Котейка

Антон ждал Арсения у самого порога. Он должен был прийти с минуты на минуту. Кошачьи ушки, пушистый хвост, золотой ошейник и поводок, коротенькая юбочка с кружевными чулочками. Идеально подобранный образ, как любит его папочка. Замок щёлкнул, дверь открылась. — Вау, какой котейка ждёт своего хозяина, — он погладил его по голове, перемещая руку по волнистым волосам, завел ее за ушко и почесал, как кошку. Антон ластился под его рукой. В зубах он держал поводок, который был прикреплен к ошейнику, на котором было написано «собственность Арсения Попова» — Отдай своему хозяину, — он протянул раскрытую ладонь перед его лицом, и тот покорно положил поводок. — Ползи за хозяином, — приказал Попов, резко дёргая на себя поводок, Антон на четвереньках последовал за ним. Очень короткая латексная юбка почти ничего не прикрывала, из-под юбки выглядывал пушистый кошачий хвост. Анальная пробка приносила дискомфорт, но скоро папочка её вытащит и заменит на что-то более приятное. Так хозяин и котейка дошли до спальни. Арсений сел на край кровати, разводя свои ноги, на полу между ними расположился котейка, его котейка. — Поработаешь сегодня ротиком для своего хозяина? — это был не вопрос, а рассказ о том, что он должен будет сделать, чтобы его хозяин остался довольным и сделал приятно и ему. Антон покорно расстёгивает брюки и смотрит на вставший орган, рассматривая венки на нём. Он поднимает покорный взгляд, смотрит в глаза и начинает языком ласкать влажную от смазки головку. Круговыми движениями он обводит её, не касаясь губами. — Котейка, твои губы так красиво смотрятся на моем члене, словно созданы для него. — Антон всё понимает и обхватывает губами орган, плавно берёт глубже, где-то на половину, также преданно смотрит в глаза. Попов запускает руку в волосы, надавливая на голову, намекая взять больше, он же может. И парень подчиняется, принимая орган глубже. Шастун двигает головой быстрее, делая приятно хозяину, его хозяину, его папочке. Арсений старается сдерживать стоны, но это выходит через раз. Вот так этот милый кот на него влияет. Губы плотно обхватывают орган, руки ласкают яички. Его котейка хорошо постарался, теперь его очередь. — Молодец, — он хвалит и тянет за поводок вверх, заставляя его подняться и лечь на кровать. Антон, виляя попой, грациозно забирается. — Хозяин, я был послушным котиком… — Да, котик, сейчас я тебе помогу. Покажи свой хвостик, — младший поворачивается к нему попой, выгибается и демонстрирует свой кошачий хвост. Арсений гладит сначала волосы, переходя рукой на спину и наконец-то добирается до хвоста и гладит его. От его поглаживаний пробка двигается. — С чем сегодня поиграем? Что сегодня хочет мой котик? — Вас, папочка. — Попов улыбнулся и отстегнул поводок, но ошейник оставил на шее. Он провел пальцами по надписи на ошейнике, что в очередной раз доказывало, что Антон только его и ни чей больше. Арсений тянет пробку за основание и когда она уже наполовину вышла, он засовывает её обратно. Зеленоглазый тихо поскуливает от нетерпения, но ждёт, папочка не любит нетерпеливых. — Надо попросить, если хочешь. Ты же помнишь, как? — его шёпот рядом с ухом вызывает мурашки, а когда он покусывает мочку уха, Антон уже не может терпеть. Он так хочет, чтобы папочка взял его. Он хочет выполнять его любые просьбы и желания. Поцелуи с мочки уха переходят на шею — сплошную эрогенную зону парня. Ошейник мешает оставлять горячие поцелуи поэтому его расстегивают и отправляют куда-то на пол. — Прошу, папочка, вытащи мой хвостик, — выстанывает Антон. — Но, чтобы вытащить хвостик для начала нужно снять юбочку. Разве хорошие кошечки носят такие короткие юбочки? Ответь. — Попов поднимает её ещё выше. — Вы правы, хозяин, хорошие кошечки не носят короткие юбочки, — стыдливо опускает глаза питомец. — Значит, ты плохая кошечка, а что необходимо делать с плохими кошечками? — когда он задавал вопрос попутно сжимал упругую ягодицу. — Их необходимо наказывать, хозяин. — Ты прав, значит сегодня ты заслужил 10 шлепков. Займи своё место. — Пока младший поднимался, Попов снял свою рубашку и избавился от брюк. Хозяин сел на ту же кровать, хлопая себе по коленкам. Котик лёг на коленки к мужчине так, чтобы его пятая точка была на уровне его руки. Заботясь об удобстве, он подложил ему подушку, в которую он может уткнуть свою симпатичную мордочку. — Папочка… — Вытащу я твой хвостик, не бойся. — Задрав ткань юбки вверх, Арсений, как и обещал, вытащил игрушку. Непривычная пустота и лёгкая свобода. — Считай, котейка, — первый шлепок, достаточно сильный, но не приносил боли. Второй и каждый последующий были уже сильнее и всё сложней было сдерживать стоны и вскрики. — Тебе нравится, когда я делаю так? — шлёпнул ягодицу и тут же сжал её сильными пальцами, оставляя следы на белой коже. Антон сладко застонал, выгнул спину, будто нет позвоночника. — Пожалуйста, сделай так ещё… — умоляет Шаст. — Как скажешь. — Арсений шлёпал попу и сжимал ягодицы, иногда кусал красное тело, от чего парень дрожал и извивался на коленях. — Встань-ка на кровать, как ты умеешь, — кожа горела от шлепков, но это не помешало грациозно забраться на кровать и показать свои прелести. Эта грация и гибкость каждый раз восхищала мужчину. На эти плавные движения хотелось смотреть вечность. Особенно Арсению нравилось, когда Антон красиво раздевался и демонстрировал своё тело. Когда длинными пальцами проводил по шее и соблазнительным ключицам, которые так любит кусать Арс. Затем Антон спускался руками ниже и ласкал свои соски и постанывал от своих же действий. Но сейчас он стоит в колено локтевой позе и ждёт своего папочку, ждёт, пока тот его похвалит и сделает приятно. Арсений заставляет облизать пальцы, глубоко проталкивая их в рот парню. Когда младший старательно облизал, Попов ввел сразу 2 пальца и начал медленно двигать, одновременно целуя спину и лопатки. Поцелуи от шеи плавно перемешались до поясницы. Антон уже был готов принять орган больших размеров, но Арсений решил немного поиздеваться. После очень долгой подготовки и неоднократных просьб юноши, брюнет всё-таки решил войти в желанное тело. — Ложись на спинку и раздвинь ножки. — Антон выполнил просьбу, а хозяин закинул его ножки в кружевных чулочках себе на плечи и вошёл в возлюбленного. Антон застонал от наслаждения. — Да… Папочка… — Котейка… Мой котейка… Только мой… — сначала движения медленные и тягучие, слишком нежные для такого импульсивного хозяина. Антон тянется руками к старшему, прося о поцелуе. Ножки в чулочках перемещаются с плеч на талию, а Арсений наклоняется за поцелуем, таким же нежным и чувственным. Руки Шастуна обнимают плечи и спину, впиваются ногтями в широкую спину. — Ну точно котик с коготками, — улыбается Арсений, отрываясь от любимых губ. Старший берёт кисть парня и принимается осыпать внутреннюю сторону руки от кисти до предплечья поцелуями. Движения бёдрами становятся быстрее и резче. Худое тело извивается снизу от приятных ощущений. «Какой же красивый мой мальчик» — думает Арсений, оставляя жаркие поцелуи вперемешку с укусами на шее парня. Шея его котика уже похожа на космос. Эти черные чулочки, ушки, румянец на щеках, следы на шее и ключицах. И правда прелесть. Но больше всего сводят с ума его стоны. Арсений всё на свете бы отдал, лишь бы слышать их. Умелые пальцы старшего перемещаются на плоть Антона, он знает, что они уже близко. В награду за старания и подготовку его рука ласкает орган. За время их отношений, Попов уже уверенно знает, как нужно приласкать эту кису, чтоб в следующий раз вновь видеть в чулках и неприличной одежде на своих коленях, стонущим и выгибающимся, просящим о большем. Ещё несколько движений и они доходят до пика. Котейка делает кусь на эмоциях, но следом зализывает. Нежно проходится ручками по царапинам на спине, извиняясь. Но Попов любит и царапины, и поглаживания, и своего парня. — Я тебя люблю… — Я тебя тоже, котейка.