Feathers and Fur

Уловив острым нюхом запах вороньих перьев в воздухе, Наруто встрепенулся и вскочил на ноги, пугая своим резким движением Гаару, с которым они до этого момента разговаривали. Это не было чем-то новым, поэтому неловко пожав плечами на закатывание глаз и понимающую улыбку, кицунэ направился в сторону границы. Перья и зола. Зарываясь носом в длинные волосы Итачи или проводя языком по бледной шее, дразня кожу клыками до мурашек, Наруто хорошо запомнил запах тэнгу. Все же кицунэ славились отличным обонянием, которое было одним из главных отличий между ними и другими существами. Именно поэтому, осторожно переступая выступающие корни и острые камни, Наруто не мог перестать принюхиваться. Запах был знакомый, да. Но с ним не было ассоциаций, и он не манил за собой, как прежде. Он был не совсем… Итачи. Кицунэ не хотел признаваться, но что-то было не так. Останавливаясь под старым, высоким деревом, Наруто нахмурился, делая глубокий вдох носом. Травы, деревья, кустарники и цветы – запахи всего леса наполнили его легкие. Это был запах дома, невольно возвращающий легкую улыбку на лицо, которая так же быстро и пропала, когда присутствие незнакомо-знакомого запаха стало ощущаться сильнее. Перья и прах. Это не был Итачи. Тело Наруто пробила дрожь от осознания, что он подошел на опасно близкое расстояние к врагу, чей запах у него ассоциировался со смертью.

=

Саске стоило неимоверных усилий сохранять спокойствие и не поддаться импульсному желанию плюнуть на задание отца, которое никак не мог выполнить Итачи, и спалить чертов лес дотла. То, чем когда-то в детстве его пугала мама, сейчас неимоверно раздражало, особенно, когда он смотрел на это все скептично-невпечатленным взглядом. Пристальные взгляды ёкаев, отсутствие звуков, опустившаяся температура и ползущие тени, которые ничто не отбрасывает? Он опытный воин клана Учих, и ему уже давно не пять лет, чтобы бояться дешевых фокусов. Если бы это место не было бы возможно будущим источником ресурсов для их деревни, то он уже бы горел диким пламенем. Саске надеялся, что, когда они извлекут из леса все, что только можно, именно их клану предстоит решить его судьбу. Завидовать тут явно будет нечему. Раздраженно смахивая листву с его угольных крыльев, Саске продвигался вперед с мыслями о лисьих хвостах и катаной наготове. Ему надо было только поймать кицунэ до того, как его брат проснется и поймет, что происходит. В этот раз их отец будет гордиться не старшим сыном.

=

Лис был быстрее, чем казался на первый взгляд, но он уходил от ударов только за счет инстинктов, а не какой-то реальной подготовки. Саске это неимоверно злило, потому что вместо крови землю окропляли только миллиметры желтой шерсти. Скрипя зубами и тяжело дыша, то ли от злости, то ли от того, сколько силы он прикладывал в каждый свой удар, тэнгу не мог перестать думать о синяках на шее и плечах лиса. Они дрались, казалось, уже вечность, медленно, но верно, доводя себя до изнеможения, но Саске так ни разу и не смог его ударить. Никто, кроме его брата, не был достаточно искусен в бою, чтобы подобраться к лису так близко. Эти мысли вызывали горечь на языке тэнгу, но синяки лиса продолжали служить насмешкой, что и тут Итачи превзошел его. Даже несмотря на взъерошенные перья и сжатую до боли катану в руке, Саске не сдастся, пока его противник не будет лежать на земле неподвижно. Со свистом разрезая воздух катаной, тэнгу садистски улыбнулся, ведь он был уверен, что в этот раз кицунэ не успеет увернуться. Он это понимал по замершему в страхе лицу и расширенным голубым глазам, но вместо плоти его меч рассек иллюзию, которая дрогнула подобно потревоженной воде, растворяясь в воздухе. Разум Саске предательски молчал, а тело быстро оказалось на земле после сильного удара в спину от настоящего лиса. Его отвращала мысль показывать свое удивление перед врагом, но по довольной ухмылке кицунэ, Саске понял, что этого не требовалось. К его шее приставили кончик меча, заставляя поднять голову и смотреть в глаза, которые он успел возненавидеть, но даже под таким углом тэнгу успел уловить гравировку на катане кицунэ. На секунду он застыл от шока, в глубине души надеясь, что ему показалось. Он не мог поверить тому, что видел, но это не было совпадением. Второго такого меча не существовало, и он знал, кому тот принадлежал. Как он не заметил этого раньше. Но ведь его брат… Плевать. Для начала ему надо будет победить и стереть эту гнусную ухмылку с лица кицунэ, а потом у него будет куча времени на вопросы. И неважно, будет ли лис сотрудничать. Пытки не были чем-то аморальным для его клана.

=

Все же ярость и ненависть питали силы Саске, как ничто иное.

=

- Его регенерация работает намного быстрее наших самых сильных исцеляющих заклинаний, но даже так эти синяки остаются на месте. Удивительно, - бубнила себе под нос розоволосая дзями, стоя от лиса как можно дальше, потому что ее первая и последняя попытка дотронуться до него закончилась использованием на ней этих самых заклинаний; да, терять пальцы всегда болезненно. Саске в открытую закатил глаза, игнорируя ее обиженный взгляд. Он до сих пор не понимал, какого черта она делала тут с ним, потому что он сомневался, что ее единственная причина тут находиться – связанный кицунэ, которого она хотела разобрать и собрать воедино, чтобы понять, как он функционирует. Если честно, он бы не против лично толкнуть ее в сторону к лису и посмотреть, что будет дальше. Ехидный смех и шуршание тканей привлекло их внимание. Саске не хотел это признавать, но на секунду у него все внутри сжалось, когда он увидел, как лис медленно проводил пальцем по подбородку, вытирая кровь Сакуры, чтобы потом ее слизать, клыкасто улыбаясь им в глаза. Он не связан. Почему он не связан? - Синяки? Ох, нет, - самодовольно посмеивался он, рассматривая свои длинные черные когти. – Это засосы моего партнера. Саске не был идиотом. Он мог сложить два и два и понять, к чему клонил лис. По ухмылке на его лице было просто понять, что и он знал, кем Итачи ему приходился. - Я не хотел делать тебе больно, потому что ты пах, как он, - кицунэ потянулся, поднимаясь со своего места на земле, его последняя рана затягивалась и заживала на глазах за секунды. – Но ты спрашивал о Кураме, а семью я не дам вам в обиду. Опасный блеск в глазах, который там не присутствовал пару минут назад, сковывал движения в страхе, активируя инстинкт “бей или беги”. Вот только сейчас, даже в их деревне, Саске не был уверен, что первый вариант – правильный. - Саске, - тянула его за рукав хаори дрожащими руками Сакура, не отрывая глаз от кицунэ. – Что нам делать? Он не знал. Первый раз за свою жизнь, он не знал, что делать.

=

- Что ты имеешь в виду, ты не знаешь, где он, тэнгу?! – рычал Курама, сжимая когтистой лапой тонкую шею. Итачи никогда не виделся лично с богом этих мест ровно до этого момента, и когда они все же встретились, тэнгу оказался впечатан спиной к коре старого дерева с нечеловеческой силой. Даже в человеческой форме, как у Наруто, Курама обладал той же физической силой, и он не думал сдерживаться во время вспышки гнева. Благо, его крылья были достаточно крепкими, чтобы хоть немного смягчить удар и при этом не пострадать. - Я закрывал глаза на все, что вы делаете, думая, что это к лучшему, - кицунэ опасно сощурил свои глаза, наклоняясь к лицу Итачи, - но, видимо, я ошибался. Тэнгу царапал когтями руку, умоляя вернуть ему доступ к кислороду. Кураме не нужны были ответы, он хотел мести за его пропавшего ребенка, но он не давал Итачи шанса оправдать себя. - Курама-сама, я знаю, куда забрали Наруто, - новый спокойный голос отвлек Кураму от его гневных мыслей. Лис выпустил из своих рук тэнгу, который упал к его ногам, громко кашляя. Кураму сейчас не особо волновало состояние того, кто не мог защитить Наруто. Он повернулся к бакэнэко, пряча свои руки в широких рукавах оранжевой юкаты. - И где же он? – прошипел Курама, скептично поднимая бровь. Гаара не медлил в ответе на вопрос его бога.

=

- Да уж, неудачно ты ему под руку попал, - вздохнул кот, помогая Итачи подняться на ноги. Курама уже успел исчезнуть с грациозным взмахом рукой в потоке осенних листьев. Если предположение Гаары верно, то в течение часа деревня сравняется с землей. Что ж, они сами напросились. - Я должен был это предвидеть, когда понял, что Наруто больше нет в лесу, - хрипел тэнгу, все еще держась за горло, где уже формировался синяк в форме когтистой руки. Гаара на это ничего не ответил. Он с самого начала подозревал, что Итачи появился здесь изначально не с добрыми намерениями по отношению к Наруто, но в итоге поменял свои взгляды, решив пойти против планов его деревни. Но все же он сам виноват в том, что ничего не предпринял, когда у него было время. - Второй тэнгу, это ведь твой брат? – вместо этого спросил Гаара, задумчиво глядя в сторону Конохи. - Да, только он может быть достаточно настойчивым и смелым, чтобы совершить подобное. Гаара сухо усмехнулся, скрещивая руки на груди. - Ты хотел сказать: “Достаточно упрямым и безрассудным”? Итачи устало вздохнул и кивнул. Не было смысла это отрицать.

=

Они стояли все вместе посреди деревни, глядя на обезумившие от страха лица горожан Конохи, в панике бегающие кругами. Наруто находил это уморительным, ведь сколько бы страшилок они не рассказывали новым поколениям о существах, живущих в лесу, они так никогда и не осознали их истинной силы. - Готов признать: это достаточно забавно, Курама-сама, - слегка, но искренне улыбаясь, произнес Гаара. Итачи выглядел так, словно не знал, куда себя деть, но на слова демонического кота он все же кивнул. Это было лучшее решение, к которому они смогли прийти с богом-кицунэ и Наруто, которое бы не заключало в себе уничтожение деревни одним из множества безжалостных способов. - И когда иллюзия пропадет? – спросил Наруто, зарываясь лицом в волосы Итачи и вдыхая запах перьев и золы. Курама самодовольно ухмыльнулся, прикрывая глаза. Он явно купался в потоке отчаянных криков и сорванных голосов, наслаждаясь каждой секундой. Итачи решил сосредоточить свое внимание на Наруто, потому что ему начало становиться не по себе. Благо, кицунэ понимающе улыбнулся и покрепче его обнял, обвивая пушистыми хвостами. - Около недели. Итачи старался не думать, что его родная деревня будет жить своим самым страшным кошмаром, ставшим реальностью, примерно неделю в лучшем случае. Но это все же лучше, чем истребление. Ну, он надеялся на это.

=

- Как ты смотришь на то, чтобы поддерживать иллюзию, иногда подбрасывая метафорических дров в огонь? – с хитрым блеском в глазах предложил Курама. Не было проблемой найти единственного жителя деревни, не пострадавшего от его иллюзии, когда Наруто и его шайка покинули территорию деревни и вернулись в лес. Курама не был удивлен, что после стольких лет, даже с пристрастием к смене обликов, его старый знакомый все же вернулся к своему изначальному обличию. - Только почту за честь, - его губы растянулись в дьявольской, нечеловеческой улыбке, открывая вид на тонкие заостренные клыки, по которым он провел змеиным языком, словно смакуя будущий первобытный страх жителей деревни. – Все же как отец, я могу понять желание заставить страдать тех, кто обидел моего ребенка. Глаза Курамы инстинктивно опустились вниз, где за подол юкаты неловко цеплялся тихий ребенок со светлыми волосами и такими же глазами, как у его отца. Он скромно улыбнулся и помахал свободной рукой. Курама не мог не помахать ему в ответ. - Рад, что на тебя можно положиться, Орочимару. - Взаимно, Курама.

=

Черные крылья служили подобием купола, объявшего их со всех сторон, в то время как Наруто удобно устроился между ног Итачи, который не переставал его обнимать со спины. Наконец, настал их момент спокойствия без чувства чего-то неизбежного, висящего над головой. - Наруто, я… Кицунэ обернулся, успевая заметить стыдливо опущенные глаза тэнгу, которые быстро прикрыли длинные волосы. Он впервые видел такое выражение лица у Итачи, и он уже его ненавидел, желая вернуть ту спокойную улыбку, которую успел так полюбить. Наруто уже слышал эхо извинения на губах Итачи и подался вперёд, легко целуя его в уголок рта с единственной целью не дать ему произнести эти слова. - Ты ни в чем не виноват, - вместо этого произнес он, утыкаясь носом в шею, чтобы запах перьев и золы заполнили его лёгкие. Это была правда, ведь, по его мнению, все закончилось хорошо. Да, может они начали создавать их отношения из недобрых намерений и вражды, но Наруто уверен, что то, что вышло, оказалось прекрасным. Да и к тому же… - Ваш меч все еще у меня, Итачи-сан, - повалив тэнгу на землю, Наруто хитро улыбался, глядя на него сверху вниз. Итачи смотрел на него так, словно он видел его впервые: заслоняя яркое солнце, которое мягко подсвечивало золотые локоны и мягкую шерсть, Наруто выглядел, как внеземное создание. Хотя, по мнению тэнгу, он им и являлся. Он ласково провел костяшками пальцев по мягкой коже, зачарованно наблюдая за тем, как кицунэ в ответ уткнулся в его руку, удовлетворенно прикрыв глаза. - Ох, тогда у меня есть повод здесь остаться, - прошептал Итачи. Впервые за долгое время он наконец чувствовал себя на своем месте.