Универсал

      В тот вечер мы долго ругались с Юрглисом, но в итоге каждый остался при своём мнении.       — Ты хоть понимаешь, что с такими людьми вообще противопоказано водиться! — парень был настолько взбешён моим упрямством, что сорвался на крик. — Заманят тебя в Москву, а потом продадут в какой-нибудь бордель!       — Милый ты уже повторяешься, — я старалась говорить как можно спокойнее, надеясь заразить своей умиротворённостью Юрглиса. — Владимир Семёнович не такой, он пишет хорошие песни. И он внушает мне доверие.       — А ты знаешь, что преступники только этим и живут! Втираются в доверие, а потом оставляют тебя с носом!       — Ну и зачем такому человеку размениваться ради меня одной? Что во мне такого? — Ты красивая и сексуальная! За тебя можно выручить большие деньги!       — А для чего лично-то мной заниматься? Неужели у него в штате нет симпатичного альфонса, специализирующегося на охмурении молоденьких девушек?       — Значит он лично запал на тебя! Хочет тебя себе в наложницы! Или для своего сынка присматривает!       — Дорогой, пожалуйста, сбавь тон. У меня голова от тебя болит. И вообще мне кажется, в тебе говорит ревность. Не знала, что ты такой собственник и будешь ревновать меня к каждому встречному, — попытка перевести всё в шутку принесла обратный эффект, — Юрглис просто вскипел.       — Я СОБСТВЕННИК?! РЕВНИВЕЦ?! Я о тебе беспокоюсь, а ты после этого так меня называешь! Да ты просто дура! Наивная дура!       — Всё сказал, — от моего голоса, казалось, замёрзли стены, — тогда я пошла к себе в каюту.       — Подожди, я ещё не договорил! — крикнул он мне в след.       — А что со мной разговаривать, с тупой дурой. Я же не пойму твоих высокоинтеллектуальных изречений. Ты в следующий раз попроще мне всё объясняй, тщательно разжёвывай. Может в моей пустой голове что-то и отложится.        — Я не это имел ввиду, — Юрглис похоже понял что перегнул палку и начал оправдываться.       — Видишь, ты сказал что-то умное, а я дура не поняла и обиделась, — сказала я и вышла из его каюты. «Блин, а я ведь сегодня уже готова была сдаться под его напором, — подумала я, — бельё красивое одела, платье, которое легко скинуть. Может, я в самом деле дура?»       — Мамочка, ты не дура. Юрглис просто погорячился.       «Солнышко спасибо. Но не стоит защищать Юрглиса. Даже в горячке переходить на оскорбления, когда кончились аргументы, не есть хорошо. Кстати, как тебе Владимир Семёнович?»        — Мамулечка, ты же знаешь, я не могу читать мысли других людей, кроме тебя. Недостаточная эмоциональная связь. Но в одном ты права — у него нет в отношении тебя дурных намерений.       «Хорошо. Наверное, не стоит пропадать хорошему белью. Позову Свету с Таней — пошалим. А Юрглис сам дурак.»       Я позвала девочек, и мы весело провели ночь. А утром я нашла букет привязанный к ручке двери. С запиской: «Прости дурака». Ну что же — Юрглис не совсем безнадёжен.

***

      Последующая неделя не принесла особых потрясений. Обычная рутина: учёба, ресторан, ночной клуб. Разве только Юрглис в качестве извинений сводил меня в театр. Да ещё отец и сын Высоцкие прописались в нашем ресторане. Один или вдвоём они завтракали, обедали, ужинали в нашем ресторане, аплодировали моим выступлениям и развлекали меня разговорами.       Юрглис тихо злился, но тему эту больше не поднимал. Наверное, боялся очередной размолвки. Я даже решила остаться у него ночевать после театра. Но у меня как назло начались месячные. Так что он опять пролетел.       Беда в этот раз пришла с той стороны, откуда мы совсем не ожидали. По приезду из университета, я обнаружила, что меня ожидает записка от начальника порта, с просьбой явится к нему к двум часам дня для пересмотра условий аренды. Я взглянула на часы — время было без пятнадцати два. Значит, покушать и сменить прокладку я не успею. Голодная и злая от дискомфорта я скинула учебники и отправилась в здание администрации.       — Милая, с тобой сходить? — спросил у меня Юрглис, попавшийся мне навстречу.       — Не надо сама справлюсь! Ты же знаешь, меня он боится больше чем тебя. К тому же я такая голодная и злая что готова порвать его на кусочки.       — Так подожди, — Юрглис сбегал и принёс мне треугольник, зная мою страсть к выпечке, — надеюсь, это поможет тебе протянуть до возвращения. Ты быстро размажешь этого усача, вернёшься, и мы вместе пообедаем.       Я вышла из ресторана и, поглощая эчпочмак*, погрузилась в свои мысли. «Ладно, голод я утолю. А как быть с прокладкой. Эх, хорошо пилотам Формулы-1 — заехал на пит-стоп: вжик-вжик и колёса поменяли. Почему нет пит-стопов для женщин в красные дни календаря? Зашла, ножки раздвинула — заботливая женская рука сняла трусики, выкинула старую прокладку, протёрла салфеткой, поставила новую прокладку, одела чистые трусики. И ты выходишь с другой стороны чистая и счастливая. И вообще, какого хрена меня вызвал этот усатый пузан? Столовается у меня всей семьёй практически бесплатно, работники порта кушают со скидкой, аренду я ему плачу исправно. Наверное, это из-за ночного клуба. Скажет два заведения в одном, значит плати как за два. Ну, просто так я ему не сдамся»       Так развлекая себя мыслями, я дошла до места назначения и вошла в приёмную. Там стояла толпа амбалов, которые синхронно обернулись на меня. «Блин, тут ещё и очередь. А это кто такие? На капитанов не похожи. Грузчики? Больно прилично одеты. А может у них выходной сегодня? А сейчас типа собрание профсоюза? Ну вот зачем меня вызывать одновременно с кем-то? Могла бы спокойно пообедать и подмыться» Все эти мысли пролетели у меня буквально за секунду. Но вместо того чтобы их озвучить я пролепетала.       — Ребята, я, конечно, дико извиняюсь, но мне назначено на два часа дня. Поэтому я вынуждена пройти без очереди.       — Марика Александровна, проходите вас там ждут, — прозвучал откуда-то из угла голос секретарши Любочки.       — А мы завсегда пропускаем таких симпатичных краль, — вставил реплику один из амбалов.       — А ежели понравится, то потом и по второму кругу пропускаем, — поддержал его другой.       «Дебилы какие-то озабоченные, — подумала я, — наверное, им крюком от крана по голове периодически прилетает.» Я зашла в кабинет. Он был полон мужчин бандитской наружности.       — Ой, я, наверное, не вовремя, — пискнула я и попыталась выйти обратно в приёмную.       К сожалению один из амбалов вошёл, втолкнул меня ближе к середине кабинета и запер дверь на ключ.       — Нет, Марика, вы на удивление пунктуальны, — проговорил один из мужчин, выглядевших постарше, сидящий во главе стола, — у нас к вам будет серьёзный разговор.       *Треугольник (тат.)