Узнай меня

Все праздники Климова просидела дома. Лицо цвело прямо-таки впечатляющими синяками, не смотря на все старания всех причастных. Выходить на улицу девушка отказывалась, панически боясь просто оказаться за порогом. Теперь в каждом человеке ей виделся кто-то, потенциально несущий вред. Писать заявления или делать что-либо подобное Дарья отказалась, хотя еë убеждали все. «Все да не все» — думалось девушке, когда она смотрела какую-то глупую американскую новогоднюю комедию со своего ноутбука. Конечно, на праздники еë звали домой, но ехать она категорически отказывалась. Во-первых, не хотелось. Во-вторых, показаться в таком виде она не могла. Сразу посыплются упрëки и прочие причитания. Скажут, она плохой пример для младшей сестры. И вообще. Дашка же позор семьи. Рифмуется сами знаете с чем. Уехала из городка поменьше в городок побольше, но в той же провинции. Работает даже по специальности, но всë ещë за не самые большие деньги. Имеет квартиру, но даже не свою. На глаза снова стали наворачиваться слëзы. Шëл последний день длинных выходных. На работу не хотелось возвращаться. Синяки не совсем прошли, а вопросов, жалости и прочей ерунды не хотелось. Хотелось продолжать лежать, свернувшись клубочком, время от времени принимать в гости коллег, которые приносили всякие вкусности, друзей, которые приносили продукты из магазина, а больше никого и ничего. Заветный номер Климова набрать так и не решилась. Всего один звонок мог бы избавить от целой кучи проблем. Всего один звонок, и можно будет, наверное, даже и вовсе ничего не делать. Пока работа работалась сама по себе. Но девушка знала, что длиться бесконечно это не будет. Всë заканчивалось через пару-тройку дней, когда придëтся создавать новый контент. Климова снова протянула руку к телефону, но затем так же легко руку убрала. Ей было просто страшно. Один раз она уже звонила, но на другом конце никто не ответил. Значило ли это, что Ларго занята или не хочет отвечать намеренно, Дарья выяснять не хотела. Но спросить всë-таки следовало. В конце концов девушка пришла к заключению, что вот сейчас досмотрит и позвонит ещë раз. В конце концов, начальница ещë ни разу не делала чего-то, что вызвало бы опасения. Наоборот, она работала на людей точно так же, как люди работали на неë. За просмотром скучного фильма Дарья задремала. Еë разбудил телефонный звонок. На экране светился гордо номер, подписанный как «начальство». Коротко, со вкусом, без личностей. Что ж, когда оно звонит само, не ответить — самоубийство, так? — Да? — Сонно спросила Климова, поднося телефон к уху. Она не сразу сориентировалась в ситуации, но лежать в уютном гнëздышке было слишком хорошо и приятно. — Ты мне звонила. — Напомнила директор напряжëнным тоном. Ну вот, значит, либо Дарья не во время, либо начальница не хочет иметь дел с таким человеком, как Дашка. — Это… Маргарита Владимировна… Я хотела… Может, можно я буду работать из дома? — Вспомнив, чего хотела, спросила Климова. На том конце трубки молчали. Потом послышался выдох, ещë что-то упало и кто-то визжал. Через несколько мгновений спокойный голос Маргариты выдал три слова, которые так боятся услышать все интроверты в мире: — Я тебе перезвоню. Далее вызов сбросили. В трубке послышались гудки. Климова снова закрыла глаза. Комедия давно закончилась, ноутбук сигнализировал о том, что находится в спящем режиме, чего желал и своей хозяйке. Через несколько часов телефон зазвонил снова. — Какой у тебя номер квартиры? Я зайду ненадолго. — Сообщила Маргарита абсолютно безапелляционно. Дарья буркнула ответ и поплелась к двери, завернувшись в одеяло. Без него в комнате казалось очень даже холодно. Звонок домофона раздался вполне себе громоподобным в пустой квартире. Климова даже чуть не подскочила, хотя ожидала, что так всë и будет. Впервые девушка перед собой лицезрела «Ларго в домашнем»: перед ней стояла самая обыкновенная женщина в спортивном костюме и с рюкзаком наперевес. Волосы убраны в какое-то подобие фиги на голове. — Чаем напоишь? — С порога поинтересовалась начальница, уверенно проходя на кухню. Дарья, силясь не заснуть снова, закрыла дверь и потопала на кухню. На плите стоял красивый, большой и блестящий чайник. Наполнив его до краëв, девушка с трудом поставила это чудо обратно, взяла спички, попытавшись зажечь несколько. Одна сломалась. Другая потухла, не успев зажечься. Третья расщепилась, хоть и горела. Ей девушка и попыталась зажечь конфорку, но попытка не увенчалась успехом: пустить газ девушка забыла. — Постой. Я тебя разбудила? — Ласково, почти игриво поинтересовалась Ларго, вставая. Дарья в ответ снова буркнула что-то мало вразумительное. — Дай-ка, я сама всë сделаю. А ты посиди пока. — Точно. В этой чëртовой плите была функция электророзжига, о которой Климова и не вспомнила. Пока она сидела на стуле, нахохлившаяся и несчастная, Маргарита опустошала рюкзак. Во-первых, она достала целую кучу всяких лекарств, засунутых в большой пакет. И их все она заботливо рассортировала в ящике, который Климова отвела под такие цели. Почему-то Дарье даже не захотелось сопротивляться. Об этом она тоже подумает потом. Вообще, ей стало казаться, что начальница очень хорошо вписывается в интерьер. Возможно, намного лучше самой Климовой. Хотя она и до сих пор не знала, как вообще относиться к тому, что случилось в вечер праздника. — Не против, если я перекушу? — Следом за всевозможными мазями, каплями и таблетками из рюкзака появилось несколько контейнеров. Два из них явно забитые до отказа ягодами. Их женщина убрала в морозилку, пояснив, что один контейнер с брусникой, а другой — со смородиной. Ещë один оказался набит маленькими бутербродиками, которые начальница выставила на середину стола. Содержимое других Климовой предстояло узнать позже судя по тому, что их просто засунули в холодильник. Как только чайник вскипел, Маргарита потрудилась даже заварить чайные листья вместе с чем-то ещë. — Ну что, Климова, рассказывай, что у тебя там. — Отпивая большой глоток кипятка, поинтересовалась начальница. Девушка смотрела с удивлением. Обычно, когда люди пили чай таким образом, у них начинало хлюпать в носу, а глаза сразу автоматически плакали. — Я бы хотела работать из дома. — Повторила Дарья, грея руки о горячую чашку. Это было хорошо, очень приятно. Тишина больше не давила на Климову, как это было всю неделю. — Даш, я, конечно, не буду тебе препятствовать. Работай, конечно. Но ты понимаешь, что это не выход? — Чëрт. Обращение по имени звучало так чудесно. Если бы ещë не таким разочарованным тоном, было бы совсем хорошо. — А что мне делать? Что?! — Климова вспыхнула, вскакивая на ноги и переворачивая кружку. Горячий чай разлился по всему столу, капая на пол. — Я знаю, тебе страшно. И это нормально. Но ты не сможешь просидеть взаперти всю жизнь. Подумай о том, что любой может прикинуться курьером. Или газовщиком. Или кем-то ещë. — Ларго пожала плечами, допивая свой напиток. — Чëрт, не продолжайте! Не надо. — Климова плотнее закуталась в одеяло. Такая мысль в голову не приходила. С другой стороны, значило ли это, что и сама начальница тоже представляла угрозу? Пришла тут как к себе домой, сидит распоряжается. — Если не хочешь писать заявление, начни с того, чтобы время от времени выходить за эту дверь. Хотя бы с друзьями. Это ты можешь. — Маргарита тоже встала, вымыла свою кружку, протëрла стол, оставив мокрым и сладким только пол. Кажется, женщина считала разговор законченным, потому что быстро собралась и направилась к выходу. — А если… Если я и правда не могу? — Спросила Даша, следуя за гостьей. — Тебе совсем не обязательно делать это одной. Почему бы тебе не позвать друзей? Шаг за шагом ты сможешь. — Маргарита неопределённо пожала плечами, открывая дверь и выходя. Климова снова не поняла, что это было и зачем, но крепко задумалась. Двумя неделями позже Дарья нервно ходила по квартире туда-сюда, проверяя, всë ли она выключила. Казалось, не так абсолютно всë. Главное — ничего горящего не осталось работать. Девушка осторожно подкралась к двери, положила ладонь на ручку, обхватила пальцами, попыталась повернуть, но замерла. Нет. Так не пойдëт. На улицу совершенно не хотелось. Вдруг с другой стороны постучали. Климова испугалась и отскочила в другой конец коридора. Нет, конечно, она абсолютно точно знала, что Артемьева зайдëт за ней сегодня, но всë равно было безумно страшно. Даша заставила себя снова подойти к двери, но не могла сделать простое движение. — Эй, Дашк, спишь, что ли? — Послышалось с другой стороны двери. Светлана не стеснялась кричать на весь подъезд. Больше всего Климовой хотелось закончиться на месте. Прошло ещë около двух минут, прежде чем она резким движением распахнула дверь, впуская подругу внутрь. — Ну, ты ващеееее. — Влетая в квартиру, Артемьева сразу направилась на кухню, где налила себе чаю и уселась на стуле, всë это за считанные секунды. Укутанная в зимнее с ног до головы, Климова растерянно стояла у приоткрытой двери. Впрочем, услышав шуршание ключа в одной из соседних дверей, она быстро захлопнула и вернулась на кухню как была: в пуховике, сапогах, обмотанная шарфом. — Заболела? — Сочувственно поинтересовалась Света, потягивая напиток. Всë больше Климовой начинало казаться, что квартира не еë: с последнего визита Маргариты здесь побывали Маша с мужем, Светка, пара старых Дашиных друзей, и все почему-то вели себя совершенно свободно, словно у себя дома, а вовсе не в гостях. Может, потому что знали, что квартира практически дармовая? — Ну, пойдëм, что ли? — Просипела Даша из плена одежды. Ей становилось жарко и неуютно. — Дай чаю допить, подруга. — В три присеста (пришлось доливать пару раз) Артемьева разделалась с чаем, после чего они вместе вышли из квартиры, и Светка за болтовнëй спокойно довела Климову до работы. Там было как-то…странно. Дарье показалось, что на неë как-то недобро косятся, но решила не обращать на это внимания. В конце концов, что это за детскость. Будто первый рабочий день. Через пару часов не пришлось ни о чëм думать: Маргарита Владимировна завалила работой по самое «не хочу», но сейчас впервые Климова осознала, что не хочет жаловаться на происходящее. Наоборот, она испытывала глубокую благодарность. Сидя в наушниках, девушка даже не заметила, как рабочий день закончился, уступая место глубокому тëмному вечеру. Оторвавшись от компьютера, Климова обнаружила, что в офисе осталась лишь пара отчаянных трудоголиков, Маргарита Владимировна и она сама. Собираясь домой, девушка услышала: — Ну что, Климова, победила свои страхи? Домой нормально дойдëшь? Маргарита Владимировна смотрела внимательно сквозь стëкла очков, будто пыталась увидеть мысли подчинëнной. Та помотала головой из стороны в сторону. О том, что ещë и возвращаться будет надо, она совсем не подумала. И темнота на улице совершенно не вселяла никакой уверенности. Более того: освещение на улице заставляло почувствовать тьму ещë более непроглядной, чем всегда, ведь всех этих фонарей было не достаточно в любом случае. И, если кому-то захочется совершить чëрное дело, это обязательно произойдëт. — Кого подвезти? — Громко поинтересовалась начальница у всех присутствующих. Никто не ответил, хотя Климова смотрела на начальницу весьма заинтересованно. — Ну, если кто-нибудь решится, я подожду ещë минут 10 внизу. — Ларго вышла весьма лëгким и непринуждëнным шагом. Через три минуты Дарья бежала через три ступеньки вниз, чтобы успеть к назначенному времени. Когда она захлопывала за собой дверцу машины (конечно, переднюю пассажирскую), начальница как раз барабанила по рулю какой-то весëленький мотивчик. — Учти. До квартиры не поведу. — Сразу предупредила Ларго, лихо трогаясь с места. Визг шин было слышно в пределах трëх кварталов, и Климова совсем не была против, впрочем, она вообще ни о чëм не просила. На самом деле, ей было вполне уютно и спокойно в обществе странной, немного грубоватой начальницы, которая почему-то так снисходительно относится ко всему вообще происходящему. Вылезая из уютного салона через 15 минут, Климова совсем было захлопнула дверцу, когда Маргарита окликнула: — Дашка, учти, я не уеду, пока не увижу свет в твоих окнах. — Ладно. — Девушка пожала плечами, слишком сильно хлопая дверцей машины, тут же срываясь на бег, чтобы не нарваться на нагоняй. Так что пришлось бежать быстрее, чтобы зажечь свет абсолютно везде. День казалось, был прожит не зря. Через несколько дней, явившись на работу в гордом одиночестве (ох и бежала же Климова до освещëнного входа), Дарья обнаружила на своëм столе записку. В ней значилось: «Сегодня. 19.00 ресторан «Лагуна». Возможно, чем раньше мы встретимся, тем будет лучше, хотя это и испортит сюрприз. Но, в конце концов, к чëрту все формальности. Люблю тебя, К. » Весь день Климова провела как во сне, нагнетая и без того не слишком радужную атмосферу в коллективе. За утро на неё успели сорваться, казалось, все, даже вечно спокойная Машка, что уж говорить о Маргарите, которая отчитала Дарью аж дважды. Но что могла поделать мечтательная особа в ожидании встречи с человеком, который вот уже 7 месяцев мило общается с ней, не выдавая себя ничем? Что только Климова ни делала: сравнивала почерк, искала следы, которые позволят определить, кто писал, присматривалась время от времени к оттенку помады своих коллег, вдруг кто-то да выдаст себя? Но таинственная К не желала так просто сдаваться, поэтому девушка даже расстроилась, получив записку. Но… Узнать раньше было бы так интересно, правда? Поэтому Климова целый день активно мечтала и с работы в этот день летела быстрее самолëта, что за ней замечалось крайне редко. Дарья выбрала официальный стиль и легко доехала до ресторана, но растерялась, когда еë спросили, бронировала ли она столик. — Ну… Э… Не знаю. — Она чувствовала себя круглой дурой. Надо было как-нибудь уточнить, что ли. Хотя… Как уточнишь у призрака? Но на фамилию Климова действительно нашëлся один чудесный столик на двоих в одном из укромных уголков помещения. Подходя ближе, Дарья чувствовала, как брови взлетают всë выше. За столиком сидела блондинка с модной короткой стрижкой, зеленоглазая, с мягкими, округлыми чертами. И девушка могла поклясться, что такую не знает. «Из другого отдела?» — пронеслось в голове, пока Климова пыталась сочинить улыбку. — А вы, должно быть, Дарья. — Блондинка склонила голову на бок. Судя по этому жесту, она и сама не была уверена в том, кого видит перед собой. Девушка кивнула с облегчением. Значит, и правда не знакомы. Затем она почувствовала недоумение. И зачем тогда всë это? Думать долго не пришлось: женщина протянула Даше записку, содержание которой несколько смешало настроение юной пиарщицы. «Милый ангел, я так хотела встретиться с тобой, но появились обстоятельства, которые я не могу игнорировать. Пожалуйста, прости меня, если сможешь, и наслаждайся кухней. Можешь заказывать всë, что захочешь, персонал предупреждëн. Вероника составит тебе компанию. И, пожалуйста, постарайся насладиться вечером. С любовью, твоя К.» Дарья так и застыла перед столом с запиской в руке, пока блондинка не подошла и не сказала: — Позвольте за Вами поухаживать. — Она отодвинула стул, подождала, пока Климова таки сядет, после чего пододвинула стул ближе к столу, словно стремясь удержать девушку за этим столом. Молчаливый официант принëс меню, цены которого неприятно шокировали. 800 рублей за какой-то там салатик? И что, что там есть какой-то жутко модный соус. Бутылка вина за 15 штук? Погодите, это же не бокал, а целая бутылка, правда? — Пока выбираете, не расскажете, чем занимаетесь? — Тревожные мысли прервал вопрос, заданный каким-то необычным тоном. Климова настроилась ответить резко и неприятно, но что-то в еë голове щëлкнуло, и она весьма мило ответила: — Если честно, я специализируюсь на рекламе. Там ролик, тут текст, ничего такого, знаете. — Ответив, Дарья уткнулась обратно в меню, думая, как же сбежать отсюда. Однако постепенно беседа наладилась, и Климова не заметила, как перед ней появились роллы, которые она обожала, какая-то рыба, очень интересно приготовленная и поданная с водорослями. А такого чудесного напитка она, казалось, раньше не пробовала. — Ну, а как у Вас с… — Вероника посмотрела на Дарью многозначительно, еë взгляд блестел от выпитого и от желания поддразнить вчерашнюю студентку. — Ну… Это должно было быть наше первое свидание, но она не пришла, прислав Вас, Вероника… Как по батюшке? — Словно загипнотизированная, говорила Климова, ощущая странную горечь, будто ей обещали что-то великолепное, а потом отобрали. — Ой, как неприятно. И, прошу Вас, зовите меня Ника. — Правда? — Не зная, почему, Дарья ощутила благодарность. В компании ей было весьма неплохо, пока она не осознала, что ничего не знает о собеседнице. — Ну конечно. Как Вы смотрите на то, чтобы куда-нибудь пойти? Думая о том, что пятница позволяет любые глупости, Климова решила согласиться. И пять минут спустя она ехала в компании незнакомки невесть куда. Сначала всë было отлично: они продолжали шутить и смеяться, но, стоя перед незнакомым подъездом, Дарья понемногу начала трезветь. Она хотела захлопнуть дверцу такси и просить гнать домой, но еë уже за руку вытащили из машины, так что пути отступления не было. Климова испугалась. Проснулась память о недавних событиях. — Извините, это было немного резко… Продолжим? — За мгновение блондинка снова стала безопасной. Чувствуя себя странно, Дарья всë-таки последовала наверх. Пентхаус в фешенебельном районе, конечно, никак не мог быть похож на Дашину трëшку, которую она получила чудом. И в этом идеальном, почти вылизанном помещении, ей было неуютно. Дома вещи валялись не на своих местах, а здесь всë было слишком идеально. — Как насчëт мороженого? Клубничное? Шоколадное? — А просто пломбир есть? — В смущении спросила Климова, чувствуя, что в любой момент может уснуть. Алкоголь всегда действовал на неë одинаково: даже выпив совсем чуть-чуть, Дарья сразу отправлялась спать. Через пару минут перед Дарьей стояло ведëрко пломбира. Хозяйка же наслаждалось фисташковым мороженым. — Так Вы расскажете о себе? — Первой начала Климова, поражаясь, как вообще набралась смелости. — А что Вас интересует? — Блондинка с видимым удовольствием облизывала ложку. — Ну… Кем Вы работаете? — Климова ожидала услышать в ответ что угодно, но не смех, который вызвал еë вопрос. — Дорогая, Вы такая милая. — Вероника пыталась утереть слëзы и обнять девушку одновременно. — Извините, что прерываю, а где у Вас уборная? — Самым невинным тоном, на который была способна, поинтересовалась Дарья, пытаясь не показывать неприязнь от соприкосновения с чужим телом. — А. По коридору налево. — Неопределëнно махнула рукой в сторону коридора женщина. Дарья, прихватив свой маленький рюкзак, направилась прямиком туда, чтобы позвонить Свете и попросить выручить. От волнения руки тряслись, пальцы попадали по экрану криво, наконец, дождавшись, пока на звонок ответят, Дарья сразу начала: — Светка, я так влипла. Выручай, пожалуйста. Можешь позвонить мне минут через пять, я вызову такси и смогу убежать, пожалуйста? На две секунды в трубке повисло молчание, которое вынудило Климову подумать, что вызов не прошëл, а затем известный слишком хорошо голос спросил: — Климова, пьянчужка моя, ты где? Я, так и быть, выручу тебя. Только не надо такси, Я сама подъеду. — Начальница звучала странно. Как-то… Нежно, что ли, так могла бы обращаться мать к нерадивому чаду. Подумав об этом, Дарья непроизвольно всхлипнула. — Всë так плохо? Ладно, не говори, сама тебя найду. Продержись там минут пятнадцать, хорошо? — Улица 50 лет Октября, дом 37, квартира 205. — Скороговоркой проговорила Климова, после чего сбросила вызов. Еë лицо залила густая краска. И почему набрался номер начальницы, если последним вызовом был… Пропущенный от Ларго. Потрясающе. Стоило Дарье уйти, начальница зачем-то звонила. И как только девушка могла не услышать? Умывшись, Климова почувствовала себя более уверенной, когда возвращалась в комнату. Еë мороженое безнадëжно таяло в ведëрке. Она едва ли осилила хоть 1/5, и теперь пломбир лужицей белел на поверхности. — Может, молочный коктейль? — Предложила хозяйка, глядя на трагедию. — Да, пожалуй. — Легко согласилась девушка. Да всë, что угодно, лишь бы не оставаться надолго в одном помещении. Эти хищные, голодные взгляды Климова и раньше на себе ловила, прекрасно зная, что они значат. И, не смотря на обстоятельства, всë ещë испытывала страх. Коктейль пили в молчании. — Ну а… Вы замужем? — Даша отчаянно пыталась найти безобидную тему для беседы, которая могла бы спасти еë. — Нет. Уже нет. Мужчины могут быть весьма и весьма мерзкими, даже не сознавая того. Вы не находите? — Вероника сладко улыбнулась. — Возможно. Мне приходилось сталкиваться с ними не так часто. — Девушка пожала плечами, как бы намекая, что и не хотелось бы. В душе росло ощущение того, что всë идëт неправильно, и в любой момент ситуация может стать ещë хуже. Наконец, в дверь позвонили. Когда ответа не последовало, позвонили настойчивее. И так пока блондинка не сдалась и не пошла открывать. Судя по звукам, хозяйка не обрадовалась посетительнице. — И чего расселась? Вставай давай. — Ларго легко потянула Климову за руки, помогая подняться, в коридоре намотала на неё шарф как попало и даже застегнула молнию на пуховике. В сапоги Климовой пришлось влезать самой. Ноги отказывались служить девушке, пальцы всë время соскальзывали с замка, в общем, она еле-еле справилась с задачей. Уже скоро обе сидели в машине. Дарья с головной болью и ощущением, что летит на космическом корабле, Маргарита с мрачной решимостью. — Тебя ни на минуту нельзя оставить одну. Что за тяга к приключениям? — Всë так хорошо начиналось. Я должна была встретиться с К, но она не смогла прийти, и потом там была она, ну, Ника, то есть, и мы пили сакэ, и всë было просто чудесно, и сегодня пятница, и вообще, я не думала, что… — Климова бубнила себе под нос события увлекательного дня, всë больше впадая в отчаяние. — Господи, Дарья, сколько же ты вылакала, чтобы утратить инстинкт самосохранения? — На все жалобы жëстко ответила Ларго, делая крутой поворот. — Неужели тебе нравится, когда тебя водят за ручку и вытягивают из сомнительных историй? — Спрашивала Маргарита, поддерживая Климову, пока они поднимались до Дашиной квартиры. — А может, нравится. А может, это впервые?! — В отчаянии на весь подъезд крикнула девушка, чувствуя, что вот-вот заплачет. Образ одинокой девчонки, на которую не пришли посмотреть, когда она участвовала в важном конкурсе, до сих пор предследовал еë. — Ну, тише, не надо будить всех, чтобы сообщить об этом всем. Давай, заходим, тихонько. — Не ожидавшая такого поворота событий, Ларго осторожно втащила Климову в квартиру и помогла избавиться от верхней одежды. Идти куда-либо, кроме кровати, Дарья не имела никаких сил, поэтому улеглась спать, не переодеваясь и без душа. Утро субботы встречало неласково. Было откровенно хреново физически и гадко на душе. Дарья никогда и никому не жаловалась на отношения в семье и не собиралась начинать. Она слабо помнила, что было до квартиры. Адски болела голова, тело было дрожащим, ватным и слабым. Шëл конкурс среди тараканов в голове «стошнит — не стошнит». Победили те, что поставили на последний вариант. С трудом сфокусировав глаза на комнате, Даша увидела на прикроватной тумбочке воду и таблетки. «Это две таблетки аспирина. Если будет совсем плохо, так и быть, выпей три. И больше не смей звонить, я не буду тебя выручать.» Записка прямо излучала заботу. Постепенно до Климовой дошло, что произошло вчера. Свой недовольный крик она утопила в подушке.