Тёмные стороны света или Разум, сила и чувства

*** Шли вторые сутки. Вики безжизненно висела на цепях, уже не в силах кричать, выбираться и звать на помощь. Душераздирающие видения пытали девушку, сдавливали нутро, добивали расколотое сердце. «Когда я перестану слышать его голос, даже когда его рядом нет?». Ей было холодно, одиноко, хотелось бежать сломя голову, но куда? От себя не убежать… и от видений тоже… Она прокручивала в голове его слова… к чёрту слова… его непоколебимый тон… Голос, которым он произнёс…голос, который даже не дрогнул: такой тихий суровый изнутри и извне, наяву и во сне, он заглушал крики её души и глухие стуки сердца в груди. Вики еле открыла глаза, когда услышала скрипы открывающейся двери. — Вики, это я… Девушка не издала ни звука, когда сильные руки стали снимать её с цепи. «Это не Он!». — Ади? — Да, тише, постарайся не шевелиться… — Ади… — промычала Вики и головой зарылась в его плече. — Мне очень жаль, милая, потерпи ещё чуть-чуть… Ади аккуратно снял её, и Вики требовательно притянула его к себе. — Прошу, обними меня как можно крепче… — Иди сюда, дьяволица, только не плачь… — Ади, почему я? — Потому что ты особенная, глупышка… — Демон по-отцовски обнимал её и потихоньку покачивал то влево, то вправо. — Ади, он пообещал убить меня… — Он тебя не убьёт… — Откуда ты знаешь? — Знаю и всё, — Ади сделал паузу, — будет трудно, но ты же у нас сильная бессмертная, так ведь? — Это не так! — Это так, Вики, тебе просто нужно пережить этот переломный момент… — Я не хочу видеть его, — воскликнула Вики, — потому что с каждым разом начинаю ещё больше ненавидеть себя и его! — Ненависть тоже чувство, Вики, такое же сильное, как и любовь… — Если бы я только знала, когда в последний раз целовала его в том холле, что это — последний, я бы никогда не остановилась! — Я уверен, и он тоже… Он приказал привести тебя, — Вики резко отпрянула от Демона. — Ночью? — Да, прямо сейчас, прости, родная, я ничего не могу поделать, — Вики томно выдохнула. — Спасибо тебе… — За что? — За твою заботу и нежность, они мне так необходимы сейчас… — Мне очень жаль, надеюсь, всё будет хорошо! — Я так не думаю… — Собери свою ярость и боль в кулак и шагай вперёд. Моя девочка должна быть сильной! — Это архидемоны так волшебно на тебя влияют? Ты чересчур нежный и заботливый…в чём подвох? — Вики улыбнулась. — Ты мне так же важна, как и Сэми… — как только он произнёс его имя, улыбка в миг ушла с лица девушки, — перед его смертью на турнире, помнишь? — он сделал паузу, — я сгоряча сказал ему в лицо, что «демоны не могут быть с ангелами, потому что мы слишком разные», и он отошёл от меня, так ничего и не ответив… — Ади… — Через пару минут я уже бросился искать его, проклиная себя же за демоническую резкость и прямодушие, и…, — Ади зажмурился, — и нашёл…мёртвого… на земле… — Ади, — Вики сжала его руку, — Ади, мне так жаль! — Ты мне как родная сестра, порой как мать, порой как дочь, я не могу лишиться ещё и тебя… — Я тоже боюсь потерять тебя…не улетай так больше… — Фенцио должен ответить за своё деяние, — прошептал Демон на ухо девушки. — Что? — Ты слышала, — он развернулся и пошёл к выходу, — тебе пора идти, он ждёт… Ади проводил её до двери, поцеловал в лоб и ушёл к себе. *** Вики в одиночку зашла к Мальбонте и громко закрыла за собой дверь. Мужчина удивился, увидев её стоящую перед ним: такую уверенную и несгибаемую. Все её существо противилось его устремлённому взгляду, не говоря уже о его попытках приблизиться к ней. Вики угрожающе застыла перед камином: — Ты хотел меня видеть… — Да, я решил, что хватит… — Что хватит? Держать меня в камере как животное? Мальбонте выдержал паузу: — Именно. Вики опустила руки вниз, расправляя красную тунику, которая была больше похожа на половую тряпку, и, ухмыляясь, замотала головой. — Ты позвал меня сюда, чтобы молчать? — Нет… — Тогда говори, что тебе нужно и я уйду. — И куда же ты пойдешь? — Да хоть обратно в тюрьму! — Ты сейчас договоришься, Вики, и прямиком отправишься откуда пришла. — Как скажешь, Мальбонте. Ты только прикажи… В его кофейных глазах забушевало пламя. Её ярые провокационные высказывания возбуждали его мужское тело, затмевали будоражащей пеленой всё ему видимое пространство. Он сидел в кресле, положив руки на подлокотники и широко расставив колени. Его раскованная поза кричала о его уверенности, власти и могуществе, готовности и желании любыми способами завоевать Вики прямо здесь и сейчас, неукротимо подчинить её как непокорную рабыню, полностью овладеть её манящим телом и разумом, разодрать эти ненавистные лохмотья, скрывающие её гладкие соблазнительные изгибы, заставить её кричать и стонать от греховного удовольствия и взять…взять её как самый сладкий запретный плод. — Ты уснул, что ли? — резко спросила Вики, возвращая сознание Мальбонте обратно в комнату. — Нет. — Тогда ответь уже, чего ты хочешь от меня? — Присядь… — Прости, что? — Сядь на диван… на кровать, — Вики удивлённо выгнула бровь. — Я ещё в силах стоять на ногах! — Какая же ты настырная, Вики! — Мальбонте медленно выдохнул, запуская пятерню в волосы. — Раз ты молчишь, спрошу я… — Мальбонте заинтересованно устремил свой взор на девушку, тем самым отдавая ей всё своё внимание. — Скажи мне, за что ты так жестоко меня наказываешь? — она произнесла это без тени недовольства или злобы — спокойно и сдержанно, просто как животрепещущий вопрос. — Ты ещё не знаешь, что такое жестокость, Вики. — Двое суток без еды и воды, в подвешенном состоянии с текущей кровью на лице и твоими посланными ужасными видениями из прошлого. — Я не посылаю тебе никаких видений, Вики. Ты это видишь из-за огромного сгустка моей силы в себе. — Не переводи тему. Я хочу услышать от тебя ясный ответ. — Я не обязан отвечать тебе. — Ты наказываешь меня за преданность Бонту? — Мальбонте задержал дыхание от внезапного навязчивого вопроса, а Вики продолжила. — Это ведь правда? Ты издеваешься надо мной из-за…прошлого, которое, связывает нас и которое, видите ли, выводит тебя из себя… — Сядь на кровать, Вики… — Сначала ответь мне! — Я СКАЗАЛ СЯДЬ! — Да пошёл ты, чёртов ублюдок! — закричала Вики. — У меня нет желания говорить с тобой, а уж тем более находиться с тобой в одной комнате! — Ах ты ж подлая сука! - зарычал Мальбонте и бросился к Вики. Он надвигался на неё словно убийственный смерч, сносящий всё на своём пути, словно отравляющий непроглядный туман, за секунду лишающий жизни. Теперь уже оба её плеча попали в стальные капканы. Его лицо было совсем близко: худое и суровое, первобытно жестокое и мужественное. Полудемон стал грубо трясти её: — Как же ты меня задолбала, неугомонная ты тварь! Вики скулила как бедный котёнок в пасти беспощадного хищника. Сердце её тревожно забилось в попытке вырваться из грудной клетки. Мальбонте безжалостно ворошил и колотил бедную девушку об твёрдые каменные стены. Резко уткнувшись головой ему в грудь, Вики резко задёргалась, порвав при этом рукав туники. Она стала быстро мотать головой и смотреть во все стороны широко раскрытыми глазами, при этом впиваясь острыми ногтями в оголённые стальные бицепсы мужчины. — Я тебе сейчас покажу, что такое жестокое наказание! Ты ещё будешь молить меня о скорой смерти. — Я… не… Мальбонте толкнул девушку вбок, и она, обессиленная, рухнула на пол, закрывая дрожащими ладонями лицо. Мужчина снова угрожающе шагнул вперед, и Вики инстинктивно на четвереньках отпрянула от него. — Тебе нравится испытывать унижение, Вики? Нравится доводить меня до предела, а потом терпеть боль? Какого чёрта ты меня провоцируешь? — Он одной рукой легко поднял её и снова прижал к стене. Вики ответила ему смачным плевком в лицо. — Да блядь!!! Мальбонте поспешно вытер лицо ладонью и снова лишил её личного пространства: придавленная весом его тела, она отчаянно извивалась и выворачивалась как рыба, в попытке выбраться на свободу. Но необыкновенная сила Мальбонте не позволяла ей сдвинуться ни на сантиметр. От непереносимого напряжения Вики ногтями царапала каменистую стену, оставляя в ладошке мелкие камушки, и в какой-то момент она умудрилась бросить пригоршню наскребённого песка ему в лицо, на мгновение ослепив безжалостного противника. Однако Полудемон быстро пришел в себя, и у Вики не получилось высвободиться из его железных объятий. Он крепко сжал сильными пальцами её запястья и вытянул руки девушки над головой, продолжая прижимать её к стене своим телом. Вики видела, как Мальбонте часто моргает и трясет головой, чтобы избавиться от последних попавших в глаза песчинок. Яро извиваясь всем телом, она всё ещё пыталась сбросить мужчину с себя. Из её бурно вздымающейся груди вырывались отчаянные вскрики и вопли. — Effugere puer! — Что?! — Маль… Вики вдруг перестала отбиваться и захныкала как пятилетняя малышка, оставшаяся без подарка на Рождество, ударяясь затылком об стену в попытке убрать из виду чужие мрачные воспоминания.       — О, нет…нет…нет, — в пустоту шептала она. Мальбонте вдруг резко отпрянул от неё, сделав шаг назад. Зрачки его потемнели, и в напряженном взгляде промелькнули сверкающие молнии.       — Мммммм - слёзно замычала девушка и по стене стала сползать вниз. Новое видение нежданно постучалось в её сознание, спасая их обоих от непреодолимого гнева, вызванного неудержимым пагубным вожделением. Мальбонте не дал ей свалиться, крепкой хваткой удержав за тонкую талию. Вики обмякла в его руках будто полумёртвая. Полудемон устало выдохнул, одной рукой убирая слипшиеся пряди с лица девушки, а другой тугим кольцом сжимая Вики то ли от ярости, то ли от желаемого запретного соблазна. Он ощущал, как почти бездыханное девичье тело било крупной дрожью от новых воспоминаний его давнего детства. Вики с закрытыми глазами откинулась назад, открывая вид на шею и ключицы. На её коже были засохшие кровоподтёки, царапины, фиолетовые синяки, оставленные в тюрьме во время уже минувших видений. Мальбонте рассматривал её: тело и разум подталкивали его нагло прикоснуться к ней, сжать в ладонях упругие груди, снова ощутить вкус её тела на языке, однако нет. Ему было противно от одной похабной мысли — взять её здесь и сейчас против её воли, как полагается брать мужчине его женщину. Вики упёрлась ладонями ему в грудь, ударяясь головой об его подбородок. Она судорожно втягивала воздух через плотно стиснутые зубы. Мальбонте мягко накрыл её макушку ладонью и прикрыл глаза. Она так смиренно и преданно пыталась зарыться в его теле, в попытке спрятаться от грядущей опасности, подстерегающей во сне, так чувственно прислонялась ладонями к его груди, она была словно в коконе, безопасном и родном. В его груди больно защемило, когда он вспомнил, как перед уходом в зеркало, Вики чувственно набросилась на него с неистовыми объятиями и головокружительными поцелуями... — Бонт, если мы продолжим, я не смогу остановиться, а мне уже пора, Фенцио задушит меня за опоздание! Я серьёзно!!! — я накрыл её собой, прижимая к постели. — Пока меня нет, вспомни, сколько чисто-ангельских отметин ты оставил на мне! Ахахаха! — На твоём теле их гораздо больше, чем на моём, так что, можно сказать, я выиграл! — я громко рассмеялся. — Я исправлю это маленькое недоразумение…сегодня…ночью…если ты опять не начнёшь говорить во время моих поцелуев… — Я говорю, не чтобы ты отвечала… — Лучше бы ты стонал! Ей Богу! — Ахахах, Вики, я начинаю говорить, чтобы не скулить как щенок на всю башню… — Да уж, не хотелось бы увидеть твою стражу прямо на пороге… — Вики, что ты говоришь? — я снова расхохотался. — Нет, ну а что? Вдруг тебя убивают, или на тебя напала одинокая Субантра… или одинокая женщина…Чистого ангелочка надо оберегать, хранить его девственность пока сам не умрёт… — В этом их работа и заключается кстати… — Они плохо справляются, между прочим…Так всё, отпускай меня, я опаздываю! — Нет! — Ну Боооонт! — Нет! — Ты хочешь, чтобы мне досталось? — Нееееееет… — промычал я ей в шею. — Я тебя сейчас укушу! — Пообещай, что придёшь сегодня! — Чем быстрее меня отпустишь, тем быстрее я закончу свои дела! — Я уже считаю минуты нашего расставания… — В таком случае, Ангелочек, ты не оставляешь мне выбора! — она чмокнула меня в нос и вошла в зеркало. Самые тёплые воспоминания тугим узлом привязаны к ней. — Вики… Она была без сознания. — Виктория… Мальбонте полной грудью вдохнул, укладывая девушку на мягкую кровать, а затем упёрся ладонями в камин и зажмурился… **** Или свет, или ночь накрывает, Пробуждая меня в полутьме. Тёплыми крыльями обнимает, Не давая замёрзнуть во мгле. То ли ангел шумит, то ли демон, Его взор суровый уставился вдаль, Не думала я, что он станет смыслом, Станет огнём и причиной мечтать. Красное пёрышко в небе кружится, Над простором заснувших полей… Еле слышится детский плач в поднебесье И вопли одиноких матерей… Забирай из груди моё сердце, Разрывай раскалённую плоть, Самым страшным для меня стало Желание, оказаться в его руках вновь. Вики открыла глаза и поднялась на кровати, обхватывая руками согнутые колени. — Ты видела моё прошлое? — девушка кивнула, — хочешь воды? — Нет… — она тяжело дышала. — Знаешь, почему ты видишь это? — девушка замотала головой, — ты забрала часть моей силы, помнишь? — Да… помню… — Прошу тебя, выслушай меня, Вики. Она молча вздохнула и Мальбонте, повернувшись к ней и облокотившись на камин, начал свой рассказ. — Моя мать была ангелом, а отец — демоном. Тогда не было закона Неприкосновения, и я был первым таким ребёнком. Всё дело в войнах, что бушевали раньше между адом и раем. В то время многие дети погибали из-за нестабильности мира, в том числе дети ангелов и демонов. Однако я выжил, и был намного сильнее остальных. Я получил огромную силу, неописуемо могучую, смертоносную и в то же время животворящую. Меня начали бояться… Я кое-что сделал… — Мальбонте замолчал. Было видно, что его одолевают противоречивые эмоции, настолько сильные, что ему едва удавалось скрывать их, — я кое-что сделал, и на меня начали охотиться. — Что ты сделал? — Нет… — Что нет? — Ты пока не готова к этому! Рано пока что, — он вздохнул и продолжил, — в итоге Серафимы решили, что я очень опасен и что нужно исследовать мои силы. Они забрали меня... Мама молилась за меня Плачущим девам, но Шепфа запретил моим родителям молиться за душу единственного сына, - он прикрыл глаза, словно растворяясь в воспоминании, — они смогли выкрасть меня. Мама крепко держала меня на руках, а отец бежал сзади, постоянно оглядываясь назад. Им пришлось оставить меня в том саду. Они сказали, что попытаются найти амулет, скрывающий энергию. Я сидел в лабиринте, пока однажды ко мне не зашла девочка. Вот так… случайно заглянула, не ожидая, что найдёт самое разыскиваемое чудовище, — на последнем слове его губы скривились в оскале, насмехающимся над собственным же сравнением. — Я видела это! — Ты помнишь всё, что произошло? — О чём ты? — Моя мать узнала эту девочку. Она прильнула к ней, чуть грубо хватая за руку, и испуганно сказала, что та — сестра Эрагона. Малышка улыбнулась и ответила: «А вы мама Маль-бон-те!» — она произнесла это по-доброму, без тени страха и гнева. Она была такого же возраста, что и я. Мама ахнула, её глаза расширились, она упала на колени, с мольбой заглядывая девочке в глаза: «Пообещай, что никому не расскажешь, что видела его здесь! Давай это будет наша маленькая тайна!». Я вздрогнул, когда услышал суровый голос отца за спиной матери: «Она не сохранит тайну!». Мама посмотрела на меня с ужасом и закрыла лицо руками. Она истошно зарыдала, и крылья за её спиной вздрагивали и сжимались. Тогда я впервые заметил слёзы на глазах отца. Я не понимал, что происходит… — Кто такой Эрагон? — Верховный Серафим, — ответил Мальбонте. — Затем мой отец приблизился к ней и одним ударом убил её…Она успела лишь едва вскрикнуть как котёнок… Девочка замертво упала к нашим ногам. Её кровь впиталась в землю и стала отравой для лабиринта. — Проклятие сада Адама и Евы… — Да, и «отныне всяк сюда входящий становился заложником своих страхов и желаний» — Твои родители…они…они приняли отчаянное решение… — Да. У них не было выбора…Проклятие стало таким сильным, что все ощутили его зарождение. Шепфа мгновенно прознал о том, что произошло, и где мы находились. Знаешь каким является высшее наказание Шепфа? — Вики замотала головой. — Лица родителей вдруг стали очень сосредоточенными и отдалёнными. Я начал бежать к маме, чтобы обнять её, но она вдруг резко закричала, и они оба упали на колени. Я очень испугался. Я увидел, как из их спин, точно корни деревьев, выходили основания крыльев и как кровь густым ручьём лилась по их спинам… — О, нет... — Вики зажмурилась. — О, да… Вот так просто, без суда и следствия. Это ведь сам Шепфа решил. Он не спрашивает ни у кого разрешения, — нижняя губа Вики дрожала, а Мальбонте, не отрывая взгляда от девушки, продолжил. — Земля под их ногами разверзлась словно тропа, ведущая грешника в ад. Они упали туда. Я бросился за ними, но дыра стала быстро закрываться. Я тянулся, в надежде ухватиться за них, но безуспешно… — Сколько лет тебе было? — Я точно не знаю, но предполагаю, по земным меркам не более десяти… — А что было потом? — Я остался совсем один: напуганный, растерянный, озлобленный. Я подумал, что это я убил их своей ужасной силой, как внушали мне Серафимы. Я стал бежать куда мог, пока меня не окружили Ангелы. — То видение у обрыва, когда ты убил их… — Да, это было после того, как Шепфа оторвал моим родителям крылья и отправил на землю. Я так обезумел от боли и ярости, что убил едва ли не половину бессмертных, находящихся поблизости. Во мне крылась очень мощная сила, которую я не смог удержать, — Мальбонте сделал паузу, — а затем белокурая девушка сжала моё плечо и сказала, что я не виноват… — он улыбнулся краем губ, а Вики ошарашено взглянула. — Я помню тебя Вики, — он навис над ней, — всегда помнил, как твоё прикосновение успокоило меня. — Но как? Это же был сон! — Мальбонте пожал плечами. — А потом, — девушка сделала паузу, — Шепфа разделил тебя на две части? — Да… — мужчина повернулся к ней спиной. — Это было…очень больно? — Словно заживо отодрали кожу, а затем облили кипящей кислотой…весьма терпимо… — А почему… а почему твоя светлая сторона не помнила случившегося? — Задай этот вопрос Шепфа, — резко ответил Мальбонте. — Я думаю, что память коем образом сохранилась лишь у моей тьмы, однако, если бы случилось наоборот…, не могу представить, как тогда сложились бы обстоятельства… Вики смахнула слёзные тропинки с лица и до боли сжала свои волосы на макушке. — На сегодня хватит откровений. Ты можешь остаться здесь, если хочешь… — А ты? — И я, это же мои покои. — Ах да…конечно… — произнесла Вики без тени эмоций. — Ну так что? Вики бросила на мужчину прищуренный взгляд и серьёзным тоном сказала: — Я останусь здесь... — Мальбонте кивнул и поджал губы, словно не ожидая услышать такого ответа. Вики видела, как он усиленно пытался скрыть удивление и упоение. — Хорошо, рад, что ты мне доверяешь! — Дело вовсе не в доверии, Мальбонте, — безэмоционально произнесла девушка, — я не в состоянии контролировать своё тело и здраво мыслить... — Значит всё-таки боишься меня, Виктория? — спросил Полудемон. — В тебе Бонт проснулся что ли? После каждой твоей встречи на мне остаются кровоподтёки и синяки, если ты забыл! Не очень хочется возвращаться сюда... и я тебя вовсе не боюсь... — Тогда почему же я чувствую твой страх? — Страх? А ты не подумал, что я боюсь за маленького мальчика, на глазах которого погибли родители! — Мальбонте прищурился. — Я вижу эти отрывки каждую ночь. Детские крики и плач твоей матери не выходят у меня из головы... Я будто переживаю это вместе с вами... — Как трогательно... - едко сказал Мальбонте. — Ты хорошо держишься, Вики, но я точно знаю, что ты боишься... — Ты сам заставляешь меня опасаться тебя, а потом ещё удивляешься моему надменному тону... — Я уже почти привык. — Рада за тебя! Мальбонте громко ухмыльнулся и уселся обратно в кресло. — Если у тебя остались вопросы ко мне, я готов на них ответить. — Я тебя совсем не понимаю, — он удивлённо вскинул брови, — зачем ты мне это рассказал? — Чтобы ты знала правду, и на основании моей истины делала выводы… — Ты мог просветить меня ещё в день нашей первой встречи, а вместо этого ты чуть не убил меня и запер в темнице, — Вики повернула голову в его сторону и, хмурясь, продолжила, — теперь же ты позволяешь мне спать в твоей кровати…Что с тобой не так? — Ты была не готова к этому… — Откуда тебе знать? — И была слишком враждебно настроена против меня… — Вовсе нет. Вспомни, как ты вёл себя, стоило мне войти к тебе, — Мальбонте намеревался возразить, но Вики подняла руку, тем самым пресекая его попытки перебить её. — Я не буду спрашивать, что тебя сподвигло так поступить со мной. Ты ведь знал, что я умышлено оказалась здесь. Я даже не сопротивлялась, когда меня связывали твои демоны. Значит, дело тут вовсе не в принятой стороне... Мальбонте, если бы я была против тебя, однозначно строила бы козни за пределами лагеря… Но дело сделано… — Что ты имеешь в виду? — Я не переношу грубость, и Бонт это знал, а ты наполовину Он, Мальбонте, и всё равно ты уже успел знатно поиздеваться надо мной! Ты хотел, чтобы я мучилась, так? Хотел сломать меня? — она снова сделала паузу. — Увы, не вышло, прикончи меня, тогда и сломаешь, — Вики усмехнулась, — твой поступок сказал о многом… слова сказали ещё больше… Если бы ты не вёл себя как животное,... всё...всё было бы по-другому! Теперь я точно понимаю, что ты больше не тот ангел, которого я знала, а значит всё, что было между … мной и тобой, не имеет значения: ни для тебя, ни для меня. Я больше не та Вики, которую крепко обнимали твои руки каждую ночь… С этого момента ничего кроме твоей силы нас не объединяет… Ты добился своего, Мальбонте. Ты победил. Можешь гордиться собой ещё больше. Мальбонте не двигался, запоминая каждое сказанное слово и наблюдая за Вики словно голодный волк за жертвой, затем низким голосом спросил: — И что дальше ты намерена делать? — В школе мне делать нечего... Моё место здесь, в лагере, потому что я хочу бороться за изменения в поднебесной иерархии и равноправие бессмертных…И это единственная причина моего решения! — Я тебя услышал, – его голос был негромким и зловещим, как отдаленные раскаты грома, — ты всё сказала? — Всё… — А теперь постарайся уснуть, обещаю не трогать тебя…пока… Вики недоумевающе взглянула в невозмутимое лицо мужчины, удивившись сказанному обещанию, затем сжала губы в тонкую линию и легла обратно на подушки. — «Я больше не та Вики, которую крепко обнимали твои руки каждую ночь» — «А я больше не тот Бонт, которого упоительно целовали твои губы каждое утро…»