Дом у моря

Глава 13.       — Не спится, министр? — прошелестел угрожающий баритон над ухом Кингсли Бруствера. Мужчина вздрогнул и резко обернулся, оторвавшись от очередного документа. Но сзади никого не было.       — Вы слишком беспечны для человека, который получил в управление магическую Британию сразу после войны. Возможно, это объясняет то, что вы не замечаете преступлений, творящихся у вас под носом. Или близорукость Фаджа так заразительна?       — Снейп, — грозно рявкнул министр, возвращаясь в прежнее положение. Напротив него в кресле, закинув ногу на ногу, расположился бывший Пожиратель смерти. — Как ты попал в мой кабинет? Что ты себе позволяешь?       — У тебя в аврорате, Бруствер, работают одни горячие гриффиндорцы! Горячие, но тупоголовые! — парировал зельевар. — Это было не слишком сложно. У них и Темный Лорд под носом мог разбить палатку с костерком, а никто б не заподозрил.       — ЧТО! Ты! Себе позволяешь!!! — взревел Кингсли, поднимаясь из кресла и упираясь кулаками в зеленое сукно столешницы.       Снейп был оправдан. Но Бруствер не испытывал симпатии к бывшему коллеге по Ордену Феникса. Отчасти, из-за его неоднозначной роли в войне. Отчасти, по причине того, что он был все-таки убийцей Дамблдора. Фактическим убийцей, чтобы там не говорили о причинах. И, конечно, история с Гермионой Грейнджер не прошла незамеченной. Хоть он и не вдавался в подробности.       — Остынь, министр! — едко проговорил Северус, не шелохнувшись и не меняя вальяжной позы, скорее характерной для Люциуса Малфоя. — Я позволяю себе гораздо меньше, чем могут позволить пожиратели смерти, которых вы еще не переловили за 2 года. И значительно! Значительно меньше, чем некоторые твои сотрудники!       — С каких пор ты погрузился в заботы о мирной жизни? Я думал, ты, по-прежнему, занят совращением студенток, — не смог сдержать себя бывший аврор.       — Ты опустился до того, что пересказываешь сплетни, написанные Скитер в паршивой газетенке, которая всегда печатала то, что приказывали из министерства? — саркастично заметил Снейп. — Вряд ли, подобная статья могла сильно повредить моему безупречному имиджу. Она лишь уничтожила до конца репутацию человека, сражавшегося с тобой бок о бок во время войны…       — Я не вникал… — как-то сник Бруствер и сел.       — А я заметил, — зло бросил Северус.       — Тебе-то что? Не припомню, чтоб ты к ней тепло относился.       — Люди меняются. Не смог устоять, — развел руками зельевар. — Я же просто человек. Да и к тому же ее безмозглые друзья сами поспособствовали этому. Но у меня к тебе другой вопрос: как ты допустил утечку информации о логове пожирателей и намечающейся операции? Отчего дело закрыто, а крыса, которая у тебя в министерстве сидит, до сих пор не найдена? В связи с чем, не проводилось расследование о причинах нахождения беременного аврора Грейнджер на задержании приближенных к Темному Лорду пожирателей? И главное, почему при приеме на работу в аврорат ни один из Золотого Трио не прошел проверку на наличие проклятий, изменений памяти и психическое здоровье?       Министр молчал, поджав губы. Ответить было нечего, потому что Снейп был прав по всем фронтам. Слишком много канцелярской работы свалилось на него, стоило лишь вступить в должность. Кингсли чувствовал, что воронка бюрократической машины затягивала его все сильнее, но расслабившись после победы, не придал этому значения.       — Поясни, — сухо ответил он бывшему профессору Хогвартса и хмуро уставился на него исподлобья. Спустя полчаса в кабинете стояла абсолютная тишина. Министр переваривал полученную информацию. Зельевар ждал.       — Ты ведь пришел не просто уведомить меня, — нарушил Бруствер молчание первым.       — Безусловно, — хмыкнул Северус.       — Что ты предлагаешь предпринять?       — Я знаю, что Яксли находится в Азкабане. Также я знаю, из надежного источника, что твой стукачок передавал информацию именно ему. Устрой нам встречу.       — Его допрашивали, — отмахнулся министр.       — Ты недооцениваешь критерии отбора Ближнего Круга Темным Лордом. Дай мне 15 минут с ним наедине. И сними следящее с моей палочки.       — Ты с ума сошел?       — А что ты скажешь своей гнилой общественности, если Уизли, несмотря на меня, все же завершит начатое? Мне будет нечего больше терять.       — Ты меня шантажируешь, что ли, Снейп? — фыркнул министр.       — Я тебя предупреждаю, Бруствер, — в тон ему ответил волшебник. — Если бы ты разобрался со всем, как следует, еще 1,5 года назад, этот разговор не состоялся бы в принципе.       — За Лили ты боролся также?       — Я всегда борюсь за то, что принадлежит мне. Или мщу. Посодействуй мне. Чтобы отомстить Темному Лорду, я ждал 20 лет. Теперь я не молод и таким запасом времени не располагаю.       Несколько тяжелых минут двое волшебников буравили друг друга взглядом.       — Будь, по-твоему, встречу я организую, — сдался Кингсли, — но я должен присутствовать.       — Нет, — отрезал зельевар.       — Только я. Без остальных. И он должен остаться живым.       — Хорошо, — внезапно легко согласился темный маг.       — Живым, Снейп! — с нажимом уточнил министр.       — Я услышал тебя, Кингсли. Раз уж мы пришли к консенсусу, не будем терять время — отправимся сейчас же.       — Снейп! — страдальчески вздохнул Бруствер. — Сегодня Сочельник! Нам нужен портал в Азкабан! После праздников давай…       — Я уже настроился, — вдруг саркастично ухмыльнулся Снейп.       — Как мы туда попадем? На метлах? Посмотри за окно, там метель!       — Если это единственная помеха, то ее несложно устранить, — ответил зельевар, вставая и обходя чиновничий стол.       — Как? — поднявшись, удивленно спросил министр.       Но ответа не последовало. Кингсли вообще не успел среагировать, когда бывший двойной агент крепко схватил его за предплечья и, резко дернув на себя, выбросил их обоих в окно.