На высокой волне (Адреналин-3)

Праздничная вечеринка прошла весело, по-гавайски ярко и шумно. Несмотря на то, что мужскую компанию старых друзей разбавили некоторые родственники Реда и Каноа, которые обожали обаятельного виновника этого торжества, повеселиться получилось в волю. Кузины станцевали для Рика со всей душой и любовью традиционную хулу. Яркие леи, яркие наряды, яркие эмоции. Имея под боком такую колоритную пару как Ред и его Кейси, да и самого Каноа, который погуливал на обе стороны, родственники давно уже не обращали внимание на ориентацию. Они были достаточно открыты, чтобы не зацикливаться на том, кто рядом: гей или натурал. Если человек хорош, значит, они всегда будут ему рады. Поэтому и Рику с Диего было всегда комфортно, когда они гостили у Реда. Жаль, что случалось это не так часто, как хотелось. Рику, как только после отдыха он включил свой телефон, постоянно поступали звонки от желающих поздравить. Он отвечал, смеялся и пребывал в отличном настроении. Но вот чуть позже, он стал задумчивым. Прогуливаясь среди гостей, которые непременно хотели обнять высокую фигуру Каноа и обмениваясь шутками и новостями, он заметил кое-что. Ближе к концу вечеринки Рик стал не просто задумчивым, его однозначно что-то беспокоило. Он время от времени доставал телефон, набирал чей-то номер и ждал ответа. Судя по лицу, на котором отражалась озабоченность, на другой стороне никто не отвечал. ‒ Ты должен веселиться и пить, а вместо этого твоё лицо напоминает утро дождливого дня. ‒ Каноа подошёл к Рику, прихватив высокий стакан с убойным коктейлем в исполнении Кейси. Тот по старой памяти взял обязанности самого крутого бармена на себя, заодно устроив для всех фееричное и яркое шоу. Свои навыки не потерял. ‒ Что-то случилось? ‒ Наверное, я просто старею. Забываю, как сам был молод. И какими были мои студенческие годы. Хотя сейчас каникулы, но всё равно… Лето, красотки и вечеринки. ‒ У-у? Ты о чём? ‒ Просто есть кое-кто достаточно близкий для меня, ‒ мягко улыбнулся Рик. ‒ Мальчишка, который для меня то ли как младший брат, то ли как… сын. Даже не знаю, как правильно определить. Он каждый год звонил мне самым первым, поздравляя с днём рождения. Даже, если был достаточно далеко. Но сегодня звонка я так и не дождался. ‒ Знаешь, из тебя вышел бы неплохой отец. Вы не думали с Диего завести ребёнка? ‒ Моя экономка Мария, которая была моей няней и вообще мне как мать, оказалась весьма прогрессивной дамой. Вот уже год, наверное, как она нам с Диего намекает, что неплохо бы получить парочку наследников. Мол, вот у её любимого Рики Мартина есть близнецы, хоть он и в браке с мужчиной. Кто, мол, нам мешает? А она бы с удовольствием понянчила. ‒ И как успехи? ‒ Каноа ухмыльнулся. С тётушкой Марией он был знаком, так что вполне мог нарисовать эту забавную картинку своей фантазией. Кстати, весьма колоритная дама. Диего до сих пор вздрагивает, когда вспоминает их первую встречу. Мария едва не приложила его чугунной сковородкой. ‒ Я ещё немного сопротивляюсь, а вот Диего скоро поднимет лапки вверх. ‒ И почему сопротивляешься именно ты? Твой Диего уже состоявшийся папаша, с ним всё ясно. Тем более, как я понимаю, кое-какой опыт отцовства и у тебя есть. ‒ Кое-какой… Рин всё же не мой сын, а этого болвана Рона Стивенсона. Угадай, во сколько лет он заделал ребёнка горничной? ‒ В восемнадцать? ‒ Каноа пригубил свой коктейль, рассматривая оживлённых гостей вокруг них и наслаждаясь приятной атмосферой. И едва не выплюнул всё что проглотил, когда Рик его просто огорошил. ‒ Ему ещё не было пятнадцати. Его соблазнённой девушке при этом было где-то лет восемнадцать. ‒ Он уже тогда был озабоченным? ‒ Как бешеный кролик, ‒ усмехнулся Рик. ‒ Когда мы познакомились во время учёбы в университете, он был уже опытным ловеласом. Неудивительно, что наивный я попал в его сети. К счастью, ненадолго. Как сам понимаешь, сын ему никогда особо не был нужен. ‒ А другие? Отец? Брат? ‒ Когда Рин подростком появился на пороге дома Стивенсонов, его деда уже не было в живых. Он точно был бы рад. А Дон всегда был занят, тянул за двоих лямку семейного бизнеса. От Рона толку мало, у него почти весь мозг в штанах. Он далеко не идиот, но… ‒ Короче, ты не смог пройти мимо. ‒ Каноа покивал головой. Прекрасно зная Рика, в этом даже не стоило сомневаться. Этот парень всегда был слишком ответственным. ‒ Мы с ним в чём-то похожи. Наши матери имеют испанские корни, но мы с Рином внешне больше походим на своих отцов. Точнее, мы взяли всё самое лучшее от обоих родителей. По совершенно разным причинам оба рано остались без их любви и опеки. У матери Рина другая семья, другие дети, парень им не нужен. А Рон?.. Так что нам, видимо, суждено было сблизиться. ‒ Мне уже интересно его увидеть. ‒ Может быть я вас и познакомлю. Хотя, я не уверен в том, что ты в его вкусе. ‒ Рик со смешинками в пронзительно-ярких глазах окинул всего Каноа с головы до пят. Тот в ответ только фыркнул, грациозно, как лев гривой, встряхнув длинными волнистыми и светлыми волосами, так не свойственными полинезийцам. ‒ Разве я могу кому-то не понравиться? ‒ Может быть, Рину больше придётся по вкусу одна из твоих миниатюрных красавиц кузин. Вокруг парня всегда крутилось много девочек. Так что смотри, Бог Океана, вдруг ты проиграешь? ‒ Мне не привыкать, ‒ печально вздохнул Каноа, бросая на Рика весьма красноречивые взгляды, намекая на полученный когда-то отказ. ‒ Если твой воспитанник похож на тебя, тогда всё возможно. ‒ Это немного странно, но Рин действительно больше похож на меня, чем на своих родственников. И… я горжусь им. ‒ Тогда почему ты боишься рискнуть? Даже будучи геем, ты можешь стать достойным отцом. Ориентация не влияет на то, какой ты человек. Посмотри на Реда. Когда с ними стала жить малышка Эмили он так изменился. Сама нежность и забота, но, если кто криво на неё посмотрит, разорвёт беднягу на клочки. За это Кейси его ещё больше любит. Рискни, Рик. Не пожалеешь! ‒ А сам? ‒ Если когда-нибудь боги пошлют мне человека, с которым совпадут все мои ритмы… мне всё равно девушка это будет, или же парень. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы мы стали счастливыми. Наши отношения с Никки многому меня научили. Оказывается, я могу почти задушить своей заботой. ‒ А Никки контролем, ‒ усмехнулся Рик, снова вытаскивая телефон из кармана брюк. ‒ Возможно, появится тот, кому понравится твоя забота. И вдруг для него она не будет излишней. Удачи тебе, Каноа! И спасибо. ‒ Иди. А то твой Диего уже начинает издалека сверлить меня взглядом. И… не переживай. Завтра твой парень обязательно позвонит. Каноа проснулся по привычке рано. Утреннее солнце приветливо и тепло заглядывало сквозь слегка неплотно задвинутые шторы. На вилле Реда у него была своя комната, так как иногда Каноа просто лень было добираться домой после очередных долгих обсуждений какой-либо проблемы или просто приятного вечера, сдобренного алкоголем в дружеской компании. ‒ Дон, я понимаю, что у тебя как у молодого отца семейства, сейчас голова забита своими собственными проблемами. Кирин, как оказалось, не связывался с вами уже почти два месяца. Ладно этот озабоченный сексом на всю голову папаша, но ты!.. Мог хотя бы обратить своё внимание на подобную мелочь! Кирин никогда не игнорировал мои звонки. За вчера и сегодня я звонил ему более трёх десятков раз. Он не ответил ни на один звонок! По-твоему, это нормальная ситуация?.. Да, Рон его отец, но он всегда думает только о том, как залезть к кому-нибудь в постель!.. Ах, он в последнее время остепенился. Даже больше стал уделять времени делам компании? У него проблемы с потенцией, что ли? С чего вдруг такие резкие перемены? Дон, я больше ничего не желаю слушать! Найди Кирина! ‒ Рик, не поднимай шторм. Утро только ведь, ‒ Каноа спустился вниз на террасу по наружной лестнице, которая была рядом с его комнатой. Стоило ему только выйти за дверь, как он услышал снизу возмущённый голос Рика. Он от всей души распекал, кажется, старшего из братцев-близнецов Стивенсон. ‒ Каноа, Рин так и не перезвонил. Я сильно переживаю. У меня очень и очень хреновое предчувствие. Этот парень никогда не пропадал. У него просто времени не было на загулы. ‒ С чего вдруг? Он же юнец ещё, ‒ хмыкнул Каноа, наливая себе в высокий стакан свежий сок и стаскивая с тарелки круассан. Малышка Эмили их обожала, Ред не придумал ничего лучшего, как нанять кондитера. ‒ На каком он курсе? ‒ Ему осталось написать дипломную работу, ‒ улыбаясь гордо, ответил Рик. Заметив, как удивлённо взлетела птицей в сторону высокого лба густая бровь Каноа, он добавил: ‒ Этот парень после окончания школы поступил сразу на второй курс университета, а через полгода, сдав экстерном экзамены, мигом перешёл на третий курс. Он, конечно, не гений вроде того же Эйнштейна, но достаточно способный парень. ‒ Ага, ‒ в ошеломлении покивал светлой растрёпанной головой Каноа. ‒ У меня за плечами всего лишь военная академия, где я проучился все годы, без всяких экстернов. ‒ Да, да, да. Скромник ты наш, ‒ пожурил его Рик. ‒ Отличник Академии Вест-Пойнт, отмеченный орденами «зелёный берет», служба в Форт-Брэгг и… доведённые до белого каления наркобароны Южной Америки. Мне и этой информации хватит с головой, чтобы понимать, насколько замечательный ты у нас парень. ‒ Н-да, ‒ понимающе усмехнулся Каноа. ‒ Хорошо, что даже особый агент ФБР не может получить моё полное досье. ‒ Ну, мне тоже было любопытно. Кстати, я обещал тебе вчера показать фото Рина. ‒ Слушай, а почему Рин? Когда ты говорил с Доном, звучало имя Кирин. ‒ Так его называют Дон и отец, а я всегда зову просто Рин. А так он Кирин Александр Стивенсон. Смотреть будешь? ‒ Ещё бы. Юные вундеркинды всегда вызывают мой интерес. Рик присел за столик и открыл свой тонкий серебристый ноутбук, без которого он никуда не путешествовал. Через некоторое время он развернул экран в сторону Каноа и гордо представил: ‒ Любуйся. Это мой Рин. С множества фотографий на Каноа смотрел… тот самый парень, чьи пронзительные голубые глаза так встревожили душу молодого мужчины. Они так и не отпустили его со вчерашнего дня. Каноа покачал головой, запустил руки в свои и так растрёпанные после душа волосы. Затем поднял взгляд на Рика и сказал то, что говорить ему совершенно не хотелось. ‒ Есть неплохое правило, Рик. Если действительно хочешь отдохнуть, сразу по приезде выбрось телефон в океан. Иначе проблемы тебя всё равно достанут. ‒ К чему этот пассаж? ‒ Рик, прищурив глаза, в которых появился ледяной блеск, с тревогой уставился на вдруг ставшего слишком серьёзным приятеля. ‒ Потому, что твой парень, кажется, попал в серьёзные неприятности. ‒ Откуда ты знаешь? Вы же лично не знакомы? ‒ Он ведь был у тебя в гостях? ‒ Рик в ответ молча кивнул. ‒ У тебя вся полка в кабинете забита нашими совместными фотографиями. Значит, меня в лицо он вполне может знать. ‒ Каноа, что тебе известно? ‒ Я столкнулся с твоим парнем вчера, перед тем как отправился за вами в аэропорт. Он здесь, в Гонолулу. Не свободен и под охраной подозрительных опасных типов. ‒ Уверен? ‒ Да. ‒ Пора будить Диего. И ещё… Пускай этот чертов Рон тащит сюда свою задницу и хоть раз сделает что-то для сына!