Утро со вкусом зелёного чая и энергона.

Нужно иметь что-то общее, чтобы понимать друг друга, и чем-то отличаться, чтобы любить друг друга.

Поль Жеральди.

Так получилось, что запустить обратную реакцию, точнее обратный процесс превращения не получилось. Ни у Ретчета, ни у Оптимуса. Это и печалило, и радовало алозначных. Некоторым, почти всем, автоботам нравились эти изменения: мол культура и жизнь людей интересна, да, жаль, что больше не трансформируемся, но смотрите сколько всего классного! Однако таким скептикам и консерваторам как Ультра Магнус и Ретчет эти метаморфозы не пришлись по вкусу. И Оптимус Прайм буквально не знал, что делать со всем этим. С одной стороны, и ему было некомфортно в новом, более уязвимом теле, к тому же надо было дополнительно узнать о мире людей, точнее все тонкости их жизни. С другой… ну, в силу сложившихся обстоятельств, он сам извлекал из этой ситуации выгоду: он был таким же, как и его парт… девушка. Одного вида, точнее. Прощайте, неловкости и проблемы с размерами! Здравствуй, мир новых открытий и возможностей! Ага, если бы. После того, как они все трансформировались в людей, то у специального агента Уильяма Фаулера появилось на 8 проблем больше. Когда они были роботизированными организмами с далёкой планеты, вопросов ни у кого не было. Все и так понимали, что во Вселенной должны быть ещё какие-нибудь разумные и развитые существа, которые могут враждовать. Но теперь, когда всё магическим образом поменялось и усложнилось, то никто не знал, что делать. Ситуацию портило ещё то, что и десептиконы поменяли свои комплекции, плюс ещё 8 проблем. И как теперь искать этих потенциально опасных личностей? Через различные спецслужбы? Да и ещё на разных континентах? А не много ли знающих о существование инопланетян на один квадратный метр? Позже, решив, что сейчас шансы на выживание-вымирание у обеих фракций почти одинаковые, особенно без помощи-вмешательства-привлечения людей, то Фаулер уговорил некоторых вышестоящих личностей выделить автоботам место и деньги на саморазвитие и жизнь. Конечно, внеземная сила повлияла не только на инопланетян, но и на их вещи, подогнав их под размеры людей. Но база на краю земли для гигантских роботов — это одно, а вот для людей… Однако и среди тех были недовольные, но проблемы, как и все вопросы с претензиями, удалось решить в кротчайшие сроки. Десептиконы — это процесс… уже головная боль автоботов И лучше бы она таковой и оставалась. А вот дети были рады помогать своим внеземным друзьям и объяснять им всё: начиная с законов, каких-нибудь бытовых вещей и их названий, заканчивая социальными сетями и всякими приколами. Вика, в своё время, выбралась вместе с Арси и Мико, девочка наотрез отказывалась оставлять их вдвоём, за одеждой и различными нужными вещами, показывая и рассказывая что да как устроено и работает. И они действительно хорошо провели время, в отличие от парней.

***

— А вы будете отмечать Новый год? — спросила Мико. — Новый… что? — не понимая, переспросил Уилджек. — Это очередной земной прикол такой, да? — Не-е-е… это традиция такая, — пояснила Вика, — Для России его император Пётр I ввел с 1699 года. А в Европе он уже был тогда. — И-и-и в чём его смысл? — поинтересовался Смоукскрин. Ответом ему послужила красноречивая тишина. — Вы точно не вчера сюда прилетели? — смеясь спросил Джек. — Я, конечно, понимаю, что мы не такие продвинутые и крутые, как вы, но простые радости должны же быть. Хоть иногда. Вы знаете хотя бы что-то о Земле помимо всяких географических фактов, правил и языков? — Слушай, Джек, что такое праздники мы знаем, просто… в чём их конкретный смысл? Дарби задумался на пару минут, как следует им объяснить, но за него ответил Раф. — Всё зависит от самого праздника. Вы же знаете, что земля вращается вокруг собственной оси и вокруг Солнца? — получив в ответ положительные кивки, он продолжил. — Если первое относится к смене дня и ночи, то второе как раз связано с этим праздником. Земля делает полный круг за 365 дней и 6 часов, и это событие отмечается: планета идёт на новый круг и всё такое. — И все это отмечают? — Да, Балк! — Нет, — сказала Вика, — это зависит от самих людей. Праздник для всех, но каждый выбирает отмечать или нет. Обычно люди собираются вместе, наряжают ёлку, веселятся, дарят друг другу подарки. — Пфф, — фыркнула девочка, — все отмечают этот праздник! — Нет, не все, — настояла длинноволосая. — Зануда! — Может быть, — согласилась шатенка, — но всё-таки я реалист. И этот спор мог продолжаться до бесконечности, ведь Накадаи просто обожает спорить со всеми подряд, но… Неожиданно Вика поняла, что за ней кто-то стоит. Ещё несколько лет назад она бы точно дёрнулась и закричала, однако сейчас это мог быть только один человек, который бы точно не навредил ей. И, будто читая её мысли, девушку приобняли. — Предлагаю закончить эту дискуссию, — предложил подошедший Прайм. — Идея сама по себе хорошая, особенно в нашем неоднозначном положение. Но никого нельзя заставлять делать то, что ему или ей не интересно. В любом случае это можно обсудить. А потом, проследя за уходящей Мико, он наклонился поближе к девушке. — Привет. — Привет, Оптимус. А что ты тут делаешь? — улыбнувшись, поинтересовалась девушка. Он мягко улыбнулся в ответ. Вике нравилось, когда он улыбался. Раньше это было большой редкостью, сейчас — приятным явлением. — Тебя искал. Кстати, раз уж я стал свидетелем вашего весьма занимательного разговора, то можешь и мне кое-что рассказать? От такой близости щёки вики непроизвольно порозовели. По земным меркам он был очень красив. Очень. И она каждый раз смущалась, когда Прайм обращал на неё внимание. — К-конечно. Что именно тебя интересует? — Пойдём, пройдёмся? — спросил и протянул руку, заранее зная ответ. — И тебя только это интересовало? — хихикнув, спросила она и приняла его руку. — Для начала и это сгодится. — Как скажешь. А всё-таки, куда мы? — В одно тихое и красивое место, — сказал он, набирая координаты Канадского национального парка. — Мистер маньяк, вы меня пугаете, — пошутила девушка. — Уже? Как жаль, — притворно грустно вздохнул он, — а я ведь ещё не начал. — Не начал что? — она продолжила игру, заходя с ним в портал. — Пугать тебя… Надеюсь, что ты любишь сюрпризы. На пару минут Вика выпала из реальности. Слышать нечто подобное от Прайма было необычно. Шутки и сарказм он только начал осваивать. — Смотря какие, — осторожно заметила девушка. — Положительные, какие же ещё я могу тебя приготовить?

***

Прогулка по заповеднику оказалась волшебной. Небольшой снегопад и мороз не испортили впечатления. Наоборот, они придали небольшую изюминку: крупные хлопья снега падали медленно, словно кто-то замедлил время, а мороз заставил их держаться ближе к друг другу. Место, как говорил Оптимус, действительно оказалось тихим и безлюдным, но отнюдь не мёртвым — им удалось увидеть нескольких белок. Жаль, что у них не было с собой орехов. Тишина и природа. Двое влюблённых… всё это слишком сказочно, чтобы быть горькой реальностью. Но так оно было. И они ценили момент, берегли его. — Ты не замёрзла? — поинтересовался Оптимус. Несмотря на превращение он, как и его товарищи, не потерял своих особенностей. Замёрзнуть в такую погоду? Это вряд ли. Запомнить всё и сразу? Без проблем. — Есть немного, — честно призналась Вика. — А ты? — Если только чуть-чуть, — слукавил он, — может к тебе? — Да, это будет наиболее логичным решением, чем идти на базу… Уверена, что мы там точно будем лишними. А мои как раз все разъехались. — Я это знаю, — он заговорчески подмигнул ей. — Разрешите вас похитить, мадемуазель? — Это, что, был вопрос? — Скорее утверждение, — сказав это, он подхватил её на руки и осторожно закинул на плечо. — Оптимус Прайм! Немедленно поставь меня на землю! — Конечно-конечно… Минут через десять, ладно? Вика ещё долго ругалась и смеялась. Ей безусловно всё это льстило, и она смущалась, но вот он отказывался это понимать. Вернее понимал и делал всё специально так, чтобы её щёки каждый раз розовели. Он это считал милым. Она же… ценила эти моменты, но понимала, что он такой только рядом с ней. Перед другими или вместе с кем-нибудь он так не делал. Образ Прайма терять не хотел. — В смысле?! — воскликнула та, продолжая вырываться. — Ну, должен же я тебя до дома донести. — У меня, между прочем, есть ноги! — заметила она. — И я в восторге от них. Поэтому хочу пожалеть твои ножки и тебя. И вот тут девушка стала красной, как рак. Опять. — Прайм! — Ты такая милая, когда злишься. Я это уже говорил? — Я с тобой больше не разговариваю, — шатенка, как ребёнок, надула губы и скрестила руки на груди. — Боюсь, что я это не переживу, — отшутился мужчина Дальше они шли в полной тишине. Лишь только снег скрипел под ногами синеволосого. Каждый думал о чём-то своём. Через несколько минут, выйдя на поляну, куда они перенеслись первый раз, Прайм, по специальному коммуникатору, запросил Мост к Викиному дому. [Ретчет, можешь нас телепортировать к.?]

[Что? Нагулялись, голубчики?]

[Очень смешно, старый друг. Смотрю ты начал приобщаться к людской культуре?]

[А ты наконец серьёзно занялся своим будущем? Ты ей хотя бы подарок приготовил?]

[Во-первых, прекрати. Я сам в состояние разобраться со своей жизнью. Во-вторых, да. Я подготовился заранее. В-третьих, я всё ещё жду телепорт.]

[Уже-уже…]

***

Оптимус, с Викторией на руках, вышел из сияющей воронки и встал перед входной дверью. — Ну, что? Может меня вернёшь на землю грешную? — поинтересовалась девушка. — М-м-м… Нет. Не хочу крылья твои запачкать, — ответил тот, в то время как шатенка в очередной раз покраснела. — Ха-ха. Дай хоть дверь открою. После этого он со вздохом поставил её на пол. Девушка сразу же полезла в карман за ключами. Спустя несколько минут они оба были уже в коридоре, отряхивались от снега. — Оптимус, у тебя волосы все в снеге, — заметила та. — А у тебя ресницы, и? — Дурак! Чай будешь? — Если только чёрный с ягодами. И горячий, — ответил Прайм. — Тебе с чем-нибудь помочь? — Не-а. Сама всё приготовлю. Развлекайся! — сказав это, девушка ушла на кухню. Вскоре послышался шум вскипающего чайника. Немедля Прайм пошёл в гостиную, где стояла небольшая искусственная ёлочка. Подойдя и присев, он проверил заранее припрятанный подарок. Так как ножку ёлки обвивала мишура, то замаскировать искомый предмет не составило большого труда. Ведь, чаще всего люди не обращают внимание на то, что точно не ждут. А ещё они под ноги не особо любят смотреть. Выпрямившись и ещё раз оглядев деревце, он решил включить гирлянду, для создания новогодней атмосферы. Комната наполнялась приятным тёпло-жёлтым светом. Посмотрев все режимы, мужчина выбрал самый простой и классический и оставил в покое иллюминацию. — Я уже всё приготовила! — раздался крик с кухни, — и у меня тут есть свежие имбирные печенья! — Да, сейчас. — Рекомендую поторопиться, а то ничего не останется, — рассмеявшись, посоветовала девушка. — А я уже тут, — сказал тот, входя в небольшую комнату. — Это хорошо. Бери вот эти две тарелки и иди обратно к ёлке. Я сейчас приду с чашками, — скомандовала та, вручая Прайму вышеупомянутые предметы. — И зачем я приходил? — проворчал он, идя обратно. — Мне помочь, — смеясь, ответила шатенка, следуя за ним. — Тоже верно. Вернувшись обратно в гостиную, девушка, предварительно поставив чашки на стол, подошла к дивану и взяла подушки с пледами. Затем она разложила всё это на полу рядом с искусственным деревцем. Потом она пошла к себе в комнату за маленькой скамеечкой, которую иногда использовала, когда собирала лего. После всех приготовлений она отобрала у него тарелки с угощениями, поставила их на импровизированный стол и пригласила Оптимуса присесть. — У нас есть ещё немного времени до Нового года. Чем займёмся? — Не знаю, — честно ответил он, пробуя чай. — У тебя есть что-нибудь на примете? — Нет. Можно было бы глянуть какой-нибудь фильм, но… думаю, что это можно сделать в другой раз. Знаешь, одна моя подруга, ну, о которой я рассказывала, посоветовала прочитать одно произведение автора Уильяма Сидни Портера. Хочешь, я почитаю тебе вслух? — Я бы не отказался послушать.

***

— …из всех, кто подносит и принимает дары, истинно мудры лишь подобные им. Везде и всюду. Они и есть волхвы. Вот и всё. Как тебе? — поинтересовалась девушка. — Это очень интересно и необычно в плане… На Кибертроне, как я уже говорил, нет ничего похожего. И эта история… Она очень милая и трогательная. Особенно эта жертвенность, — ответил тот, а потом, приобняв шатенку, со вздохом добавил, — это такая редкость. — Ну, литература на то и литература. В ней много исключений из правил и редкостей. Особенно чистая и такая крепкая любовь, — согласилась та, — в ещё одной книге есть нечто подобное, но она намно-о-ого больше. — Думаю, что и она окажется интересной. Вика лишь хихикнула в ответ, а потом задумалась. Ей было грустно от того, что она не могла познакомить Оптимуса со одной своей подругой. Они бы точно нашли общий язык. Да и она бы смогла помочь автоботам с социализацией. Но секрет есть секрет… Однако ей больно врать своим близким. — Всё хорошо? — А? — Ты… загрустила. Эта история пробудила не самые лучшие воспоминания? — Нет, просто… всё сложно. Я очень тебя люблю и никогда не устану это повторять. Только… я не могу врать своим близким, понимаешь? Родителям, брату, родственникам и друзьям… Это причиняет боль. Я разрываюсь, — девушка чуть не заплакала в конце. Оптимус осторожно прижал её к себе, поглаживая по голове. Он, как никто другой, понимал её чувства. Накануне к нему приходил Ультра Магнус, и они очень долго ругались. Командующий впервые увидел Прайма в гневе. Он выставил своего зама, сказав, что это его не касается, и каждый из них имеет право на свою личную жизнь. Если он начал уделать кому-то время помимо команды, то это не значит, что он забывает о них. Всех всё устраивает, а ему вечно что-то не нравится. Обескураженный и немного шокированный Магнус извинился и ушёл к себе. — Прости… я испортила вечер, — сказала Вика, вытирая слёзы. — Нет. Вовсе нет. Я благодарен тебе за искренность, и я подумаю, как решить эту проблему. Обещаю. — Спасибо тебе, — ответила она и быстро поцеловала его, ещё раз прижимаясь к нему. И так они просидели ещё какое-то время. — Кстати, который час? — Без десяти полночь, а что? — Шампанское! — воскликнула та. Правда потом, смутившись, поинтересовалась, — ты эм… умеешь открывать бутылки? — Вика, я же Прайм. Я умею всё, — ответил тот наигранно серьёзно. На что девушка звонко рассмеялась. Как ни странно, бутылку у него получилось открыть с первого раза. Напиток был разлит по бокалам, молодые люди вернулись в гостиную, включили телевизор и стали ждать окончание речи президента. И вот под бой курантов, стоя рядом и загадывая желания, они понимали, что счастливы, что у них всё хорошо, а трудности они преодолеют. — С Новым годом тебя, — первая поздравила его Вика. — И тебя с праздником, — ответил тот, — кстати, у меня тут для тебя припрятан подарок. — Оптимус… правда не стояло. — Но это же традиция: дарить подарки друг другу, — не понял тот. — Я… я имею в виду, что мне не нужно ничего от тебя. Я и так счастлива, — сказала шатенка. — Но от подарка ты не откажешься, — поддел её мужчина и извлёк из-под мишуры небольшую коробочку, — я долго… — Подожди! — воскликнула девушка и убежала к себе в комнату. Через пару минут она вернулась с пакетом в руках. — У меня тут тоже кое-что есть. Он просто лежал под другой ёлкой. — Хитро, — прокомментировал тот, — Тогда у меня для тебя целых два подарка. — Так не честно! — воскликнула девушка, подходя к нему. — Ничего не знаю. Иди сюда, — и Вика подошла к Оптимусу вплотную лишь для того, чтобы тот её поцеловал, придерживая за талию. — Ну, как тебе? — Прекрасно…

***

— И всё же, кто тебе помог с выбором кулона? — спросила шатенка. — Арси. Она посоветовала подарить что-то небольшое и не кричащее, но милое и красивое. А кто тебе подсказал с размером свитера? — поинтересовался он. — Не поверишь… Ретчет. Хах. Это было так заба-а-авно, — девушка зевнула. — Давай ложиться спать? — А утром как всегда? Зелёный чай и яичница с беконом? — Только для тебя.