Глава I Многострадальный народ
21 мая 2021 г., 09:11
Примечания:
1 Партия койнотистов — революционная политическая партия, которая ставит своей конечной целью построение социально справедливого общества, именуемый койнотизмом. Первой койнотистической политической организацией, послужившей предтечей для будущих партий, в том числе пальментийской, было Койнотистическое Объединение, созданное великим экономистом Парром Пратсом. Койнотистическая партия пратсистов Пальментины поставила себе цель прийти к власти через парламент, чего ей удалось добиться, но лишь на три года.
2 Новый элефтеризм. Его основными лозунгами являются рынок и индивид. Основная цель неоэлефтеризма — вернуться к «границам государства», поскольку, по мнению теоретиков неоэлефтеризма, нерегулируемый рыночная экономика обеспечивает большую эффективность и способствует распространению процветания.
3 Кефалаизм — социальная и экономическая система производства и распределения, основанная на частной собственности, юридическом равенстве и свободе предпринимательства.
4 Десмизм — политическая идеология диктаторского типа, представляющая государство как высшую ценность, а народ (нацию) — объединенной корпорацией людей, идея т. н. корпоративного государства. Возниклa на основе философско-политического учения, утверждающего приоритет интересов государства и нации над интересами личности. Основными характеристиками десмизм являются: традиционализм, радикальный национализм, антикойнотизм и милитаризм. Зародился в Южной Империи.
Из дневника пальментиийского революционера Джуанито Ривера:
«Уровень жизни в столице Пальментины Санта-Гардо до невозможности упал, впрочем как и в других городах страны. Палментина была одной из стран континента, что когда-то принадлежала могущественной империи, но она распалась в конце прошлого века и каждая колония смогла получить независимость. В июне восемьдесят шестого года на выборах победила партия койнотистов¹ и просущестовала три года после чего сверхдержава ОФО (Объеденнные Файлендские Области) скинула на плечи крохотной страны свои санкции. Развязалась гражданская война в которой победила файлендская хунта, которой руководил мятежный генерал Эдгардо Миларет. С тех пор как его партия пришла к власти, возникло широкое давление на организованный труд, при этом любой бунт строго карался диктатурой. Пропаганда идей, основанных на классовой борьбе была объявлена вне закона.
— Никакой классовой борьбы не существует! Это плод воображения проклятых койнотистов! — произнес эту фразу Миларет, когда выступал с речью на переговорах с ОФО.
Иными словами:
— Заткнись, ничтожество и сдохни под моим сапогом!
Вот вся суть нового элефтеризма.²
Файлендские области не дали воспрянуть молодой пальментийской республике, задушив ее в объятиях кефалаизма.³ Только-только она стала подниматься с колен, как произошла экономическая интервенция под предлогом спасительного народовластия и ликвидации пратсисткой «угрозы».
В гражданской войне погибло очень много солдат с обоих сторон, из которых одни сторонники Теодора Вальверде, нашего лидера, что был убит войсками Миларета при штурме дворца.
Среди жертв также пропало без вести более тысячи человек. Около тридцать тысяч наших солдат и граждан подверглись истязаниям в импровизированном концлагере «Ипподром». Это были самые темные годы в истории нашей страны. После мировой войны до того как Вальверде пришел к власти, положение наше было не важно. У нас была монархия, ее король Роландо Рубио давал приют военным преступникам бранкистам. Их лидер Бранко (глава Южной Республики) был главным противником всего мира. Он был десмистом.⁴ Когда наше королевство постепенно распалось через двадцать лет, в нашей стране настали выборы. Теодор Вальверде смог проправить только три года, но мы никогда его не забудем.
Народное сопротивление началось, когда один из граждан, Викторио Эрнандес, сейчас в Санта-Гардо ему установлен монумент, не смог терпеть и решился на отчаянный шаг. Когда шла гражданская война, по всему миру бушевала эпидемия болезни под названием «южанка.» Жена Викторио умерла от родов, а ее дети от голода и южанки. Чаша терпения лопнула. Бытует мнение, что Викторио сошел с ума. Конечно его можно назвать безумцем. Во время парада годовщины прихода хунты к власти, он вышел на площадь и окруженный солдатами, крикнул:
— Да здравствует революция! Встаньте патриоты!
Тогда солдаты уже нацелили на него свои винтовки, но он продолжал:
— Я делаю это ради родной Пальментины! Проклятые десмисты!
А потом он поджег себя. Пламя охватило его, он кричал от боли. Трудно представить, что он пошел на это добровольно, но это так. Спустя девять часов, он скончался в больницы от ожогов, несовместимых с жизнью.
