не спрашивай, и я не солгу

                                  

▪️▪️▪️

                                         омега тяжело дышит, утыкаясь лбом в кафельную поверхность стены в ванной комнате. с глаз все ещё текут слёзы, но они перемешиваются вместе с холодной водой, что немного отрезвляет. мокрые локоны волос неприятно липнут к лицу, обрамляют его со всех сторон, выпрямляя от природы немного вьющиеся волосы. тэхен тянет дрожащие пальцы к губам и заходится в ещё большем плаче, вспоминая недавно произошедшее. это кажется сном. каким-то видением, иллюзией, миражом… чонгук не мог. он не мог поцеловать его, не мог сказать о запахе, не мог прийти в тэхеновой кофте на учебу… это все неправда. гнусная ложь, и не более. может быть, тэхен со своей влюбленностью совсем свихнулся? потерял рассудок, и теперь ему мерещится всякое… или как объяснить по-другому случившееся пару минут назад? какие ещё кому придумать оправдания? в голове ни единой здравой мысли, а низ живота с каждой секундой скручивает все больше, предупреждая о приближающейся течке. гребанный чон чонгук. тэхен ведёт календарь, и она должна была наступить дня через четыре, но не сейчас… не сейчас, когда они поцеловались… — черт, — ким падает на колени, сворачиваясь калачиком под струями воды, и зажимает руками живот, будто бы это поможет избежать режущую боль. но это не помогает. та, наоборот, усиливается с каждым разом, из-за чего омега вскрикивает, теперь плача ещё и от этого.       он ненавидит это. ненавидит быть омегой, испытывая адскую боль каждые два месяца. ненавидит хотеть чонгука уже на протяжении четырёх лет. ненавидит его запах и то, как сильно его от него ведёт. ненавидит желание оказаться рядом прямо сейчас, в эту же секунду. ненавидит и несдержанное возбуждение, из-за которого вынужден лезть рукой в свои штаны, обхватывая тоненькими пальчиками собственный член. тэхен пару раз, на пробу проводит ладонью вверх-вниз и от ощущений закусывает руку, откидывая голову назад. облегчение действует только первые несколько минут, после чего не помогает никакая дрочка на светлый лик чонгука в голове. тэхен все ещё ненавидит это всей душой. так же сильно, как и звук дверного звонка, когда омега находится почти на пике. ким доводит дело до конца, смывая семя с руки быстро под душем и выключая воду, топает в мокрой одежде к двери. кто за ней, он начинает чувствовать ещё у кухни. — ты долго, — чонгук за порогом смотрит нечитаемым взглядом, окидывает им весь внешний вид тэхена и, недолго медля, без разрешения проходит в квартиру.       чон дверь за собой закрывает, останавливаясь напротив младшего. в нос так и ударяет яркий природный аромат кима, из-за чего внутренний альфа рычит, не понимая, почему омега все ещё не в его руках. и чонгук, честно признаться, тоже этого не понимает. почему и спешит исправить — он резко подаётся вперёд, заключая кима в объятья. — где у тебя спальня? — тэхен в ответ только мычит, рукой указывая на приоткрытую дверь с какой-то непонятной табличкой.       чонгук аккуратно закидывает чужие ноги к себе на талию, умещая младшего в своих ладонях, и уносит, прикрывая за собой и дверь комнаты. альфа снимает бомбер вместе с лонгосливом, откидывая куда-то вбок, и накрывает лежащего тэхена собой, носом утыкаясь тому в шею. мокрая одежда никак не смущает, а удовольствие от данной близости только заставляет альфу довольно порыкивать, принюхиваясь все больше.       тэхен смущается, лежит бревном, не двигаясь, но тоже внюхивается, наслаждаясь. по-хорошему ему бы чонгука прогнать. прогнать и никогда больше с ним не контактировать, забрать свой лонгослив и ещё лисоку заодно люлей вставить за подставу века и разбитую губу, но вместо этого всего омега хлюпает носом, сдаваясь и утыкаясь в шею старшего. не может он. только не сейчас. пусть потом они и пожалеют, но сейчас обоим это нужно. эти объятья, эти запахи и эти тела друг друга… в моменты гона и течки это слишком драгоценно.       чонгук, устраиваясь удобнее, накрывает их одеялом, дабы не выпускать смешанные ароматы слишком далеко. он обвивает младшего, легко покусывает шею и урчит, зализывая свои же небольшие следы. это то, о чем он мечтал. то, чего хотел так долго, и то, что грел в сердце уже несколько лет. который гон он уже проводит с назойливыми мыслями о тэхене? считать нет смысла, собьёшься не на первой десятке. как они оба отреагируют после этих дней — подумают потом. не сейчас. сейчас они наслаждаются моментом.       чонгук губами захватывает тонкую кожицу на шее, спускается маленькими чмоками к ключицам и поднимается обратно, внюхиваясь в паховые железы. тэхен дышит тяжело, пальчиками в смоляных волосах на затылке зарывается и пятками в матрас упирается, потому что приятно. чонгук своими действиями крышу сносит, а когда кожицу около адамова яблочка слегка засасывает, одновременно покусывая её, так и заставляет тэхена несдержанно вздохнуть и закусить губу. омега всеми силами держится, дабы не податься вперёд, задевая своим пахом чужой. чонгука до безумия хочется пометить, чтобы никакая шонха не смогла подойти, насколько сильным должен быть оставшийся на альфе тэхенов аромат. — ты можешь… — тихо шепчет альфа куда-то в шею, опаляя её горячим дыханием и рукой спускаясь к бедру омеги.       чон аккуратно сжимает чужие бёдра, закидывает ногу младшего себе на поясницу и первый подаётся вниз, проезжаясь своим возбуждением по тэхенову. и это служит последней каплей для омеги. тот закидывает голову назад, приоткрывает рот в немом стоне и сжимает пряди чоновых волос в ладонях сильнее, оттягивая их чуть назад. чонгук повторяет это действие ещё несколько раз, закусывает губу и выдыхает, с каждым разом понимая, что сдерживаться становится все сложнее. альфа вновь утыкается носом в чужую шею и вдыхает, снова засасывая кожицу и сдерживая появление чешущихся клыков. чонгук чувствует, что еще немного, и он обкончается как несчастный пубертатный подросток.                                   

▪️▪️▪️

                                         на утро чонгук чувствует себя максимально разбито. он просыпается первее тэхена, который буквально устроился на нем, носом утыкаясь в шею и руками обвивая голый торс. ладони чона покоятся на ягодицах младшего, что ощущается так нереально, но так правильно. альфа не отказывает себе в удовольствии чуть сжать их, отчего тэхен головой елозит, чуть приподнимая бедра. — проснулся? — голос чонгука хрипит, горло чуть першит, но парень не обращает на это внимания, слегка откашливаясь и прижимая младшего к себе ещё ближе, хотя казалось бы — куда ещё. — я… я хочу кое-что сделать… — произносит омега после недолгого молчания и, смущаясь, облизывает губы. — я сделаю это, а ты забудешь. — как скажешь.       чонгук признаётся честно — кого-то милее тэхена он в жизни не видел. любовь к этому омеге буквально переполняет, отчего чон хитро щурит глаза, чувствуя, как младший подползает ближе к его лицу. альфа руку с ягодицы перемещает на талию, чтобы было удобнее, и ждёт, явно догадываясь о чужом плане.       тэхен выглядит похуже помидора. омега всегда любил эту родинку под нижней губой чонгука. но вчера так и не предоставилась возможность её поцеловать. тогда нужно это исправить сегодня…       омега аккуратно подвигается ближе и, закрывая глаза, дабы скрыть смущение, дергается, припечатываясь своими губами к нижней чона. тэхен уже хочет отодвинуться, утолив своё желание лишь на четверть, но чонгук не даёт, пальцами зарываясь во вьющиеся волосы на затылке, и притягивает обратно, целуя. альфа переворачивается, подминая младшего под себя и снова закидывая чужие ноги на поясницу. тэхен беспорядочно и совсем неумело отвечает на требовательным поцелуй, не понимает, куда девать руки, то зарываясь ими в волосы на затылке, то ведя по широкой спине. — я хочу… — тэхен сам поднимает чужую голову за подбородок, целуя нижнюю родинку несколько раз, пока чон не захватывает губами верхнюю кима, из-за чего тот теряется, постанывая. так делать он ещё не научился.       но мало кого это останавливает, потому что через секунду чонгук уже спускается поцелуями на шею младшего, проходится до ключиц и возвращается обратно, сжимая чужие губы в требовательном поцелуе. тэхен подаётся вперёд, старается поспевать за альфой и сжимает в кулачках чужие локоны волос. — не прекратим сейчас, и вся одежда улетит к чертям, — чонгук тяжело дышит, утыкаясь лбом в шею младшего. — т-ты прав… стоит закончить, — тэхен резко подскакивает и, не смотря на альфу, уносится в сторону ванной комнаты. — дверь за собой захлопни.       чонгук потерянно хлопает глазами и, как только до него доходит случившееся, разочарованно усмехается. будет ли тэхен жалеть? конечно же будет. чонгук слышит плеск воды в ванной и просто надеется, что ким не решил утопиться. телефон, вибрирующий в кармане джинсов альфа полностью игнорирует и, вставая с кровати, чувствует опустошение. голова кружится, в глазах темнеет. так плохо он себя ещё не чувствовал. они ведь просто поцеловались, а ощущение, будто тэхен ему безжалостно сердце вырвал.       чонгук уходит тихо. закрывает за собой дверь и сползает по соседней стенке, стараясь прийти в себя. воздуха не хватает, альфе словно горло в тиски заключили, перекрывая путь к кислороду. проглотить ком тоже не получается, глаза жжёт и их хочется открыть, но все безуспешно. кожу на щеках стягивает неприятными солеными каплями, а внутри сердце начинает болеть. просто болит, оповещая своего хозяина о его оплошности. мол, вот, получи ты, кретин. чонгук перестает себя сдерживать и всхлипывает громко, так, что от стен отскакивает и по ушам ещё больше собственная ничтожность бьет. альфа не замечает шуршаний за дверью и не слышит ответных всхлипов, в то время как тэхен сползает по двери и сворачивается в комочек, плача навзрыд. и кто в этом виноват?..              

▪️▪️▪️

       юнги закуривает сигарету, убирая зажигалку в карман классических брюк, и зажмуривается от палящего солнца, отворачиваясь в сторону многоэтажного здания. телефон в кармане молчит уже сутки, и сказать, что мин волнуется, — ничего не сказать. тэхен обещал перезвонить вечером, но уже день следующего дня, а от омеги ни слуху ни духу. и не то чтобы альфа не давал ему свободы и личного пространства… просто волнуется. тэхен всегда звонит, всегда перезванивает и достаёт смс-ками, но сейчас, чует миново сердце, что-то случилось. он написал киму уже двадцать сообщений, но тот даже не заходил в сеть. юнги правда надеется, что он просто замотался на учебе, посмотрел фильм, лёг спать и с утра опять пошёл на учебу. да. либо на работе был в ночную. вариантов много, но из них юнги пока не верит ни одному. тэхен бы все равно позвонил… — господин мин? — юнги оборачивается на зов, натыкаясь взглядом на мужчину в статном темно-синем костюме лет пятидесяти. его седые волосы в аккуратной укладке, а на губах дежурная улыбка, ту, которую юнги дарит также в ответ, чуть кланяясь и выкидывая сигарету в ближайшую мусорку. — президент пак. здравствуйте. — добрый день, молодой человек. вышли подышать свежим воздухом? — что-то вроде того. вас не было на собрании, только подъехали? — честно признаться, мне просто не захотелось там появляться, — старик мягко смеётся, переводя взгляд на впереди стоящее здание. — а вы, господин мин, подписали какие-то контракты? — к чему любопытство? — думаю, это разговор не для улиц. пообедаем за чашечкой кофе? — или решим все побыстрее? можем пройти в мою машину, скажете, что вы хотели.       президент пак немного разочарованно поджимает губы. это явно не то, что он хотел услышать. мужчина пусть и с первой неудачей, но своего настроя не лишается — учтиво улыбается и идёт следом за мином, жестом приказывая своей охране стоять на месте. все-таки, он с благими намерениями. — уложитесь в минут двадцать? я опаздываю, — никуда юнги не опаздывает, но об этом все умолчат. ему просто не приперло сидеть с кем-то, когда он может поехать в отель и принять горячую ванну. приоритеты всегда расставлены правильно. — господин мин, коль вы так настаиваете перейти к делу, скажу прямо. я хочу предложить вам выгодную сделку, — президент немного медлит, задерживая взгляд на насмешливой ухмылке младшего альфы. — наслышан, как много вам приходит предложений и как сильно вы популярны среди таких, как я. но в этот раз сделка правда выгодна. я хочу предложить вам полноценное сотрудничество с моей компанией и также хочу настоять на приобретении пятидесяти процентов моих акций.       юнги немного ошарашенно отводит взгляд к окну, поджимая губы. этого он ожидал, честно признаться. он знает президента пака и знает о его игровой компании очень многое, часто слышит о них из каждого угла, и честно, мин предполагал, что президент может предложить написать саундтреки к одному из новых релизов игры, но полноценное сотрудничество и пакет пятидесяти процентов акций… в этом точно где-то кроется подвох. юнги не такой дурак, как может показаться со стороны. — в чем подвох? — мин шкурит глаза в привычной ему манере и усмехается, наблюдая за немного стушевавшимся стариком. — мой сын… он омега. далеко не паинька и очень разбушевавшийся, часто не появляется дома, постоянно пропадает на каких-то отнюдь не приличных светских мероприятиях, и в целом у него довольно… несахарный характер и специфичная яркая внешность. он отказался от перенятия бизнеса и практически не выходит на связь. знаю, это глупо и неразумно, может быть, даже эгоистично и по-хамски с моей стороны и со стороны моего супруга, но мы долго обсуждали это. решение было таковым, что мы хотим заключить фиктивный брак между нашим сыном и вами, господин мин. обещаю, это не доставит вам множества хлопот. знаю, ваша семья богата и вы не нуждаетесь в огромных деньгах, но думаю, вашему отцу и в дальнейшем вам, если соберётесь перенимать бизнес родителей, будет выгодно сотрудничество с «GPT Entr.». мы подпишем с вами контракт всего на несколько лет, по истечении которых вы также останетесь главным аукционером компании. поймите меня правильно, как отца или как партнера, для чимина это последняя возможность выбраться в мир и понять семейные ценности. — думаете, впихнув его в фиктивный брак, вы сможете показать своему сыну семейные ценности? — юнги усмехается, облизывая пересохшие губы. — может быть, состоя в этом браке, он сможет— — а может быть, вы дадите своему ребёнку право выбора? тогда он точно увидит семейную ценность. ваш ребёнок не разбушевавшийся пубертатный подросток, он человек, которого не принимают собственные родители и который хочет показать себя настоящего. он явно не жаждет этого фиктивного брака. со стороны партнера по бизнесу я могу сказать — да, эта сделка принесёт моему отцу много прибыли, ваша компания на рынке далеко не последняя, и я мог бы согласиться, но мне искренне жаль вашего ребёнка. любящие родители не поступают так, как решили поступить вы со своим супругом, — юнги даже не смотрит в чужие глаза и, заводя машину, даёт намёк на окончание разговора. — я подумаю, а вы поговорите со своим ребёнком и супругом. может быть, придёте к более адекватному решению проблемы.       президент пак выходит из авто, тихо попрощавшись и явно поникнув. честно сказать, он ожидал согласия и никак не нравоучений, которые теперь отдают лёгкой болью в сердце. альфа смотрит на заставку своего телефона, где хорошо видна фотография ярко улыбающегося чимина в обнимку с супругом и по совместительству папой омеги. тут они. ещё хорошо ладят и счастливы… президент пак помнит сына ещё таким — послушным мальчиком, который часами проводил за изучением основ бизнеса и увлекался гончарным делом. но вот мальчик вырос, его интересы поменялись, отношения совсем ухудшились… может, проблема в том, что президент пак и его супруг зациклились на одном образе своего паиньки-сына и совсем не принимают его настоящего сейчас? не хотят принимать и видеть то, что не подходит под их ожидания, мечты и стандарты? может быть, стоит пересмотреть взгляды и своё поведение, а также принять сына таким, какой он есть настоящий… ведь он все также останется их чимином. пусть с новыми увлечениями и новым цветом волос, но все тем же родным мальчиком, родным сыном…       едет президент пак домой с полным настроением поговорить с супругом и сыном. он должен наладить эти отношения. если не он, то кто тогда? как ни как, глава семьи должен уметь решить такое маленькое недопонимание или о какой главе тогда вообще идёт речь?..