Дед

      В этом году торжество по поводу Пасхи проходило, разумеется, в Норе, где младшие члены многочисленного семейства Уизли-Поттеров и прочих могли вдоволь наиграться в квиддич, поискать пасхальные яйца и подраться за них с садовыми гномами. Это оказалось весьма на руку Тому, который планировал притвориться больным, чтобы остаться дома в полном одиночестве и тщательно изучить кабинет Деда.       К сожалению, полного одиночества не вышло: составить компанию Тому привели Луи Уизли, младшего сына Билла и Флёр Уизли, который уж очень не любил шумные компании, а шумные семейные компании так вообще терпеть не мог, называя их цирком, в котором он не намерен выступать.       Луи был тихим и молчаливым юношей пятнадцати лет, а о том, что он носил фамилию Уизли говорили только огненно-рыжие волосы, в остальном же внешность он перенял от красавицы-матери. Во всём его утонченном, немного женственном облике читалась какая-то загадочная меланхоличная тоска. Глядя на него, так сразу и не поймёшь, что этот печальный ангел на самом деле оборотень, который каждое полнолуние обращается в огромного такого волчищу на гигантских таких лапищах.       Скрыть от общественности факт того, что единственный сын знаменитого разрушителя проклятий стал жертвой ликантропии, не удалось. Старший сын Фенрира Сивого, Фенрир Кровожадный, который решил таким образом отомстить Биллу за смерть своего отца, мало того, что обратил шестилетнего Луи, но и постарался сделать это максимально публично, что означало, что путь в Хогвартс мальчику заказан.       Конечно, это не помешало ему обучаться волшебству в домашних условиях, поэтому Луи был очень начитанным и образованным. Том помнил, как он, будучи совсем ребёнком, доказывал Луи то, что он мог бы «излечиться» от волчьего проклятья с помощью вейловской крови от прапрабабки по материнской линии, а тот ему спокойно отвечал, что мальчики никак не могут быть носителями «гена вейлы», даже если бы его мать, а не далекая пращурка, сама была одной из этих созданий.       В общем и целом, при других условиях Луи был бы отличной компанией, если бы на этот раз Тому не нужна была никакая компания вовсе. Раздумывая над тем, как бы так незаметно для Луи проскользнуть в дедов кабинет под мантией-невидимкой, Том услышал шум в прихожей и насторожился. Обычно все гости приходят в дом через камин, стараясь не беспокоить зловещий портрет крикливой старухи в коридоре, который никто не мог снять, поэтому, когда она принялась орать что-то про «мерзких грязнокровок», они с Луи уже мчались вниз по лестнице с палочками наготове.       Увидев незваных гостей, Том обомлел. На лестнице стояла Гермиона Грейнджер, пытаясь закрыть портьерами орущую на неё благим матом старуху, а позади нее мялся с довольным оскалом на лице никто иной, как Томас Грейнджер.       — О, привет, Луи, Том! — поздоровалась тётя Гермиона, с трудом закрыв взбесившийся портрет за шторкой. — Томас узнал, что ты приболел и решил навестить тебя, ведь вы так здорово подружились в Хогвартсе! Твой дедушка рассказывал, что вы даже ночную вылазку вдвоём устраивали под мантией-невидимкой, это правда? — с хитрым прищуром спросила она.       Том секунду молчал, буравя взглядом Томаса, но потом все же повернулся к тетке и сказал:       — Втроём.       — Что, прости? — недоумённо переспросила Гермиона.       — Я говорю, что мы были втроём на той вылазке. С нами была ещё Ариана Дамблдор. У неё началась менструация, и она упала в обморок. Мы с Томасом, — сделав акцент на имени ненавистного однокурсника, Поттер злобно на него зыркнул. — Всего лишь помогали даме в беде.       — О… — растерялась миссис Грейнджер-Уизли. — Это очень похвально… Что ж, я тогда пойду, вы повеселитесь тут, ребята! Луи, ты за старшего! Я вернусь за Томасом завтра утром! Пока! — с этими словами она тихим хлопком трансгрессировала, оставив ребят одних.       — Ну что, Поттер, может, предложишь гостям чаю? — ехидно спросил Томас, разрушая звенящую тишину.