(не)важно

      Арсений сидел на диване с ноутбуком на коленях и увлечённо клацал по клавишам. Ну, точнее — он пытался выглядеть увлечённым и занятым. Но на самом деле, единственное, чем он был увлечён — это наблюдение за Антоном, сидящим на смежной половине углового дивана.       Сразу после окончания занятия Антон напомнил Арсению, как тот обещал дать ему почитать «Назови меня своим именем». Мужчина дал парню книгу без задней мысли и сел за свой ноутбук, надеясь заняться рабочими вопросами. Вот только вместо рабочих вопросов его голову заполонили те самые «задние мысли». Он едва мог оторвать взгляд от парня.       Антон с головой ушёл в омут истории, а потому даже не замечал, когда Арсений бесстыдно пялился на него. Он не замечал, как убирал чёлку со лба. Не замечал, как оттягивал пухлые губы длинными пальцами — старая привычка. Не замечал, как морщил нос, закусывал губу, невинно улыбался. Но главное — не замечал, как на это всё реагировал Арсений. После каждого незначительного жеста Антона мужчину передёргивало, потому что каждое движение казалось ему актом искусства. И всё в парне было прекрасно: и пухлые чуть обветренные губы, и непослушная кудрявая чёлка, и длинные пальцы, ловко перелистывающие страницы, и аккуратный носик, который невинно морщился на особо неприятных моментах. Антон был рождён, чтобы Арсений мог им любоваться.       Арсений заметил, что за весь вечер парень даже ни разу не посмотрел в телефон, чтобы узнать, сколько времени. Мужчина решил использовать это в своих их общих интересах.       -Как ты думаешь, сколько времени? — Арсений произнёс это нарочито спокойно.       -Не знаю, а сколько времени прошло? — парень провёл ладонью по дивану в поиске своего телефона, — пара часов?       -Уже начало одиннадцатого, — спокойно и сосредоточенно снаружи, но внутри — ураган и искреннее любопытство: как же он отреагирует?       -А? Как? Уже десять? — по-детски сконфуженно он подскочил на месте, — общага закрыта… а как?.. куда?.. блин…       -Ты можешь здесь остаться, если, конечно, хочешь, — Арсений самодовольно смотрел в экран ноутбука. Ему нравилось видеть растерянность Антона, но куда больше ему нравилось то, что он в состоянии помочь парню. — Насколько я помню, у тебя завтра выходной. И можешь не переживать, приставать к тебе я не буду.       Антон помолчал пару секунд, хотя его язык так и чесался сказать: «я буду, можешь переживать», но он всё же сдержался и сел обратно, — спасибо, если ты не против, я ещё немного почитаю.       Его «немного» затянулось до часа ночи и продолжалось бы дальше, если бы Арсений силой не вырвал у него из рук книгу и не отправил в спальню.       -Дать тебе спальную футболку? — Арсений стоял перед кроватью и беззастенчиво рассматривал раздевающегося парня.       -Да, пожалуйста, — Антон вновь был в этой спальне и вновь раздевался, но сейчас всё было иначе. Сейчас было куда лучше.       Арсений быстро достал из шкафа старую, но от этого не менее любимую футболку с логотипом «The Prodigy» и передал её парню. Тот торопливо натянул её и принялся изучающе водить пальцами по ткани, словно ребёнок в новом свитере. Губы Арсения расплылись в умилительной улыбке.       -Ну, спокойной ночи, — мужчина уже собрался выйти из спальни, голос из-за спины остановил его.       -В смысле? А ты куда? — Антон неловко присел на край кровати и жалостливо смотрел на мужчину.       -В гостиную, — Арсений мог бы закрыть дверь и уйти, не продолжая диалог. Мог бы, но не хотел.       -Зачем? — парень устало потёр глаза.       -Не знаю, как ты, а я спать собирался.       -Хорошо, но почему не здесь? — длинные пальцы огладили одеяло, и одного этого вида Арсению было достаточно, чтобы остаться.       -Потому что здесь будешь спать ты.       -А почему ты не хочешь спать со мной? — этот диалог напоминал пинг-понг: они говорили коротко и односложно, но надеялись выиграть эту словесную баталию. Вот только, одна сторона была настроена скорее на игру в поддавки.       -Потому что я обещал не приставать.       -Во-первых, я тебя об этом не просил, я не то что бы против. А во-вторых, тебе не обязательно приставать, если ты этого не хочешь.       А Арсений хотел. Действительно хотел. Но не прямо сейчас.       -Ты уверен?       -Да, совершенно точно, да, — Антон успел привыкнуть к пунктику Арсения на счёт активного согласия, а потому точно знал, как нужно отвечать.       Арсений устало вздохнул, словно Антон добился своего вопреки желаниям самого Арсения, вот только это было лишь образом, маской, попыткой держать лицо до последнего. Мужчина неторопливо направился в гостиную, чтобы погасить там свет и выключить ноутбук, а затем вернулся в спальню и щёлкнул выключателем. Он раздевался в темноте, разбавляемой лишь светом луны из окна.       -Ты специально свет выключил, чтобы я не мог смотреть, как ты раздеваешься? — Антон лежал на кровати и смотрел в потолок.       -Возможно, — только после реплики парня Арсений понял, что это было правдой. За несколько последних лет он так привык поддерживать загадочный образ, что теперь даже перестал замечать это. Он знал, как притягательна и сексуальна таинственность. Знал и умело этим пользовался.       Арсений лёг на свободную половину кровати. Он был настроен сохранять безопасную дистанцию, но увы: Антон не для того уговорил его остаться спать здесь. Парень прижался к нему непозволительно близко и обвил мужчину руками и ногами. Антон хотел этого давно. Он вновь хотел ощутить его кожу под подушечками своих пальцев, хотел прижиматься так близко, чтобы чувствовать, как бьётся сердце в его груди, хотел вдыхать запах его тела, хотел выдыхать в сгиб между плечом и шеей и чувствовать его мурашки. Антон скучал. Антон понял, что скучал куда сильнее, чем ему казалось.       -Что ты делаешь? — Арсений произнёс это с таким показным самообладанием, словно он был не в восторге от происходящего.       -Обнимаю тебя, — Антон провёл кончиком острого носа по чужой шее, вызывая табун мурашек, — я скучал.       Вряд ли он решился бы сказать это при свете дня. Это всё чары ночи. Темнота, тишина и ощущение спокойствия развязывают языки, заставляют быть откровеннее, честнее, особенно перед самим собой.       Арсений не ответил. В комнате воцарилась умиротворяющая тишина. Они думали об одном и том же. Каждый хотел задать тот самый вопрос, но никто не мог набраться храбрости, чтобы заговорить первым.       -Ты спишь? — Антон не выдержал.       -Нет.       -Почему?       -Ну, даже не знаю: может быть потому что я не привык спать в крепкой хватке огромной коалы, а может потому что я пытаюсь думать о чём-нибудь отвратном, чтобы прямо сейчас мне не пришлось идти в ванную и спускать в водопровод.       -Я тебе нравлюсь.       -Это обычная реакция организма.       -Потому что я тебе нравлюсь.       -Да.       -И ты мне нравишься, — Антон был благодарен Вселенной за полную темноту, в которой Арсений при всём желании не смог бы разглядеть его покрасневшие щёки, — а почему мы тогда не встречаемся? — вот он, решающий вопрос, к которому они шли не одну неделю.       -А ты хочешь? — глупый, ненужный, риторический вопрос, но для Арсения он был важным.       -Да. А ты? — аккуратно, словно боясь лишним словом всё испортить, переспросил Антон.       -Думаю, да, — Арсений никак не решался отпустить свой флёр таинственности, который так долго был его бронёй, что мужчина прирос к нему.       -Не думай, просто ответь. Я хочу с тобой встречаться, — Антон приподнялся на локтях и замер в сантиметре от чужого лица, — и я знаю, что ты тоже этого хочешь. Не знаю, как, но я это чувствую. Просто скажи, что ты тоже этого хочешь.       -Да, хочу.       -Скажи полностью, — Антон мог бы уступить ещё на фразе «думаю, да», если бы для него это не было так важно. Он хотел услышать, что Арсений хочет его также, как он сам хочет Арсения.       -Я хочу с тобой встречаться, — мужчина не стал вздыхать и закатывать глаза. Было непросто, но он всё же произнёс это вслух.       -Вау, — Антон слез с Арсения и расположился на кровати у него под боком, — ты теперь мой парень, а это значит, — длинные пальцы плавно спустились от шеи Арсения к его паху, — что теперь я могу сделать так.       -Нет, не можешь, — Арсений негрубо, но властно сжал чужое запястье, — во-первых, до первого секса нужно сходить хотя бы на пару свиданий. Я, знаешь ли, мужчина приличный и на первом свидании не даю, — вопреки попытке оставаться серьёзным, Арсений усмехнулся своей же фразе, — а во-вторых, ты забыл спросить: хочу ли я этого. Никогда не смей забывать про активное согласие, неважно, с парнем ли ты или с девушкой, встречаетесь вы или только познакомились, было ли у вас до этого что-то или нет. Либо вы оба согласны, либо никакого секса.       -Ты слишком сильно всё усложняешь, — Антон недовольно вздохнул и положил подбородок на чужую грудь, — мы ведь уже занимались сексом и всё было хорошо.       -Это другое, — Арсений запустил пальцы в светлые волосы и принялся неторопливо перебирать их, — наш первый раз будет и близко не таким.       -А скоро он будет? — парень выводил на вздымающейся груди невидимый узор подушечками пальцев. Он пытался занять руки, чтобы вновь не потянуться к чужому паху.       -Не знаю, мы просто это почувствуем, — для опытного порноактёра Арсений был на удивление сентиментальным.       -Я уже чувствую, — Антон потёрся пахом о ногу мужчины, демонстрируя внушительность его «чувств».       -Если ты не перестанешь, я уйду спать в гостиную, — он потянул парня за волосы, достаточно сильно, чтобы убедить в собственной решимости, но недостаточно, чтобы сделать больно.       -Спокойной ночи, — Антон крепче прижался к Арсению.       -Спокойной ночи.       Антон провалился в сон почти сразу, как закрыл глаза. А Арсений ещё час смотрел в потолок. Он давно не испытывал подобного. Он даже не мог припомнить, когда в последний раз спал с кем-то в одной кровати просто так. Как правило, после своих одноразовых «встреч» Арсений почти сразу предлагал вызвать гостю такси. Он так долго не желал ни с кем делить постель, что сейчас ему это казалось чем-то совершенно диким.       Но невероятно правильным. Это правильно, что спустя много лет одиночества он нашёл, с кем делить кровать. Это правильно, что он наконец вступил в отношения. Это правильно, что он влюбился в своего ученика. И, чёрт возьми, как же это правильно, что этот парень прямо сейчас опалял его грудь своим размеренным дыханием. Это правильно. Иначе и быть не может.