Meant To Be

В течение следующих нескольких дней Том уходил рано и возвращался поздно. Гарри догадывался, что его планы были масштабными, раз они отнимали у него столько времени. Он беспокоился о том, что это может означать для его друзей, но не спрашивал и ничего не говорил, когда обменивался письмами с Роном и Гермионой. Но теперь он не был уверен. Когда он проснулся тем утром, Том все еще лежал с ним в постели, тихо наблюдая за ним своим жутким взглядом. Зачем ему было смотреть, как он спит? Впрочем, он не стал задавать вопросов, обрадовавшись, что есть с кем поговорить хотя бы немного. Они встали, Том оделся, пока Гарри переодел Винтер, и заказал завтрак у появившегося домового эльфа — совершенно обычное утро. Но Том был немного… на взводе? Что-то было не так, но Том ничего не сказал и не стал делать вид, что что-то изменилось. Когда домовой эльф вернулся с едой, они сели и позавтракали, заполнив тишину пустой болтовней, затем, когда они закончили, Том помог ему убрать за Винтер и ее беспорядок, а потом пошел в ванную. Гарри посадил Винтер играть на пол, а сам оделся. Он только закончил завязывать шнурки и выпрямился, когда увидел это. Кровь застыла в жилах, и он замер, глядя на свою дочь… обвитую кольцами огромной змеи. Она не выглядела испуганной, только любопытной, но Гарри был в панике. — Т-Том, — с трудом выдавил он дрожащим голосом. Дверь в ванную открылась, Том выглянул наружу, а Гарри жестом указал на то, где едва мог разглядеть их дочь. — Нагини, — прошипел Том на парселтанге, сверля ее взглядом. — Будь осторожна! — Осторожна? — недоверчиво спросил Гарри Тома. Затем повернулся к змее: — Слезь с нее! — прошипел он. Нагини повернула свою огромную голову, чтобы посмотреть на него. — Я не причиню вреда детенышу хозяина, — прошипела она и продолжила обнюхивать Винтер языком, высовывая его и касаясь ее лица. Это нисколько не улучшило его самочувствие, и он боялся пошевелиться, опасаясь, что это вызовет реакцию и причинит боль Винтер. Том сел рядом с ним на кровать и осторожно положил руку на плечо Гарри. — Нагини не причинит ей вреда, — тихо сказал он, а затем строго посмотрел на своего фамильяра. Нагини слегка склонила голову в знак понимания. Гарри немного расслабился, но все еще был настороже, опасаясь, что эта проклятая змея что-нибудь сделает. А вот Винтер, казалось, чувствовала себя прекрасно, запутавшись в кольцах огромной змеи и наблюдая за ней с восхищением. Нагини приблизила свою морду на несколько сантиметров к ее лицу, глядя на нее, и Винтер смотрела в ответ. — Привет, детеныш, — прошипела Нагини, и Винтер рассмеялась, когда язык высунулся и коснулся ее. Затем, быстрая, как змея, Винтер схватила Нагини за мордочку, хихикая все это время. Гарри ахнул и попытался встать, но Том остановил его, обняв за талию и притянув к себе. Гарри не стоило волноваться, потому что Нагини ничего не сделала, только зашипела от дискомфорта, когда Винтер крепко схватила ее за морду и, взмахнув рукой, заставила голову Нагини двигаться. Это было бы смешно, если бы Гарри не был так напуган. Даже если это ручная змея, которая слушалась своего хозяина, он знал, на что способна большая змея, — он это видел. — Отпусти, детеныш, — сказала Нагини Винтер, пытаясь освободить голову из неожиданно крепкой хватки. Но Винтер не отпускала и продолжала раскачивать ее голову из стороны в сторону. — Пожалуйста, отпусти... больно, — прошипела она, и Винтер отпустила ее и заворковала, обращаясь к змее. Гарри был немного удивлен, что Винтер ее слушала, и даже Том слегка напрягся, но списал это на совпадение, он взглянул на Тома, и, похоже, тот тоже так подумал. Нагини играла с Винтер, что было удивительно, поднимая хвост и покачивая им перед собой, а Винтер пыталась поймать его, хватаясь за него своими маленькими ручками. Но вскоре ей это наскучило, и она вдруг обняла Нагини за шею и прижала к себе — счастливая, как никогда. — Твой детеныш очень прилипчивый, — сказала Нагини Тому, смущенно ерзая, было очевидно, что она не привыкла к такой ласке, особенно от маленького ребенка. Том улыбнулся и вынужден был согласиться, но она была еще совсем малышкой. — Ее зовут не детеныш. Ее зовут Винтер, — сказал он Нагини, но когда он произнес ее имя, Винтер подняла на него взгляд, отпустила Нагини и начала осторожно гладить ее чешую. Том на этот раз это заметил и встал, внезапно излучая надежду и волнение. — Что? — обеспокоенно спросил Гарри, вставая. — Что случилось? Он посмотрел на Винтер, чтобы убедиться, что она не ранена, но ничего не увидел. Том ничего не ответил и просто опустился на колени перед Винтер. — Винтер, — тихо прошипел он. И, чудесным образом, Винтер подняла на него взгляд и улыбнулась. Том мог лишь в шоке смотреть на нее. — О боже мой, — прошептал Гарри и тоже опустился на пол. — Винтер. Посмотри на маму, — прошипел он, а она повернула голову, чтобы посмотреть на него, и начала что-то бормотать. — Не могу поверить, она нас понимает, — Гарри покачал головой и рассмеялся. — Ну, похоже, в семье появился еще один змееуст. — Да, — прошептал Том, в шоке глядя на дочь, — я никогда не думал — даже не рассматривал возможность того, что она могла унаследовать змеиный язык. — Если подумать, оба ее родителя обладают такими способностями. Логично, что она их унаследовала, по крайней мере, от тебя, ведь я не настоящий змееуст. Том с любопытством посмотрел на Гарри, но ничего не сказал, вместо этого положил руку на голову Винтер и нежно погладил ее мягкую щеку, с гордостью глядя на дочь. — Значит, Винтер-детеныш — еще одна говорящая? — спросила Нагини. — Хорошо. Том посмотрел на своего фамильяра с забавной улыбкой: — Да. Так и есть. И спасибо тебе, Нагини. — Я ничего не делала, хозяин, — прошипела она в ответ. — Наоборот, ты очень много сделала. Нам бы потребовалось много времени, чтобы понять, что она умеет говорить, если бы не ты, — Нагини лишь понимающе кивнула своей огромной головой. — Полагаю, тебе стоило прийти сюда и напугать меня до полусмерти, — сказал Гарри. Нагини склонила перед ним голову: — Я искренне сожалею, Гарри Поттер, я не хотела этого. — Достаточно просто Гарри, — прошипел он, а затем нерешительно протянул руку, чтобы прикоснуться к большой голове змеи, и она позволила ему. — Надеюсь, у нас не будет никаких проблем в будущем. — Как пожелаешь, Гарри. И я надеюсь, что их не будет. Просто старайся, чтобы хозяин был доволен, и все будет хорошо. Мне нравится видеть его глупую улыбку по утрам. — Нагини! — прошипел Том предупреждающе. В ответ змея зашипела, и Гарри понял, что она смеется. Гарри тоже невольно улыбнулся и многозначительно посмотрел на Тома. — Я прощаюсь, господин, — сказала она, высвободилась из объятий Винтер и направилась к большой замаскированной заслонке возле двери. Гарри даже не знал, что она там есть. — Ну, это было неожиданно, — сказал Гарри, наблюдая, как Нагини исчезает в дыре, а заслонка закрывается за ней и пропадает. По крайней мере, это объясняет, почему он не видел ее раньше. — Но пока мы ничего не можем с этим поделать, сначала она должна начать говорить. — Верно, — пробормотал Том и задумчиво посмотрел вдаль. Но прежде чем он успел зайти слишком далеко, он очнулся. — Кстати, о сюрпризах. У меня есть один для тебя. — Ой? Что-то неприличное? — спросил Гарри с ухмылкой. Том сдержал смех, но все же улыбнулся, его голубые глаза сверкали весельем. — Нет. — Где он? — Его здесь нет. Мне нужно отвести тебя туда, — ответил Том. — Хорошо. — Ты должен это надеть, — сказал Том, показывая повязку на глаза. — Извращенно, — сказал Гарри, взяв ее у него и проведя ею по пальцам. — Я не думаю, что мне это нравится. — Посмотрим, — сказал Том, и его глаза заблестели от надежды. Гарри лишь покачал головой с улыбкой и посмотрел на Винтер, которая позволила себе упасть на спину, играя со своим мишкой, а затем снова посмотрел на Тома. — Мы возьмем ее с собой, — ответил он на безмолвный вопрос Гарри. — Это и для нее тоже. Гарри с любопытством посмотрел на него, когда тот начал собирать сумку с принадлежностями для Винтер. — Ей это тоже нужно? — поддразнил он, показывая повязку на глаза. — Нет. Я думаю, она бы все равно ее не носила. — Скорее всего, нет, — сказал Гарри, проверяя, все ли у него на месте. Затем он взял Винтер на руки, убедился, что она не липкая после завтрака, и дал ей медвежонка, которого она крепко прижала к себе. После этого Гарри повернулся к Тому и протянул ему повязку на глаза. — Готов. Том взял повязку и легонько провел ею по свободному плечу Гарри, касаясь его шеи, обходя его сзади. Гарри вздрогнул и игриво посмотрел на Тома, прежде чем черная ткань закрыла ему глаза. — Как же я рад, что больше не ношу очки. — Как же я рад, — повторил Том, завязывая узел сзади. — Эй! — игриво воскликнул он. — В порядке? Не слишком туго? — Нет, все в порядке, — сказал Гарри и поцеловал маленькую ручку, лежавшую у него на лице, с любопытством поглаживая ткань. Он почувствовал, как рука Тома обхватила его за талию и прижала к себе, окружив Винтер между ними. — Готов? Гарри крепче обнял Винтер и кивнул. После последней проверки, чтобы убедиться, что все в безопасности, Том, держа маленькую ручку Винтер, когда она протянула ее ему, прижавшись к ней и понимая, что что-то происходит, слегка сдвинул защитные чары и аппарировал.

***

Гарри, как всегда после аппарации, глубоко вздохнул и мысленно проверил, все ли в порядке. Немного смущало, что он не знает, где находится, но все было в порядке. Винтер издала в его объятиях жалобный звук, похожий на то, что она вот-вот заплачет, и Гарри быстро начал ее покачивать. — Тише. Все в порядке, принцесса, — нежно прошептал Том, и Гарри почувствовал, как он прикасается к ней, чтобы успокоить, и она успокоилась. Пока Том успокаивал дочь, Гарри на мгновение задумался о своих чувствах, пытаясь понять, где он находится. Дуновение приятного прохладного ветерка развевало его волосы, и от него исходил какой-то запах, который он не мог определить… может, соль? Звуков, которые можно было бы определить, не было, кроме щебетания нескольких птиц, и он слышал что-то еще вдалеке, но не знал что, так как никогда ничего подобного не слышал, но это было громко, как журчание воды. — Где мы? — наконец спросил он. — Сюда, — лишь сказал Том и повел его вперед — по тому, что, как он догадался, было тропинкой. Гарри чувствовал в ней трещины, словно она была выложена камнем, а не сплошным блоком. — Хорошо, — лишь сказал Том, пройдя немного вверх по склону, и остановил его. — Здесь? — спросил он. Это было странно, потому что они все еще были снаружи, но Том ничего не сказал. Но он почувствовал, как Том обошел его и начал развязывать узел повязки. Зрение было отключено, а слух обострился, поэтому он услышал, как Том нервно вздохнул, и был сбит с толку. Темные Лорды не нервничают, Том — тем более. Он подумал, что это странно. Но затем... Затем повязка спала с его глаз, и увиденное захватило дух. Перед ним стоял самый красивый, самый прекрасный двухэтажный дом, который он когда-либо видел. — О боже мой, Том... это... это... — Твой, — Том задумался, — наш, — он неуверенно улыбнулся. — Дом на берегу, как ты и просил. — Правда? — спросил Гарри, обернулся, и действительно, вдали он увидел синеву океана. —...Тебе нравится? — неуверенно спросил Том. — Да! Это... это прекрасно! — восхищенно воскликнул Гарри, пытаясь все осмотреть сразу. Он резко обернулся и увидел дорогу, которая изгибалась перед домом, а с одной стороны был обрыв, спускающийся к песчаному пляжу. Дальше он мог видеть другие дома, были еще дома на другой стороне, дальше от «его» дома. Опустив взгляд на землю, он увидел, что стоит на мощеной дорожке, ведущей прямо к двери. Растения вились вдоль дорожки с обеих сторон и поднимались прямо к крыльцу, переходя в более крупные кусты, примыкающие к дому. Снова повернувшись лицом вперед, он увидел слева обрыв пляжа, где была возведена стена, увитая плющом, которая тянулась вниз и вокруг задней части дома. Цветы и небольшие кусты вились вдоль стены и заканчивались у самого дома, но более крупные кусты и цветочные композиции заполняли пространство перед домом, вдоль крыльца. Кое-где в небольшом дворике перед домом и, насколько он мог судить, сзади росли большие высокие пальмы. Закончив осматривать окрестности, Гарри наконец повернулся к дому. Тропинка вела к трем ступенькам, ведущим к небольшой закрытой веранде, где находилась высокая белая французская дверь. По обеим сторонам стояли растения в горшках, придавая немного цвета общему виду. Сам дом был светло-бежевого цвета, чуть темнее песка на пляже, с белой отделкой. На фасаде дома с обеих сторон располагались два больших окна на первом этаже и два эркера на втором. Также посередине второго этажа было два маленьких окна. Он поднял глаза и прикрыл их от солнца, чтобы увидеть светло-коричневую черепичную крышу, на которой также виднелся кирпичный дымоход. — У нас есть камин? — взволнованно спросил он. В коттедже его не было, и ему не хватало тепла очага, который был в его старом доме до того, как началась вся эта драма. — Два, — ответил Том и слегка улыбнулся, когда глаза Гарри расширились. Тогда он выглядел точь-в-точь как Винтер: зеленые глаза, широко раскрытые от детского удивления, смотрели на все вокруг одновременно. Это был первый раз, когда он дарил кому-то подарок, и ему действительно было не все равно, что Гарри подумает, и он должен был признать, что сначала сомневался, но, судя по реакции, ему понравилось. Это было большим облегчением. — Хочешь посмотреть, что внутри? — Да! — воскликнул Гарри и с нетерпением последовал за Томом по ступенькам. Том открыл дверь и отступил назад, чтобы пропустить Гарри, и Гарри во второй раз ахнул. Если снаружи было красиво, то внутри было просто восхитительно: белые стены и темные деревянные полы. — О боже, Том, — выдохнул Гарри, осматривая комнату. — Когда это… — он остановился и повернулся к Тому. — Это то, чем ты занимался? — Да, — признался Том. — Я нашел его на прошлой неделе. Я устанавливал все защитные чары и подбирал обстановку, — сказал он, указывая внутрь. — Значит, здесь безопасно? — Я бы вас двоих сюда не привел, если бы так не думал, — сказал Том. — Это место тщательно охраняется и невидимо для посторонних. Со стороны оно выглядит просто как обрыв. Это одна из причин, почему я его выбрал. — Выглядит естественно, — предположил Гарри. — Точно. Гарри понимающе кивнул и шагнул дальше, крепко прижимая к себе Винтер от волнения, осматривая комнату. Весь первый этаж был одним большим помещением, но состоял из разных зон. Слева от него находилась лестница, ведущая на второй этаж. У стены стояли два книжных шкафа, полных книг, большинство из которых были простыми, вроде сказок и простых книг по магии, заклинаниям и зельям, но ничего темного не было. Все это находилось рядом с одним из больших окон, которые он видел снаружи, с красивыми темно-синими длинными шторами, которые были развешаны по всему дому на всех окнах. Рядом с книжным шкафом у стены возле лестницы стоял стол, на котором был установлен компьютер. Прямо рядом с ним он увидел дверь и открыл ее, за ней находился небольшой шкафчик с несколькими мантиями и сложенным манежем, очевидно, для Винтер. Он улыбнулся Тому, закрыл дверь и повернулся обратно в комнату. Напротив него, по другую сторону от входной двери, находилась закрытая комната, слегка выступающая наружу. Он подошел к двери и увидел небольшую ванную комнату, где были только туалет и раковина. Стены были светло-бежевого цвета, отделаны темным деревом, как и в основной комнате, а в качестве украшения лежал простой бежевый коврик для ванной. Обойдя стену, он увидел раздвижную деревянную дверь, за которой находились стиральная машина и сушилка темно-бордового цвета. — О, красный! — восхищенно воскликнул Гарри. Том, стоя позади него, рассмеялся: — Я подумал, тебе это может понравиться. — Спасибо, — сказал Гарри и посмотрел на Винтер, которая смотрела вверх и легонько тянула его за рубашку. Он проследил за ее взглядом и увидел дыру в потолке. Подойдя ближе, он понял, что может видеть второй этаж. Винтер указала пальцем вверх и, что-то бормоча, предложила ему посмотреть. — Понятно. Как здорово, правда? — спросил он ее, а она продолжала смотреть вверх, совершенно завороженная. — Я тоже так думал, — сказал Том. Гарри обратил внимание вперед и увидел небольшую зону отдыха, углубленную в пол: она была похожа на яму, в которую нужно было спускаться. Зона была квадратной, с четырьмя белыми диванами по бокам, двумя синими лампами по углам и пятью плафонами, а посередине стоял кофейный столик. — Это потрясающе! — воскликнул Гарри, спускаясь в углубление и проводя рукой по одному из диванов, прежде чем сесть. Это было прекрасное место, чтобы посидеть, расслабиться и просто поговорить, выпить чашечку кофе или чая с Томом, понаблюдать за Винтер, играющей со своими игрушками, побегать и послушать тихий топот шагов… Он очнулся от своих мечтаний и встал, чтобы осмотреть остальную часть дома. Он поднялся и направился в дальнюю правую часть дома к обеденному столу из темного красного дерева, за которым могли разместиться шесть, возможно, восемь человек с двумя дополнительными стульями, но их было только шесть, зато у стены стоял высокий стульчик. Стул был шоколадно-коричневого и белого цвета с розовой тканевой обивкой. Прямо напротив него находилась кухня, куда он направился, от удивления открыв рот, увидев огромную кухню со всей необходимой утварью: микроволновкой, блендером, ножами, кастрюлями и сковородками, свисающими с потолка. Мебель была из красивого темного дерева, того же цвета, что и обеденный стол, с двумя раковинами. Одна была встроена в столешницу, а другая — на кухонном острове. На его кухне был кухонный остров! В комплекте с четырьмя стульями, на которых он мог сидеть с противоположной стороны, ближе к столу. Это было настолько роскошно и элегантно одновременно, что Гарри безумно понравилось. — Я знаю, ты любишь готовить, — сказал Том, стоя позади него. — Да, — ответил Гарри, заглядывая в многочисленные шкафчики. Там были тарелки и стаканы, контейнеры Tupperware, столовые приборы в ящиках и кладовая, полная еды. Он открыл один из верхних шкафчиков: — Винтер, смотри! Папа принес тебе еду! — сказал он ей, покачивая ее на бедре. На нижней полке было детское питание, а на второй — мягкие крекеры, которые она могла пожевать или погрызть. Там же были новые миски взамен тех, что сгорели в пожаре. Винтер указала на свою еду, посмотрела на него, а затем снова на полки. Гарри улыбнулся и поцеловал ее в лоб, она стала делать это часто, указывая на все, что ее интересовало, а интересовало ее буквально все. — Ты все продумал, правда? — спросил он, проходя мимо двойной раковины и проводя рукой по гранитной столешнице. Он выглянул в окно, расположенное прямо между верхними шкафами и столешницей над раковиной. За окном виднелись растения и еще одна пальма, дальше можно было разглядеть пляж и дом вдалеке. Затем он повернулся к другому окну, выходящему во двор, и чуть не взвизгнул от восторга. — У нас есть бассейн?! Том усмехнулся: — Да. Я знаю, что океан совсем рядом, но иногда хочется просто остаться поближе к дому. Гарри кивнул, сдержал свое волнение и повернулся обратно на кухню, задний двор он увидит позже. Он продолжил путь между стойкой и кухонным островом, где находилась вторая раковина, а напротив нее — высококачественная плита. — Думаю, теперь я буду готовить гораздо больше. Не хочу, чтобы все это стояло без дела. — Я с нетерпением жду этого. — Держу пари, что да, —   улыбнулся Гарри. Он обошел стороной окна от пола до потолка и дверь во двор, но заметил, что по обе стороны от двери было еще два окна, занавешенных такими же синими шторами, только длиннее. Когда шторы не были подвязаны лентой, они касались пола и закрывали все окно. Прямо в углу комнаты находилась еще одна зона отдыха, только здесь в углу, на широкой подставке из красного дерева, под углом стоял телевизор. Вокруг него стояли два длинных дивана темно-синего цвета, в тон шторам, а между ними — синее кресло. По обе стороны от диванов стояли приставные столики с белыми лампами: один — у стены, ближайшей к двору, а другой — между диваном и креслом, посередине. — Мне очень нравится цветовая гамма здесь, — сказал он, проводя рукой по мягким подушкам дивана. — Синий и белый — хорошее сочетание, и оно отлично смотрится. — Рад, что ты так думаешь, — ответил Том. — Я удивлен, что ты поставил тут телевизор, да еще и компьютер, — сказал Гарри, глядя на плоский телевизор и новенький DVD-плеер, стоящие посередине тумбы. — Признаю, у магглов есть кое-какие полезные вещи, — сказал Том, демонстративно избегая взгляда на ухмылку Гарри. Лицо Гарри внезапно помрачнело. — Ах. Я только что вспомнил, что все мои фильмы пропали, — грустно сказал он. Он успел забрать только самые важные вещи, такие как одежда и фотографии, и все. Тогда он очень спешил. — Я кое-что взял, — сказал Том, открывая верхний ящик тумбы под телевизором. Внутри лежало несколько DVD-дисков, все еще завернутых в пластик. — В основном это те фильмы, которые мы уже видели, но я взял и несколько, которые показались мне интересными. Гарри кивнул, пролистывая диски: — Мы снова сможем устраивать вечера кино, как только обустроимся. — Звучит неплохо. Честно говоря, Том скучал по этим вечерам, когда они просто сидели на диване с Гарри, а иногда и с Винтер, если она еще не заснула, и смотрели фильм. Это было совершенно бесполезно, но он наслаждался временем, проведенным с ними. — Ладно, пора на задний двор, — сказал Гарри, поднимая Винтер с дивана. — Ты становишься тяжелой, — заметил он, и она улыбнулась. — Вот, иди с папой, — сказал он, передавая ее Тому. Она протянула руки к Тому и обняла его за шею, когда он взял ее. — Что ты думаешь, принцесса? Тебе здесь нравится? — спросил ее Том. Но она не обращала на него внимания. Она потеряла своего медведя. Он валялся на полу, и ей пришлось заставить Тома наклониться, чтобы поднять его. Тем временем Гарри освободил руки, поставил сумку с подгузниками, практически бегом подбежал к стеклянной двери и направился на задний двор. Он был не очень большим, но широким и утопал в зелени. Вокруг ограждающей стены росли растения и кустарники, по ней вились лианы, придавая естественный вид. Справа от Гарри находился бассейн, который он видел через окно. Это был не стандартный прямоугольный бассейн, у него были скругленные углы, и он слегка изгибался с одной стороны, придавая ему асимметричный вид. В дальнем конце находилось надземное джакузи с низким бортиком сбоку, создающим водопад. Вокруг него росли растения, придавая ему более экзотический вид. Рядом с дверью стоял стол с четырьмя стульями, чтобы они могли обедать на свежем воздухе. По другую сторону бассейна стояли два длинных шезлонга, обращенных к пляжу, который был виден за забором. Раз уж зашла речь о заборе, Гарри увидел проем в стене, где находились ворота. Подойдя к ним и заглянув за прутья, он увидел лестницу. — Отсюда мы можем пойти на пляж? — взволнованно спросил Гарри. Том поднял взгляд, он играл с Винтер у джакузи — сидел на краю, позволяя ей опускать ручки в воду. — Да. Ступеньки ведут прямо к воде. Чары блокируют доступ по бокам, так что получается что-то вроде личного пляжа. — Правда? — сказал он, глядя на чистую голубую воду. — Я мог бы искупаться голышом, — сказал Гарри скорее себе под нос, но Том услышал. Брови Тома удивленно поднялись: — Если хочешь. Гарри отвернулся, слегка покраснев и едва заметно улыбнувшись, несомненно, что-то замышляя в своем гриффиндорском воображении, пока не повернулся обратно, чтобы продолжить осмотр. Гарри двинулся влево, обойдя увитую виноградной лозой стену, к другой зоне отдыха, обустроенной так же, как и внутри. Там стояли четыре дивана, расположенные квадратом, подушки были мягкого кремового цвета, а окантовка — темно-коричневой. В центре располагалось нечто вроде очага… По крайне мере, так оно выглядело. Оно было длинным и прямоугольным, с бортиками, на которые можно было поставить чашку или тарелку, если хотелось. Внутреннее устройство тоже отличалось: вместо дров там лежали светло-голубые кристаллы, похожие на стекло. — Что это? — спросил он Тома, поднимая несколько осколков. Это действительно было стекло. Том подошел вместе с Винтер, которая снова держала своего медведя мокрыми руками, на ее одежде были пятна от воды, как и у Тома. Похоже, Том не усвоил урок с прошлого раза, когда он был рядом с Винтер и водой. — Это огнеупорное стекло, — ответил Том на его вопрос. — Под ним проходит газовая труба, а стекло отражает пламя, создавая эффект огня. — Ого, — восхищенно воскликнул Гарри. Он опустил осколки стекла обратно в очаг и наблюдал, как солнечный свет падает на стекло. — Круто. — Покажу позже. — Хорошо, — сказал Гарри и продолжил путь. За зоной отдыха простиралась лужайка, тянувшаяся вдоль дома. Стена и лианы окружали ее, огораживая от обрыва с другой стороны. На лужайке располагалась детская площадка с качелями, тремя горками и ступеньками, ведущими к небольшому домику наверху. Площадка получилась действительно большой, но идеально подходила для их маленькой дочки. — О боже, как мило! — воскликнул Гарри, подбегая к ней. Он сел на одни из качелей и слегка покачался. Все качелей было три: две обычные и одна с детским сиденьем. Здесь Том посадил Винтер в детские качели и слегка подтолкнул ее, чтобы она начала качаться. Винтер смотрела на них обоих широко раскрытыми глазами, качаясь, и начала радостно смеяться, хлопая в ладоши, пока ветер ласкал ее лицо, когда она раскачивалась взад и вперед. — Ей это очень нравится, — сказал Гарри, а она продолжала смеяться. — О, ей все это очень понравится, когда она подрастет. — Так и думал, — сказал Том, делая движения, похожие на попытку схватить Винтер, когда она раскачивалась в его сторону, заставив ее радостно завизжать. — Мне нужно было что-то для нее поставить, и я всегда вижу такие вещи в парках и подобных местах, где бегают дети... Я подумал, что было бы неплохо иметь такое. — Ну, ты правильно подумал, да, моя милая? — сказал он Винтер. Гарри встал, подошел к скалодрому сбоку и без труда забрался на него в зону домика, где дополз до извилистой горки и спустился вниз. Поездка была короткой, но очень веселой. Благодаря Дадли он никогда раньше не был на детской площадке, поэтому был рад, что его дочь сможет вдоволь наиграться. У него было ощущение, что Том чувствует то же самое. Спустившись с горки, Гарри снова повернулся лицом вперед и увидел встроенный гриль — с раковиной, небольшим холодильником и двумя конфорками с каждой стороны, а также широкую столешницу у боковой стороны дома, напротив зоны отдыха. — Ух ты. У меня такого раньше никогда не было, — сказал он, подойдя к мангалу и проведя рукой по каменной столешнице. — Нет? — спросил Том, поднимая Винтер с качелей. — Нет. Даже у Дурслей, но я научусь. Это открывает много новых кулинарных возможностей. — Звучит неплохо, — сказал Том, жестом подчеркивая свои слова рукой Винтер, и она захихикала. Она похлопала Тома по лицу мокрой рукой и что-то пробормотала ему: — Ммма, ммма, ммма. Том улыбнулся ей: — Я не мама, мама вон там, — сказал он, указывая на Гарри, который подошел к ним. Она посмотрела на Гарри, затем снова на Тома: — Ммма, ммма. — Нет, папа, — сказал ей Гарри, — я мама. Винтер снова посмотрела на Гарри и снова начала возбужденно бормотать: — Ммма! Ммма! — Мама, — сказал ей Гарри, но она продолжала повторять одно и то же, пока ее не отвлекла пролетевшая мимо птица, и она начала указывать на нее пальцем, что-то бормоча. Гарри вздохнул и погладил ее по спине: — Почти. — Она слишком быстро растет, — сказал Том, целуя ее в лоб. — Да... — согласился Гарри, и они стояли в тишине, пока Винтер не зевнула и не положила голову на плечо Тома. Том очнулся от оцепенения: — Готов посмотреть, что наверху? — Боже, да! — воскликнул Гарри, осознав, где он находится. Здесь ему уже было комфортно — это был его дом. Но он видел только нижний этаж, и это было потрясающе, он мог только представить, как выглядит верхний этаж. Отсюда он мог видеть балконы по обе стороны от больших окон от пола до потолка, расположенных посередине этажа. Он не мог ждать, поэтому направился обратно внутрь, миновав зону с телевизором, которую он мысленно начал называть «зоной развлечений», чтобы добраться до лестницы. Но прежде чем идти дальше, он увидел камин, который заметил снаружи. Он находился прямо между зоной развлечений и лестницей. — Камин! — воскликнул он и остановился, чтобы посмотреть. Это был один из тех каменных каминов светло-коричневого цвета с белой каминной полкой и отделкой, а внутри — черная решетка со свежими поленьями, готовыми к растопке. На каминной полке стояла маленькая статуэтка льва со змеей, обвивающей его, голова змеи покоилась на гриве льва. Это была простая безделушка, но, по-видимому, она имела гораздо большее значение. По обе стороны от статуэтки висели рамки для фотографий… людей, которых он не знал. Он вопросительно посмотрел на Тома и усмехнулся. — Это просто для заполнения пустот. Я подумал, что ты можешь вставить туда фотографии Винтер или… — он пожал плечами, — твоих друзей. — А ты? — спросил Гарри. Том на мгновение удивился, а затем снова пожал плечами: — Если хочешь. — Думаю, я так и сделаю. Это же и твой дом, — подумал Гарри на мгновение. — Кажется, у меня есть одна твоя фотография, я не уверен… Придется сделать новую. В любом случае, спасибо. — Без проблем, — сказал Том, затем жестом указал на лестницу, как бы говоря: «После вас», и они поднялись по лестнице на второй этаж. Когда они добрались до лестничной площадки, Гарри оказался перед одним из больших эркеров. Это был такой эркер, который выступал за пределы дома и рядом с ним была зона для отдыха. Гарри забрался на подоконник, чтобы посмотреть в окно, и увидел перед собой весь передний двор, включая несколько домов вдалеке. Он также мог видеть группу домов ближе к основной части суши, там даже располагался торговый центр, состоящий из скопления больших зданий, до которых можно было дойти пешком. — Какие там магазины? — спросил он. — Рынок, гастроном, два универмага и еще несколько других, — ответил Том. — Ух ты. — Мне это тоже очень понравилось, удобно. К тому же, вдоль берега есть еще несколько магазинов, может быть, один-два ресторана. — Тогда нам обязательно надо туда сходить, — сказал Гарри, вставая и поворачиваясь к помещению, которое представляло собой просто большой коридор. Этаж был меньше, чем первый, но это потому, что здесь располагались отдельные комнаты. Прямо посередине пола находился тот самый проем, который он видел внизу. Заглянув вниз через перила, он мог видеть гостиную и часть кухни. Перила были сделаны из приятного темного дерева — в тон паркетному полу — и шли по всему периметру проема. Он чувствовал вокруг него защитные заклинания, несомненно, для дополнительной безопасности. По обе стороны коридора были двери, две слева и две справа. — Сколько всего здесь комнат? — спросил Гарри, оглядывая их. — В доме четыре спальни, в каждой есть собственная ванная комната. Две гостевые комнаты, главная и комната Винтер. — Две гостевые комнаты? Думаю, они нам не нужны. — Нет, но они там есть. Гарри не сомневался, что они были в доме изначально, но это вселяло в него надежду, что однажды он сможет принимать гостей. — С чего хочешь начать? — спросил Том. — Гостевые комнаты находятся с этой стороны, — сказал он, указывая налево, — или с нашей и Винтер, — он указал направо. Гарри колебался, не зная, куда идти, но потом решил оставить их спальни напоследок, пошел налево и открыл первую дверь. Войдя, он довольно рассмеялся, оглядевшись. Внутри оказалась просторная комната с белыми стенами, тем же темным деревянным полом и белым ковром перед кроватью. В центре комнаты, у дальней стены, между двумя широкими окнами с белыми шторами, стояла двуспальная кровать с красным покрывалом. Вся мебель в комнате была выполнена в современном стиле и глубокого красного цвета, как и покрывало: комод, шкаф, письменный стол в углу и стул, даже лампы — все в красном цвете Гриффиндора. — Что думаешь? — спросил Том с улыбкой, лишь слегка изогнув губы. — Я не думал, что ты решишь использовать здесь цвета Гриффиндора, видимо, я ошибался. — Мы здесь спать не будем, — просто сказал Том. — Верно, — усмехнулся Гарри и покачал головой, оглядываясь по сторонам. — Это потрясающе, — он подошел к боковой двери и открыл ее. — О боже, даже здесь! — воскликнул Гарри, войдя в ванную комнату, также оформленную в красно-белых тонах. Две стены были белыми, а две другие — красными, создавая приятный контраст, а пол был выложен красивой плиткой красного и черного цветов в шахматном порядке. Шкафчик над раковиной был красным и имел зеркало на передней панели. Раковина, унитаз и душ были белыми, а перед душем лежал белый коврик. — Тебе следует увидеть другую, — сказал Том. Гарри посмотрел на Тома и его легкую улыбку, и ему захотелось ее увидеть. Он вышел из гостевой комнаты, позволив Тому закрыть за ним дверь, а сам прошел дальше по коридору к следующей двери и вошел. Он тут же рассмеялся, переступив порог. Как и намекал Том, комната была оформлена в светло-зеленых и коричневых тонах. — Молодец, Том, что не сбился с пути, — сказал Гарри, проводя рукой по зеленому одеялу с белой цветочной вышивкой. — Надо же где-то это демонстрировать. — Наша комната ведь не такая, правда? — спросил Гарри, указывая на обилие зеленого цвета. — Нет. — Хорошо, — сказал Гарри и обошел комнату, осматривая шкаф, который тоже был зеленым. В углу стояло зеленое кресло, а на окнах комнаты, которых было четыре (два по обе стороны кровати и два на стене, выходящей во двор), висели коричневые шторы. Заглянув в ванную через дверь справа, Гарри увидел, что она тоже оформлена в зелено-коричневых тонах. Стены были нежно-зеленого цвета с белой отделкой, но унитаз, душ и раковина были белыми. — Это потрясающе, — сказал он, закрывая дверь и подходя к раздвижной стеклянной двери между двумя окнами, чтобы посмотреть на небольшой балкон с двумя простыми стульями и горшечным растением в углу. — И это только гостевые комнаты. Том лишь слегка наклонил голову, словно говоря: «Подожди, пока увидишь остальное». Винтер посмотрела на отца, сидя у него на руках: одна рука была под ней, а другая обнимала ее за талию, так что она откинулась назад на его грудь, дергая ножками, и наклонила голову набок, подражая ему, чем рассмешила Гарри. Она переняла много их привычек, и это была лишь одна из них. Гарри лишь надеялся, что она не переняла ни одной из их вредных привычек. Гарри, проходя мимо, потянул ее за ноги и вернулся в коридор. В задней части дома вся стена состояла из множества больших окон. Штор не было, и солнечный свет не проникал внутрь, освещая весь пол. Из окон открывался вид на весь задний двор и голубой океан за забором. Он простирался до самого горизонта, насколько хватало глаз — это было захватывающе. Перед окном стояли два белых дивана и журнальный столик, где можно было посидеть и отдохнуть под лучами солнца. — О, я точно буду это обожать, — сказал Гарри, садясь на один из диванчиков и закрывая глаза, позволяя солнцу согревать лицо. — Это прекрасное место, — согласился Том, — мне понравились здешние окна, отсюда так много всего видно. — Знаю, — пробормотал Гарри, открывая глаза и снова глядя в окно. Винтер зевнула, и Гарри нежно откинул волосы с ее лица. — Сонная, милая? — спросил он. Она сонно улыбнулась, потерла глаза и откинулась назад, удобно устроившись на Томе. — Она тяжелая? — спросил он. — Нет, все хорошо, — сказал Том и нежно поцеловал ее в макушку. — Хорошо, — сказал Гарри, вставая. Он прошел остальную часть заднего коридора, завернул за угол слегка выступающей комнаты и подошел к двери. — Чья это дверь? — спросил он. — Наша. Глаза Гарри расширились, и он с волнением повернулся к двери. Глубоко вдохнув, он толкнул дверь. Первое, что он заметил, — комната была большой, больше, чем другие комнаты, и что выступающая часть коридора не являлась частью основной комнаты, вероятно, это была ванная. Второе, что он заметил, — это камин в спальне. — Еще один! — воскликнул он, осматривая его. Он был из того же коричневого камня, что и внизу, но на каминной полке ничего не было, он исправит это позже. Справа от камина также была дверь. — Что там внутри? — Комната Винтер, — ответил Том. — О. Так даже удобнее, — сказал Гарри и отвернулся от двери, чтобы осмотреть остальную часть комнаты. Стены были приятного белого цвета, а пол – из того же твердого дерева, что и в остальной части дома. В центре комнаты лежал большой бежевый ковер, а у дальней стены стояла кинг-сайз кровать бежевого и шоколадно-коричневого цвета, который соответствовал цветовой гамме комнаты. По обе стороны от кровати находились два эркерных окна с бежевыми шторами, защищающими от солнца. Справа от правого окна стоял шкаф из темного дуба, на противоположной стороне комнаты был еще один шкаф, по-видимому, по одному для каждого из них. По обе стороны от кровати стояли прикроватные тумбочки из того же темного дуба с лампами. Напротив кровати стоял длинный комод из того же дерева с зеркалом над ним. Рядом с комодом справа находилась еще одна дверь, за которой открывалась большая ванная комната. Внутри слева располагались две раковины с бежевыми столешницами, а у дальней стены – унитаз, в углу – ванна, а справа, напротив двери, была душевая кабина, способная вместить четырех человек. — Боже мой, Том. Это потрясающе, — сказал Гарри, выходя из ванной. — Это просто невероятно! — Я подумал, что мы заслуживаем некоторого комфорта, — сказал Том. Он уложил Винтер посреди огромной кровати и наблюдал за ним, оценивая его реакцию. — Да, но... — Гарри огляделся вокруг, не зная, что сказать. — Это называется главной спальней не просто так, — просто сказал Том. — Верно, — пробормотал Гарри и подошел к одному из окон, выходящих во двор, чтобы посмотреть наружу, отодвинув бежевую занавеску. Там был балкон с двумя стульями и небольшим столиком, чтобы они могли посидеть и полюбоваться видом. Посередине между двумя окнами находилась раздвижная стеклянная дверь, и он открыл ее, чтобы впустить свежий воздух через сетку, закрыв глаза от ветра. — Не могу поверить, что это наше. — Тебе нравится? — спросил Том. — Я старался не переборщить. — Мне очень нравится, — сказал Гарри, отвернувшись от окна, и запрыгнул на кровать, отчего Винтер подпрыгнула и упала, хихикая. — А тебе? Тебе нравится? Девочка что-то пробормотала, протянула руки, и Гарри поднял ее на руки. — Хочешь посмотреть свою комнату? Да? — спросил он, и она посмотрела на него снизу вверх и кивнула. — Хорошо. Гарри вышел в коридор, предпочитая осматривать комнату оттуда, Том следовал за ним с плюшевым мишкой Винтер. — Ты тоже ее украсил? — спросил он. — Да... это нормально? — неуверенно спросил Том. — Да. Все в порядке. Я украсил предыдущую. Было весело, но столько всего! Сколько вообще существует оттенков розового? — Сорок семь, — ответил Том. Гарри остановился и повернулся, чтобы посмотреть на него. — Конечно, ты это знаешь. — Конечно. Гарри закатил глаза и продолжил путь к последней двери. Он повернулся к Винтер: — Готова? — спросил он, покачивая ее на бедре, а затем открыл дверь. Увиденное вызвало у него слезы. Комната была прекрасна! Стены были светло-бежевого цвета, а пол — из того же дерева. Прямо напротив входной двери на стене печатными деревянными буквами шоколадно-коричневого цвета было написано имя Винтер. Под ней стояла красиво сделанная кроватка с мягкими закругленными боками, так что она не была просто квадратной. Внутри кроватки лежали мягкие розовые одеяла и мобиль со звездами и лунами, прикрепленный к боковой стороне, так что он свисал над изголовьем кроватки. По обе стороны от кроватки находились длинные окна, а на правой стене, обращенной к фасаду дома, было эркерное окно, каждое с бежевыми шторами. Между длинным окном и эркером в углу стояло кресло-качалка с пуфиком шоколадно-коричневого цвета с розовыми подушками. Комод стоял у стены рядом с входной дверью справа, а пеленальный столик – у дальней стены рядом с другой дверью, которая оказалась ванной комнатой в розово-белых тонах. Комната имела L-образную форму, чтобы вместить ванную, поэтому дверь, соединяющая комнату со спальней, находилась в небольшом углублении слева. По другую сторону главной двери стоял ящик для игрушек, в котором, несомненно, хранилось множество игрушек, а пройдя дальше в комнату, он увидел справа от эркера высокий кукольный домик с невероятной детализацией, в комплекте с которым шла целая семья кукол. — О, Том... Это чудесно... — Рад, что тебе нравится, — сказал Том, медленно выдыхая воздух, который, как оказалось, он все это время задерживал. — Думаю, когда она подрастет, мы сможем поставить кровать побольше вместо кроватки, а пеленальный столик заменить полноценным шкафом, — сказал он, указывая на вещи. Гарри кивнул, не в силах произнести ни слова. Он не мог поверить, на что Том пошел, обустраивая этот дом. Он ожидал небольшой коттедж, как предыдущий, но на берегу — совсем не такой. Впрочем, Том не любил маленькие дома. Гарри повернулся к Винтер и поцеловал ее в макушку: — Это твоя комната, милая, — прошептал он ей на ухо. — Тебе нравится? Винтер просто оглядывалась по сторонам, указывая на все подряд и что-то бормоча. Гарри поднял ее с бедер и осторожно опустил в кроватку, и они наблюдали за тем, что она будет делать. Винтер с любопытством осматривала все вокруг, разглядывая все сквозь прутья. Она вцепилась пальцами в мягкую ткань одеяла, постоянно сминая его. Затем она легла на спину и уставилась на мобиль, Том слегка вращал его, а она хихикала и делала хватательные движения, словно пытаясь дотянуться до него. — Думаю, ей это нравится, — сказал Гарри с улыбкой. — Хорошо, — сказал Том и обнял его, притянув к себе. — А ты как? — Мне это очень нравится. Мне нравится каждый уголок, — он покачал головой, пораженный увиденным. — Это намного, намного больше, чем я когда-либо мог мечтать … ты превзошел самого себя. — Возможно, — просто пожав плечами, сказал Том, — я хотел, чтобы тебе было удобно. — О, так и будет, ты позаботился об этом. —Ты можешь убрать или добавить что угодно, — сказал Том, — я не думаю, что… Его прервал Гарри, который, потянув Тома за воротник рубашки, притянул его к себе для поцелуя. Том ответил на поцелуй: глубокий и медленный, с едва заметным движением языка, после чего Гарри отстранился. — Это идеально, как ты прекрасно знаешь, — Том усмехнулся в ответ. — Спасибо. — За что? — За... — Гарри сделал паузу и пожал плечами. — За все. За это, — сказал он, обводя взглядом окрестности, — за нее, — он посмотрел на Винтер, которая наблюдала за ними, держа пальцы во рту. Он опустил взгляд и осторожно поправил рубашку Тома. — За то, что ты не тот монстр, каким я тебя считал, — тихо закончил он. — Я должен поблагодарить тебя, — сказал Том, взглянув на Винтер, — а также за то, что ты показал мне, что я не тот монстр, каким себя считал… по крайней мере, не всегда. Гарри рассмеялся и обнял его. Том слегка напрягся, как всегда, но затем расслабился и обнял его в ответ, позволив Гарри уткнуться лицом ему в грудь. — Ты ведь не проявляешь никаких эмоций? — Нет. Заткнись, — сказал Гарри, закрывая глаза и наслаждаясь теплом объятий Тома, он надеялся, что его простой поступок сможет передать чувство благодарности. Том помолчал минуту, а затем заговорил: — Как долго мы будем это продолжать? — Столько, сколько захочу. А теперь, замолчи. Ты портишь момент. — У нас тут особенный момент? — Да. Винтер хихикнула, словно говоря: «Ну да, папа», и он повернул голову, чтобы посмотреть на нее. Она наблюдала за ними и сумела подняться в сидячее положение. Он улыбнулся ей, и она помахала ему пальцами, ее ладонь раскрывалась и закрывалась. Он просто молчал и наслаждался близостью Гарри. Спустя некоторое время Гарри отстранился и оглядел комнату. — Итак, это место наше? — уточнил он. — Да, — ответил Том. Гарри кивнул и повернулся, чтобы поднять Винтер из кроватки. Он поцеловал ее в щеку и сказал: — Угадай что? С этого момента мы будем жить здесь, хорошо? Мама, папа и ты, все вместе. Тебе это нравится? — Винтер что-то пролепетала и заворковала, а Гарри улыбнулся и кивнул головой. — Да? — она повторила его жест. — Тебе это нравится? Так и думал. У тебя будет новая комната, новые игрушки и дворик. Тебе будет так весело, и ты вырастешь большой и сильной. Теперь это твой дом, — сказал он, целуя ее в лоб, а Том обнял его и притянул их обоих себе. Гарри поднял взгляд на Тома и улыбнулся. — Мы дома.