(не)важно

      Антон выжидающе смотрел на Арсения. Он ждал реакцию. Голубые глаза резво бегали по ровным строчкам, а губы изгибались в улыбке.       -Неплохо, очень даже неплохо, — Арсений ободряюще похлопал парня по плечу. Антон никогда бы не подумал, что такой снисходительный жест может быть таким соблазнительным. Вряд ли Арсений рассчитывал соблазнить его, но Антон был не против быть соблазнённым им. — Фильм, кстати, мне тоже понравился, — в зелёных глазах заплясали черти, он всё же попал. — И с фантазией у тебя всё хорошо, — тут Арсений не смог сдержать усмешки, но не злой или ироничной, а искренней, радостной и доброй.       Арсений хотел добавить, что парень мог бы писать сюжеты для порнофильмов, но вовремя осёкся. Ведь если бы так пошутил его друг или человек, далёкий от индустрии, это бы пролетело мимо оттопыренных ушей. Но такая фраза от репетитора, который имеет непосредственное отношение к порно-индустрии, могла показаться впечатлительному парню флиртом или домогательством. А этого Арсений не хотел. Он боялся, что может переступить грань между шуткой и харассментом.       -Итак, давай теперь ты почитаешь, — Арсений решил перевести тему. — Я долго думал, какой текст тебе подобрать. Не хотелось чего-то скучного и тягомотного. Я остановился на прозведении «Удар молнии» Криса Колфера. Знаешь его?       -Нет, не припомню такого, — Антон даже не стал притворяться, что пытается вспомнить, кто это. Ему хотелось, чтобы Арсений сам рассказал ему. Ему нравилось слушать репетитора.       -Он же из «Glee» … в России он вроде назывался «Хор». Не знаю, как здесь, а в штатах это чуть ли не сериал поколения. Серьёзно. Я всегда довольно скептично отношусь к «культам» вокруг сериалов или фильмов, но в этом конкретном случае я, как это говорится… снимаю шляпу. У меня есть огромное количество знакомых квиров, которые нашли в себе силы выйти из шкафа только благодаря этому сериалу и Крису Колферу в частности, — Арсений вдохновлённо смотрел куда-то в стену, словно забыл, что сидел здесь не один. А Антон не мог оторвать от него изучающего взгляда. — Извини, я, кажется, отвлёкся.       Но Антон был совсем не против. Он хотел бы слушать Арсения так долго, как это возможно. Больше всего парня грела мысль о том, что Арсений говорил специально для него. Даже если бы мужчина пять часов подряд читал скучнейшие лекции по философии, Антон слушал бы его с открытым ртом.       Арсений достал из ящика стола внушительную пачку листов с текстом, собранных в скоросшиватель. Антон невольно поморщился и округлил глаза.       -Не бойся, здесь не всё для тебя, — Арсений поймал невербальный знак «SOS», невольно посланный студентом, и поспешил его успокоить. — Я не изверг. Для первого раза достаточно будет и одной-двух страниц.       После словосочетания «первого раза» кончики ушей Антона предательски покраснели. Он хотел услышать это от Арсения, но не в таком контексте, совсем не в таком…       Антон приступил к чтению, и это было официально самое худшее чтение за всю историю его обучения. Он не читал так плохо даже во втором классе, когда не знал и половины букв английского алфавита. Он постоянно запинался, тормозил перед незнакомыми словами, а знакомые произносил так, что узнать их на слух было решительно невозможно. Теперь кончики его ушей заливались краской от стыда, ведь он уже несколько минут мусолил одну страницу. Арсений был спокоен и терпелив: не перебивал, не корчил страдающие гримасы, не вздыхал, не закатывал глаза. Он наблюдал, внимательно слушал и иногда подсказывал Антону, как правильно читать то или иное слово. Антон от стыда даже не мог сосредоточиться на содержании текста. Он думал о своих тренировках, за которыми провёл все выходные, ведь тогда его чтение звучало очень даже неплохо. Но сейчас всё было иначе. Сейчас напротив парня сидел Арсений и отвлекал его куда больше, чем сам мог бы предположить. Когда длинные пальцы наконец перевернули страницу, нос недовольно поморщился, а брови отчаянно спустились к переносице: конец главы не близок. Арсений невольно улыбнулся: ему нравилось, что парня можно было читать, словно открытую книгу. Тактично дождавшись, когда студент наконец дочитал до конца абзаца, Арсений его остановил.       -Ты молодец, — Арсений ободряюще улыбался, — тебе нужно немного отдохнуть. С непривычки чтение на английском очень выматывает, по себе помню.       -Это было отвратительно, и мне правда очень жаль.       Антон хотел бы продолжить: «стыдно за то, что облажался перед человеком, который одним взглядом заставляет меня краснеть», «стыдно за трату чужого времени», «жаль разочаровывать того, кто с ним так вежлив и обходителен», «обидно осознавать, что мужчина вряд ли сможет захотеть его после такого неловкого перформанса» … Он мог бы продолжать очень и очень долго, а потому решил даже не начинать.       -Слушай, я конечно не эксперт, но ты какой-то напряжённый. Тебе бы расслабиться хоть немного. А то ты как будто боишься меня. Я же не собираюсь тебя ругать или оценивать. Я здесь… ну, то есть ты здесь, чтобы я помог тебе, ни больше ни меньше, — Арсений продолжал добродушно улыбаться.       Антон невольно представил, как Арсений мог бы наказать его, прямо здесь, на этом самом столе. Как он шептал бы грязные словечки на английском, нарочито по́шло произнося типичные порнофразы. Парень закусил губу, чтобы сдержать ухмылку.       -Тебе нужен пятиминутный брейк. Чай? Кофе?       Подсознание Антона быстро продолжило логический ряд: чай, кофе, секс. Да, ряд был не очень логичным, но на то оно и подсознание. Антон стушевался, ему совсем не хотелось «чаи гонять», ему хотелось Арсения, желательно голого и в кровати, но одетого и в кресле тоже было неплохо.       -А может теперь ты почитаешь, а я послушаю? Я где-то слышал, что художникам важна насмотренность. А мне бы наслушанность не помешала, наверное… — закончил парень совсем неуверенно.       -Хорошая идея, — видя нерешительность Антона, Арсений решил поддержать его. — И ты прав, это действительно полезно для изучения языка.       Арсений принялся читать, и слова из его уст лились так сладко, правильно и приятно, что Антон невольно усомнился в том, что они действительно читали один и тот же текст. Голубые глаза быстро бегали по напечатанным строчкам, а зелёные бесстыже рассматривали оратора. Антон думал, что красивее Арсения быть уже не может, но он ошибался. Красивее Арсения был только читающий Арсений. В нём было прекрасно всё: приятное произношение, правильная интонация, немного прищуренные глаза (вероятно, ему нужны были очки), хлопающие ресницы, подрагивающий кадык, то, как он выдерживал логические паузы между предложениями и убирал чёлку со лба (скорее машинально, чем от неудобства).       Антон попытался представить Арсения в очках, но внезапно осознал, что ему не нужно представлять, достаточно вспомнить, ведь он видел такое видео. Парня словно током пронзило. В той сцене Арсений был в очках, он сидел на диване и читал книгу в ярко-голубой обложке, к нему подошёл парень, чтобы проспойлерить концовку книжки, ну, а дальше по классической схеме. Да, сюжет довольно сомнительный, но и видео было старым, с тех пор Арсений успел вырасти, как режиссёр. Антон, который уже совсем не следил за текстом, невольно представил себя внутри этой сцены: вот сейчас он расскажет Арсению, чем история закончится, тот разозлится, отшлёпает парня, кинет его на кровать и…       -Анто-он, — Арсений проводил ладонью перед лицом парня, привлекая его внимание. Антон быстро заморгал, словно внезапно вышел из транса.       -А? Что? Прости…       -Ты о чём так задумался? — Арсений не язвил, но Антону всё равно было неловко.       -Я… да там… неважно… извини…       -Всё в порядке. Просто постарайся не улетать надолго. Готов продолжить читать?       -Да. Конечно, да.       С новыми силами Антон продолжил мучать текст, слух Арсения и чувство собственного достоинства. Его глаза неторопливо двигались по листу, но мысли были заняты совсем другим. В голове он прокручивал свою последнюю реплику: «да, конечно, да». Он думал, что мог бы сказать «да, сэр» или «да, папочка», но это было бы странно. Безусловно, когда желание есть, его трудно побороть, но Антону пришлось. Он не мог сконцентрироваться на содержании текста. Он понимал почти все слова, он даже мог бы сложить их в предложения. Мог бы, но ничего у него не получалось. Ведь его возбуждал отвлекал Арсений, который сидел рядом и нарочито спокойно слушал его.       -Я правильно помню, что ты на выпускном курсе? У тебя большая загруженность? Много домашних заданий?       -Нет. На самом деле нет, — Антон на секунду растерялся: его удивило то, что Арсений запомнил такую мелочь, сказанную когда-то вскользь.       -Может, возьмёшь книжку с собой? Прочитаешь, сколько прочитаешь, хоть абзац, хоть страницу.       -Да, хорошо, — Антон с радостью согласился, он увидел в этом задании возможность показать Арсению, что несмотря на плохое чтение, он всё же старается и тянется к знаниям. Хотя, на самом деле, единственное, к чему он сейчас искренне тянулся — это кровать Арсения.       -Вот только, ещё кое-что: когда будешь читать — запиши мне войс, не больше пары минут, ладно?       -Ладно, — парень удивлённо сложил брови. — Но зачем?       -Хочу послушать тебя в других декорациях, — «и убедиться, что это я тебе мешаю» Арсений решил оставить окончание фразы при себе.       -А куда войс можно отправить?       -Может в инстаграм? Тебе будет удобно?       -Да, конечно. Но ты меня там не потеряешь? У тебя наверняка директ завален, — «в основном дик-пиками» теперь и Антон умолчал окончание своей реплики.       -Ты куда предусмотрительнее меня, — Арсений обаятельно усмехнулся и протянул парню свой телефон, — найди свой аккаунт и напиши что-нибудь.       Антона удивила та лёгкость, с которой репетитор доверил ему свой телефон. Он почти машинально нашёл свой профиль и отправил себе какой-то смайлик. Положив телефон на стол, Арсений окинул студента оценивающим взглядом.       Антон на мгновение почувствовал себя героем порнофильма. Вот он, этот момент, сейчас Арсений скажет, что Антон — хороший мальчик и заслужил поощрение за свои старания, толкнёт его в грудь, заставляя упасть на кровать, стянет с него штаны и… -Ещё почитаешь?       Мыльный пузырь сексуальных фантазий Антона лопнул, а брызги впились в мозг так, словно он был не из мыла, а из стекла. Вот, что значил оценивающий взгляд Арсения. Парень разочарованно выдохнул и прильнул к листам.       -Да, конечно.       На самом деле, Антон был совсем не против изучения английского языка. Напротив, он любил английский и был искренне им увлечён. Но была одна загвоздка: больше всего из английского его увлекал репетитор. Но приставать к своему репетитору было бы как-то странно.