Часть 28
5 января 2025 г., 16:00
Музыка наконец стихла. За стол сели запыхавшиеся Джисон и Чэнлэ. Омега был до ужаса счастливым, с висков стекал пот, а пиджак, давно стянутый, мешком висел на спинке стула. Пак выглядел не лучше, но в отличие от Чжона у него не было одышки, будто он пробежал марафон. Все были в сборе и ждали заключительной речи хозяев вечера. Джемин ушёл к родителями, чтобы выйти с ними на сцену. Младший омега стал налегать на десерт, а Джисон заботливо протянул ему свой.
Свет приглушили. На сцену вышло семейство Мун-Ким, а слева от них робко стоял их сын. Гул стих. Родители Джемина поблагодарили всех пришедших, а так же огласили сумму, собранную за весь вечер. Ренджун от такого количество нулей чуть не присвистнул. Дальше шла череда личных благодарностей, обмены любезностями и прочая официальная мишура, так что Хуан перестал вслушиваться. Зато он подметил, как Чэнлэ в нетерпении ёрзал на стуле, объяснить такое поведение Хуан не смог, потому просто отмахнулся от этой мысли. Через пару минут за стол вернулся Джемин, и тогда Чэнлэ всё же прорвало.
— У нас с Джисоном есть для вас новость! — омега счастливо схватился за плечо Пака, а тот лишь покраснел.
— Да, мы хотели сообщить вам, что наши родители одобрили наши отношения. — Хёк ахнул. — Они решили объявить о помолвке после того, как Чэнлэ закончит университет. Вот так вот.
Все за столом стали одобрительно кивать, а Марк с Джено даже по-отцовски похлопали Джисона по плечу. Ренджун успел отметить, как Ли-младший заговорщически подложил Паку купюру в сто долларов в ладонь.
— И мы бы хотели отметить данное событие вечеринкой. Поехали ко мне в загородный! — Чжон сидел красный, как рак, но всё ещё счастливо улыбался.
Хуан обернулся на Куна, который быстро набирал кому-то сообщения. У него пролегла складка между бровей, и вид у него был слишком серьёзный.
— Гэгэ? Всё хорошо?
— А? Да-да, Джунни. Всё нормально, — альфа отложил телефон.
— Кстати, Кун-гэ тоже приглашён. Отказы не принимаются! — Чжон подпрыгнул на месте, натягивая пиджак. От него за версту несло сладкими цитрусами.
Альфа на секунду растерялся. На его лице отобразилось удивление, но оно быстро угасло под давлением счастливой улыбки.
— Спасибо, Чэнлэ-я. Я буду только ра,. — Цянь благодарно кивнул. Хуан не смог сдержать своей улыбки, но что-то внутри не давало покоя.
Они объявили о своих отношениях родителям, но между ними не было никакой определённости. Разумом Хуан понимал, что это был серьёзный шаг, но отчего-то внутреннее «я» щетинилось, не желая успокаиваться. Ренджун нервно потёр сердце.
«Да что же это такое?!»
***
Все расселись по семейным машинам, называя водителям адрес загородного дома семьи Чжон. Кун сел в свой личный автомобиль. Ренджун вызвался сесть к нему. Альфа неторопливо забил в навигатор адрес и тихо присвистнул. Ехать почти полтора часа. — Признаться честно, я думал, что дом будет находиться дальше, — Кун пропустил смешок. — Про господина Накамото ходит много разных слухов, — Ренджун хохотнул в ответ. — Я знаком с Чэнлэ с начальной школы, но, даже так, про его отца знаю не больше, чем все остальные, — омега откинул кресло посильнее. — Знаешь, гэгэ, я очень испугался, когда увидел отца рядом с тобой. — О, а я как занервничал, — альфа нервно посмеялся. — Сяо отошёл, я отвлёкся на телефон буквально на секунду. Поднял глаза, а передо мной господин Вон. Но я рад, что всё так вышло, — Цзянь нежно улыбнулся. — Я устал… я так сильно нервничал всё это время, что не замечал свою усталость, — Ренджун зевнул. — Откинь кресло посильнее и спи. Я разбужу тебя, когда подъедем, — альфа поставил лёгкий джаз, а Хуан потихоньку провалился в сон. Омега старался не уснуть, но терпкий аромат шоколада убаюкивал, а тихая музыка походила на колыбельную. Хуан проморгался в надежде, что это взбодрит. Что-то в груди неприятно жгло, а тревога занимала мысли. Он старался разобраться в себе, но каждый раз натыкался на тупик, не понимая причин его внутренней паники. Ренджун глубоко вдохнул, ругая себя в мыслях за постоянную паранойю, и всё же уснул. Снился омеге красивый дом на берегу моря. Солнце грело, а песок под босыми ногами приятно отдавал теплом. Хуан огляделся: он стоял на улице совсем один. Что-то неприятно кольнуло в груди. Ощущение неправильности заполняло сознание, и Хуан был готов сорваться на бег, но не мог пошевелить и пальцем. Омега продолжал стоять на месте, наблюдая, как волны разбивались о песок. Он заметил движение сбоку и обернулся. Из дома выходил Кун. Ренджун облегчённо выдохнул. Он наконец обрёл возможность управлять своим телом и побежал в сторону альфы. Кун поймал Хуана и покружил его на руках. Тёплое чувство разлилось в груди. Омега был на седьмом небе от счастья. Альфа погладил его по щеке и произнёс: — Ты мой лучший друг, Иджунни. Хуан дёрнулся назад. Весь пейзаж начал рассыпаться. Темнота поглощала его с головой, и омега тонул. Он пытался ухватиться руками хоть за что-нибудь, но натыкался только на пустоту. Последним, что он видел, были глаза Куна, смотревшие с каким-то странным злорадством. Когда омеге показалось, что он вот-вот ударится о землю, он с глубоким вздохом открыл глаза. Хуан держался за сердце, которое бешено колотилось в груди, а в ушах гудело. Он повернулся на альфу. — Джунни? Всё нормально? Я только собирался тебя разбудить, мы приехали, — альфа отстегнул ремень безопасности. — Тебе приснился кошмар? Хуан хватал воздух ртом, стараясь прийти в себя. Сердце всё ещё неслось галопом, не желая сбавлять ритм. Альфа прижал его ближе, попутно открывая окна. — Гэгэ… — Ренджун глубоко вздохнул. — Всё нормально… — Точно? — Кун осмотрел Хуана с ног до головы и, только удостоверившись, что омега выглядел нормально, открыл дверь машины. — Сиди, я сейчас открою дверь, не то свалишься ещё. Прохладный воздух приятно освежал и дарил спокойствие. Ренджун покрутился на месте, пока Кун закрывал машину. Мысли стали понемногу вставать на места. Омега кивнул самому себе и повернулся к альфе, уже готовый задать волнующий его вопрос. Ренджун только открыл рот, как его прервал звонок. Звонили альфе. Кун раздражённо снял вызов. Понять, о чём говорил альфа, было сложно — кантонский диалект Ренджун не изучал. Однако повышенный тон голоса очень хорошо передавал общее настроение. Омега мялся за спиной Куна, который со злости не мог устоять на месте и наворачивал круги. — Да чёрт его за ногу! — альфа скинул звонок и остановился на месте, разглаживая точку между бровей. — Гэгэ? — Кун обернулся на него. Обычно тёмно-карие глаза сейчас были ореховыми. — Гэгэ! — Ренджун не на шутку перепугался. — Всё нормально? Твои глаза! — Прости меня, Джунни, — альфа в два шага сократил расстояние между ними и обхватил щёки Ренджуна. — Нам же через неделю вылетать, поэтому сейчас с меня требуют всего и сразу, чтобы не беспокоить меня во время отъезда. Мне придётся уехать сейчас, малыш. Прости, пожалуйста, — Кун был ужасно расстроен, но в то же время зол. Неясные агрессивные нотки проскальзывали в его голосе. — Ничего страшного, гэгэ. Я всё понимаю, но твои глаза? — Ренджун положил ладони сверху ладоней альфы. — Они стали светлее… — Ах, это… это тема для отдельного разговора, Джунни, — Кун умилительно улыбнулся. — Мне показалось, что ты хотел что-то сказать? До того, как мне позвонили. Омега совсем забылся. Хуан был настолько заворожён цветом глаз Куна, что забыл о том, как его душу терзали переживания и тревоги. Услышав альфу, он тут же пришёл в себя. Ренджун помедлил пару минут, а потом взял руки альфы в свои. — Гэгэ, скажи мне, кто мы друг другу? — голос предательски дрожал, но Хуан смотрел прямо в глаза Куна. — Ты познакомился с моими родителями, я понимаю, что это серьёзный шаг, но что-то внутри меня не хочет никак успокоиться. Поэтому давай решим, кто мы друг другу. Прости, если это всё звучит инфантильно и глупо. — Ох, Джунни, что ты. Я никогда не считал, что ты ведёшь себя инфантильно. Это ты меня прости за то, что не спросил сначала тебя. Итак… — альфа встал ровнее и прочистил горло. — Хуан Ренджун, согласен ли ты принять меня как своего альфу? Обязуюсь организовывать твой комфорт, быть рядом и в горе, и в радости, обязуюсь быть твоей опорой и поддержкой, обязуюсь выполнять каждый твой каприз, обязуюсь баловать и задаривать подарками. Согласен ли ты принять такого альфу, как я? Ренджун замер. Обычно альфы использовали формулировку «готов ли ты стать моим омегой?» Услышать иной вариант было чем-то неожиданным. Хуан боялся даже вздохнуть, чтобы не испортить этот волшебный момент. Во время признания Кун даже спрятал свои феромоны так же, как раньше делали альфы, чтобы не влиять на решение омег. Ренджун был готов растечься в лужу от таких мелочей. Всё, о чём он когда-либо мечтал, будучи подростком, воплотилось в реальность. Внутри взрывались фейерверки, а сердце трепетало. Внутреннее «я» довольно урчало, а ощущение эйфории туманило рассудок. Хуан благодарно сжал руки альфы, не зная, как правильно выразитьэмоции, которые накатили на него волной. Чувствуя, что молчит уже непозволительно долго, Ренджун активно закивал. — Да, я готов принять тебя как своего альфу, Цянь Кун, — альфа мило склонил голову вбок. — Готов ли ты принять меня как своего омегу? Я обязуюсь создавать уютную атмосферу, обязуюсь поддерживать, обязуюсь быть твоим оплотом спокойствия и гармонии, — Ренджун запнулся, не зная, что сказать дальше. — Примешь ли меня как своего омегу, зная, что моё сердце трепещет лишь рядом с тобой? Кун обхватил лицо Хуана ладонями, глаза альфы горели ореховым оттенком. Лёгкие Ренджуна заполнил густой аромат тёмного шоколада, и омега был готов раствориться в этом запахе. — Конечно, я готов тебя принять, Хуан Женьцзюнь. Цянь прошептал еле слышно, но Ренджун всё равно услышал. Сердце омеги снова затрепетало в груди. Он произносил своё полное имя всего раз, но Кун запомнил и использовал его в самый ответственный момент. Омега был готов растечься в руках альфы, когда он притянул его ближе. Между ними прошлась искра. Альфа поглаживал затылок омеги, а Хуан млел от прикосновений. Ренджун стал податливым, словно пластилин, альфа же этим активно пользовался, притягивая его ближе и ближе. Они соприкоснулись губами, а у Ренджуна внутри будто взорвались сверхновые. Мягкие губы альфы умело смяли его, а ладонь по-хозяйски расположилась на затылке, вторая прижала за талию. Хуан обмяк, ему не хватало воздуха, но омега отчаянно не желал разрывать поцелуй. Внутри всё горело, а в голове было пусто. Тело наполнилось ощущением эйфории, и омега цеплялся за него, как за спасательный круг. Кун постарался отстраниться, но Ренджун не позволил. Он схватил альфу за лацканы пальто и притянул обратно. Цянь еле слышно хмыкнул. Ренджун ухмыльнулся и, наконец, разорвал поцелуй. — Джунни, я тебе обещаю больше не осторожничать с тобой, — альфа хитро улыбнулся и заправил выбившиеся пряди омеги за ухо. — Ловлю на слове, гэгэ, — Ренджун игриво дёрнул плечом и отстранился. — Хорошей дороги, гэгэ. Напиши, как доедешь.***
Ренджун зашёл в дом, не осознавая своих действий, в состоянии эйфории от поцелуя. Омега был настолько окрылён своими мыслями, что не сразу заметил стоящего в фойе Джено. Альфа подпирал бедром тумбу, задумчиво прокручивая ленту Твиттера. Ли поднял глаза на Хуана, который сполз по двери вниз, сминая в руках пальто. Понимающая улыбка расцвела на лице альфы. — А я боялся, что ты расстроишься, Джун-а, — омега легонько дернулся, не ожидая услышать вкрадчивый голос альфы. — Ой, Джено, напугал. Ты чего тут? — омега залился румянцем, вставая с места. Джено повесил его пальто и подождал, пока омега уберёт обувь. — Просто я знал, что Кун-гэ не сможет задержаться надолго. Во-первых, его отец отошёл от дел пару лет назад и всё на плечах твоего, видимо, будущего мужа, — альфа понизил голос к концу фразы, но возмущённый взгляд и шлепок по плечу от омеги всё же получил. — Ну что? Я же говорил, что гэгэ втрескался в тебя. И ты, кажется, тоже, влюблён в него до беспамятства. — Джено, блять, не неси чушь, — Хуан вспыхнул и стал лупить альфу, куда только доставали его руки. Джено лишь хохотал в ответ. — А во-вторых? — омега пытался отдышаться, останавливаясь у зеркала в огромном фойе. — Во-вторых, внедрение компании в другую страну — это очень сложно. Я боялся, что ты сильно расстроишься. Я не хотел грузить Джемин-и, поэтому решил подождать тебя один. Надеюсь, ты не против такого проявления заботы к лучшему другу моего жениха, — альфа перекатывался с пятки на носок, что с головой выдавало его волнение. Такая забота со стороны Ли очень грела душу. Ренджуна успокаивал тот факт, что Джено не стал негативно к нему относиться, а даже старался поддержать его. Омега благодарно улыбнулся и поставил в голове мысленное напоминание рассказать об этом милом поступке Джемину, чтобы тот не больше не смел себя накручивать. — Я не против, наоборот, я очень рад, что ты заботишься о нас всех. В своей безмолвной, спокойной манере. Спасибо, Джено-я, — омега похлопал Ли-младшего по плечу. В фойе шумной компанией вывалились омеги. Завидев лучшего друга, Джемин счастливо поскакал по направлению к нему, но Ренджун успел дёрнуть за руку Джено, поэтому На оказался прямо в объятиях своего жениха. С чувством выполненного долга Хуан убежал в гостиную, где опьяневший Хёк во весь голос орал рождественские песни. — У Джун-и всё хорошо? — Джемин, которого унесло с четырёх бокалов шампанского, еле выговаривал слова. — Да, котик, у него всё отлично, — альфа поддерживал омегу за талию в страхе, что тот свалится на пол. — Спасибо, дорогой, — Джемин шумно поцеловал альфу в щёку, оставляя на ней мокрый след, посмотрел остекленевшими глазами на альфу и счастливо унёсся на ватных ногах в гостиную.
