Дом у моря

Глава 5. Зельевар встал очень рано, а сейчас время близилось уже к полудню. Обойдя несколько холмов, он набрал нужное количество ягод водяники, более того ему посчастливилось найти цветы земляничного дерева. Это было настоящей редкостью в это время года, и мужчина был в приподнятом настроении. Решив наградить пса за столь долгую прогулку водными процедурами, он направился в сторону берега. Бенни все время был рядом, лишь изредка отбегая на пару метров: обнюхать близлежащие кусты на предмет живности. И вдруг он рванул так стремительно, что Снейп был обескуражен. Обнаружив на побережье большого мастиффа, очевидно, женского пола, резвость собаки стала понятна. Он продолжил свой путь, нагоняя играющих друг с другом хулиганов, которые то дрызгались в воде на отмели, то выбегали на сушу. А потом он увидел ее. Хрупкая ссутуленная фигурка застыла у одинокого валуна. Что-то дрогнуло в душе бывшего пожирателя смерти от вида ее смятения — оно без труда читалось в скованных движениях и застывшем выражении лица. Мерлин! Её лицо… Мастер зелий видел свою студентку только сбоку, несколько дней назад, а теперь она стояла, глядя прямо в его сторону. Конечно, он еще не получил ответа на свое послание, но опыт говорил, что ошибка тут маловероятна — это последствия Адского пламени. На практике ему не доводилось видеть выживших жертв этого страшного заклятья, но мертвых видел достаточно. Опершись обеими руками о свою палку, девушка, казалось, решала бежать или остаться. Откровенно говоря, Северус и сам был бы не прочь провалиться куда-нибудь сейчас. Он не знал, как с ней вести себя. Не располагая пока сведениями о произошедшем, отставной директор Хогвартса еще не определился с тактикой поведения. Но, как известно, человек предполагает… Когда расстояние было сокращено до пары метров, они молча смотрели друг на друга некоторое время. — Миссис Уизли, добрый день, — нарушив тишину, произнес волшебник. — Здравствуйте, профессор. Я вновь ношу привычную для вас фамилию, — она все же подняла на него глаза. — Прекрасно! Переучиваться было бы дискомфортно, мисс Грейнджер. Однако, я давно отошел от преподавания. — Хорошо, мистер Снейп, — исправилась Гермиона следом. — Что вы здесь делаете? — Как видите, — он раскинул руки и обвел ими пространство вокруг, — я гуляю. Видимо, вы тоже? — Да, мы с собакой решили пройтись по побережью. Но я имела в виду, другое — что вы делаете в Ирландии? — Забавно, — хмыкнул бывший преподаватель, — и баллов с Гриффиндора теперь не снимешь за постоянные вопросы одной любознательной леди. — Кажется, тогда меня называли менее элегантно за вечное любопытство… . Вы сами напомнили мне, что мы уже давно не в школе, — позволила себе легкую улыбку волшебница, но внутренне была также напряжена. — Я здесь живу, мисс Грейнджер, — просто ответил зельевар. — Но…но как? А где же? Я теперь тоже живу здесь… — О! Кажется, теперь я понял, о ком судачил продавец на рынке! Вы и есть моя новая соседка. В этой части острова всего два дома. — Мерлин…вот это действительно неожиданно… — как-то растерянно пробормотала гриффиндорка. — Не расстраивайтесь, — поспешил ободрить ее зельевар. — Все не так страшно, когда нет копилок факультетов, а Поттер и Уизли не раздражают меня своим вечным поиском идиотских приключений. Взгляд у нее как-то разом потух при упоминании школьных друзей. Маг отметил про себя, что на лице ее отобразилась мука. — Было бы прекрасно, мистер Снейп, — тихо, но твердо произнесла ведьма, — если бы мы не говорили о них вовсе. — Извольте, сударыня, — хмыкнул бывший профессор, — я и сам этому буду рад. Кстати, я не успел отблагодарить вас за такое ярое участие в моей судьбе. Уж не знаю, чем заслужил, мисс Грейнджер, вашу благосклонность, но уверен, что легко я бы не отделался на суде без таких свидетелей. Гермиона опустила голову, ее щеки заалели, как у первокурсницы. — Простите, я тоже не успела выразить свою благодарность вам, сэр! Тогда … — она замялась, — тогда возникли непредвиденные обстоятельства, и мне пришлось срочно уйти. Но… одним словом, Вы — храбрый человек! Я и не знаю больше никого, кто мог бы столько времени, почти в одиночку, ковать эту победу! Боюсь представить, через что вам пришлось пройти, работая на два фронта. Я, как видите, немного послужила в аврорате, но не слишком преуспела в борьбе с пожирателями. Поэтому теперь в состоянии оценить ту пропасть, над которой вы столь виртуозно балансировали многие годы. Это, конечно, просто слова, но поверьте, я говорю их искренне и от чистого сердца. Без вас этот мир рухнул бы. Волшебница подняла глаза на собеседника. Она учащенно дышала, как после бега. Северус смотрел на нее пристально — эта речь была слишком пафосной, но взгляд, обращенный на него, подтверждал озвученные мысли. Так сложно принимать хвалебные оды человеку, который совсем к этому не привык. — Благодарю, — на выдохе сказал он, — я не избалован вниманием и прочими почестями. Большая часть магического сообщества все еще считает меня пожирателем смерти. И все же… доброе слово приятно даже старому слизеринскому гаду… — Не говорите так про себя! — с жаром перебила его гриффиндорка. — Почему же? — широко улыбнулся бывший декан, — меня называли так все студенты. — Я не называла… — она снова покраснела и отвернулась, устремив свой взгляд к разыгравшимся волнам. Снейп с удивлением для себя заметил, что наблюдать, как ветер колышет ее короткие седые пряди, ему нравится. Вообще, несмотря на радикально изменившийся вид, девичий облик его привлекал. Ее реакция на собственные слова была столь красноречивой, что о симпатии к злобной летучей мыши, догадался бы и глупец. А он не был глупцом. Единственное, чего мужчина не мог понять: когда он со своим мерзким характером и отвратительной внешностью, успел вызвать в этой двадцатилетней ведьме интерес. — Боюсь, что скоро начнется дождь, — желая, сгладить неловкое молчание, проговорил он. — Нам следует вернуться, не то придется пить бодроперцевое. — Вы правы, сэр, — с облегчением откликнулась девушка. — Жаль, что я сегодня не успела выбраться на рынок. Все припасы совершенно испортились… Надеюсь, Лола умеет охотиться, как видно, хозяйка из меня никудышная. Северус засмеялся, чем вызвал удивленный взгляд своей спутницы. — Я только вчера говорил то же своему псу, — какая-то легкость сейчас была на его душе и расставаться с бывшей ученицей совершенно не хотелось. — А почему бы нам с вами не отметить встречу? Конечно, хогвартских изысков я не обещаю, но на днях я был в одной лавке и, держу пари, такого сыра в Лондоне вы не пробовали. Да и для мадам, которая, видимо, покорила сердце Бенни своей невозможной гривой, мы что-то найдем. Как вы смотрите на это? Гермиона с такой затаенной радостью смотрела на него, что Снейпу почудилось, будто он на уроке случайно начислил 500 баллов Гриффиндору. — Пойдемте, профессор, — с трудом сдерживая восторг, ответила она. — Будем вас объедать! — Великий Мерлин! — возвел очи к небу Северус. — Прошу, мисс Грейнджер, избавьте меня впредь от упоминания этого почетного титула! — Бенни! Домой! — Лола, девочка! Пойдем! Собаки наперегонки побежали вверх по склону. Мелкий дождь начал уже накрапывать. Водная стихия бушевала, поднимая волны все выше. Порывы ветра стали резче. Мастер зелий любезно предложил даме свой локоть. Идти быстро не получалось. Но, несмотря на лукавство ирландской осенней погоды и нестандартность ситуации, оба чувствовали себя воодушевленно, и настроение их было великолепным. К моменту, когда они добрались до каменного домика Снейпа, их одежда была совершенно мокрой. Гостеприимный хозяин распахнул дверь, пропуская даму внутрь. Запах трав и дерева, из которого была выполнена отделка, витал в воздухе. Два огромных пса протопали в холл, оставляя следы сырых лап. — Мисс Грейнджер, проходите в гостиную, налево, — маг двинулся вперед, чтобы быстрее разжечь камин. Ловкие быстрые манипуляции и комната стала наполняться теплом. — Подойдите поближе к огню. Сейчас … я сейчас принесу вам что-нибудь вытереться. Отличница Хогвартса осматривалась. Здесь было уютно, а жар, исходивший от камина, согревал продрогшие конечности. Присесть, будучи насквозь мокрой, она не решилась, а потому просто медленно обходила комнату. Ее глаза загорелись при виде длинных полок с многочисленными книжными корешками. — Что-что, а ваша любовь к библиотекам неизменна, — задорно заметил вошедший мужчина. — Возьмите-ка это, не хватало, чтоб заболели, не отметив новоселья. Пейте-пейте! Собак я покормил. — Спасибо, — как-то робко ответила молодая женщина, возвращая пустой пузырек. Спохватившись, они наложили друг на друга высушивающее заклинание. Бывший декан обратил внимание, что у нее вновь затряслись руки. Делать акцент на ее недомоганиях было неловко, и все же он задал вопрос: — Вы принимаете зелье от тремора? — Да, но сейчас старое закончилось, а новое я еще не получила. — У кого заказываете его? — Не знаю, — пожала она плечами, — мы не представлялись друг другу. Я хотела сохранить инкогнито. Опасаюсь, с некоторых пор, разного вида воздействий. Подпись на конверте в виде одной буквы — П. — А… ну да, ну да, — протянул он в ответ. — Я еще не отправил этот заказ. Зелье, как раз должно было дойти сегодня к полудню… — Так это вы? Почему — П.? — Принц. Девичья фамилия моей матери, — пояснил маг. — Я тоже не предполагал, что это для вас. Минерва попросила меня взять заказ. Редко берусь за работу с незнакомыми людьми… Пойдемте в лабораторию. — Здесь есть лаборатория? — И вечно этот удивленный тон… — Прошу вас. — Простите, сорвалось. В рабочем кабинете Северус быстро разлил по колбам зелье и протянул их Гермионе. — Не нужно больше оплачивать ваши заказы. — Я не нуждаюсь… — гриффиндорская гордость внезапно проснулась и заговорила. — Конечно, нет, — обхватывая ее руки своими, промолвил волшебник. — Это я нуждаюсь, хоть как-то выразить вам свою благодарность за оказанную помощь в хижине. Поверьте, еще никто ничего не делал для меня в этой жизни бескорыстно. Это лишь малое, чем я могу отплатить за проявленную доброту. Вы ведь тогда даже не знали, что я не предавал Дамблдора и Орден. Почему, мисс Грейнджер? Чем я заслужил свое спасение? Волшебница выдержала пробирающий до нутра взгляд его темных, как ночь, глаз. Длинные пальцы и большие ладони, что касались ее, были теплыми. Эти прикосновения были прекрасны своей неизведанностью и, что уж скрывать, долгожданностью. Как хотелось в эту минуту озвучить то, что сидело в ее душе уже несколько лет. Внезапное помешательство, а иначе на пятом курсе свое увлечение преподавателем она не могла назвать, переросло в нечто большее. Когда те воспоминания, что против ее воли были отняты близкими людьми, нахлынули в больнице после отмены всех магических воздействий и проклятий, Гермиона почувствовала, что ее сносит лавиной чувств. После осознания своей ущербности, она запихнула эту странную любовь подальше, но никогда больше не забывала. А теперь он понял, что ее помощь в визжащей хижине, была не гриффиндорским порывом, и ждал ответа. Но что может получить сейчас калека, если откроется? Жалость? О, нет! Этого хотелось меньше всего! Пусть уж все остается, как было. В одиночку еще можно побороться со своим глупым сердцем, а вдвоем — это будет пыткой. Обрекать совесть человека, которым и без нее всю жизнь помыкали и манипулировали, на мучительный выбор, она не станет. — Возможно, я и не получала на ваших уроках высоких баллов, — уклончиво начала колдунья, — и, тем не менее, с логикой у меня не было особых проблем. Альбус Дамблдор уже умирал. Вы облегчили его участь. Жаль, что он в очередной раз не оставил вам выбора, сэр. Но я действительно никогда не считала вас предателем. Северус прекрасно видел, какая внутренняя борьба стояла за этим ровным ответом. И мотивы этих метаний не сложно было угадать, даже без применения легилименции. Однако давить он не будет. Следовало бы разобраться сначала в себе, прежде чем делать какие бы то ни было шаги. — Давайте, все же пообедаем! — миролюбиво перевел тему волшебник, нехотя выпуская, ее хрупкие кисти из своего плена. — Пейте зелье и возвращайтесь к очагу.