(не)важно

      Антон лежал в кровати и гипнотизировал взглядом потолок (между прочим: если бы это сделали олимпийским видом спорта, он уже взял бы золото) и анализировал прошедшую неделю. Сначала ему казалось, что он впустую потратил кучу времени, не только своего, но и чужого. Настя теперь игнорировала его, как-то нарочито показушно. А Коля напротив: вежливо кивал и обаятельно улыбался каждый раз, когда они где-то пересекались. А перед тем мужчиной из клуба Антону было по-настоящему стыдно. И ещё было немного неловко перед одногруппником, к которому парень завалился посреди ночи, потому что общежитие было закрыто. Антон и сам удивился тому, что ему так везло на людей.       Его личная жизнь за двадцать лет не была так насыщенна, как за последние две недели. Антон понял, что эта неделя не была пустой тратой времени, когда осознал, теперь уже окончательно и бесповоротно: его не привлекала ни Настя, ни Коля, ни даже Диего, потому что ему нравился Арсений, потому что он был влюблён в Арсения. Теперь, после осознания и принятия этого факта, от него уже не хотелось бегать и прятаться. Антон готов был принять свои чувства независимо от того, ответят ли ему взаимностью или нет. Чувства не так уж и страшны. Если чувствуешь, если больно — значит ты жив, а пока жив, всё ещё может наладиться.       «Натуралам нравятся девочки. Геям нравятся мальчики. Бисексуалам нравятся и те, и другие. А мне нравится только Арсений. Как это вообще называется? Арссексуальность? Не-е, скорее: долбаебизм», — Антон усмехнулся своей же шутке.       -Ты чего? — Дима, сидящий за столом с горой учебников, любопытно обернулся.       -Да так, ничего. Сам пошутил в голове, сам посмеялся.       -А мне рассказать? Может я тоже посмеюсь, — Дима был настроен решительно. Он волновался за Антона, потому что в последнее время видел его гипнотизирующим потолок слишком часто.       -Не, там подводка слишком долгая, но панчлайн в том, что я еблан.       -Хм, ну, это я и так знал.       Они синхронно рассмеялись. В такие моменты Антон искренне радовался их дружбе. Парни не были особенно тактильными и не обсуждали слишком щепетильные темы, но Антон знал, что в случае чего, он всегда мог прийти к Диме. Позов успел стать для него синонимом стабильности и домашнего уюта. Но говорить о своей ориентации и переживаниях по этому поводу Антон всё как-то не решался. До этого вечера.       -Поз, — прозвучало немного неуверенно.       -А? — Дима не повернул головы, но Антон и так знал, что он весь внимание.       -Мне кажется, что я гей, — фраза вылетела на одном дыхании. Антон чуть не перестал дышать, ожидая реакции.       -Угу, — коротко и сдержанно.       -Тебе плевать что ли? — Антон не понимал, стоило ли ему злиться или, напротив: радоваться.       -Ну, мне скорее просто не важно. Ты же мой друг. И ты останешься моим другом, независимо от того, с кем ты спишь и на кого дрочишь.       -Спасибо.       Антон и мечтать не мог о такой реакции. Он задумался, как он сам мог бы отреагировать на каминг-аут близкого человека. Но ничего дельного парень придумать не успел: его отвлекла вибрация телефона. «Ты будешь завтра?» — коротко, сдержанно, по делу, очень в духе Арсения. Ответ не заставил себя долго ждать. «Да!» — коротко, но радостно, почти торжественно.