Я - Москва, ты - Питер

Вокруг шумно. Тепло. И полутемно, отчего очень уютно. Я захмелела от пива, думать становится проще, двигаться будто бы тоже, но скулы сводит улыбкой, напоминая мне, что я все же нервничаю. — Я никогда не целовалась, — заявляю я, вздохнув чуть глубже обычного и наблюдая уже привычную за годы реакцию. Удивление и непонимание. — Подожди, ты серьёзно? Жму плечами. — Ну губами — да, — и не всегда по своей воле, — но никогда — с языком. — Почему? — Какой должен быть на это логический ответ? — я тихо фыркаю смешком, крутя локон в пальцах. Реакция привычна, но подходящих слов у меня на неё все нет. — Не с кем?.. — Прямо, серьёзно, не с кем? — он кривится, мол, а не лукавишь ли ты здесь. Я тоскливо смотрю в ответ с навязчивым желанием спросить, чего ради он давит комедию с этого факта моей жизни. Можно подумать, сам стал бы это делать со мной. — А целоваться стоит со всеми подряд? — передергиваю я в ответ. Он часто моргает пару раз, закатив гляза. — Я не поверю, что у тебя не было в жизни парня, который был бы не против. Я кусаю щеку, скосив глаза в касабланку с остатками вишнёвого. Взгляд концентрируется на мелких пузырьках по ободку, пытаясь обогнуть нутро сознания, где кроются воспоминания ушедших разочарований. Моё мнение часто отличалось от чужих, но относительно этого вопроса… Оно было чуть ли не старомодным по сравнению с весьма бытовым взглядом на подобные вещи. Мне хочется пойти в агрессивную атаку, спросить, так ли часто у него возникает подобное желание, много ли вокруг него было или есть подходящих для этого людей. И тут же желание гаснет, как спичка на ветру: это бесполезно. Много. — Разве есть смысл в вещах, которые ты делаешь лишь потому, что можешь? Мне кажется, стоит что-то делать лишь при условии, что ты хочешь этого. Мой взгляд, привыкший наблюдать колебания и задумчивость, ударился, как стекло о железо. Он, сощурившись, пристально вглядывался куда-то в меня, закусив кончик костяшки. — А сейчас хочешь? Я, прячась от такого откровения, обхватила себя руками и отвела глаза в сторону. Воздух вдруг стал пустым и слишком лёгким. Зубы резко куснули губу, отрезвляя и вызывая вкус крови на языке. Взгляд испуганно вернулся к глазам напротив, будто бы надеясь, что им показалось, хотя им никогда не кажется. — Да. Короткое мгновение, посвящённое ювелирно точному попаданию мне в сердце. — Пойдем? Слишком громкий звук отодвигаемого стула заставил меня вздрогнуть. Я бешено обвела глазами стол, пытаясь панически ухватиться за что-то существующее в этом мире: неоплаченный счет, невыпитые напитки, мой заряжающийся телефон, подключённый к сети. Но спешка не давала подумать, не знамо зачем, я уже накидывала куртку, чтобы выйти словно бы покурить, а тёплая ладонь, куда крупнее моей, не давала опомниться и уже вела наружу. Пасмурно, сыро, прохладно. Свежий воздух наполнил лёгкие, но не отрезвил, лишь чуть остужая сгорающее в эмоциях тело. Пара шагов, шорох подошв об асфальт, угол, и не дающий мне уйти от ответа за слова взгляд, настигший меня за поворотом. Два нервных вдоха. — Готова? Внутри что-то забилось и запульсировало. Кивок. Рука осторожно и твёрдо опустилась на щеку, и стремительное столкновение. Губы разомкнулись. И я пропала в этот момент. Пока на город опускалась ночь, застилая улицы и закоулки тьмой и морозной для лета прохладой, мне было нестерпимо горячо. Лёгкие горели, выпрашивая новый глоток свежести, но я была готова так и закончить эту жизнь, мне было её совсем не жаль. Не так был хорош поцелуй, как то, что происходило, и ощущения сводили с ума меня своей полнотой. Звуки сводили меня с ума. Влажность сводила меня с ума. Жар. Близость. — Подожди, — я не выдержала, прислонившись к его плечу и ухватившись за куртку. Колени подгибались, и перед глазами все знакомо плыло после задержки дыхания. Приятный запах то ли парфюма, то ли дезодоранта дразнил нос, напрашиваясь, чтобы его вдыхали снова и снова. Я тихо засмеялась от своего состояния. Где-то далеко вторил чужой раскатистый хохот, играла музыка, что-то про этот город, заставший многое, и этот момент скоро сотрется из его памяти. — Всё в порядке? — тихий низкий голос и жаркое, частое, с перебоями дыхание на ухо. Чужие сильные руки мягко и надёжно поддерживали за талию. Мне не хотелось, чтобы время шло. — Да. Наши взгляды встретились, и теперь уже я потянулась вперёд. Зрение было лишним, сознание стремилось потеряться в обжигающих влажных касаниях, приютиться между объятиями и поцелуями. Шелковистые волосы податливо вплетались в пальцы, вены пульсировали, неся в себе эндорфиновую кровь. Контраст холодного и горячего, твёрдой, жёсткой, шершавой стены и мягкой гладкой кожи словно бы держал на месте, убедительно уверяя в истинности происходящего. Неосторожный укус в шею, и я тихо вскрикнула от неожиданности, остроты электрического тока. Он молнией простелил мышцы, сокращая их, заставляя крепче сжать плечи в руках. — Прости, — тут же отстранился он, с лёгким испугом вглядываясь в лицо. Я глубоко дышала, пытаясь придти в себя. Голова не варила совсем. — Увлекся. Прочитав в его глазах искреннее беспокойство и боязнь что-то сделать не так, я усмехнулась, а потом и вовсе рассмеялась, прислонившись к его плечу. — Всё в порядке, — в подтверждение, я оставила немного влажный след на челюсти. — Ты вроде бы не вампир, и от укуса я не умру. В ответ он тоже смешливо зафыркал, заставляя меня потряхиваться сильнее. — Просто, ты шла сюда именно с таким лицом, будто бы на обращение. Мы снова засмеялись, почему-то не в силах успокоиться, а зачем, чуть отдышавшись, снова пересеклись взглядами. — Пойдем? — мягко спросил он, будто бы проверяя, готова ли, на что я расслабленно кивнула. И мы вернулись в полутемный тёплый и душный бар, полный другими гомонящими людьми и какой-то популярной музыки на фоне. Внезапно в голове крутанулась мысль, своей неприятностью царапнув восприятие. — Подожди, — я остановилась в движении, поставив ногу на перекладину стула, но так и не взобравшись на него. Он с любопытством так же застыл, ожидая продолжения. — Ты спросил меня. А я тебя… Тут он высокомерно фыркнул и с надменным превосходством устроился на сидалище. — Каков смысл делать то, что ты не хочешь делать? Я лукаво сощурила на него глаза, но улыбка расплывалась против моей воли, на что он по-лисьему усмехнулся. Мне нечем было ответить на такой пассаж, так что пришлось смириться со своим положением и покорно допивать свое пиво, чтобы потом заказать еще. Вечер в Питере только начинался.