Bad Books and Second Looks (Плохие романы и вторые шансы)

Летучий порох доставил Гермиону с Драко в переполненный вестибюль красивого ресторана. Переступив через каминную решетку и отряхнув одежду, Гермиона подняла взгляд и увидела за большими окнами Косой переулок. Рука Драко легла ей на поясницу, и он повел ее к небольшому подиуму, где стояла молодая ведьма в элегантной черной мантии. — Добро пожаловать в Le Papillon, — поприветствовала их хостес с сияющей улыбкой. — Добрый вечер, — ответил Драко, прочищая горло. — У нас забронирован столик на имя Драко Малфоя, — его рука слегка дрогнула на талии Гермионы. Хостес заглянула в журнал, проводя накрашенным ногтем вниз по списку имен. Спустя мгновение она поджала губы и нахмурила брови. — Мне очень жаль, мистер Малфой. У вас бронь на семь часов вечера. У нас есть пятнадцатиминутный ожидательный период, но, к сожалению, нам уже пришлось отдать ваш столик. Драко сверился с часами и нахмурился. — Сейчас едва ли позже семи пятнадцати. Наверняка есть что-то, что вы могли бы сделать. Бросив на него сочувственный взгляд, хостес отрицательно покачала головой, отчего ее светло-каштановые волосы заплясали по плечам. — Мне очень жаль, но все остальные столики забронированы на этот вечер. Вы можете подождать, пока какой-нибудь не освободится. Если вы не против поужинать во внутреннем дворе, я, вероятно, смогу усадить вас в течение… — она снова сверилась со списком, — часа. Драко покачал головой. — Я не хочу ждать столик целый час, именно поэтому и забронировал его заранее. Гермиона мягко положила руку ему на предплечье. — Все в порядке, Драко. Мы можем пойти куда-нибудь еще. Он повернулся к ней со страдальческим выражением лица, бледные скулы порозовели. Малфой нахмурился, его взгляд метался по лицу Гермионы. Повернувшись обратно к хостес, он наклонился и начал что-то быстро говорить по-французски. Взгляд хостес на мгновение метнулся к Гермионе, прежде чем она ответила, тоже по-французски. Грейнджер не очень хорошо знала этот язык, да и говорили они настолько быстро, что она все равно не успевала за разговором. Гермиона продолжала держать Драко за предплечье, мягко сжимая в, как она надеялась, успокаивающем жесте. Наконец Малфой выпрямился и повержено провел ладонью по лицу. — Ты уверена, что не против пойти куда-нибудь еще? — спросил он. Гермиона покачала головой. — Совсем не против. Я уверена, мы сможем найти место без такого чудовищного времени ожидания. Драко выглядел немного скептично, но все же кивнул. — И, возможно, мы могли бы прийти сюда в другой раз, — предложила Грейнджер, крепче сжав его руку и ободряюще улыбнувшись. Коротко кивнув хостес, Драко приобнял Гермиону за талию и вывел ее за дверь в Косой переулок. Вечер был теплый, но над головой собирались тучи и дул сильный порывистый ветер. Несмотря на все это, Гермиона была вовсе не против небольшой пешей прогулки. Солнце все еще проглядывало сквозь облака, отражаясь от витрин магазинов и освещая улицу теплым сиянием. Пока они шагали по переулку, Гермиона кинула взгляд на Драко и не смогла удержаться от улыбки, когда тот ей ухмыльнулся. — Куда теперь? — спросила Грейнджер, наслаждаясь ощущением его теплых пальцев на своей талии. — А куда бы тебе хотелось? Очевидно, мой план позорно провалился. Гермиона оглядела Косой переулок. Было несколько ресторанов, которые казались довольно многообещающими. Некоторые из них она уже давно мечтала посетить. Но во всех заведениях были очереди у дверей или кучки просто стоявших у входа людей, ожидавших свободных столиков. У нее упало сердце. Возможно, их первому свиданию придется подождать до другого раза, когда они смогут заранее где-нибудь забронировать столик. Она вздохнула. — Похоже, здесь все забито под завязку. Малфой нахмурился, когда они проходили мимо ресторана, в котором на первый взгляд было столько же людей снаружи, сколько и внутри. — Может, нам просто взять какую-нибудь еду навынос и поужинать дома? — предложила Гермиона. Драко затормозил так резко, что Грейнджер даже немного споткнулась на своих каблуках. Она повернулась и увидела, что он смотрит на нее с крайне несчастным выражением лица. — Это то, чего ты хочешь? Пойти домой? Она сделала шаг, вставая прямо перед ним. — Нет. Я просто… Ты не похож на человека, которому нравится ждать. Возможно, если мы просто… Руки Драко взметнулись вверх, чтобы нежно обхватить ее затылок. — Я не хочу там ужинать. Не хочу, чтобы Пэнси весь вечер посылала нам ехидные ухмылки и пыталась подслушать. Не хочу, чтобы она снова вошла в самый неподходящий момент. Я хотел провести этот вечер где-нибудь, где мы могли бы побыть лишь вдвоем и поговорить, так как… — он замолчал, плотно сжав губы. — Хорошо, — выдохнула Гермиона, мягко положив ладони поверх его рук. — Мы не пойдем домой. Я тоже хотела провести этот вечер с тобой наедине. Мы найдем место. Назойливое ощущение чужих взглядов на своей коже заставило ее оглянуться вокруг. Сами того не ведая, они привлекли внимание нескольких прохожих. Ей тут же вспомнилось, что она чувствовала сразу после войны, когда ее фотографии красовались в газетах по крайней мере раз в неделю, а ее имя появилось у всех на слуху. И теперь она стояла посреди Косого переулка с, возможно, самым узнаваемым оправданным Пожирателем смерти и очень видным наследником рода Малфоев в том, что можно было описать только как интимные объятия. Гермиона нервно откашлялась, опустив взгляд на мощеную улицу. — Сомневаюсь, что здесь нас ожидает приятный вечер наедине. Драко немного отстранился, оглядываясь на любопытных зевак. — Нам не обязательно оставаться в Косом переулке, — заверил он. — Я не знаю ни одного ресторана в маггловском Лондоне, но уверен, что там точно найдется место, где мы смогли бы поесть, не чувствуя себя как животные в зоопарке. Гермиона улыбнулась и кивнула. Они направились через «Дырявый Котел» в мир магглов. Здесь, несмотря на то, что они были довольно нарядно одеты, их пара не привлекала такого внимания. Тут их никто не знал, и поэтому они могли раствориться в шуме и вечерней суете пятничного Лондона. Они шли довольно долго и весело болтали, проходя мимо нескольких высококлассных ресторанов с длинными очередями, прежде чем Гермиона, наконец, остановилась перед пабом, в котором, судя по его виду, вполне могло оказаться несколько свободных столиков. Вывеска над дверью гласила: «Золотой лев». — Как насчет этого места? Драко заглянул в окно темного паба и брезгливо сморщил нос. — Здесь? Гермиона кивнула. — Здесь нет очереди. Я уже бывала тут давным давно со своими родителями, у них неплохая картошка фри. — Картошка фри… — повторил Драко, будто не мог себе представить, как можно такое есть в костюме, который стоил две тысячи галлеонов или около того. — Я знаю, что это не совсем то, что ты планировал… — Гермиона приблизилась к нему вплотную и обняла за талию. — Но я умираю с голоду. Обещаю, что еда здесь приличная. Она видела нерешительность на лице Драко, о чем красноречиво говорили его нахмуренный лоб и сжатая челюсть… Наконец он сдержанно кивнул. — Да. Хорошо. Заходя, Малфой придержал для нее дверь и скептически осмотрелся, когда до них донеслись громкая музыка и запах жареной еды вперемешку с запахом сигарет. Широкоплечий бармен крикнул им из-за стойки. — Здорова! Проходите и садитесь где-нибудь, где свободно. Драко неловко переступил с ноги на ногу, очевидно, не привыкший ужинать где-то, где нет хостес. Гермиона заметила пустой столик в дальнем конце заведения и взяла инициативу на себя, с улыбкой потащив туда Малфоя. Прежде чем она смогла сесть, Драко поспешил отодвинуть для нее стул. Жест слишком формальный для их нынешней обстановки, но Гермиона все равно зарделась от его галантности. К ним подошла круглолицая официантка и предложила заказать напитки, держа в руках небольшой блокнот. — Эм… Огневиски, пожалуйста, — сказал Драко, отвлекшись на меню, которое только что вручила ему девушка. Официантка нахмурилась, сдвинув брови в замешательстве. — Вы имеете в виду Огненный Шар? Драко оторвался от меню, широко раскрыв глаза и метнув взгляд в сторону Гермионы в ужасе от того, что заказал волшебный напиток в маггловском баре. — Оу… Эм… Грейнджер поспешила исправить положение. — Нам, пожалуйста, два Гиннеса. Официантка бросила еще один растерянный взгляд на Драко, прежде чем кивнуть и поспешно удалиться. — У магглов нет огневиски, Драко, — сказала Гермиона, как только убедилась, что их не подслушают. — А что это она предложила мне взамен? Огненный шар? Грейнджер рассмеялась. — Огненный шар — это виски с корицей… но на самом деле это не виски. В любом случае я не думаю, что тебе он понравился бы. Драко сморщил нос. — И что ты нам заказала? — Темное пиво. Мне кажется, тебе должно понравиться. Но если нет, то мы можем заказать что-нибудь еще. Я заплачу за первый раунд, если тебе он придется не по вкусу. Драко выпучил глаза. — Ни в коем случае. За все сегодня буду платить я, возражения не принимаются. Гермиона улыбнулась, нисколько не удивленная его традиционным взглядам на этикет первого свидания. — Как скажешь. У тебя есть маггловские деньги? Малфой дерзко подмигнул. — Настоящий джентльмен всегда приходит подготовленным. Он посмотрел в меню, его челюсть сильнее сжималась по мере просмотра предложенной там пищи. — Ты говорила, что бывала здесь раньше. Может, посоветуешь что-нибудь? Гермионы задумчиво хмыкнула и глянула в меню. — Думаю, я возьму бургер. Но в прошлый раз, когда я была тут с родителями, я заказывала рыбу с жареной картошкой. Очень вкусно. Малфой закрыл и отложил свое меню. — Тогда решено — рыба. Как только официантка приняла их заказ и принесла пиво, Гермиона радостно отхлебнула из своего бокала, стараясь не рассмеяться при виде скептического выражения лица Драко. Он взял свой бокал и поднес его близко к лицу, наблюдая за поднимающимися в темной жидкости пузырьками. — Это нужно пить, — съязвила Грейнджер с ухмылкой. — Почему оно такое темное? — Потому что это стаут. Темное пиво. Ты хотел бы получить подробное описания всех научных процессов, лежащих в основе приготовления различных сортов пива? — поддразнила его Гермиона, хохотнув. Драко закатил глаза и поднес бокал к губам. Глубоко вздохнув и бросив на нее настороженный взгляд, он наконец сделал глоток. Опустив пиво обратно на стол, Малфой неопределенно пожал плечами. — Неплохо, — вынес он вердикт, не подозревая о тонком слое пены, оставшемся на его верхней губе. Гермиона широко улыбнулась и громко рассмеялась при виде его пенных усов. — Что? — Драко нахмурился, в недоумении глядя на нее. Перегнувшись через стол, Грейнджер протянула руку и провела большим пальцем по его верхней губе, убирая пену, после чего поднесла палец к своему рту и слизнула ее. На щеках Малфоя расцвел румянец, отчего сердце Гермионы пустилось вскачь. Она сомневалась, что когда-либо видела что-то более очаровательное, чем Драко Малфой, сидящий во второсортном маггловском пабе в своем прекрасном волшебном костюме и пьющий пиво с пенкой на верхней губе. Он был настолько не в своей стихии. Малфой всегда был таким самоуверенным и уравновешенным в квартире. Но здесь, вне зоны комфорта, Гермиона находила его еще более привлекательным. Она не смогла сдержать широкой улыбки. — Что? — повторил он, бросив на нее любопытный взгляд. Она лишь покачала головой и взяла свой бокал. — Ничего, — пропела Грейнджер, делая еще один глоток. Потребовалось мгновение, чтобы подозрение в глазах Драко сменилось привычной холодной уверенностью. Он сделал еще один глоток, на сей раз осторожно облизнув губы. — Как дела на работе? — поинтересовался Малфой, ставя свое пиво обратно на полированную деревянную столешницу. Гермиона неопределенно пожала плечами. — В порядке, кажется. Я больше не чувствую, что отвечаю лишь за кофе. Теперь главная проблема в том, что работа, похоже, никогда не заканчивается. Вчера мне пришлось работать до поздней ночи, чтобы быть уверенной, что сегодня смогу вернуться домой вовремя. Но, по крайней мере, теперь я делаю что-то полезное для департамента. А у тебя как с работой? Драко задумчиво наклонил голову. — Наш проект для Автората требует много сил, но я думаю, что это будет взаимовыгодная сделка. Моя команда разработчиков усердно работает над созданием инновационного защитного снаряжения. Моя встреча, из-за которой я задержался сегодня вечером, была как раз с Поттером. — Да? — брови Гермионы поползли вверх. Говорил ли Драко Гарри, что у них сегодня свидание? В животе почувствовался нервный трепет. — Он был… нехарактерно дружелюбен со мной, — добавил Малфой, приподняв одну бровь. У Грейнджер вспыхнули щеки. — Ты имеешь к этому какое-нибудь отношение? — ухмылка Драко заставила ее внутренности перевернуться. Гермиона поспешила чем-то занять руки, медленно покручивая свой бокал на столе. — Джинни, скорее всего, сказала ему что-то, хотя я настоятельно просила ее не делать этого. Эта несносная ведьма ужасно любит посплетничать. Ухмылка на лице Драко дрогнула. — Хм, ты… Ты не говорила ему? — Я… Нет. Видишь ли, я боялась, что он расскажет Рону. Малфой отвернул от нее голову. Он уставился на пожилую пару, сидевшую через несколько столиков от них, но его челюсть была сильно сжата, и у Гермионы создалось отчетливое впечатление, что на самом деле он был не сильно заинтересован наблюдением за другими посетителями. Его пальцы мягко барабанили по столу, но плечи выглядели заметно напряженными, а брови были сведены вместе. Она поспешила объясниться, не зная точно, как сказать ему, что не пыталась держать его в секрете. Что не стыдилась его и была действительно рада, что у них свидание. — Я просто хотела для начала сама разобраться, что между нами происходит, прежде чем что-либо рассказывать Гарри и Рону. У них наблюдается склонность… слишком остро реагировать на некоторые вещи. Думаю, ты и сам помнишь. Вот. Небольшая шутка за счет Гарри и Рона, скорее всего, поднимет Драко настроение. Она увидела, как дрогнули его губы. Он не до конца расслабился, но напряжение в его плечах немного ослабло. Официантка с улыбкой принесла им еду и упорхнула прочь. Драко одарил свой ужин крайне недоверчивым взглядом, прежде чем осторожно подцепить вилкой небольшой ломтик картошки и надкусить. Он пожевал, задумчиво нахмурив брови, и спустя мгновение утвердительно кивнул. Затем Малфой взял свои нож с вилкой и положил в рот кусочек рыбы в самой официальной манере, которую когда-либо приходилось наблюдать Гермионе. — Неплохо, — пробормотал Драко. Грейнджер усмехнулась и откусила от своего бургера. Было очень вкусно, но еда, безусловно, была не самой любимой ее частью этого вечера. Они ели и весело болтали о работе, Хогвартсе и своем детстве. — Мне стыдно признаться, но я не так уж много знаю о том, как растят своих детей магглы, — признался он, потягивая пиво. — Ну… Довольно обычно, как по мне. Меня отдали в начальную школу в Лондоне, там у меня было несколько друзей, но большинство детей почти не разговаривали со мной. Они думали, что я странная. Драко нахмурил брови. — Странная? Почему? Гермиона рассмеялась. — Ну, помимо того факта, что я, хоть и неосознанно, все же являлась ведьмой, я была слишком тихой. Много читала. Пока другие дети играли в футбол или бегали по игровой площадке после занятий, я сидела, уткнувшись носом в книги. Честно говоря, сомневаюсь, что кто-то вообще заметил, когда я не вернулась после поступления в Хогвартс. Мои родители говорили всем, что меня перевели в школу-интернат, но я не думаю, что кого-то из моей старой школы это вообще волновало. Драко кивнул. — Мне тоже было довольно трудно заводить друзей в детстве. Я думаю, это проще делать людям, у которых есть братья или сестры. Я знал нескольких своих сокурсников до того, как мы оказались в Хогвартсе, но едва ли мог назвать их настоящими друзьями. Думаю, отец сыграл в этом большую роль. Он всегда говорил мне, что люди будут из кожи вон лезть, чтобы стать моими друзьями, но я особо этого не замечал, пока не отправился в Хогвартс и не встретил Крэбба и Гойла. Гермиона улыбнулась. — На самом деле, у меня вообще не было друзей, пока я не встретила Гарри и Рона. И даже они меня на дух не переносили первые два месяца в школе. Драко уже открыл было рот, чтобы ответить, но его прервал противный свист обратной связи от микрофона. Они оба подпрыгнули, оглядываясь в поисках источника отвратительного звука. К величайшему ужасу Гермионы, она увидела, что в углу паба собиралась играть рок-группа. Жилистый мужчина проверял работу микрофона, в то время как трое других настраивали свои инструменты. — О… Мерлин, — выдохнула Грейнджер, готовясь к жесткому насилию над своими ушами. — Что происходит? — непонимающе спросил Драко. — Похоже, сегодня вечером у них здесь будет живая музыка, — объяснила Гермиона. — Что ж, звучит довольно неплохо, — Малфой выпрямил спину и обратил все свое внимание на сцену. — Нет, Драко, это… Группа начала свое выступление, и сразу стало очевидным, что в реальности все окажется прямо противоположно понятию «неплохо». Разрывающие барабанные перепонки звуки ударных и электрогитары заполнили пространство паба, пока кроме тяжелого баса и завывания солиста невозможно было услышать ровным счетом ничего. Было совершенно очевидно, что Драко никогда раньше не бывал в месте, где звучала такая живая музыка. Его серые глаза смотрели на Гермиону с непередаваемым шоком, будто его ужасал сам факт того, что какое-либо заведение вообще способно подвергать своих посетителей таким пыткам. Он наклонился ближе, что-то выкрикивая. — …нам разговаривать… чудовищный шум? — Что? — крикнула Гермиона в ответ. Малфой еще сильнее повысил голос. — Как… сквозь этот… шум? Грейнджер разочарованно зарычала и подвинула свой стул вокруг маленького круглого столика, чтобы быть ближе к Драко. — Я тебя не слышу! — она наклонилась ближе в надежде, что он заговорит ей прямо в ухо. Он приблизился, положив руку на спинку ее стула. — Я едва слышу свои собственные мысли! Гермиона засмеялась и кивнула. — Хочешь, пойдем куда-нибудь еще? — спросил Малфой громко, его слова, хоть и были выкрикнуты непосредственно ей в ухо, были едва слышны за непередаваемой какофонией шума. — Но нам только принесли наш заказ, — прокричала она в ответ, кивнув на их почти полные тарелки. — Давай просто закончим есть, а потом сможем уйти. Брови Драко сошлись на переносице, и он указал на свое ухо. Гермиона быстрыми жестами изобразила, как откусывает кусочек, прежде чем ткнуть пальцем в сторону выхода. Расплывшись в улыбке, Драко согласно кивнул. Грейнджер почувствовала, как ее щеки раскраснелись от этой нелепой пантомимы. Ухмыльнувшись, Малфой снова принялся за еду. Гермиона придвинула к себе тарелку и тоже вернулась к приему пищи. Они ели бок о бок, не разговаривая, так как любые сказанные ими слова моментально утонули бы в шуме. Прошло несколько минут, и каждый раз, когда Грейнджер поднимала взгляд на Драко, она не могла не замечать напряженную челюсть и глубокую морщинку меж бровей. Он ел, смотря в тарелку, и, хмурясь, потягивал пиво. У Гермионы вырвался смешок, когда Малфой, насадив на вилку картофелину и обмокнув ее в томатный соус, поднес ее к губам и ярко-красная капля сорвалась с вилки, приземлившись прямо на его накрахмаленную белую рубашку. Серые глаза метнулись к Грейнджер, в ужасе расширяясь, когда он понял, что она хихикает. Драко потянулся за своей палочкой, но замер, оглядывая комнату, наполненную десятками магглов. Схватив салфетку, Гермиона осторожно промокнула томатный соус. Пока что останется пятно, но она знала, что Малфой сможет избавиться от него, как только они останутся наедине или вернутся в Косой переулок. Грейнджер мягко улыбнулась Драко, прижимая салфетку к его груди. Его обычно бледные щеки покраснели от смущения. До конца ужина он больше не притрагивался к томатному соусу. Покончив с едой, Малфой оставил на столе купюру слишком крупного номинала, оплачивая их трапезу. Затем он вывел Гермиону из паба, приобняв за талию. Когда звуки рок-группы стали приглушенными, а ушей настигло сладостное облегчение от относительной тишины улицы, Драко издал стон. — Магглам действительно это нравится? — Что, музыка? — Быть принужденными к тому, чтобы слушать музыку так громко, что лопаются барабанные перепонки? Грейнджер пожала плечами. — Я полагаю, некоторым нравится, иначе зачем бы они это делали? — Кошмар, — проворчал Драко, прижимая палец к уху. — Я думаю, что буду слышать звон в ушах еще как минимум неделю. — Прости. Я не знала, что у них сегодня такая развлекательная программа. По крайней мере, еда была вкусной, так ведь? Малфой лишь проворчал: — Моя картошка могла бы пропеть «Котел, полный крепкой, горячей любви», и это все равно не компенсировало бы нанесенный пабом моральный ущерб. Гермиона рассмеялась. — Я думаю, этот паб был бы гораздо более популярен, подавай они поющую картошку. Она взяла его под руку и с улыбкой прислонилась к его боку. — Что еще ты для нас на сегодня запланировал? — спросила Грейнджер. — Я подумал, мы могли бы пойти прогуляться. Гайд-парк недалеко отсюда, верно? Не против пройтись? Гермиона просияла. — С удовольствием. Они шли по оживленным улицам маггловского Лондона. Гермионе нравилось ощущение анонимности, которое она могла испытать лишь в немагическом мире. Никто не таращился на них и не останавливал ее, чтобы поговорить о ее вкладе в победу над Темным Лордом или задать неуместные вопросы о Гарри. Здесь они были просто обычной парой на первом свидании. — Итак, до того, как на наши уши обрушилась самая ужасная пародия на музыку, которую я когда-либо слышал, — начал Драко, — мы, кажется, говорили о твоем детстве. — Да, кажется, так. — Не расскажешь мне что-нибудь о нем? Что-то, чего большинство людей о тебе не знают. Гермиона закусила губу в размышлении. Когда она лишь на секунду посмотрела на Малфоя, то наткнулась на его внимательный взгляд, его глаза метались между ее губами и грудью. В памяти тут же всплыли слова Пэнси. Драко тащится от красивой груди. Грейнджер поборола румянец, вспыхнувший на ее лице, и сосредоточилась на вопросе. Детство. Было ли у нее детство? Все, о чем она могла думать в этот момент, — это прожигающий взгляд на ее теле. — Эм… Когда я была маленькой, еще до того, как получила письмо из Хогвартса, и до того, как вообще узнала, кто такая, я хотела стать балериной. Брови Драко удивленно подскочили. — Балериной? Правда? Они пересекли улицу и вошли в Гайд-парк, неспешно прогуливаясь по широким тенистым дорожкам в лучах заходящего солнца. — Да. Я даже брала уроки, пока не поступила в Хогвартс. — Мне всегда представлялось, что ты хотела стать каким-нибудь ученым или писателем. Гермиона пожала плечами. — Я всегда любила книги, но мне было три года, когда мама впервые взяла меня с собой на «Спящую красавицу» в исполнении Королевского балета. Просто это казалось таким… волшебным. То, как они двигались… Я просто влюбилась в балет. Детская мечта, знаешь ли. — Жаль, что тебе пришлось от нее отказаться. Грейнджер рассмеялась. — Не совсем. Я была абсолютной бездарностью. На прошлое Рождество мама достала кое-какие старые видео, доказывающие полное отсутствие у меня координации. К слову, я получила огромное удовольствие от просмотра. Губы Драко изогнулись в улыбке. — Видео — это те движущиеся маггловские картинки, да? Грейнджер кивнула. — По сути. — Я бы с удовольствием их когда-нибудь посмотрел. — Этот позор я унесу с собой в могилу, — сказала она со смешком. — Черт, знал же, что следовало повести тебя на танцы. Это было бы весело. Гермиона состроила сердитое личико и ткнула его в ребра, после чего все же рассмеялась. — Хотя… Может, это и к лучшему, — продолжил он. — Ты наверняка оттоптала бы мне все пальцы на ногах. Прежде чем Грейнджер успела ответить, Драко споткнулся, пролетев несколько футов вперед, и впечатляющая череда ругательств сорвалась с его губ. — Гоблинское дерьмо, чтоб тебя Мерлин за ногу… Проходившая мимо женщина с двумя маленькими детьми бросила на Малфоя испепеляющий взгляд, когда тот выпрямился. Его лицо побагровело, и он пробормотал извинения. Гермиона не смогла сдержать смешок, вырвавшийся у нее из груди, и она подошла к Драко, снова взяв его под руку. Он послал ей мрачный взгляд, но это ничуть не испортило ей настроение. — О да, очень смешно, — проворчал Малфой. — Мерлин, ты всегда обязан быть самим совершенством? — поддразнила Гермиона, прижимаясь к его боку и возобновляя шаг. — Неужели ты так и не научился над собой смеяться? Драко лишь сильнее нахмурился и продолжил смотреть прямо перед собой. Грейнджер не была уверена, в чем его проблема. В ее понимании, споткнуться не было чем-то таким уж постыдным. Неужели Малфой был так горд, что не мог спокойно вынести даже малейший конфуз. Но затем в голове прозвучали ранее сказанные Пэнси слова: — Сегодняшний вечер будет посвящен классическому ухаживанию за дамой. Зная Драко, он, вероятно, распланировал все свидание с точностью до минуты. Ее сердце затрепетало в груди. Возможно, дело было не в том, что ему не нравилось попадать в неловкие ситуации. Может быть, он просто не хотел попадать в эти ситуации у нее на глазах. Особенно здесь, сейчас, на их первом свидании. Она открыла рот, чтобы попытаться приободрить его, как вдруг ее прервал громкий раскат грома. Они оба подпрыгнули, подняв лица к небу как раз к тот момент, когда то разверзлось и на них полил проливной дождь. Драко выругался, и его рука дернулась к палочке, прежде чем он опомнился и посмотрел на магглов поблизости, раскрывающих зонтики или натягивающих на головы куртки и спешащих найти укрытие. Дождь был сильный, моментально намочив локоны, которые Пэнси с таким трудом приручила, и заставив платье Гермионы неприятно облегать кожу. Она посмотрела на Драко, чьи мокрые волосы уже прилипли ко лбу, когда он опустил на нее взгляд. Грейнджер осмотрелась по сторонам в поиске места, где они могли бы укрыться от дождя или просто достаточно скрытого от глаз, чтобы аппарировать. Но они находились в центре парка, и кроме нескольких деревьев поблизости ничего не было. Смех вырвался у нее из груди, сотрясая плечи. Гермиона подняла лицо к небу, закрыла глаза и позволила дождю окончательно промочить ее. Она подняла руки к небу ладонями вверх и позволила себе просто насладиться теплой летней грозой. — Что ты делаешь? — громко спросил Малфой, пытаясь перекричать шум бушующей вокруг них бури. — Ты же насквозь промокнешь. Гермиона открыла глаза. Драко стоял рядом, подняв пальто и держа его над головой, хотя это едва ли спасало от дождя. — Как и ты, — со смехом заметила она. — Так почему бы просто не насладиться этим? Малфой глянул на нее так, словно у нее выросли крылья — на его лице отразилась смесь замешательства и благоговейного трепета. — Ты сумасшедшая. — Сумасшедшая или нет, но мы оба до нитки промокаем, — она знала, что улыбается как чокнутая. Но не смогла удержаться, чтобы не сделать к нему шаг и не опустить его руки, заставляя сбросить пальто. Он поднял одну руку и обхватил ладонью лицо Гермионы, проведя большим пальцем по ее скуле. — Совершенно ненормальная, — пробормотал он, наклоняясь. Его поцелуй был легким, гораздо более нежным, чем все те, что у них были раньше, и Гермиона растворилась в Драко, прижимаясь к нему всем телом. Ее руки скользнули вверх по его предплечьям, обхватывая шею. Очередной раскат грома заставил их отскочить друг от друга, и Малфой бросил настороженный взгляд на небо. — Идем. Лучше уберемся отсюда в безопасное место, пока нас не шарахнуло молнией. Гермиона кивнула и взяла его за руку, спеша через парк к ближайшему выходу. Они проносились по улицам, пока не нашли безлюдный переулок, скрытый от глаз магглов, откуда быстро аппарировали обратно в квартиру Гермионы. Когда они приземлились в прихожей, Грейнджер была очень рада обнаружить, что Пэнси и Луны не было в местах общего пользования. Немного уединения с Драко — это все, чего она действительно хотела, особенно после того поцелуя в парке. Малфой поднял палочку, накладывая на них обоих высушивающие чары. — Ну что ж, — начал он, рассматривая свои ботинки. — Это был однозначно… интересный вечер, не так ли? Гермиона улыбнулась и опустила сумку на кофейный столик. — Я прекрасно провела время, — она пересекла гостиную и вошла на кухню, чувствуя, как сердце затрепетало в груди при виде роз в вазе на кухонном столе. — Не хочешь бокал вина? — Эм… Вообще-то, я уже собирался… — он стоял в арке, ведущей на кухню, переминаясь с ноги на ногу. Его руки были засунуты в карманы. У Грейнджер внутри что-то оборвалось. Он собирался уходить. Почему? Она посмотрела на часы, было только начало десятого — еще слишком рано, чтобы считать это поздним часом. — Оу… Я сделала что-то не так? Драко покачал головой. — Нет, конечно, нет. Но ты должна признать, что это свидание было чем-то вроде катастрофы. Я пойму, если оно окажется нашим последним. У Гермионы болезненно сжалось сердце. Катастрофа? Она вспомнила события прошедшего вечера. Конечно, группа в пабе была слишком громкой, и они попали под дождь, но этого было недостаточно, чтобы испортить свидание… по крайней мере, в ее понимании. — А ты хочешь, чтобы оно было нашим последним? Мускул на его челюсти дрогнул. — Нет, конечно. Я просто подумал… Грейнджер скрестила руки на груди. — Но ведь ты сам сказал, что это свидание стало для тебя катастрофой. Он нахмурился. — Я все испортил, Грейнджер, и ты это знаешь. Я опоздал. Мы упустили нашу бронь и оказались в том пабе с чудовищной музыкой. Я испачкал рубашку томатным соусом, и мне пришлось весь вечер красоваться пятном на груди. Я опозорил тебя перед той маггловской женщиной и ее детьми. Я даже не смог наколдовать для нас зонтик, когда пошел ливень. Гермиона недоверчиво на него уставилась. — И ты думаешь, что хоть что-то из вышеперечисленного имеет для меня значение? Малфой не ответил, вместо этого сверля взглядом точку на столешнице рядом с ней. Она шагнула ближе и положила руку ему на грудь. — Драко, плевать мне с Астрономической башни на крутые рестораны, волшебные цветы, шумные пабы и испорченные рубашки. Какое мне дело до того, что ты обогатил словарный запас тех детей новыми красочными словечками? И меня совершенно не смутило, что нам пришлось промокнуть под дождем. Сегодня вечером я прекрасно провела время, потому что была с тобой. Губы Драко едва заметно дрогнули. — Тебе не нравятся цветы? Гермиона засмеялась. — Нет, я их обожаю. Но тебе не нужно ухаживать за мной, как за какой-нибудь викторианской дамой. Все эти вещи не имеют для меня значения. Я просто… Ты мне нравишься, Драко. И я согласилась на свидание, потому что хотела посмотреть, есть ли между нами связь, помимо моего зверского желания зацеловать тебя до полусмерти. Из груди Малфоя вырвался громкий смех. — И? — задал он наводящий вопрос, приподняв брови. Грейнджер ухмыльнулась и сделала к нему шаг. — Ну что ж… Я все еще хочу зацеловать тебя до полусмерти, — призналась она. — Но мне кажется, что между нами есть и более глубокая связь. Его губы изогнулись в улыбке. — А тебе? — спросила Гермиона, ощутив тревогу в набирающем скорость сердце. Он медленно нагнулся, прислоняясь своим лбом к ее, и кивнул. — И мне… Ты и представить себе не можешь насколько, Грейнджер. — В таком случае я не вижу причин, по которым это свидание должно заканчиваться так рано, а ты? — выдохнула она. Он покачал головой. — Отлично, — прошептала Гермиона, отступая от него и хватая бутылку вина и два бокала. — Поэтому с этого момента я больше не хочу слышать весь этот бред о свидании-катастрофе. Понял? — Слушаюсь, моя госпожа, — согласился он со смешком. Она разлила вино по бокалам и протянула ему один, чувствуя, как краснеют ее щеки от вопроса, который вертелся на кончике ее языка. — Эм… Не хотел бы ты… Не хотел бы ты переместиться в мою спальню? Брови Драко взлетели вверх, удивление на мгновение окрасило его черты, прежде чем он снова обрел контроль над своим лицом. — Определенно. Малфой проследовал за ней через гостиную и по коридору к ее двери. Как только Грейнджер ее открыла, из комнаты с тихим мяуканьем выскочил Живоглот. Гермиона затащила Драко внутрь и закрыла за ними дверь. Возможно, это было ошибкой. Единственными местами, где можно было присесть в комнате, были кровать и ее рабочий стул. Не слишком ли дерзко с ее стороны пригласить его посидеть с ней на постели? «Не смей теперь струсить, Гермиона, — подумала она. — Нет смысла скромничать. Ты уже пригласила его в свою спальню». Поставив бутылку вина на прикроватный столик, Грейнджер опустилась на край постели, смущенно потягивая из своего бокала. Драко мгновение осматривал ее комнату, скользнув глазами по названиям книг на полках. Он задержался у ее стола, разглядывая идеальный порядок на нем, начиная от аккуратно расставленных перьев и заканчивая открытым календарем-планером. Она сидела совершенно неподвижно, пока Малфой осматривался, очень стараясь выглядеть непринужденно, хотя сердце в груди выбивало бешеный ритм. Драко Малфой был в ее спальне. И она сама его пригласила. Более того, Гермиона планировала как следует им насладиться до окончания этого вечера. — Сколько у тебя книг? — поинтересовался Драко, отворачиваясь от полок. Грейнджер пожала плечами. — Пара сотен. Точно не знаю. У меня есть еще: в шкафу, на полках в гостиной… и немного в доме у родителей. Малфой ухмыльнулся. — И сколько из них ты прочла? Густо покраснев, Гермиона сделала еще один маленький глоток вина. — Как минимум половину. Может, больше. Драко опустился рядом с ней на кровать, нервно постукивая пальцами по своему колену. — Тебе стоит увидеть библиотеку в Мэноре. Мне кажется, у тебя случился бы сердечный приступ. — Настолько впечатляющие размеры? Губы Малфоя дрогнули в неудачной попытке скрыть улыбку, и он поднес к ним свой бокал. Гермиона почувствовала, как ее щеки вспыхнули еще больше, когда до нее дошел двойной смысл ее вопроса. — Просто огромные. Грейнджер спрятала румянец за бокалом и осушила все вино разом. Драко хохотнул. — Нет, серьезно. Это самая крупная частная магическая библиотека в Британии. Кажется, только в Хогвартсе книг больше. — Что ж, я была бы рада когда-нибудь ее увидеть. Она потянулась поставить свой пустой бокал на прикроватную тумбочку, хрустальное основание долю секунды дребезжало о деревянную поверхность из-за ее дрожащей руки. — Ты нервничаешь? — взгляд Драко был устремлен в пол, а пальцы все еще барабанили по колену. — Нет, — слишком быстро ответила Гермиона. Но затем прислушалась к своему телу: ритмично колотящееся сердце, дрожь в руках и голосе. — Ну… Может, немного. Малфой провел ладонью по лицу. — Нам не обязательно спешить и переходить к чему-то более… физическому, Грейнджер. Я не хочу, чтобы ты думала, будто я ожидаю чего-то только потому, что ты пригласила меня к себе в спальню. Мы можем… не торопиться. Разочарование тугим узлом завязалось у нее в животе. — Это то, чего ты хочешь? — Мерлин упаси. Только не тогда, когда на тебе это платье. И не после того, как мы неделями танцевали друг вокруг друга. — Вот и отлично, — Гермиона забрала у него из рук бокал и поставила рядом со своим. Глаза Драко изумленно расширились, когда она обхватила его шею и накрыла губы поцелуем. Его руки мгновенно оказались на ее талии, обхватывая ее и притягивая к себе. — Я думал, ты волнуешься, — пробормотал он ей в губы. — Волнуюсь, — ее пальцы огладили его плечи и поднялись к шее, ослабляя узел галстука. — Но это приятное волнение. Такое же, какое я испытывала во время своей первой поездки в Хогвартс-Экспрессе. Или каждый раз, когда чувствую, что вот-вот должно произойти что-то прекрасное. Внезапно ладони Драко взметнулись к ее затылку, и он поцеловал ее с новой силой. Он развернул их и уложил ее спиной на кровать, нависая сверху. Прошло чертовски много времени — месяцы — с тех пор, как Гермиона чувствовала на себе вес мужского тела. Кровь сладко забурлила в венах от ощущения крепкой хватки властных рук. Она обняла его за шею, пропуская сквозь пальцы мягкие, тонкие волосы. Одна рука Драко покоилась на бедре Гермионы, прижимая к матрасу, пока он жадно ее целовал, а другой он почти благоговейно зарылся в ее кудри. От его жара кружилась голова. Когда она открыла рот, чтобы сделать вдох, Малфой тут же проник языком внутрь. У него вырвался гортанный стон, когда ее бедра подались к нему навстречу, и она почувствовала твердеющую выпуклость его члена. Малфой на секунду оторвался, встречаясь с ней взглядом, чернота зрачков почти полностью поглотила серую радужку. На одно ужасающее мгновение она подумала, что он может отстраниться и оставить ее неудовлетворенной, но затем костяшки его пальцев нежно коснулись ее щеки, а глаза прошлись по каждой черточке ее лица. Драко открыл рот, как если бы хотел что-то сказать, но вместо этого снова наклонился, завладевая ее губами. Его большие ладони блуждали по всему ее телу, сжимая грудь и распаляя внутри нее пламя. Гермиона провела ладонями по его плечам и потянула за галстук, развязывая тот и отбрасывая в сторону, прежде чем заняться пиджаком. Она стянула ткань с плеч, вынуждая Драко сесть прямо, чтобы снять пиджак должным образом. Легким взмахом руки, не без помощи беспалочковой магии, Малфой отправил его через всю комнату, аккуратно повесив на спинку рабочего стула. Гермиона тут же притянула Драко обратно и непослушными пальцами принялась расстегивать пуговицы на его рубашке. Он зачарованно наблюдал за ее неуклюжими действиями. Черт, а ведь она действительно нервничала. Гермиона постаралась вспомнить, чувствовала ли себя так же в их первый раз с Роном. Конечно, она и тогда волновалась, но они оба были невинными и неуклюжими, поэтому весь первый опыт показался довольно милым. Но сейчас она ощущала себя чудовищно неумелой в искусных руках Драко. Он накрыл ее ладони своими и мягко отстранил их, уверенно расстегивая свою рубашку, пока Грейнджер краснела под его взглядом. Гермиона почувствовала, будто спящая львица внутри нее с рыком пробудилась. Она не собиралась провести свою первую ночь с Драко как какая-то неопытная стыдливая девственница. Она должна была сделать хоть что-то, чтобы успокоить свои нервы и показать ему, что она сексуальная и уверенная в себе женщина. Грейнджер резко поднялась с кровати. Драко посмотрел на нее расширившимися глазами, будто опасаясь, что сейчас она попросит его уйти. Но вместо этого она завела руку за спину и потянула молнию вниз. У Драко отвисла челюсть, когда Гермиона стянула с себя платье, давая тому упасть у своих ног. Она выпрямилась и переступила через ткань, оставшись в одном лишь красном белье и туфлях на каблуках. Малфой ошарашенно уставился на нее, и Гермионе потребовалась вся ее выдержка, чтобы немедленно не прикрыться руками. Его взгляд задержался на небольшой груди, а на бледных щеках выступил легкий румянец. Зная, что у нее сдадут нервы, если она простоит так еще хоть немного, Гермиона сделала шаг вперед, останавливаясь между его разведенных бедер. Ее ладони скользнули вверх по крепким рукам к шее, и она склонила голову, чтобы поцеловать его. Кончиками пальцев Малфой провел по ее бедрам, лаская нежную кожу и обхватывая ягодицы. Притянув к себе, он усадил ее сверху, позволяя себя оседлать, не прерывая при этом поцелуя. Прижав ее к себе плотнее, Драко сильнее впился в ее губы своими. Гермиона слегка отстранилась, чтобы расстегнуть оставшиеся пуговицы на его рубашке, после чего стянула ту с плеч и отбросила в сторону. На утро материя, несомненно, окажется помятой, но Гермиона хотела, чтобы все, с кем Малфой столкнется, выйдя из этой комнаты, знали, где он был и чем занимался. Она надеялась, что он не выгладит ее заклинанием. Грейнджер позволила своим пальцам исследовать его грудь и плечи. Ей практически не с кем было его сравнить, и в голове на мгновение вспыхнул образ Рона, который был тощим и жилистым. Драко оказался совсем другим. Все еще оставаясь худым, он был намного шире в плечах, чем Уизли. Его подтянутые мышцы были четко очерчены, и Гермиона поймала себя на том, что стонет от ощущения его крепких бицепсов и пресса под своими пальцами. Ее бедра двигались будто сами по себе, подаваясь навстречу Драко, тем самым вырывая из его груди стон. Они оторвались друг от друга, встречаясь взглядом и пытаясь отдышаться. Оба задыхались от переполняющих их эмоций. — Я поставлю на комнату заглушку, — выдохнул он. Гермиона кивнула и слезла с его колен, попутно сбрасывая туфли. Пока Драко доставал палочку из кармана брюк, она призвала свою собственную и быстро наложила контрацептивное заклинание. После того, как Малфой поставил заглушку, он поднялся и быстро стянул брюки. Гермиона наблюдала за ним с кровати, обратив внимание на значительную выпуклость на его боксерах. Она потянулась к Драко, и тот забрался обратно на постель, накрывая ее тело своим. Малфой крепко поцеловал ее, проводя горячими ладонями по ее телу. Большим пальцем он прошелся по мягкому кружеву, покрывающему взволнованно вздымающуюся грудь, и ее сосок затвердел в предвкушении. Одно из его колен скользнуло между ее бедер, раздвигая их достаточно, чтобы плотно прижаться к ее центру, в то время как его губы жадно прокладывали пылающий след вниз по шее. — Драко, — захныкала она, подаваясь к нему бедрами в поиске более тесного контакта. — Хочешь остановиться? — прохрипел он, продолжая целовать ее ключицы. — Нет, конечно! — она выгнула спину, отчаянно желая почувствовать больше его нетерпеливых прикосновений и жадного рта. Одна из его рук скользнула ей за спину, расстегивая застежку лифа. Драко стянул кружево, и его глаза впервые увидели ее обнаженную грудь. — Идеальная, — пробормотал он, наклоняя голову, чтобы сомкнуть губы вокруг одного из ее сосков. Внутри Гермионы пронеслась дрожь, когда он сосредоточил все внимание своих рук и рта на ее груди. Волна жара затопила низ живота, и Грейнджер требовательно прижалась к его бедрам своими. Одна из его рук спустилась вниз по ее животу, дразнящими движениями поглаживая кожу над трусиками. Хотя Гермиона отчаянно желала, чтобы Малфой прикоснулся к ней непосредственно, он оставил руку на наружной стороне кружева, скользя пальцами по влажной ткани. Из ее груди вырвался резкий вздох, когда его пальцы коснулись клитора. Она почувствовала, как его член дернулся у ее бедра в ответ на этот звук. Драко поднял голову от ее груди и встретился с ней взглядом, медленно стягивая с нее трусики. Грейнджер слегка сдвинула ноги, помогая ему освободить ее от последнего предмета одежды. Отбросив кружево в сторону, он мягко раздвинул ее колени в стороны, побуждая открыться для него. Покраснев от смущения, Гермиона подняла взгляд к потолку, когда Драко дразняще провел ладонями по внутренней стороне ее бедер. Воздух ощущался прохладой на ее влажных складках, сильно контрастируя с его обжигающими руками, щекочущими кожу и подбирающимися все ближе и ближе к той части ее тела, которая так сильно его жаждала, но так ее и не касались. Ее бедра дернулись, отчаянно ища его прикосновения. — Пожалуйста, — простонала она, когда его пальцы поднялись обратно к ее коленям. Низкий смешок вырвался из его груди, и Гермиона почувствовала, как щеки запылали пуще прежнего. Прежде чем она успела что-либо осознать, его рот накрыл ее промежность, жаркий и влажный. Сдавленный стон сорвался с ее губ, когда его язык с непередаваемым мастерством заскользил по клитору. Сильные руки обвились вокруг задней части ее бедер, когда Драко удобнее устроился между ее ног, не прекращая своей ласки. Ее глаза вернулись к нему, и Гермиона наткнулась на его пристальный взгляд. Рот Драко был широко раскрыт, пока язык касался ее размашистыми умелыми движениями. Вскинув бровь и усмехнувшись, он вернул все нераздельное внимание своему занятию. Потянувшись вниз, она запустила пальцы в его мягкие волосы, резко вцепившись в них, когда Малфой скользнул внутрь сразу двумя пальцами. Она приоткрыла рот, срываясь на такой протяжный звук, на который совершенно точно раньше не была способна. Начавшись чем-то вроде вздоха, он быстро превратился в скулеж, постепенно перерастая в гортанный стон. Без сомнения, Драко Малфой был мастером своего дела. Губы сомкнулись вокруг ее клитора, и Драко втянул его в себя в тот самый момент, как умелые пальцы внутри нее изогнулись, прижимаясь к верхней стенке. У Гермионы перед глазами засверкали звезды, и она подалась навстречу его рту, глубже запуская руки в светлые волосы. Спираль внутри нее закручивалась сильнее, постепенно приближая ее к пику блаженства. — Не останавливайся, — взмолилась она, когда Малфой вернулся к быстрым движениям языка в самом невероятном ритме. — Да, — волна удовольствия пронеслась по ней, и Гермиона узнала признаки приближающегося оргазма. — Ах! Грейнджер кончила с громким криком, ноги дрожали по обе стороны от его головы, пока Драко продолжал ласкать ее пальцами и языком. Спустя несколько секунд неконтролируемых сладких спазмов и стонов она со вздохом рухнула на кровать. Только после этого Малфой отстранился с озорной усмешкой на влажных губах. Он подполз вверх по ее телу и крепко поцеловал. Гермиона почувствовала свой собственный вкус, когда Малфой скользнул языком между ее губ. У нее вырвался приглушенный стон, и Драко с ухмылкой отстранился. — Я же говорил тебе, что ты восхитительна на вкус. Гермиона рассмеялась и смущенно накрыла лицо ладонями, пряча покрасневшие щеки. Малфой усмехнулся, отвел ее руки от лица, прижав их к кровати рядом с ее головой, и низко наклонился, медленно ее целуя. — Не смущайся. Сердце Гермионы заколотилось в груди, когда Драко навалился на нее всем своим весом и глубоко поцеловал. Ее пальцы сильнее вцепились в его ладони, а бедра подались ему навстречу. Драко нежно целовал ее на протяжении нескольких минут, их разгоряченные тела плотно прижимались друг к другу, а руки свободно блуждали, когда он отпустил ее запястья. Наконец, Малфой отстранился и скатился с нее, ложась на спину. Он бросил последний вопросительный взгляд в ее сторону, прежде чем просунуть большие пальцы под резинку своих боксеров и стянуть их вниз. Его член вырвался на свободу: длинный, внушительный и твердый. Гермиона шокированно уставилась на него. Он был крупнее, чем у Рона, если не в длину, то в обхвате уж точно. И у нее никогда не было никаких жалоб на размеры Рона. В голове Грейнджер промелькнула мысль — мысль, которая заставила ее сердце нервно сжаться в груди. Драко только что прикоснулся к ней ртом… Неужели он ожидал, что она ответит ему тем же? Это было не тем, что ей особенно нравилось делать в прошлом. Она не то чтобы ненавидела это занятие, но просто было в этом что-то такое… Возможно, в ней говорили остатки ее консервативного воспитания в сочетании с ее феминистскими убеждениями, и этот недовольный голос появлялся в голове каждый раз, когда она пыталась делать это в прошлом. Гермиона пыталась преодолеть это ради того, чтобы стать более современной и сексуально предприимчивой женщиной, но время от времени этот назойливый шепот звенел в ушах. Таким образом Грейнджер не чувствовала себя мастерицей в искусстве орального удовлетворения мужчин. И после умопомрачительного наслаждения, доставленного умелым ртом Драко, она знала, что лишь выставит себя идиоткой, если попытается ответить тем же. Должно быть, она испуганно смотрела и волновалась слишком долго, потому что Драко наклонился и нежно поцеловал ее, запустив руку в ее волосы на затылке. — Ты не обязана, Грейнджер, — пробормотал он ей в губы. Сердце бешено билось в груди, и она отчаянно пыталась хоть как-то его успокоить. — Дело не в том, что я не хочу, я просто… я… я… — Гермиона снова задрожала, ее волнение вернулось с удвоенной силой. Драко заставил ее замолчать поцелуем, его пальцы выводили успокаивающие круги на ее затылке. — Все в порядке, Грейнджер. Ты ничего мне не должна. Ее гриффиндорская смелость вновь пробудилась к жизни. Та же самая смелость, которая поднимала ее руку в воздух, чтобы ответить на вопросы Снейпа, даже когда он презрительно морщил нос. Та же самая отвага, которая собрала группу студентов в «Кабаньей голове», чтобы бросить вызов Амбридж на пятом курсе. Возможно, пока она не была готова с Драко ко всему, но обязана была доказать ему — доказать себе, — что готова двигаться дальше. От Рона, от ее одиночества, от неуверенности. Гермиона мягко толкнула его в плечи, пока Малфой снова не улегся на спину, а затем перекинула одну ногу через его бедра. Она глубоко поцеловала его, ее кудри рассыпались вокруг их лиц, как плотный занавес. Лишь тонкие лучики света пробивались сквозь них, когда Грейнджер отстранилась ровно настолько, чтобы бросить на него пылающий взгляд, который он вернул трекратно. Серые глаза были полны огня. Она просунула руку между ними, обхватив ладонью его напряженный член. Его голова откинулась назад, а глаза блаженно закрылись, когда она несколько раз осторожно погладила вверх и вниз. Когда Гермиона провела большим пальцем по головке, тот дернулся в ее руке. — Черт возьми, Грейнджер. Головка его члена коснулась ее влажных складок, когда Грейнджер направила его к своему входу, и у нее резко перехватило дыхание. Глаза Драко распахнулись, чтобы встретиться с ее взглядом, и его губы приоткрылись. Очень медленно она опустилась на него, задыхаясь от непривычного ощущения наполненности. Руки Драко легли ей на бедра, пока она вбирала его дюйм за дюймом. Он застонал, снова прикрывая веки. Наконец он был полностью в ней. Издав сладкий стон от переполняющего ее наслаждения, Гермиона наклонилась и нежно поцеловала его, скользнув языком по его губам. Затем она села ровно, уперев руки ему в грудь, приподнялась и снова опустилась, тем самым вырывая из груди Драко еще одно проклятие. Его пальцы впились в нежную кожу ее бедер, пока она двигалась на нем — сначала медленно, а затем постепенно набирая устойчивый темп. Он мягко направлял ее руками, повторяя ее ритм. — Да, вот так, — подбадривал он, когда она немного иначе повернула бедра. Воодушевленная, Грейнджер снова двинулась ему навстречу, а потом еще раз, когда он вознаградил ее гортанным стоном. Одна из его ладоней скользнула вверх, обхватывая ее грудь, когда Гермиона ускорила темп. Драко мягко сжал ее, перекатывая сосок между большим и указательным пальцами. Ее рука взлетела вверх, накрывая его ладонь своей и сжимая, когда сама Гермиона задвигалась еще быстрее. Она наклонилась к нему всем телом, изменив угол так, что ее клитор каждый раз касался его паха. Пружина внутри нее вновь натянулась, волны удовольствия пронзили ее тело, когда бедра Драко подпрыгнули ей навстречу. Гермиона приоткрыла рот, не заботясь о том, что это позволяло ее вздохам и громким стонам свободно разноситься по комнате, и полностью растворилась в экстазе, струящемся по венам. Малфой приподнял голову и сомкнул губы на груди Гермионы. Его язык скользнул по соску, прежде чем Драко приоткрыл рот, с силой втягивая нежную кожу ее груди, в то время как его ладони обхватили округлости ее бедер. Грейнджер охватил еще один оргазм, вырывая очередной крик из груди. Ее руки опустились по обе стороны от его головы, когда ее тело запульсировало вокруг него. Малфой притянул ее лицо к своему, заглушая громкие стоны поцелуем. Прежде чем ее оргазм полностью утих, Драко перевернул ее на спину и начал самозабвенно в нее вбиваться. Он крепко прижимал ее к себе, их разгоряченные тела двигались вместе, когда он трахал ее жестко и быстро. Его тяжелое дыхание обжигало ей ухо. Все, что она могла сделать, — это крепко вцепиться в его плечи, все еще не отойдя от своего освобождения, пока Малфой с рыком не достиг своего пика. Его член запульсировал внутри нее, когда он кончил, тяжело дыша ей в шею. Сердце Гермионы бешено колотилось, и она чувствовала себя настолько изнуренной, что едва могла поднять руки и провести пальцами по его шее и плечам. Он вздрогнул от ее прикосновения и поцеловал в шею. Приподняв голову, Драко томно коснулся ее губ своими, прежде чем отстранился, и его член выскользнул из нее. Когда он с удовлетворенным вздохом устроился с ней рядом, Гермиона почувствовала, как из нее вытекает горячая жидкость. Она перевернулась на бок и положила руку на его вздымающуюся грудь. Это было так восхитительно — быть настолько оттраханной, чувствовать его семя, ощущать засосы, оставленные его жадными губами на ее коже. Драко склонил голову набок и ухмыльнулся ей, прежде чем притянуть к себе. Ее голова обессиленно легла ему на грудь. Он нежно поцеловал Гермиону в лоб, а затем глубоко вздохнул. — Грейнджер, — начал Малфой с дерзкой ухмылкой, — ты действительно гениальна. Гермиона рассмеялась, чувствуя, как на щеках появляется румянец. Они лежали так несколько минут, пока их сердцебиение не пришло в норму. — Как думаешь, ты когда-нибудь будешь называть меня Гермионой? — спросила она через некоторое время, поднимая голову так, чтобы ее подбородок упирался ему в грудь. Драко приоткрыл глаза, глядя на нее с любопытством, как если бы ему никогда раньше не приходило в голову называть ее по имени. — Не знаю. Я мог бы. Ты бы этого хотела? — он заправил непослушный локон ей за ухо. Гермиона задумчиво закусила губу. Он всегда называл ее Грейнджер. Представить, что он называет ее по имени, почему-то показалось ей странным. Конечно, когда она была младше, ей не нравилось, что он всегда называл ее по фамилии — хотя это было далеко не худшее, чем он ее называл, — но с тех пор, как они выросли и сблизились, ей постепенно стало нравиться, как он мурлыкал ее фамилию. Это больше не казалось унизительным. Напротив, это было почти похоже на ласковое обращение. Кроме того, подумала она, все звали ее Гермионой. Возможно, было бы чем-то особенным, если бы он назвал ее как-нибудь по-другому. Она улыбнулась и прижалась к нему. — Мне нравится быть твоей Грейнджер. На лице Драко расплылась медленная усмешка. — Значит, будешь Грейнджер. Гермиона приблизила к нему лицо, чтобы медленно поцеловать, ее сердце бешено колотилось в груди. — Ты останешься на ночь? — несмело пробормотала она. — Если хочешь. Но я всегда могу пойти в комнату Пэнси, если… — Не вздумай, — перебила она его, закинув на него одну ногу и крепко вцепившись в руку. Драко мягко рассмеялся и обнял ее, разворачиваясь, пока они не оказались лицом друг к другу. — Я не посмел бы, Грейнджер.