Безмятежность

У входа в дом Коул слышит стук копыт лошадей и понимает, что гостья приехала. Он умывается и садится на диван рядом с мисс Барри и падает в думы, которые прерывают оживленный голос и энергичная походка миссис Уэст. А рядом с ней оказывается и ее дочь помладше Коула на пару лет. - Коул, это миссис Уэст и мисс Уэст. Знакомься, Кэтрин, это Коул, мой друг. - знакомит мисс Барри, и новопознакомленные поклоняются друг другу. Сев на диваны, начинается разговор, в котором громкий голос миссис Уэст преобладал. Она оказалась женщиной за 35 лет, с высокой прической и в безвкусном наряде, как показалось мисс Барри. А дочь ее была маленького роста пятнадцатилетней девицей с круглым, но милым, румяным лицом. - Узнав, что вы приехали, мисс Барри, я не могла не навестить вас. - благоволила миссис Уэст, не скрывая свою любовь к Джозефине Барри. Прождав формальные 5 минут, Коул попросил разрешения удалиться, и получив, вышел из гостиной. Побродив по саду, набирающему краски и красу, и встретив там же и мисс Уэст, Коул решил вернуться в гостиную, поняв, что не соблюл обязательные 15 минут при приеме гостя. Но, когда Коул своими тихими шагами шел в гостиную по коридору, он услышал голос миссис Уэст, которая говорила: - Какой у вас хороший мальчик! Я думаю, что Коул и моя прелестная Аннушка могли бы составить идеальную партию. - радовалась она. Коул застыл на месте и также тихо, почти уж на цыпочках повернул назад, чтобы незаметно удалиться с места преступления. Ему стало отвратительно, так что он решил уйти в свою комнату, чтобы не попадаться мисс Уэст. В поезде, по дороге в Шарлоттаун Коул, положив на стол альбом, рисовал, а то есть пытался нарисовать самый запомнившийся ему момент в этой славной поездке. Он чувствовал себя здесь бодро и свежо, и на душе было легче, если не учитывать навязчивость миссис Уэст. Эти два дня прошли быстро и Коулу было даже жаль покидать край, так полюбившийся ему. А сейчас же он вспоминал тот самый вид черной собаки рядом с сосной в глуби леса и пытался запечатлить это на бумаге. Но получалось не так хорошо, как хотелось Коулу, однако прогресс был виден. Рука зажила, но только надо было многое вспомнить и вернутся в строй. А Коулу не хватало приподнятого духа, морального спокойствия в этом деле. Он хмурился, сильно сжимал зубы, рот, отчаивался, хотел бросить, но все равно продолжал, надеясь, что такое бывает после моральной травмы. Мисс Барри поддерживала его как могла, так, чтобы не раздражить расстроенные чувства. В один момент Джозефина Барри встала и уведомила Коула, что идет в соседний вагон к одной старой знакомой, тем самым оставляя его. Коул кивнул, пытаясь спокойно сосредоточиться на рисунке. Но его мысли сбились, когда кто-то прошелся рукой по его волосам. Он вздрогнул от неожиданности, обернулся и увидел Фредди, улыбающегося всеми зубами. - Я так рад тебя видеть! - воскликнул он, сев на место перед Коулом. - Я тоже... Как дела? - оживился и Коул, закрывая свой альбом. - Было плохо, а сейчас лучше. Поехали мы с папой в Гриндейл по его делам, хорошо провели денек, да только в поезде скучно, или как бы звучало более поэтично, эм, уныло, тоскливо, серо. - И шумно. - Да, но все забывается при виде приятных людей. - прибавил Фредди, глядя в зеленые глаза Коула своими темно-карими. - Мне приятно и ты тоже приятен... ой, то есть, эм... - Я понял, - добродушно усмехнулся Фредди - хоть и думал наоборот. - Нет, нет. В тот день у реки я был не в духе. А на следующий день было стыдно заговорить. - Хорошо, теперь объяснились. - ответил тот, и немного искусственно покашляв, понизил голос и протянул свою руку - Меня зовут Фредди Свон, а вас как? - Коул Маккензи. - в ответ протянул свою руку Коул, тоже приняв серьезное выражение лица, но в душе умиляясь. - Рад познакомиться. Надеюсь на долгий и крепкий союз. Через секунду они рассмеялись и заговорили о других темах. - Ты не только скульптор, но и, оказывается, художник. - начал был Фредди. - Нет, ошибаешься. Я плохо рисую. - Талантливый человек - талантлив во всем. Ты только так не принижай себя, когда видно яснее луны, что ты рисуешь отлично, да и лепишь тоже. - подбодрил он друга. - Спасибо. - фыркнул Коул, смиряясь. - Вот и отлично. Покажешь что рисовал до этого? - Не надо. - Я не хочу давить, но почему не надо? - Я сам не определен в своих чувствах. - Вот и определишься. - настаял Фредди и повернул альбом под себя и начал листать с первой страницы. Он увидел множество живописных пейзажов, натюрмортов и удивился прелести изображения одной девочки. - Это кто? Прекрасный портрет. - Моя подруга, Энн. - У тебя есть подруга? Замечательно. - В том смысле что друг. Я с ней дружу уже четвертый год. - улыбнулся Коул. - И дружеские отношения крепкие? - Да, только редко стали видеться. Я переехал из Эвонли в Шарлоттаун, а она через год в Кингстон для учебы в Квинс. - Жаль, но главное, чтобы расстояние не мешало дружбе. Кстати, об Эвонли? Это где и почему ты переехал в Шарлоттаун? - поинтересовался Фредди. Коул думал как бы ответить, когда тот прибавил, - Если затруднительно, если это какая-та тайна, то не стоит... - Нет... - перебил его Коул, - я переехал в Эвонли года четыре назад и где то через два года я уже был у мисс Барри, можно сказать... оставив маму с моими сестрами и братьями, которым я был не нужен. - Оу, извини, что мог принести тебе боль, дав вспомнить все это. - виновато поглядел Фредди. - Я уже принял этот факт. Но не сказать, что я бросил семью. Мама меня не любила и была даже рада избавиться от бремени в моем лице, но было жаль моих сестер и братьев, ни в чем неповинных. Потому я часто посещаю Эвонли, чтобы свидеться с ними, с мамой.-с задумчивым видом проговорил Коул, пялясь на одну точку. Фредди понимающе кивнул и больше не задавал вопросов, только рассматривал рисунки и искренне делая им комплименты, помогая потухшей душе Коула снова зажечься. Когда же он наткнулся на последний, еще незаконченный рисунок, Фредди сказал: - Это уже выглядит восхитительно. Я надеюсь, что ты докончишь рисунок. Особенно собака хороша. - улыбнулся он по-доброму. - Спасибо, обязательно. - обрадовался Коул и чувствовал себя очень возвышенно в своем счастьи.