Тайны старого района...

Экипаж мчался по утреннему Лондону в полной тишине. Грелль тайком глядел на Себастьяна, пытаясь обратить на себя внимание, Себастьян закатывал глаза, а Сиэль просто дремал. Дорога-то… Длинная. В другой конец города тащиться. Когда наконец-то приехали, юный граф уже изволил открыть свои ясные очи. Выйдя из экипажа, он окинул скептическим взглядом сие место: Узкие каменные улочки, взгляд повсюду упирается в темные, грязные серые стены — старый район на окраине города навевал только печальные и тяжёлые мысли. Сатклифф поёжился, поправил очки и запахнулся в свой плащ. После чего неуверенно спросил: — А… нам туда? Да? — его вопрос остался без ответа. Всем было как-то неуютно. Сиэль подошёл поближе к своему дворецкому, в то время как тот напряжённо вглядывался в конец улицы. — Ладно. Нанесём визит жителям района. Надеюсь, ищеек Скотленд-Ярда тут уже нет… — Фантомхайв попытался сделать голос поуверенней. Троица пошла по запутанным переулкам. Себастьян достал газету, ища в новостях название улицы, на которой произошло преступление. Пока они искали саму улочку, им не встретилось ни души. 11 утра, вторник, а на улице ни единого человека. Странно это… Но и ведь сам район странный. Было чувство, что про него уже никто и не вспоминает… Когда они выбрели на Хайден-лейн (Скрытый переулок. Подходящее название), происходящее повергло в шок даже Грелля. Если учесть, что он во время убийств разливал очень много крови это могло бы быть странно, но… здесь всё было ужасней. Кровь была на стенах, ею были нарисованы какие-то фигуры, даже руны, она была разлита по всей мостовой, это были лужи, нет, озёра, реки крови… Пока все пытались прийти в себя, никто не заметил тихо подошедшего сзади мужчину средних лет. Он поклонился и произнёс: — Здравствуйте, господа. Вам лучше здесь долго не находиться. Все вздрогнули и быстро повернулись. — А, здравствуйте, сэр… — Себастьян первым вернулся в привычное ему состояние. (Просто вспомнил, что в аду и не такое было… За время земного существования отвык) — Вы не могли бы приблизительно описать, что здесь произошло? — поинтересовался Себастьян. — Нас интересует, кто бы мог такое учудить… — Не слышали ли вы каких-нибудь криков, шагов… — К разговору подключился Грелль. Сиэля ещё трясло. — К сожалению, я не могу ответить на ваши вопросы, господа. Но есть одна интересная дама, она живёт недалеко отсюда. Анной звать… За Энчантед-стрит живёт. Правда, она со странностями, и я не знаю жива ли она, но если жива… Она может поговорить с вами. И идите поскорей отсюда, а то вот юноше сейчас плохо станет… — проговорил джентльмен и поспешил удалиться. Себастьян подошёл к «юноше» и придерживая за плечи повёл его подальше от этого проклятого места. Жнец бегом пустился за ними. На соседней аллее Фантомхайв начал приходить в себя. Лицо у него было бледное, как мел, но его уже не трясло. Внезапно, Сиэля скрутило и просто вырвало. Отплевавшись, он сиплым голосом спросил: — С-с-с-себастьян… Ч-ч-что… Что это было? — Успокойтесь, господин граф. Всё уже позади. — Как спокойно пытался произнести Себастьян эти слова… Неожиданно появившийся сзади Сатклифф мгновенно напомнил о своём существовании. — Мы может… Пойдём наконец эту «интересную» особу искать? Все согласились с предложением жнеца и пошли искать Энчантед-стрит. Похоже, у того джентльмена, понятие «недалеко» было весьма относительное, потому что шла наша компания до этой улицы приблизительно час. Или два. Увидев в конце одной аллеи спасительный указатель, с надписью «Энчантед-стрит» («Зачарованная/заколдованная улица»), все облегчённо выдохнули. Свернули, дошли до конца улицы. После неё, однотипные здания заканчивались и начинался небольшой лесок. Между деревьями шла узенькая тропка. Пройдя немного вперёд, Грелль воскликнул: — Я вижу поперёк тропинки ручеёк, через ручеёк мостик, а потом живая изгородь из плетистых роз! Сиэль осмотрелся и задумчиво пробормотал: — А ведь это и не город уже… Граф вместе со своим дворецким аккуратно пошёл за жнецом. Троица перешла по мостику через узенький каменистый ручеёк и их взору открылась старая живая изгородь. Посередине была резная калитка. Себастьян открыл её и Грелль вместе с Сиэлем прошли во дворик. Весьма ухоженный дворик: подметённая мощёная дорожка, плодовые деревья, жасмин, сирень под окнами домика, разные цветы и очень много целебных трав. И розы… Повсюду: чайные, кроваво-алые, почти фиолетовые, бордовые — целый розарий. Все оглядывали этот садик с нескрываемым восхищением. Двухэтажный домик тоже был красив: белый, с деревянными ставнями, обвитый диким виноградом и плющом. Сиэль, Себастьян и Грелль подошли к входной двери. Постучав в неё, они уже было потянулись к ручке, но дверь распахнулась сама. Уютная комнатка, в ней пахло засушенными цветами и пряностями. Тёмно-бордовые шторы занавешивали окна, создавая приятный полумрак. На стенах были развешены связки трав: полынь, мята, ромашка, мелисса, веточки жасмина и сирени. Одно окно было распахнуто, ветерок колыхал белую тюлевую занавеску, а на подоконнике стоял свежий букет полевых цветов. Нежданные гости взглянули в дальний угол комнаты, рассчитывая увидеть там хозяйку: по их представлениям, какую-нибудь даму в летах или вообще старуху-колдунью. Но вопреки их ожиданиям, там, в дальнем углу, среди засушенных цветов, корзин с пряностями и старых картин, сидела к ним спиной молодая девушка и что-то чертила, держа листы бумаги на коленях. — Здравствуйте, миледи. — Себастьян учтиво поклонился молодой красавице. Да, красавице это уж точно… — И вам не хворать, дорогие гости…