Стартовый финиш

Приглушенный свет, поглощающая тишина. Мальчик не совсем понимал, что происходит. Он долгое время сидел молча, чувствуя лишь неприятное, странное ощущение в груди — неясная тревога зарождалась внутри. Тяжелая, холодная и слегка шершавая ладонь лежала на его ноге, чуть сжимая — чтобы не ушел, как подумал Чонгук. — Дядя? — мальчик повернул голову, разглядывая мужчину, сидящего рядом на его постели. — Да, Чонгук? Отец часто говорил мальчику, что руки ощущаются холодными у тех людей, которые тебе по какой-то причине неприятны. Ледяная рука коснулась детской щеки, большой палец медленно поглаживал кожу, а Чонгуку хотелось выгнать непрошенного гостя или же убежать. — Зачем ты пришел? Мне спать нужно, — мальчик немного отодвинулся и сонно потер глаза, стараясь находиться подальше от неприятной руки дяди. Почему он так неприятен? Это ведь родственник Чонгука, приехал из Европы погостить, привез много подарков — другие дети счастливы были бы. Отец бы назвал Чонгука неблагодарным. — Соскучился по моему дорогому племяннику, — тонкие губы растянулись в широкой улыбке, а ладонь вновь коснулась Чонгука, в этот раз устроившись на плече. — И у меня для тебя кое-что есть, Чонгук. Мальчик неотрывно смотрел на чужое лицо, пока пальцы сжимались на его плече. Дядя подсел ближе, оказавшись совсем рядом. Постель сильно прогибалась под весом, а желание отползти подальше росло с каждой секундой. Вторая рука опустилась на подбородок мальчика, удерживая, заставляя поднимать голову и смотреть прямо в глаза — широко раскрытые и сумасшедшие — настоящие глаза безумца. — Я слышал, ты любишь сладкое, Чонгук. Я привез тебе много сладостей, помнишь? — дождавшись слабого кивка, мужчина улыбнулся шире, придавив большим пальцем нижнюю губу мальчика. — И у меня для тебя есть еще кое-что. Ты всегда был послушным мальчиком, я это хорошо помню. Мужчина поднялся с постели, останавливаясь ровно напротив Чонгука. Несколько секунд он медлил, разглядывая мальчика, который смотрел на него ничего не понимающим взглядом. Большие, слегка напуганные глаза, как у загнанного хищником кролика. Улыбка не слезала с лица, пока мужчина медленно расстегивал ширинку своих брюк, после чуть спуская их. — Это останется нашим маленьким секретом, ясно, Чонгук? Кацу резко распахнул глаза, хватая ртом воздух. Вокруг темнота, над ним лишь потолок. Сам он крепко сжимал чью-то руку. Это осознание пришло далеко не сразу. Юноша сонно глянул в сторону и тихо промычал, увидев сидящего рядом с постелью Юнги. Парень обеспокоенно смотрел на него, явно желая задать тысячу вопросов, но он терпеливо ждал, когда заговорит принц. — Что ты забыл у моей постели в такой час? — Кацу быстро отпустил чужую руку и потер глаза, прогоняя остатки сна из сознания. — Ты издеваешься? Тебе кошмар снился? Нужно что-то? — Юнги нахмурился, недовольный поведением своего возлюбленного, который так и наровил его выгнать. — Юнги, ты хоть понимаешь, что могут о нас подумать? Ты ночью находишься в покоях принца. Уходи и не смей так пугать. Со мной все в порядке, — принц вновь опустился на подушку, стараясь расслабиться и не думать ни о чем. — Хорошо. Пожалуйста, будь в порядке. И спокойной ночи, — Юнги нехотя поднялся и покинул комнату. Чонгук видел, он всей душой желал быть остановленным. Вот только сам юноша останавливать его не хотел от слова совсем. Их с Юнги связывала странная история. Странная и до ужаса сложная. Юнги влюбился быстро и беспамятно, во всем потакал принцу и до боли в сердце ревновал его, даже если юноша просто случайно коснулся кого-то кончиком пальца. Чонгук же вел с ним любовные переписки, но, оказавшись рядом, оставался холоден, из-за чего Юнги именовал его камнем. Принцу казалось, что парень был ему симпатичен, вот только влечения к нему отсутствовало напрочь. И как бы Мин ни пытался быть ближе, Чонгук постоянно отталкивал, не позволяя даже обнимать себя дольше положенных пяти секунд. Именно тогда юноша решил, что влюбиться он мог бы в кого угодно, но никогда не смог бы желать любимого человека. Это звучало как проклятие, но со временем принц смирился. Своего бывшего любовника по перепискам он считал близким другом даже после продолжительного взаимного молчания. Мин всегда был рядом, всегда готов был помочь и оберегать юного принца, вот только молодая душа давно обросла шипами.

***

Утро разбудило Чонгука не привычными назойливыми лучами, а шорохом одежды и тихими смешками сестры. Юноша открыл глаза, когда девочка уже выбегала из его комнаты. Не успел Кацу нахмуриться, как он заметил что-то на прикроватной тумбочке. Очередной презент. В этот раз принц рассматривал скромную, но элегантную розу, лежащую на коробке конфет. Подарок вновь выглядел столь привлекательно, однако на душе Чонгука становилось тепло от подобного проявления внимания. В первые же минуты от конфет не осталось совершенно ничего, а роза оказалась спрятанной в ящик. Чонгук понимал, что там она быстро погибнет, но ему совершенно не хотелось, чтобы у кого-то появились вопросы относительно такого необычного подарка. Однако коробку от сладкого угощения Чонгук рассматривал долго, пока не увидел на внутренней стороне надпись:

«В полдень в саду»

Кацу взглянул на часы и в ужасе соскочил с кровати. Время неумолимо близилось к двенадцати. Принц торопливо приводил себя в порядок, ощущая совсем легкое волнение перед встречей. Настолько заинтересовала его загадочная личность Тэхена, а Чонгук был уверен, это именно он оставил подарок. Но в полдень юноша уже прогуливался по саду, рассматривая кусты с красивыми цветами. С одного из них Тэхен срезал розу специально для Чонгука. Это осознание заставило слабо улыбнуться. Наверное, выглядел он глупо, но, к счастью, в саду никого не было. — Ваше Высочество? — позади раздался низкий, приятный голос. Кацу действительно нравился голос Тэхена, и он ничего не мог с этим поделать. Оклик заставил слабо вздрогнуть и обернуться. — Ким Тэхен? Добрый день, — Кацу слегка поклонился, но, увидев в ответ лишь довольную улыбку, отвел взгляд, принимаясь рассматривать цветы, словно бы они интересовали его гораздо больше собеседника. — Все же пришли? — Тэхен с удовольствием растягивал буквы и внимательно наблюдал за юным принцем, что так внимательно уставился на один из цветков. — Не понимаю, о чем Вы, — Чонгук повел плечами и зашагал дальше вдоль по саду. Улыбка Тэхена стала лишь шире, и парень направился за принцем, уверенно шагающим вдоль кустов с цветами. Кацу же физически ощущал присутствие загадочного француза позади, и каждая его мышца напрягалась под чужим взглядом, но внутри на необыкновенном контрасте становилось легко и светло. Еще никто так не интриговал Чонгука за всю его жизнь. Тэхен был слишком необыкновенным. Слишком притягательным. Слишком манящим. Очень много слишком, но каждое из них определенно нравилось принцу. — Присядем? — Тэхен опустил руку на поясницу юноши и подтолкнул к скамье, а Кацу и не мог противиться. Частично он был удивлен, ведь никто и никогда не смел его касаться без разрешения, но в этот раз он не испытал агрессию и не захотел внезапно ударить человека, нарушившего его личное пространство. — Ваше Высочество, я слышал от Вашей сестры, что Вы недавно выбирали невесту. Не расскажете? Мне очень интересны Ваши обычаи. И интересно, кто же может стать будущей императрицей Вашей страны. — Все очень сложно, Ким Тэхен, — Кацу откинулся на спинку скамьи и поднял взгляд ввысь, к чистому, голубому небу. — Я сделал предложение девушке, а она отказывает. Если честно, я немного устал от этого. — Нравится? — Тэхен задал вопрос максимально серьезно, что принцу сначала хотелось поежиться с непривычки, но он смог лишь кивнуть. — Тогда я помогу добиться ее расположения. — Но как? — Чонгук вскинул брови, развернувшись к парню и глядя на него внимательно, словно на уроке за школьной партой. — Слышали о любовных переписках? — француз отвел взгляд в сторону, позволяя юноше вдоволь рассматривать себя. — Я напишу Вам признание в любви от лица какой-нибудь девушки. Невзначай покажите его той самой. Уверен, она начнет ревновать и согласится быть с Вами. — Вашей хитрости можно только позавидовать, — Чонгук широко улыбнулся, рассматривая чужой профиль. Задумчивый Тэхен оказался не менее красив. Принц мог бы действительно назвать его искусством. — Когда дело касается любви, все средства хороши, — Тэхен говорил тихо, задумчиво, завораживающе, подставив под подбородок кулак, а Кацу не мог слушать его без восхищения. — Но зачем Вам это? — Чонгук отвел взгляд на пару секунд, вновь поймав себя на мысли, что откровенно разглядывает Тэхена, но не смотреть на него не имел ни малейшей возможности. — Во-первых, лучше на ты, — Тэхен немного оживился, наконец двинувшись, иначе Кацу бы представил его изящной статуей, что так гармонично смотрится в саду его родного дома. — Зачем я это делаю? Я за любовь в любых ее проявлениях. И я хочу, чтобы ты был счастлив, — парень поджал губы, развернулся к юноше и взял его за руку, заглядывая в глаза. — Кацу, пообещай мне, что я буду вторым после тебя, кто узнает о ее решении.

***

Чонгуку безумно хотелось заглянуть в листок, на котором выводил буквы Тэхен, но он все же держал себя в руках. Писал парень невероятно, словно прямо сейчас появился в покоях из киноленты о любовных приключениях. Заглядевшись, Кацу не заметил, что Тэхен уже в ответ смотрел на него, растянув губы в довольной улыбке. — Вот, оценивай, принц, — парень протянул лист принцу, который стал жадно вчитываться в строки, выведенные рукой этого невероятного и загадочного парня.

Кацу, Давай поговорим? Есть вещи, о которых нам нужно поговорить. Вещи, в которых нам нужно разобраться. Читай, пожалуйста, внимательно и представь, что я вновь стою рядом и говорю с тобой. Как я это делаю обычно. Закрой глаза и представь, как я прошу выслушать меня. Я хотела бы поговорить о нас. Я уже говорила, и вообще ты обо всем знаешь. Кацу, я хотела сказать, что, хоть мы и не так давно знакомы, но… Ты правда мне нравишься. Очень. Так сильно, что я удивляюсь самой себе. Ты мне сразу понравился. С самых первых слов. Я знаю, я уже признавалась тебе, а ты всегда отвечал молчанием, говорил, что твои мысли заняты другим человеком, но, Кацу… Я думаю о тебе постоянно. Это сложнее, чем казалось. Я про невзаимность. Я могу смело сказать, что влюбилась. Быстро? Возможно, но от этого не легче. Когда тебе нравится кто-то, кому нравится другой, это больно. Мне правда очень больно, Кацу. Иногда мне так сильно хочется, чтобы ты соврал… Но будь честен со мной. А я буду ждать тебя.

Чонгук жадно скользил взглядом по строкам, вчитывался в каждое слово. Перечитывал письмо снова и снова. А сердце его по какой-то причине заходилось ударами, что начинало даже смущать. Письмо, написанное Тэхеном, слишком сильно затронуло что-то внутри. Принцу часто признавались в любви. Даже слишком часто. Но это липовое, ненастоящее признание сильно отличалось от других. — Красивое, — Чонгук произнес это почти одними губами, вновь перечитывая письмо. «Как жаль, что письмо ненастоящее. Это так красиво. И так волнующе…» Юноша поднял взгляд и замер на несколько долгих секунд. На него смотрели глаза Тэхена — умные, внимательные, наполненные печалью, но явно не светлой. От этого взгляда внутри что-то судорожно сжималось. Хотелось что-нибудь сказать. Хоть что-то, чтобы парень снова улыбался, но Чонгук мог лишь молча смотреть. Время тянулось жутко долго, а потом и вовсе замерло, пока парни смотрели друг на друга не в силах пошевелиться. — Ладно, — Тэхен постарался выдавить из себя улыбку, поднимаясь с чужой постели. — Покажи ей сегодня письмо, а вечером увидимся, хорошо? Я сделаю все, но ты будешь любим и счастлив, Кацу. Чонгук остался в комнате совершенно один. А внутри щемило пустотой. Письмо, грустные глаза и огромная доброта Тэхена — все смешалось в единый водоворот, утягивающий внутрь хорошее настроение. Перечитав еще несколько раз, юноша четко понял, что вообще-то и не слишком хочет добиваться Изуми, тратить на это силы Тэхена, но парень казался настойчивым, а Чонгук будет казаться неблагодарным, если не использует столь красиво написанное признание. Внутри было ощущение, что он совершает что-то лишнее, ко всему процессу внутри появлялась странная неприязнь, но Кацу вновь находился в саду, крутя в руке исписанный лист. Изуми была милой девушкой. Но, как и бывало обычно, чувства Чонгука быстро загорелись и так же быстро угасли. Внезапно ему стало все равно на отказы, а желание добиваться девушку близилось к нулю. Нельзя сказать, что юноша мог легко бросить то, что начал. Пожалуй, он всегда достигал того, чего по-настоящему желал. «Значит, она и не была мне по-настоящему нужна. Иначе мои руки бы не опустились. Эта девушка так и не смогла затронуть мое сердце» Но поток мыслей прервала девушка, подсевшая рядом. Юная Изуми вновь была весела и бодра. Но задумчивый вид принца заставил ее забеспокоиться — девушка питала к нему теплые чувства, хоть и отказывалась вступать в брак. Возможно, она была бы замечательной младшей сестрой для Кацу. Было в этой связи что-то детское и искреннее, что изначально и привлекло юношу. — Ваше Высочество, что это у Вас? — девушка кивнула, указывая на письмо. Удивительно, как Тэхен, не зная саму девушку, угадал ее огромное любопытство. — Получил письмо, — Кацу пожал плечами и протянул письмо девушке, у которой сразу загорелись глаза. Девушка внимательно читала, а Чонгук, отведя взгляд в сторону, вспоминал каждую строчку, позволяя себе слабую улыбку. Слова Тэхена были неотразимы. Принц бы совсем не удивился, если бы за парнем бегала толпа девушек. Не удивлялся он и тому, что во Франции его ждет «кое-кто». От этой мысли становилось неприятно каждый раз. Чонгук явно понимал, что Тэхен уедет. Покинет страну и полетит к человеку, который его ждет. А отпускать парня не хотелось совершенно. Что-то было в нем особенное, раз Чонгук так быстро к нему «прикипел». — Это же замечательно, — Изуми широко улыбнулась, возвращая принцу письмо. — Что за девушка? Она Вам нравится? Кацу, я так хочу, чтобы Вы были счастливы с ней. Я верю, она очень хорошая. — Да, она необычная. Я с такими никогда не встречался прежде, — Чонгук мысленно возвращался к улыбчивому лицу Тэхена — он помнил каждую мельчайшую деталь. — Тогда вступите в отношения. Мне кажется, она Вас любит. Я думаю, вы будете вместе по итогу.