однокурсников направился к выходу: — Я в уборную. Он выкрутил ручку крана на холодную воду и умылся, остужая горящие щеки. Кошмар… Это, черт возьми, злодей! Какого черта он похож на лужицу, стоит лишь подумать об этом альфе? Конечно, в этом несомненно замешана его биология. Ему всего шестнадцать — в нем навалом гормонов, диктующих свои правила поведения. А еще и эти прикосновения, и этот волнующий запах альфы. И внимание, которое его омега могла принять за искренний интерес, — вот она и запела внутри него вымышленным угуйсу. Очевидно, его инстинкты в восторге от Гето в качестве его альфы. Оккоцу вновь вздохнул. Юута прижал ладонь ко рту и прислонился к белой стене; медленно сполз по ней вниз, пока не шлепнулся на пол, будто капля воды. Через секунду он будто охмелел, словно вновь стал окружен запахом Сугуру. Такой манящий, приятный, обещающий насыщение запах… Юута медленно моргнул, убирая мокрую руку от лица. Взгляд зацепился за сползший шарф. Ну, конечно. Это шерсть, а она отлично впитывает запахи. Вот из-за чего он не мог избавиться от дрожи в коленях и жаре меж ног — сегодня Гето так отчаянно прижимался к нему, что оставил свой запах на шарфе, который впитал его не хуже губки. Вот почему после их встречи Юута ходил сам не свой — он постоянно был окружен запахом Гето, даже не осознавая этого… Сейчас Юута снимет этот шарф и выкинет к чертовой бабушке. Вот прямо сейчас! Он стянул с себя тряпку и встал, сперва тяжело привалившись к стене, а после с усилием оттолкнулся от нее: мышцы не слушались, тело протестовало против каждого его движения. Он подошел к мусорке. И нашел себя на полу, жадно прижимающего к себе несчастную тряпку и вдыхая с нее запах, как если бы это было противоядием против смертельной отравы, имя которой он уже знал — Гето Сугуру. Что произошло? Почему он так резко вырубился? Он собирался выкинуть этот… Не закончив мысль про себя, Юута вновь уткнулся в шарф и вдохнул наркотический запах с ткани. Что с ним происходит?! Все значительно хуже, чем он мог предполагать. Он вновь умылся и привел себя в порядок. Шарф был свернут в его руке; он старался больше не подносить его к носу, но и выбрасывать больше не пытался. Когда он зашел в класс, заместо разговоров там непривычно стояла тишина — совсем как тогда, когда он впервые заходил туда в качестве ученика. Зайдя внутрь с толикой прежнего волнения, он заметил, что все, включая появившегося Сатору, были в комнате. — Простите за опоздание… — Юута вдохнул чужие запахи, переставая столь сильно волноваться. Годжо тоже альфа, но пахнет он успокаивающе (конечно, запах слышен только когда его бесконечность не активна) и совсем не пьяняще, как Сугуру. — Все в порядке. — Годжо весело отсалютовал ему. — Все в сборе. Итак, результаты совещания. До 24 декабря расписание ваших тренировок остается прежним, просто появятся некоторые наблюдатели на случай внезапного нападения Гето на вас. На задания теперь вас тоже будут сопровождать. Как мы сегодня убедились, Гето не преминет возможностью внезапно появиться перед вами, первокурсниками, поэтому вы теперь под надзором. На этом все, можете идти. — Сатору улыбнулся и хлопнул в ладони. — Всё?.. — Маки удивилась. — Могли тогда смс-ку кинуть, я бы сейчас тренировалась. Думала, объявят что-то важное насчет Хякки Яко. — Окака. — Поддакнул Инумаки. — Ну, насчет этого фестиваля… Мы сомневаемся, что Гето блефует насчет парада. Если Хякки Яко действительно произойдет, то многих шаманов задействуют в его ликвидации. Не вас. — Оборвал Сатору поднятую руку Маки. — Все понял. Спасибо, сенсей. — Панда поднялся с места. — Предлагаю выйти на поле поблизости и провести позднюю тренировку там. — Он направился к выходу, Тоге поддакнул и пошел за ним. Оккоцу было отправился за ними, но застыл, прежде чем учитель озвучил: — Юута-кун. Тебя прошу остаться. Ребята покосились на них, но быстро вышли, закрыв дверь. Годжо глубоко вздохнул поправил повязку на лице. Выражение у него стало… Удручающим. Губы сжаты в сухую полоску, а за повязкой Юуте живо представлялись очертания хмурящихся бровей и прищуренных глаз. Интересно… Скрывал ли Годжо-сенсей за повязкой шрамы? — Ты не должен вестись на его провокации. Понимаешь? — Оккоцу кивнул. — Не буду спрашивать, о чем он тебе рассказывал. Его цели я уже знаю. Однако то, что он пытается тебе внушить… Юута. Он, очевидно, не заинтересован в тебе как в омеге. Скорее как в возможном союзнике, но не более. — Оккоцу прижал губы, но не опустил глаза, глядя на серьезного учителя. — Он может пудрить тебе голову, и все ради его безумных идей. Я надеюсь, ты сделаешь правильный выбор. — Годжо, до этого рассматривающий собственные скрещенные ладони, внезапно поднял на него голову так, словно знал обо всем: о том, что предупреждения он пропустил мимо ушей, и о том, что Юута чертов наркоман для запаха Гето Сугуру.

*

Маг сидел на кресле в одном из балконов высоток Токио. Легкий ветер приятно ласкал кожу, а горшки пышных цветов свежо оживляли пейзаж, окружая его и двух девочек; Мимико стояла позади него и расчесывала ему волосы, в то время как Нанако сидела подле его ног. От нее то и дело был слышен негромкий звук клацанья нового маникюра о поверхность смартфона. Мимико же лишь напевала себе что-то под нос — успокаивающую и заурядную мелодию, услышанную в рекламе. — И как вам этот Оккоцу? — спросила Мимико, медленно проводя ладонью по темным прядям. — На первый взгляд зажатый мальчик. Когда наберется уверенности, то будет весьма интересным. — Легко сорвались с языка слова, звуча будто поверхностно, — не чувствовалось никакой задумчивости над этим вопросом; он то и дело щурился на солнце, пока говорил. — А сейчас он что? — Мимико нахмурилась. — Скорее… Интригующий. — Гето прикоснулся к подбородку, задумчиво рассматривая голубые здания, сливающиеся вдали с небом. — Возможно, вы не заметили этого, однако можно было почувствовать, что он сдерживает себя. Скорее всего, делает это неосознанно, пока находится в компании друзей. Скорее всего, инстинктивно не хочет их пугать проклятой энергией, которой располагает. Этот мальчик по истине интригует. Какой же он монстр на самом деле? — Монстр? Какой кошмар, — кисло отметила Нанако и скривилась с отвращением. — Мне кажется, вам лучше стоит его убить. — Почему же? — Гето хитро улыбнулся, оглядываясь на собеседниц. — Ревнуете? — И вовсе нет! — хором воспротивились девушки, а Гето коротко посмеялся. — Не стоит беспокоиться: моих любимых девочек я ни за что не покину. — Он потрепал их по головам, пока те дулись. Однако все равно улыбки замелькали на их лицах, когда Сугуру растягивал губы так тепло и приятно по отношению к ним. — Даже если Оккоцу станет моим омегой и мужем. Хм, а ведь этот вариант я еще не рассматривал… Как насчет брака? — Он ухмыльнулся, глядя на в момент побледневших девушек. Нанако прижала губы и покачала головой: — Что вы такое говорите, Гето-сама!.. Не слишком ли это… Жестоко? Брак? Вы обязываете себя на брак с этим мальчиком-монстром. Мне кажется, это уже слишком. — Мимико кивнула в согласии. — Я шучу. — Гето покачал головой, отчего пряди волос изогнулись. — Пока меня разыскивают по всему миру дзютсу, ни о каком браке не может идти речи. Однако после… Когда эпоха обезьян наконец подойдет к концу… Хей-хей, ну что за грустные мордашки?.. — Сугуру улыбнулся, прикрыв глаза. — «Уже слишком» никогда не настанет. Только не с нашей общей целью, к которой мы стремимся. Только не из-за Рики. А вот лояльность Оккоцу еще только предстоит завоевать. Он предпочитал не посвящать их в его план по соблазнению Оккоцу. Старался делать все как можно безобиднее, когда обнимал Юуту у всех на виду — желал выдать это за поведение беспечного безумца, который не преминет возможностью протянуть обе руки к бомбе, готовой взорваться в любой момент. Однако надурить так Сатору вряд-ли выйдет. Он знает его слишком хорошо; слишком легкомысленно было так прижиматься к молодому омеге. Если Гето будет следовать своему плану, то с большой вероятностью добьется успеха. В конце концов, среди них двоих лишь Сатору нравился омегам, но никогда не проявлял ответный интерес, в отличии от Гето.

Ложь будет множиться, И злодеи будут причислены к лику святых... Ты разбудил мое желание. Я больше не могу это выносить... И снова меня тянет к забвению. Конец уже написан, хотя мы только начали. The Slow Readers Club — Lunatic