До тебя

Можно ли по-настоящему влюбиться в того, кто нравился тебе до ненависти?

Сара

Наши дни…

Вот почему я люблю наблюдать за людьми со стороны? Мне очень нравится это занятие, и пусть меня считают ненормальной, но поделать с собой ничего не могу. Нравится изучать мимику и жесты, которыми человек рассказывает ту или иную историю. Это интересно. На этот раз мне попались мои голубки, что сидят рядом и неотрывно спорят, а я даже не знаю из-за чего, потому что потеряла нить разговора. Вот если Вия постоянно хмурит свой аккуратный носик, то Вишес вечно корчит рожицы, чтобы его девушка перестала воспринимать все слова всерьёз. Эти их мелкие ссоры лично во мне вызывают смех. Ну не умеют они это делать. Вот что значит воспринимать свою вторую половинку в первую очередь как человека, а не только как возлюбленного. Всегда мечтала именно о таких отношениях. Вия рассказывала о том дне, когда они поняли, что хотят быть вместе, Виш от страха напился и пришел к ней домой. Это он так переживал. И мне показалось это очень милым. Они встречаются с пятого класса, а это ещё больше наводит меня на мысль, что если это твой человек, он всегда будет рядом. Так и у них. Отключившись ненадолго, я и не заметила, что перестала рассматривать парочку перед собой. Я смотрела на бассейн, где в лучах солнца блестела вода и с каждым дуновением лёгкого ветерка водная гладь начинала покрываться рябью. — Сара? — М? — оборачиваю голову к друзьям. — Мы, наверное, тебе надоели? — Я даже и не слушала вас, если честно, что на этот раз не поделили? — улыбаюсь я, принимая из рук подруги бутылку прохладного пива. Бывает, что могу себе позволить расслабиться, мне даже прописывали его, чтобы набрать вес. И теперь моя мать никогда не ругает меня за это. — Да меня достали эти Драконы! Они хотят открывать бар и берут Вишеса в долю, а я не хочу! Ладно, состоять в банде, это куда не шло, и то я не всегда могу вот так вот сидеть с ним. А если откроется бар, тогда вообще не увижу. И да, я говорю про тебя, не стоит на меня так смотреть! — Вишес улыбается и тянет девушку в свои объятья. — Я ещё не закончила с тобой! Отпусти. — Вы как маленькие, — смеюсь я. — Уверена, найдете компромисс. — А ты всегда принимаешь нейтральную сторону, а должна быть за меня, — возмущается Вия, но и прижимается крепче к мужской груди. — Я предпочитаю просто смотреть на то, как вы мило спорите. — Ага, мило. Кстати, как твоя нога? — спрашивает Вия, отстраняясь от парня. — Вроде нормально, просто сильный ушиб. Утром не могла двигать, а сейчас получается наступить и пройтись. — Не напрягай её, а сиди где сидишь. — Ага, Сара и сидеть, ты поняла, что сказала? Но вообще-то, я тоже за мысль Вии. — Разберусь. — А что у вас с Вишней? — задаёт подруга вопрос, который слегка выбивает из равновесия. Мимо меня проходит Майкл и, забирая со стола пиво, садится на мягкий диванчик отдельно от друзей. Если Вия смотрит на меня с блеском в глазах, то Вишес напрямую показывает свое недовольство. А я вот не хочу обсуждать личную жизнь в присутствии Тёрнера. — Нормально, — ровным тоном произношу я, пытаясь не выдать свою неуверенность, потому что, зная ягодного друга, я понимаю, как он ведёт себя с каждой мимо проходящей девушкой. — Это не ответ. — Любимая, давайте без нас об этом, — хмыкает Виш и нервно делает глоток из бутылки. — А с тобой-то что? Надо порадоваться за мою крошку, что наконец-то нашла себе парня, — мой взгляд пересекается с взглядом Майкла, и щёки против воли начинают краснеть. — Не могу не спросить, — разрушает тишину Майкл. — А ты точно уверена в нём? — Больше всего на свете не хочу отвечать именно на твой вопрос, — кидаюсь словами, крепко сжимая бутылку с пивом. На мой ответ шатен только хмыкает, а затем улыбается уголком губ. Сознание реагирует мгновенно, и по телу пробегает полчище мурашек… боже! Когда это закончится? Просто вдох и выдох. Всё просто. И как только мои лёгкие наполняются порцией воздуха, я понимаю, что захмелела. — Как насчёт того, чтобы завтра съездить позагорать? — меняет тему Вия, смотря то на меня, то на своего парня. — Завтра вряд ли. — Почему? — вздыхает подруга. — Завтра вечеринка в амбаре, забыла? — он переглядывается с Майклом, а мне становится интересно, что эти двое задумали, но озвучить вопрос не решаюсь. — Блин, вы надоели со своими вечеринками. Майкл, это твоя идея? — он усмехается, пристально смотря на бутылку и медленно сдирая с неё этикетку. — Все планы на лето вернулись, так что вечеринки продолжаются, тебе ли не знать. Завтра день рождения Стива, а дальше по цепочке. Восемнадцать бывает только раз, — непринужденно отвечает он, поднимая глаза на Вию. — Есть ещё вопросы? — Да, есть, но не к тебе, — она поворачивается к Вишесу. — А как Сара? Я хочу быть там с ней и не оставлю одну дома. — А что Сара? Она будет с нами, — отвечает он ей. — Я вообще-то ещё тут, — прерываю их. — И не надо решать за меня, я не хочу туда, — в животе появляется неприятный ком, который постепенно поднимается вверх. — Но… — Никаких «но». Я останусь дома и почитаю заданное на лето, — Вия снова решает начать говорить, но я останавливаю её рукой. — Я на коляске, и как мне с вами тусоваться? Нет, любимка, я буду дома. — Ну, О’Нил… Я вновь замечаю, что парни переглянулись и как будто мысленно провели диалог, мне это совсем не нравится. Я моментами и так проваливаюсь в воспоминаниях, где пообещала сама себе ни при каких обстоятельствах не пить на людях. Больно обожглась, поддаваясь искушению повеселиться. — О чем вы мысленно разговариваете? — срывается с моих губ быстрее, чем я могу осмыслить вопрос. — Ты о чем? — задает встречный вопрос Майкл. — Я вижу ваши гляделки. Виш? — смотрю на друга и вижу на его лице изменения, но пока понять не могу их. — Тебе показалось, малень… — Тёрнер неожиданно останавливается, а я немею от почти произнесенного им слова. — К-хм, мы о своем, о мужском, — допивает он пиво и поднимается с дивана. — Чё, пьем и без меня? — я возвращаюсь в реальность, как только голос Джона звучит за моей спиной. — Я пойду, — разворачиваю коляску и, не говоря больше ни слова, отъезжаю от друзей. Меня раздражает компания сводного брата, и я целый год стараюсь игнорировать его присутствие рядом. — Сара! — я знаю, что Вия последует за мной, она касается ручек позади кресла и увозит в противоположную сторону от дома. — Куда мы? — Прогуляемся девочками, и я хочу, чтобы ты, наконец, рассказала о том, почему всегда уходишь, стоит заметить на горизонте Холла, — от упоминания его я непроизвольно съеживаюсь. Я никогда никому не рассказывала о том, что происходит в доме, когда нет родителей. — Малышка, я же твоя ЛП (*лучшая подруга), да? — Конечно, — незаметно отвечаю я. — Значит, ты можешь со мной поделиться всем, — она останавливает мой транспорт и обходит, присаживаясь около ног. — Любимка, я знаю тебя уже давно и одновременно вижу, что ты не до конца раскрылась. Прости меня за то… — Не нужно извинений, Ви. Я не хочу об этом говорить, честно. Можно я вернусь в дом? — Опять? Ты опять закрываешься от меня. — Ты и так все знаешь про меня, что ты хочешь ещё? — Твою душу, в которой есть, о чем поделиться. Я вижу, как ты до сих пор смотришь на того-чье-имя-нельзя-произносить. — А-ха-ха, ты Гарри Поттера пересмотрела? — смеюсь я. — Кстати, да. Недавно смотрела все части, — подхватывает она мое настроение, но тут же становится более серьезной. — Ты же не собираешься вновь… — Нет! — отрезаю я. — Ладно, закрыли тему. Больше мы не заводили разговор о том, что терзало мою душу. Я навсегда решила не открываться людям, и Вия это чувствовала. Если раньше я делились всем, не исключая ощущения той или иной ситуации, то теперь полностью отдалила ее от своих чувств и переживаний. Я не хочу открываться и на это имею полное право. Мы с подругой провели день в саду, пока не стемнело. Как только Вишес и Вия отправилась домой, запах еды, доносящийся из дома, напомнил мне, что нужно питаться хотя бы вечером. К моему удивлению, когда я вкатила свой транспорт в гостиную, Холл-старший в компании Майкла и моей матери о чём-то разговаривали и смеялись. Мне, конечно, хотелось уехать к себе в комнату и принять душ, но попытка побега не удалась. Отчим поднялся с дивана и, оставив на макушке поцелуй, прошел мимо меня, наливая себе виски. Он не пил часто, насколько мне известно, а лишь вечером перед ужином. — Как ты, детка? — спрашивает мама, отрываясь от спинки дивана. — Нога не болит? — Спасибо, не болит. — Дорогой, что решили с учителями? — обращается она к своему мужу, что садится в кресло. — Их накажут? — Пострадала Сара, и на совете решили, что пострадавшие должны высказаться. Майкл тоже был там, и я боюсь представить, если дети свернули себе шеи. — Я не имею претензий к ним. — Сара? — мама смотрит на меня, как будто я ляпнула какую-то глупость. — Ты понимаешь, что могла… — Миссис О’Нил, я тоже не имею никаких претензий к ним, — перебивает ее Майкл. — Если в новом году нам поменяют тренера, это будет полный крах, потому что парни из команды слишком придирчивы и тюфяк, которого поставят вместо нынешнего, сбежит в начале соревнований. — Могу, значит, передать совету ваши слова? — Да. — Да. — Что ж, тогда нужно срочно наполнить свои желудки и отправится отдыхать. Сидя за столом я не обращаю внимания ни на кого и ни на что, за исключением тарелки перед собой. И этому есть причина: Майкл сидит рядом со мной и каждый раз, когда он тянется за предметами на столе, касается меня. Почему спустя столько месяцев я не могу прервать ползущие в голову мысли? А что если я просто схожу с ума? А что делать с тем фактом, что я до сих пор помню всё… Все движения, касания… Все! Я должна научится разбираться в людях и видеть настоящие лицо человека, который пытается приблизиться ко мне. Но, увы, я не владею такими навыками, иначе тогда я смогла бы распознать фальшь. В каждом слове, в каждом движении. Я не знаю, как можно ненавидеть и одновременно… любить? Нет, это бред, я не умею этого. Но… опять это чёртово «но»! Что «но», Сара? Я запуталась. А мое тело не может ничего оставить незамеченным, оно так глупо реагирует на все, что Майкл делает, на то, как смотрит… эти зелёные глаза… что я несу? Выкинь все из головы! Нет ничего! Всё. После ужина я долго нахожусь в гостиной, пересматривая любимый сериал на планшете. Я хотела вернуться в комнату, но серии «Дневников вампира» меня не отпустили. И на словах Стефана пришлось поставить на паузу. «Женщина никогда не забудет свою первую любовь. Независимо от того, насколько плохо она закончилась». Всё желание смотреть дальше испарилось, и я, блокируя планшет, только сейчас понимаю, что в доме стоит полная тишина и никого рядом нет. Основной свет гостиной выключен, горят только настольные лампы, а я перебралась на диван. Убирая плед с ног, решаю, что придется идти ногами до спальни. И в этот момент появляется желание уснуть крепким сном. Поднимаясь, я наступаю на больную ногу, а та почти не болит, и это меня радует. Уже перед лестницей я настраиваюсь на подъем, но шарканье чьих-то босых ног слегка напрягает. — Что не спишь? — я оборачиваюсь на голос Майкла и опять, черт возьми, замираю. Он без футболки в одних серых штанах, что показывают мне этот V-образный интересный вырез. Штаны будто вот-вот спадут. — Вот иду, — отворачиваюсь, скрывая лицо, оно пылает от вида красивых рельефных мышц. — Тебе запрещено же. — Летать я не умею, — продолжая свое движение, я слышу, как он ставит стакан и шаги его приближаются. Инстинктивно разворачиваюсь, когда Майкл уже стоит около меня почти вплотную. — Не смей. — Что именно? — Прикасаться. По сравнению с ним, я такая маленькая. Чтобы посмотреть ему в глаза, приходится задрать голову. Всё бы ничего, но мне жарко, очень. За столько месяцев я забыла, что значит быть рядом с ним вот так близко, невозможно быть такой дурой, чтобы вновь принимать его за человека. — Я ещё ничего не делал, — практически шепотом говорит Майкл, и его хрипотца в сотый раз убивает, он убивает. — Но я хочу спать и поэтому не буду препираться с тобой, — мои ноги отрываются от земли, и по инерции я обхватываю парня за шею. — Отпусти! Майкл, сейчас же! Ты слышишь? — начинаю шипеть на него и, словно от огня, убираю руки, махая ими, потому что невозможно держать их на его теле. — Ты можешь просто помолчать? — Молчать?! — Да. Я ничего тебе не делаю, а всего лишь несу в комнату, и перестань махать руками, — я сжимаю челюсти, пытаюсь отогнать этот хвойный запах геля для душа и нотки его головокружительного парфюма. — Молодец. — Отпусти меня! — Разбудить собралась всех? — Майкл останавливается в коридоре, где дорогу освещают настенные светильники, он смотрит на меня, а я сглатываю, потому что… что? — Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне… — и теряюсь в его глазах, боже, как же я их… люблю. — Серьёзно? — Да. Но он не ставит меня на пол, а продолжает идти дальше, и как только доходим до моей комнаты, он ногой толкает дверь, направляясь к кровати, я не успеваю предупредить его о собранном новом ковре, как с моим писком мы летим на кровать. — Чёрт! Что это?! — я ощущаю тяжесть на своем теле и боюсь открыть глаза, потому что вновь пропаду. Нельзя. — Я забыла предупредить о ковре, что лежит на полу, — открываю глаза, и мои внутренности переворачиваются. Майкл, упираясь руками по обе стороны от моей головы, смотрит на меня. Он так детально изучает мое лицо, что непонятные бабочки начинают порхать в животе. — Не благодари, — его голос охрип, и эмоции начинают переполнять меня. — М-майкл… — я хочу попросить его уйти, но слова застревают в горле, потому что… я сама не знаю, как вести себя. Я вижу, как он сглотнул, словно внутри него идёт борьба. И ведь я тоже борюсь с собой, чтобы не совершить ошибку, но как можно думать, когда он настолько близко? — М? — Прошу… — Что? — Уйди… — и он слушается, а я закрываю глаза, мои нервы сдают, две одинокие слезы скатываются, обжигая кожу.