Часть 49
1 июля 2024 г., 11:00
На мгновение мне даже показалось, что я вернулась на пару лет назад. Снова карнавал, радостные крики, красочные наряды и настолько много людей, что не протолкнуться к центру Каракаса. Я гляжу на праздник народа через окно, не имея возможности выйти. Мне словно снова так мало лет, что я могу раствориться среди толпы, в которой всего три человека. Настолько молода, что ни о каком новьо не может быть и речи.
Я порываюсь открыть окно полностью, чтобы хотя бы послушать что происходит на улицах и представить эти моменты в своей голове, но в тот же момент слышу отрезвляющий лязг кандалов на моих запястьях. Они резко отдёрнули меня от окна, от своей единственной возможности увидеть другую жизнь, и пребольно обожгли едва зажившую кожу рук. Я слишком далеко отошла и даже почти пересекла допустимое расстояние, которое могли дать мне цепи и они показали, что так делать не стоит. Чтобы не издеваться над собой, я полностью закрыла окно шторами.
Я потрясла головой, отгоняя старые воспоминания, наложившиеся на настоящее время и зашипела от боли, присаживаясь на пол. Я не припомню, когда плакала из-за ран в последний раз, но сейчас по какой-то причине у меня защипало в уголках глаз. Я стёрла пальцами катящиеся по щекам слёзы и положила руки на свои колени, чтобы не двигать ими лишний раз.
Прошло всего-то восемь дней с того момента как я стала жить со стальными браслетами на руках, а запястья были разодраны так, будто я всю жизнь жила в кандалах. А может я с самого рождения в них, просто до этого они были невидимы и мастерски маскировались под родительскую любовь…?
— Прекрати думать об этом, — прошептала сама себе я. — Сколько людей сидят, гниют в тюрьмах и годами носят кандалы, а ты не можешь вынести и восемь дней.
Сердце сжималось от каждого подсчитанного дня, но я просто не могла прекратить считать. Цифры сами по себе забивали мою голову и перед глазами вёлся отсчёт до этого дня. Сейчас цифры сменились двумя нулями и я не могла никуда от них деться. Я делилась своими расчётами с Чарой, чтобы она точно знала когда ей стоит начать действовать. А она никогда не останавливала меня и внимательно слушала о прожитых днях, хотя не любила быть в курсе о таких подсчётах. Ты так старалась ради меня.
Мои мысли прервали яркие маячащие пятна, проникающие сквозь шторы и я не смогла не взглянуть на это. Собрав все свои силы в кулак, я встала со своего места, приоткрыла штору и пересела на кровать, чтобы мне было лучше видно.
Несмотря на то, что основной праздник начинается вечером, людям не мешало выходить с красивыми костюмами и масками уже сейчас. Среди такой толпы даже с моего окна можно было легко найти туристов, которые приехали или приплыли посмотреть на самые зрелищные выступления за всё время. Февраль ведь месяц карнавалов, а это означало что целый месяц можно будет наблюдать за подобными красочными вечерами, погружаясь в атмосферу Каракаса.
Сегодня никто не собирался прогуливаться со мной, но я не могла пожаловаться на это. Одна из причин по которой с меня не снимают кандалы — отсутствие большого количества охраны. Они оставили на посту двое стражей и те собираются оставить пост, чтобы тоже сходить на карнавал. Это я услышала через закрытое окно, когда они стояли возле ворот. Глупо вот так раскрывать свои отлынивания от работы прямо у меня под носом.
Если бы не план рэйны, которая не могла дождаться его исполнения, то я бы нашла способ сбежать уже сегодня. Возможно я просто сошла с ума, пытаясь показать Чаре, что она мне не безразлична. Представляю её лицо, если бы мне хватило смелости сказать это вслух. Это наглое, улыбающееся лицо, вызывающее на моих щеках теплоту. Сегодня я могла позволить себе улыбаться.
Прикрыв глаза на одно мгновение, чтобы чуть-чуть отдохнуть, я и не заметила, как уснула. Мне даже ничего не снилось или я просто забыла о чём был этот сон. Перед тем как заснуть я сидела, а вот проснулась уже лёжа, свесив ноги с кровати. Выглядело так, будто я пыталась бежать от своих же сновидений, но усталость не дала о себе забыть и у меня не вышло даже встать. Прекрасный способ, чтобы скоротать время, но ужасный в трате своего времени. Я могла заняться чем угодно и вместо полезных дел выбрала сон. Но я решила не думать об этом, ведь это уже случилось и я не могла винить себя за усталость.
Я обратила внимание на своё окно и небольшую щель между шторами, которую я не закрыла. Судя по шуму с улицы и уже темнеющему небу, что стремительно перекрашивалось с нежно-голубого и розового на золотой с тёмно-синим, настало время вечера. Сегодня погода была благосклонна по отношению к Каракасу и порадовала нас ясным, прекрасным небом. И только в момент, когда я разглядывала его, в моей голове появилось ещё одно воспоминание, но в отличие от предыдущих, оно было не таким уж и давним. У рэйны были какие-то планы на этот день и если уж она поделилась этим со мной, значит наверняка придумала что-то для меня. Оставалось только дождаться её.
Я думала о том, чтобы поговорить с родителями, но ни мамы, ни папы совсем не было слышно, словно их вывели вместе со стражниками на улицу. Вывели, чтобы они открывали карнавал? Или чтобы не смогли помочь мне? Мне стоит отвлечься и для этого я подошла к сумке, чтобы достать книгу. С появлением кандалов мои возможности отдохнуть немного поубавились, но унывать я не собиралась.
Вот только почитать мне удалось совсем немного. На улице происходило что-то интересное и я не могла просто пропустить это мимо ушей.
Услышав посторонний шум, я решительно подошла к окну, чтобы определить источник звука. Казалось, будто кто-то из любопытных туристов подошёл поближе к воротам, пытаясь что-то разглядеть в окнах королевского дома и утолить собственный интерес. Чем ближе я подходила к окну, тем больше и сильнее шуршало снаружи, как если бы это был вор, собиравшийся украсть меня прямо из моей комнаты. В глубине души я надеялась, что это была рэйна.
Я полностью раскрыла плотные шторы и через боль раскрыла окно, впуская лунный свет в спальню. Прежде всего я увидела пустую улицу, мелькающие огни в самом центре Каракаса и волнующееся море. Оно словно звало меня и я опустила глаза, замечая виновника шуршащих звуков пару секунд назад. Снизу вверх на меня глядел красный глаз, горящий словно драгоценное сокровище, а лицо было скрыто под белой маской лисы с красными и жёлтыми полосками.
Чара, оперевшись о раму окна, напугала меня, заставляя одним рывком отшатнуться от подоконника и прикрыть окно тканью, которую я чуть не оторвала. Рэйна засмеялась, заглядывая в моё окно ещё больше, практически залезая в мою комнату.
Я чувствовала как моё сердце пытается выскочить из груди и попыталась отдышаться. Это неожиданное появление по-настоящему напугало меня, но ещё больше меня напугало то, как она оказалась прямо передо мной. Как она сюда залезла? Это был тот самый план, который она не раскрыла мне?
— Кажется, я тебя немного напугала, — она улыбнулась мне, подпирая голову рукой. — Что насчёт романтичной прогулки по украшенным улицам в масках? Или принцесса под домашним арестом?
Я приподняла одну руку, закрытую кандалами, чтобы она сразу могла оценить весь масштаб проблемы. Ожидая её реакции, я прикусила губу.
— Тебе это не понравится, рэйна.
Она посмотрела на мою руку, тяжело вздохнув и еле слышно проругалась. Кажется, если бы не ситуация в которой мы оказались, то она бы продемонстрировала весь свой словарный запас, рассказав всё, что думает о тех, кто меня запер и о ситуации в целом. Сжав раму окна до жалобного скрипа, Чара забралась в мою комнату не без помощи ног. Когда она отошла, мне открылась следующая картина: от земли и практически до моего окна стояли друг на друге пираты. Андайн, оперевшись об стену, держала на своих плечах Метаттона, который схватился за ноги Папайруса с Сансом на плечах. Неподалёку от этой башни из людей стояли Маффет и Азгор с Ториэль. Альфис сторожила возле угла, на случай, если кто-то решит пойти в их сторону. Среди них даже Монстрёнок был. Все они были в масках разных животных и если не присматриваться к ним, то я бы ни за что в жизни и не распознала в них своих амигос.
Я была так рада видеть их, а они, в ответ, радовались мне. Я очень хотела пообщаться с ними и спросить о том, как они, но это было опасно и если кто увидит такую толпу возле замка, то добром бы это не кончилось.
Чара выглянула, оглядывая каждого по очереди. Убедившись, что все в порядке, она кивнула.
— Отличная работа. Дальше действуем строго по плану, никто не геройствует, — сказала она, махнув рукой. — Маски не снимаем, ошиваемся рядом с воротами на случай, если меня здесь увидят.
Дальше Чара закрыла шторы и повернулась ко мне, повернув маску на боковую часть лица.
— Почему ты не снимала эту лисью морду до этого момента? — спросила я, вглядываясь в лицо рэйны.
Она молча подошла, чтобы осмотреть мои руки. Аккуратно приподняла одну из них, взяв мою ладонь в свою и поддела браслет, разглядывая натёртое до крови запястье. Я скривила лицо от боли, но ничего не сказала, чтобы не заставлять её злиться ещё больше.
— Ты же сообразительная сеньорита, неужели не поняла? — Чара лишь на секунду перевела взгляд на меня, а после вернула на руку. — Чтобы если кто-то нас увидит, то не сможет определить кто мы. Удачно получилось, что сейчас у вас маскарад. Иначе пришлось бы придумывать другой план, чтобы забраться в самое гнездо этих бастардос.
Я приподняла её голову за подбородок, улыбаясь.
— Да у тебя же пол лица не видно из-за этой повязки, — я убрала часть волос с её лица, заправляя за ухо. — Тебя если и узнали бы, то только по этому чудесному цвету глаза, лисица. Как же я рада наконец увидеть тебя так близко и иметь возможность прикоснуться.
Чара усмехнулась, глядя на меня снизу вверх.
— Будь у меня возможность, я бы забралась к тебе в комнату ещё в первый день, — она подняла голову, оглядываясь по сторонам. — Ни черта не вижу из-за этой яркой площади. Чего-чего, а освещения для праздника жители не пожалели. А мне ведь интересно узнать совпадают ли мои представления твоей комнаты с реальностью.
Я хихикнула, наблюдая за Чарой, которая щурилась и приглядывалась к темноте. Она будто из лисы превратилась в слепого котёнка.
— Могу зажечь светильник.
— Не стоит. Это может привлечь внимание, — она улыбнулась и убрала маску со своей головы. — Как же давно я хотела это сделать.
Я подумала, что она имеет в виду маску и не успела ничего сказать в ответ, как она занесла руку за голову и одним лёгким движением стянула с себя повязку. Глаз скрытый под повязкой был прикрыт и я уж было подумала, что он отсутствует, как рэйна проморгалась и раскрыла уже два здоровых глаза. Она посмотрела на меня и я вновь почувствовала выпрыгивающее из груди сердце, но в этот раз это было вызвано не страхом. Мои щёки в очередной раз загорелись с такой силой, что мне показалось, будто их жар можно почувствовать на расстоянии.
Чара постаралась смеяться как можно тише и оттого у неё то и дело вылетал кашель, смешанный с захлёбываниями.
— Даже ничего не скажешь? Эх, я надеялась на другую реакцию, — она продолжала смотреть мне прямо в глаза, а я не могла привыкнуть к тому, что она смотрит двумя своими прекрасными глазами. Так необычно было осознавать, что она всё это время просто прятала второй глаз. — Не переживай, состояние шока скоро должно пройти.
Она снова огляделась в моей комнате, только в этот раз прикрыв правый глаз, чтобы лучше видеть в темноте. Я же положила руку на её щёку, теперь уже пристально рассматривая шрам прямо под её глазом.
— Теперь я могу узнать, что с тобой случилось?
Чара усмехнулась, закатывая глаза.
— Как угрюмо. И комплимента не скажешь?
Я провела большим пальцем рядом со шрамом и встала на носочки, чтобы аккуратно и невесомо дотронуться губами до её щеки. Приблизившись к ней, я заметила, что она перестала дышать и даже замерла ради того, чтобы я исполнила задуманное.
— Прекрасно выглядишь, капитан, — произнесла я и стёрла ладонью влажный след на том самом месте, куда я поцеловала её. — Выдыхай, это просто поцелуй в щёку, рэйна.
Чара выдохнула, а я заулыбалась, стараясь не замечать нашего смущения. Её лицо стало краснее и я была уверена, что моё было таким же. Я захотела отвести фокус внимания с нам на мою комнату и уже собиралась развернуться, чтобы показать ей то, что у меня здесь было, как она положила руку на мою талию, поглядывая на мои губы. Я уже наверняка знала о чём она хочет спросить, но ждала, когда она подтвердит это.
— Могу я…?
— Да.
— Я не успела даже задать вопрос, — она захихикала.
— Ты хочешь заставить меня передумать? Тогда перестань оттягивать момент.
Я сжала трясущиеся руки в кулаки, чтобы скрыть волнение и положила их на плечи Чары. Под громкий стук наших сердец, она наклонилась ко мне, чтобы я не тянулась и коснулась горячими губами до моих, словно ещё раз спрашивая разрешения. Положив руку мне на подбородок, она оттянула мою нижнюю губу и прямо в мои губы прошептала как мне следует себя вести дальше и просто расслабиться.
— Перестань читать инструкции, рэйна. Я не безнадёжна, — я прошептала в ответ, чмокая её.
— Я просто хочу сделать этот момент идеальным, — она улыбнулась, припадая к моим губам.
Следующий поцелуй был уже увереннее. Теперь я начинала ощущать возле себя настоящую Чару. Наглую, уверенную в том, что она делает и уже такую родную. Она крепче сжала руку на моей талии, притягивая меня к себе. И мы могли бы заниматься этим весь вечер, если бы не потребность в виде воздуха.
Рэйна отстранилась от меня и глядя на мои подкосившиеся ноги, довольно усмехнулась и усадила на край кровати, продолжая наблюдать за мной.
— Перестань.
Я чувствовала её взгляд на себе и не могла даже спокойно вздохнуть, задыхаясь от нахлынувших эмоций. Положив руку на свою грудь, я ощущала безумно быстрое сердцебиение и могла только догадываться как оно ещё не остановилось от такого.
— Но я ничего не делаю, ми амор.
Она подошла ближе ко мне, останавливаясь только тогда, когда мои колени могли бы упереться в неё, если я решу сомкнуть их.
— Ты прожигаешь меня своим взглядом.
— Я любуюсь тобой. Это разные вещи.
Рэйна сосредоточилась на мне, сверкая рубиновыми глазами в темноте. В один момент она убрала руку куда-то в плащ, пытаясь найти что-то в своих карманах.
— Сначала позволь мне освободить тебя, — она достала ту самую связку ключей, которую я видела в руках у стражника каждый раз, когда он закрывал на моих руках кандалы. Я подняла одну бровь, а она с лёгкостью прочитала в моих глазах нужный вопрос. — К сожалению я не убила его. Он был настолько пьян, что даже не заметил пропажи.
Она наклонилась к моим рукам, ловко всовывая нужный ключ в скважину.
— Как ты узнала, что он связан со мной и что у него есть ключи? А кандалы… ты знала о них?
Я услышала щёлчок на своих руках и облегчённо вздохнула, разглядывая запястья и оценивая масштаб нанесённого вреда.
— Предположила что они и вправду сковали тебя, когда ты сказала, что не можешь спуститься ко мне, но надеялась, что мои чувства меня обманывают, — она сжала челюсть до настолько громкого скрипа зубов, что я смогла это расслышать. — За этим неуклюжим идиотом следил Азриэль и именно он узнал о каких-то ключах. Я подумала, что они могут понадобиться и попросила Монстрёнка одолжить их для меня. Когда эта связка ключей была уже у меня, я только укрепила свои подозрения по поводу кандалов. Вот бы прямо сейчас вырвать их, пристегнуть этого умника к столбу, а ключи вышвырнуть в море, но…
— Не можешь сделать этого, иначе все поймут, что кто-то был у меня?
— Именно. Прости, ми амор, но перед своим уходом мне придётся застегнуть их обратно, — она виновато посмотрела на меня, но я понимающе кивнула. — Важно, чтобы они ничего не заподозрили. Пусть думают, что власть до сих пор в их руках и не напрягаются перед тем, как мы нанесём первый удар.
— Ты даже представить себе не можешь насколько я благодарна тебе сейчас. Спасибо тебе, рэйна.
Прежде всего она ещё раз осмотрела запястья, бережно складывая мои руки на коленях. Рэйна несколько раз поцеловала меня, не позволяя сбиваться с нужного ей настроя. Чара положила руку на моё бедро, наблюдала за реакцией, ощупывая границы дозволенного, а я не могла сказать что-то против. Мне нравится чувствовать её руки на себе и потому я дала ей возможность продолжить, не сказав ничего против.
Чара зарывается носом прямо в мою шею и я съёживаюсь, чувствуя её тяжёлое дыхание. По всему телу бегут мурашки, а рэйна легко и умело управляет ими, чтобы я прочувствовала их по полной. Она расцеловывает всю шею, не пропуская ни единого места, уделяя внимание каждому отрезку кожи, от чего я начала дрожать под ней. Я почувствовала странную пульсацию где-то снизу и сглотнула, смыкая ноги вместе.
— Положи руки мне на плечи, — Чара словно приказывала, нашёптывая мне на ухо, а я без лишних слов поддавалась и выполняла. — Это нормально, — она точно имела в виду то, что я ощущала сейчас. Её рука осторожно прошлась вдоль по моей ноге, заставляя меня успокоиться. — Расслабься, ми амор.
Мои руки легли на её лицо и я притягиваю её к себе, завлекая в очередной не очень умелый поцелуй. Мне хотелось, чтобы она тоже оказалась на кровати, а не стояла передо мной как рабыня. Одним своим коленом она плотно налегает между ног, заставляя меня протяжно выдохнуть. Хихикнув, она пробралась одной рукой в мои волосы, поглаживая по голове.
***
Наблюдая за такой напряжённой, раскрасневшейся и шумно вздыхающей Фриск, я лишь на одно мгновение пожалела, что не встретила её раньше. Всё, что было до неё, меркло на фоне, растворяясь в каждом вдохе и выдохе этой прекрасной сеньориты. У неё не было никакого опыта в подобном, но это легко поправлялось моими подсказками и напоминаниями о том, что ей нужно расслабиться. Ради её же удовольствия, я растягивала каждое своё действие, чтобы она смогла как следует прочувствовать эти моменты и если бы рэйне не понравилось, то я бы остановилась. Слушая каждое прошёптанное «прошу, продолжай, ещё, да…» я сглатывала, позволяя ей вести меня так, как ей казалось нужным. Её золотистые глаза так сверкали, что я могла смотреть в них вечно, но она то и дело прикрывала веки, закатывая их, показывая, что я двигаюсь в нужном направлении и не сбиваюсь. Я проскальзываю языком в неё, на что она активно реагирует, заставляя мои руки сжиматься на её бёдрах и удерживать на месте. Влажный, долгий поцелуй был той самой частью, которой не хватало этой ночи и именно он заставил Фриск вскрикнуть, поддавшись ощущениям и задрожать. Когда всё закончилось, ми амор сначала сильно засмущалась, глядя на меня, но стоило ей прийти в себя и отдышаться, как она полностью утянула меня на кровать и нависла надо мной. — Что ты хочешь сделать? — спрашиваю её, наблюдая за ней и её смущённой улыбкой. — Отплатить тем же, что сделала для меня ты. — Не нужно, ми амор. Мне хватит и того, что ты довольна. Но она не послушала. Фриск пропустила эти слова мимо ушей, показывая все приобретённые за это время навыки, делая этот день лучшим в моей жизни. Не без моей помощи, но она так старалась для меня, что я не могла просто оттолкнуть её, показывая, что я не привыкла к подобному. Всё то время, что я делила кровать с кем-то, ни разу не было такого, чтобы кто-то позволял расслабиться и получить то же, что давала я. Позже мне пришлось искать в её комнате хоть что-то, чем можно было вытереть наши губы и руки. Фриск направляла меня в нужную сторону и благодаря ей я нашла небольшой сундучок с разными платками. Один из них она взяла себе, а два других отдала мне, объясняя это тем, что одним я могла вытереться, а другой был подарком. Лёжа в одной кровати с рэйной, мы обсуждали то, что первым лезло в голову и конечно же не обошлось без истории о том, откуда взялся мой шрам. — Я думала, что ты уже успела собрать кучу информации об этом, — я улыбнулась, поглаживая её по голове. Она поудобнее устроилась на моём плече и хмыкнула. — Ничего подобного. Я слышала только один раз о том, как двое из команды обсуждали какой-то из твоих шрамов и вспоминали, что ты получила его, когда побежала за кем-то. До чего же у этих двоих длинные языки. Стоит разобраться с этим вопросом, когда я вернусь на корабль. — И ты услышала то, что нужно, — я дотронулась до своей щеки, припоминая этот день. — Раньше я считала себя непобедимой, даже бессмертной и потому не особо заботилась о том, чтобы уравнять шансы с остальными. При захвате нашего первого корабля, я на самом деле побежала за пиратом из другой команды, имея при себе один лишь кортик. У него же был какой-то огнестрел. Мне было очень повезло с тем, что он не попал в глаз, ведь там оставалось совсем чуть-чуть. С того момента Гастер частенько напоминает мне о том, чтобы я была осторожнее и не лезла куда не следует, а мне хватило одного раза для осознания того, что я не волшебное существо. Она покачала головой и, положив руку поверх моей, тихонечко погладила по щеке, словно пыталась унять боль, которая уже давным-давно пропала. Как бы мне не хотелось остаться с ней, я не могла наплевать на безопасность Фриск и остальных. План был продуман заранее и я не могла просто отступиться от него и действовать под влиянием эмоций. Меня всё ещё ждали снаружи. Я дотронулась до её плеча и дала понять, что мне пора. Она расстроенно выдохнула и приподнялась с кровати, выставляя перед собой руки. Точно. Мне ведь ещё нужно было заковать её. Я своими же руками должна была лишить рэйну свободы, которую сама дала ей на некоторое время. — Я не буду винить тебя за это, ми амор, — она кивнула мне, улыбаясь. — Нужно вернуть всё, как было до ухода личных перрос Андреса. Усмехнувшись, я сначала поцеловала по разу в оба запястья, а потом осторожно закрыла кандалы. — Осталось немного, ми кариньо, — я взглянула на её улыбку, стараясь рассмотреть каждую маленькую деталь, чтобы как следует запомнить этот момент, — и каждый из них заплатит за все прикосновения и слова в твою сторону. Им придётся хорошо подумать над тем, что они сделали, прежде чем я накажу их. Она положила руки на моё лицо, обхватывая его с обеих сторон и притянула меня к себе, чтобы соприкоснуться лбами. — Лишь бы ты не пострадала, рэйна. На остальных мне плевать. Я вздёрнула брови, а потом усмехнулась. — Слышать бы это почаще. Встав с кровати, я наощупь завязала повязку на глазу и подошла к окну, вглядываясь в темные ворота. Вышедшая Андайн кивнула мне, а я показала, что они могут выстраиваться, чтобы я спустилась. Пока они взбирались на плечи друг друга, я повернулась к Фриск, поглаживая её по щеке. Я не прощаюсь, а даю понять, что точно вернусь к ней, даже если её комнату будут охранять сотни стражников, а вокруг замка построят бетонные стены. — Удачно добраться до корабля, — сказала она, потянувшись за последним, жадным и быстрым поцелуем. — Дай им как следует отдохнуть завтра. Они столько ждали тебя, не имея возможности даже сомкнуть глаз. — Ох, скажешь тоже. Монстрёнок наверняка видит уже сон десятый по счёту, — заулыбалась я, когда Фриск закатила глаза. — Будет сделано, ми амор! Андайн легонько присвистнула, хлопая ладонью по стене замка, чтобы я поторопилась. — Уже представляю как она будет расспрашивать меня о том, чем мы занимались, — прошептала я на ухо рэйне. — Ты не волнуйся, я постараюсь сохранить интригу до того, пока мы не заберём тебя. Чтобы мы вместе смогли увидеть эти алчные и довольные лица. Она тихо хихикнула, прикрывая рот рукой. — Зная её, она догадается обо всём сама, а тебе даже рот не придётся открывать. Мы вместе с Герсоном и Андайн долго обсуждали как именно я буду вылезать и у нас даже была какая-то определённая схема, но на деле я понятия не имела как сейчас выбраться и не переломать кости всем нам. Фриск вызвалась помочь, чтобы подержать меня за руку, но я отказалась, чтобы лишний раз не дёргать её ободранные запястья и уж тем более бесконечно поднимать на трясущиеся ноги. Взявшись за раму окна, я осторожно начала нащупывать ногой стенку, которая помогла бы мне в преодолении расстояния между окном и Андайн. Мухэр поймала одну из моих ног в свою руку и поставила на плечо, ожидая, когда я подам вторую. Кое-как мы все смогли спуститься и уже твёрдо встав на землю, я выдохнула. Я посмотрела в окно и увидела улыбающуюся Фриск, махавшую нам всем рукой. Всё-таки не удержалась и наплевав на боль, вытягивалась так, чтобы все смогли увидеть её. Нужно узнать у Гастера как это подлечить. — Буэнас ночес, амигос! Они радостно завопили, стараясь не шуметь и каждый из них замахал в ответ. — Пора сворачиваться, — я указала руками на ворота, ожидая, пока все выйдут. Андайн тактически отошла ко мне, чтобы как следует расспросить меня обо всём. — Разбудите Монстрёнка, он должен вернуть ключи. Стоило мне произнести это имя, как он уже стоял рядом со мной, гордо выпрямившись. — Я не спал! — он вытянул руки и получил от меня связку ключей, которую я с трудом оставила нетронутой. Хотелось выкрасть хотя бы ключ от кандалов, но непутёвые стражники весь Каракас перевернут из-за пропажи. — Я пойду прямо через площадь, а потом нырну во дворы. Только подождите меня, капитан. Я кивнула ему, а потом указала на кулак с ключами. — Прими подарок за хорошую работу, — он раскрыл руку, замечая конфету. Лицо озаряет улыбка и он в очередной раз благодарит меня. Ради этих моментов я научилась незаметно просовывать мелкие вещи в чужие руки прямо у них под носом. Это каждый раз работало и те, кто был помладше, ярко реагировали на этот трюк. — Так держать. Беги к площади, а мы скоро подойдём. Монстрёнок побежал вперёд, а я кивнула остальным. — Разбились по несколько человек. Идти в спокойном темпе, выбирать витиеватые пути, ни в коем случае не пересекаться друг с другом и как можно больше оглядываться, чтобы полностью контролировать ситуацию в две, три пары глаз. Санс и Папайрус позвали Альфис с собой, а остальные пошли по двое. Маффет взяла за руку Меттатона и они зашагали во дворы, в то время как Азгор и Ториэль медленным темпом двинулись в другую сторону. Андайн осталась со мной. Развернувшись к окну, я надеялась ещё раз увидеть Фриск и моя надежда оправдала себя. Она послала воздушный поцелуй, а я поймала его до того, как Андайн заметила, что я не иду за ней. — Давай же, нам пора, — она нетерпеливо потащила меня за руку за угол улиц, куда никто не пошёл. — Успеешь ещё налюбоваться ею. Мы зашли в пустующие улицы и Андайн в тот же момент показала свою самую глупую и широкую улыбку из всех, что я видела на её лице. Так быстро? Я же даже не смотрела в её сторону. Она засмеялась, хлопая меня по плечу, сжимая их так, словно делая мне массаж, а потом потрясла меня за руку, пока я с недопониманием смотрела на неё. — Герсон же вроде обговаривал, что мы не пьём сегодня, — я почесала подбородок, осматриваясь по сторонам. — У тебя всё хорошо? Выглядишь ты очень странно. Андайн как-то чересчур сильно начала вдыхать и выдыхать, глядя мне прямо в глаз. Кажется, она перевозбудилась, а теперь сходит с ума от количества энергии. — Издеваешься? Да от тебя пахло сексом ещё до того, как ты спустилась на мои плечи! А твои губы! Они зацелованные, опухшие и красные! — почти прокричала она, с трудом сдерживая эмоции. Чёрт. — И я могла бы списать это на совпадение или что-то подобное, но я не слепая. К тому же ты очень сильно задержалась, счёт уже шёл на часы, когда ты подошла к окну! Я жду объяснений. Я и не заметила, как глупо улыбнулась, вспоминая смущённое лицо ми амор, требующей поцелуев. Вытащив из кармана подаренный платок, я двумя пальцами взялась за его край, чтобы продемонстрировать Андайн. Она нахмурилась, не понимая, что именно она должна увидеть. — Она подарила мне платок. — Ага, а что насчёт сближения тел? — О чём речь? Я не позволю себе касаться принцессы. Андайн уже давилась смехом, стараясь не сдать наше местоположение кому-то из местных. Я отошла от неё на случай, если нас и заметят, то надо сделать так, чтобы они подумали, что она не в порядке из-за выпитого алкоголя, а я просто пытаюсь ей помочь. Мухэр догнала меня, едва сдерживаясь от того, чтобы не умереть от неправильных вдохов. — Действительно? То есть сейчас ты так улыбалась одному лишь платку? — я кивнула, бережно складывая его обратно в карман. — Это не объясняет запаха и красных губ. Поэтому тебе стоить рассказать мне, прежде чем я начну кричать так громко, что проснутся вообще все жители Каракаса. Время отчаянного хода, иначе она на самом деле закричит. — Боишься за свои деньжата? Не переживай, без моего подтверждения никто не сможет точно сказать чья сторона победила. Больше всего мне нравилось, что Андайн никогда не отнекивалась, если её носом ткнули в правду. Не было нужды тратить время на разжёвывание простых вещей и сразу переходить к делу. Она лишь раскрыла рот, шокировано глядя на меня. — Откуда ты…? — Ты будто первый день меня знаешь, мухэр. Перестань, — я сложила руки на груди, качая головой из стороны в сторону. — Я в курсе обо всём, что происходит на моём корабле. И о вашем забавном споре знаю. Ты мне хоть скажи какую сторону заняла? Когда дело касается меня и твоих пиастров, я с радостью помогу занять тебе выгодную позицию. — За ваши отношения, — призналась она, почёсывая затылок. — К этому всё и ведёт, а мне остаётся лишь наблюдать за вами. Вы двое хуже Меттатона с Маффет: у них, по сравнению с вами, это было ещё не так очевидно, — она словно оправдывалась передо мной, как нина перед взрослыми за свою маленькую шалость. — Ну так что, как тебе мой выбор? — Не знаю, — пожала плечами, устремляясь к порту. — Это твой выбор, Андайн. — Эй! Ты сказала, что поможешь занять мне выгодную позицию! — Но не обещала же, а значит не солгала. И «занимать выгодную позицию» нечестно по отношению к остальным спорящим.***
Моё тело совсем меня не слушалось, да и мне совершенно не хотелось вставать с кровати, когда в мою комнату вломились стражники, явно встревоженные тем, что один из них так легко мог уснуть в людном месте с моей единственной возможностью выбраться: ключами. Я следила за ними полуприкрытыми глазами, чтобы они не обращали на меня никакого внимания. Они разошлись по разным сторонам моей комнаты, рассматривая всю мебель и каждую вещь, которая могла выдать чужое присутствие. Задумавшись о том, куда Чара могла деть платки, я сделала вид, будто проснулась от постороннего шума. Всё ещё делая вид, что я только-только встала, мне пришлось разминать шею и в тот же момент осматривать кровать, пол и стоящие возле кровати сундуки. Лишь бы они не лежали на видном месте, а там я легко смогу спрятать их. Чисто. Ни единого намёка на разбросанные платки и уж тем более каких-то следов Чары. Когда она только успела их забрать? Стражники кивнули друг другу, а я встала с кровати, стараясь практически не опираться на ноги, чтобы не выдать их дрожь. — Мне кажется или я неясно выразилась в предыдущий раз? — я угрожающе схватилась за цепь, натягивая её для одного мощного удара, который вообще можно было нанести, находясь в кандалах. — Что вы оба тут делаете, пока я сплю? Я ещё тогда дала понять, что не стоит заходить в мою комнату без моего разрешения. Стражник сжал в руках ключ, стараясь внушить мне, что он здесь настоящий хозяин. Расправив плечи, он собрался подойти ко мне, но я ещё раз дёрнула цепь, приблизившись к нему на шаг. — Ты уверен, что нам стоит делать это? Она же сумасшедшая, — шептал второй, но делал это так по-идиотски, что я прекрасно расслышала его. Пока первый неуверенно мялся на одном месте, в дверном проёме неожиданно появились родители, кивая мне. Я улыбнулась им, давая понять, что справлюсь сама, но мой план разрушил этот противный сеньор со связкой ключей. — О! Филипп, не могли бы вы освободить свою неугомонную иху и успокоить? — он швырнул в сторону папы ключи, не принимая никаких отказов. — Нужно убрать это до того как дон появится на пороге вашего дома. Папа сжал ключи в кулаке и расстроенно посмотрел на меня, молча прося прощения за то, что они так ничего и не предприняли против Гарсиа. Я отрицательно покачала головой, чтобы он даже не думал брать на себя вину и он хмыкнул. Приподняв руку с ключом, он всё ещё молча спросил меня: «Могу я снять это с тебя?». Я кивнула. Пока папа шёл ко мне, а я ему навстречу, в коридоре послышались посторонние шаги. Стражники сразу поняли кто это и встали с разных сторон от двери, выпрямляясь и в один момент превращаясь из обычных придурков в настоящую личную охрану того, кто неторопливо шёл в мою комнату. — И вы опоздали с этим, сеньоры, — он постучал костяшками по дверному проёму, заглядывая внутрь. — Что же вы натворили здесь с моей будущей новьей?! Почему она в кандалах? Делает вид, что это не его приказ? Неужели я похожа на глупую сеньориту? Когда он посмотрел на меня, я широко раскрыла глаза, смутно припоминая его. Могли ли мне показаться или он был тем самым сеньором с которым я столкнулась в тот же самый день, когда началось моё приключение? Пробегая между домами, я пыталась переварить услышанное, но никак не могла собраться с мыслями и привести их в порядок. Не обращая внимание на окружающих, я случайно столкнулась с прохожим. Тот непоколебимо остался стоять на месте, а вот я и моя сумка оказались на полу. Ахнув, я подняла спасительный чехол для книги и оттряхнула его, рассматривая со всех сторон, чтобы убедиться, что нигде не появились дырки. Важного вида мужчина поправил мундир и кинул презрительный взгляд на меня. — В следующий раз будьте внимательнее! — он резким движением переместил руку с одежды на шпагу и помедлил её оголять, всё ещё осматривая меня без зазрения совести. — Повезло, что сегодня у меня чудесный день. Так тому и быть, я отпущу тебя, но в следующий раз пощады не жди. Я тихо извинилась перед ним и не задерживаясь на одном месте, поспешила вернуться домой. Мужчина удивлённо приподнял бровь, смотря на то как я продолжила набирать скорость и скрылась за ближайшим углом. Он, кажется, тоже узнал во мне ту самую незнакомку, которая врезалась в него и, не глядя даже в его сторону, побежала домой. Наклонив голову в бок, он хмыкнул и начал подходить ко мне, не обратив на моего папу ни капли внимания. — Стой там, где стоишь, — я одной рукой отгородила спину папы от этого человека. Я не знала, что от него ждать и всё ли хорошо с его головой. — Если ты не увидел, то мой папа снимает с меня кандалы. Твой интерес и ты можете подождать. Мама подойди ко мне. Она посмотрела на меня, а потом и на папу, выполняя то, что я сказала. Наконец папа освободил меня и я смогла уже двумя руками прикрыть родителей за своей спиной. Они оба ахнули, разглядывая мои запястья, а папа, положив руку на моё плечо, покачал головой. — Не переживай за нас, иха, — он вышел из-за моей спины, поравнявшись со мной. — Он не тронет нас в нашем же доме. Андрес спокойно ждал, когда мы закончим и стоило нам с папой замолчать, как он начал: — Филипп дон де Кэмпбелл прав, донья, — он улыбнулся, но это его кривое лицо вызывало во мне только отвращение и ни капли заинтересованности в нём, как в личности. За этими осторожно подобранными словечками и необходимым темпом скрывался отвратительный, злой человек. От Мануэля я успела наслушаться немало историй о нём и ни одна из них не была с хорошим концом. — Я всё-таки пришёл сюда, чтобы познакомиться с вами поближе и обсудить некоторые детали с глазу на глаз. Поэтому я хотел бы, чтобы лишние люди покинули эту комнату и не входили до той поры, пока мы здесь не закончим. Он поправил белоснежную, такую неподходящую этому гнилому сеньору, рубашку и кивнул моим родителям в сторону выхода. — Ты находишься на территории нашего королевства и не посмеешь приказывать им что… Папа взглянул на меня, приободряюще сжимая плечи. — Нам придётся выйти, иначе он так и продолжит стоять на своём, — прошептала мама и погладила меня по спине. — Постарайся не подраться с ним, пока мы находимся где-то вдали от тебя, ми чикитина. Стражники не спешили выполнять приказ Андреса и смотрели друг на друга, не зная, кому из них стоит начать. Тот, что носил с собой ключи, сделал шаг вперёд. — Дон, должен предупредить, что оставаться с доньей может быть опасно. Она пустит в ход кулаки, если ей покажется, что вы действуете против неё. Андрес повернулся к нему и я заметила, что стража задрожала под его взглядом. Он сложил руки в замок и хмыкнул. — А чего вы ожидали, когда заперли донью здесь? Разве не было понятно, что ей нравится свобода? Лучше уйдите прямо сейчас, если не хотите оказаться на её месте. Мне не составит труда сделать с вами то, что вы сделали с ней. Мне показалось странным то, как он говорит. Вроде это были самые обычные слова, но мне казалось, будто он зашифровывает какие-то скрытые слова, чтобы мы ни о чём не догадались. К тому же реакция этих двоих была слишком уж оживлённой, что они поспешили выйти в коридор, смирно дожидаясь моих родителей. Дверь за мамой и папой закрылась, а Андрес почти в тот же момент выдохнул, наигранно стирая со своего лба пот. Он пошарился в карманах и вытащил оттуда небольшую коробочку, держа её в ладонях так, чтобы я не смогла подглядеть. — По случаю нашего первого знакомства, я подготовил небольшой подарок для тебя, — он раскрыл коробок, показывая массивные серьги. Они были наверняка дорогими и только королевские особы могли позволить себе подобные украшения. Не то, на что я бы смотрела разинув рот. Ради этих безделушек, я не собиралась забыть всё, что я о нём знала и кинуться на шею. — Выбирал исходя как из личных предпочтений, так и ваших семейных реликвий с камнями. Нравится? Он совершенно точно издевался надо мной, но прятал это под улыбкой и спокойным тоном. Хотел вывести меня из себя. Серьги хоть и были большими, отлитыми из чего-то, что напоминало красное золото, но вместо рубинов там были розовые камни. Родохрозит. Камень, символизирующий любовь, возвращающуюся бумерангом. Отвратительный самовлюблённый бастардо. Я скрестила руки на груди, приподнимая одну бровь. — Говори, что тебе от меня нужно и уходи из моего дома сразу после того, как закончишь. Заберёшь это с собой. Он отложил коробку на моё кресло и прокашлялся. — В таком случае перейду к делу. Я здесь по вопросу нашей свадьбы и всё, что я хотел бы у тебя узнать, так это дату. Мне же важно выслушивать мнение своей новьи, — он оттряхивает руки, как от пыли, хлопая себя по ладоням. — Твоё решение будет для меня самым важным и только от тебя зависит то, когда эта свадьба состоится. — Хочешь знать моё мнение? Тогда проваливай туда, откуда ты пришёл и забудь о том, чтобы взять меня в качестве своей эспосы, — я сдерживала гнев внутри себя, чтобы не накинуться на него и цедила каждое слово сквозь зубы, ожидая когда яд достанет до него. — Забирай свой подарок, стражей и всё то, что они здесь сотворили и идите туда, куда приведут глаза. — Почему же ты так зла на меня, донья? Это из-за того, что они заперли тебя? Я приму соответствующие меры и накажу их. — Сюда ворвались люди с вашей стороны, стражники позволили себе хозяйничать в королевской доме, ты делаешь вид, будто ни к чему не причастен, а за воротами готовится мятеж и ты ещё спрашиваешь о том, почему я зла? Я не просто зла, я испытываю самый настоящий гнев! — я сделала несколько шагов к нему, переходя в наступление. — Сначала ты просишься отправиться с остальными на поиски, потом заставляешь людей ненавидеть Каракас. И что же мне ждать дальше? Полный захват власти? Или может ты хочешь стереть этот город с лица земли? Он удивлённо посмотрел на меня и спрятал руки за спиной, раскрыв рот. — Я не понимаю о чём ты говоришь. Какие люди, что за мятеж…? Я не сдержалась и со всей силы ударила его ладонью по щеке. — Приди в себя, Андрес! Я не настолько глупа, чтобы не суметь сложить два плюс два. Как удачно «туристы» начали подбивать народ на совершение мятежа, ещё и месяц праздников начался, ещё и ты пришёл неизвестно откуда. Не кажется ли, что слишком уж много совпадений для одной сомнительной свадьбы? Гарсиа приложил руку к месту удара и скривился. Щупая языком свои зубы, он хмыкнул и только сказал: — В таком случае я выберу дату сам, а ты только подожди. Мои стражи оповестят тебя. Он выскочил из моей комнаты, оставляя серьги на том же самом месте, где и положил. Я схватила их, думая о том, что можно было бы с ними сделать и остановилась на том, чтобы отдать их Андайн на оценку, а потом продать в первой попавшейся лавке. А пиастры поделить между своими амиго. Родители зашли ко мне сразу же после того, как Андрес вышел за пределы дома и принялись расспрашивать меня о том, что тут произошло. Мама с моего разрешения подняла мои руки поближе к себе, чтобы рассмотреть раны, а папа встал передо мной, чтобы смотреть мне прямо в глаза. Кажется, он хотел сказать мне что-то по поводу их защиты, но я позволила себе перебить его. — Я не могу рисковать вами и ждать, когда этот… идиот решит ударить кого-то из вас. — А мы в свою очередь не хотим рисковать тобой, Фриск. Ты ведь такая маленькая и так храбро встаёшь перед ним, как перед равным тебе, — папа покачал головой. — Побереги себя, иха. Я упрямо покачала головой. — Я ведь не сидела сложа руки, пока была вне дома, — сжимая и разжимая кулаки, я чувствовала как злость понемногу растворяется, не оставляя после себя ничего. — Со мной занимались три самых лучших учителя из всех учителей на свете. Я смогу постоять и за себя и за вас. Не надо пытаться уберечь меня от того, кого я ударю первая. Я рассказала им о том, что тут произошло и на моменте с ударом они удивлённо посмотрели на меня, а потом друг на друга. Родителям с трудом верилось, что я такая хрупкая и совсем маленькая в их глазах сеньорита, смогла даже просто поднять руку против дона. — Но кто и чему тебя там учил? Нам казалось, что ты просто помогала пиратам с их работой и за это они и не трогали тебя, — мама взяла меня за руку и посмотрела в глаза, ожидая ответов. Папе тоже хотелось узнать об этом, но я не знала, стоит ли рассказывать им вообще всё, что происходило на корабле и не обернётся ли мне моя разговорчивость бедой. — Пираты обучают только тому, что непременно понадобится в жизни и то, что происходит сейчас, только доказывает это. Я указала глазами на дверь, надеясь, что они поняли что я имею в виду. Нас могут подслушивать, а знать о моих навыках врагам не стоит. Папа кивнул мне, а мама погладила меня по волосам. — Мне нужен Энрике. Я хочу пройтись по улице хотя бы раз, когда идут карнавалы. Сказать им о Мануэле я не могла, ведь эти стражников могли предупредить о человеке который внезапно пропал, хотя Андрес никого отдельно от экипажа не отпускал. Да и я не должна знать никого с таким именем и мирно гулять с главнокомандующим. Папа пообещал, что Энрике скоро придёт, а потом забрал маму с собой, сказав, что мне стоит немного отдохнуть и побыть одной. Не понимаю с чего вдруг он подумал, будто я устала от их компании, но ничего против не сказала. У меня появился ещё один шанс поискать свои потерянные платки, но в этот раз уже внимательнее и тщательнее пройтись по всей комнате. Мне не давало покоя их местонахождение и я совершенно не помню чтобы Чара забирала их с собой. Этот момент был для меня покрыт туманом, словно я совсем не присутствовала тогда, а только наблюдала со стороны. Я говорила ей что-то? Что вообще произошло после того, как я сказала ей, где лежат эти платки? Я смутилась своих же мыслей о той ночи и заняла себя поисками. На кровати и полу ничего. За сундуками пусто и в карманах только пыль. В остальных платках тоже ничего. Мне нужно было спросить рэйну об этом. Дверь хоть и не была прикрыта, Энрике всё равно постучался и дождался моего ответа, а только потом зашёл. — Рад видеть вас без этих цепей, донья! Вы добились того, чтобы их сняли или у этих людей прибавилось храбрости? — Захотели снять до прибытия Андреса. Будто не он отдал приказ надеть их на меня. Я усмехнулась и сказала, что мы можем идти. Энрике лишь единожды поинтересовался тем, как я себя чувствую и что думаю об этом Гарсиа. После моего красноречивого взгляда и сжатых кулаков, он проглотил остальные вопросы и молча повёл меня за ворота. Рассматривать украшенные улицы было некогда и я неслась вперёд, за пределы видимости наших окон, чтобы попросить Энрике передать меня Мануэлю. Я могла бы пойти и с ним, но боялась втягивать в эту непростую ситуацию ещё одного невиновного человека. Он понимающе мне кивнул, чтобы не упоминать сбежавшего Мануэля и пошёл вместе со мной к площади. — Вам стоит перевязать свои запястья, донья. Я могу попросить его о том, чтобы он помог вам с вашими ранами. Только скажите мне и я всё устрою. — Не нужды, Энрике. Я смогу пережить это. — Дело ваше. Я лишь беспокоюсь о ваших руках. Мне показалось, что это весьма больно и хоть какая-нибудь защита открытых ран исправит ситуацию. Мы как раз подошли к одной из улиц, откуда к нам уже шёл Мануэль с ещё одним человеком. Вероятно, это был его амиго с которым он сбежал. — Спасибо за заботу, — я улыбнулась ему и кивнула. — Я подумаю над тем, чтобы перевязаться. Мануэль с сеньором поздоровались со мной, а потом сказали Энрике, что я буду в надёжных руках. Когда он удалился, я повернулась к сеньорам и указала головой на пустующий переулок. — Поговорим? Я бы хотела узнать о том, кто вы, сеньор. И лучше сделать это перед тем, как мы выйдем в толпу. Он согласно кивнул, а Мануэль уже по привычке сравнялся со мной, чтобы идти туда, куда я его поведу. Сеньор удивлённо раскрыл глаза и дёрнул Мануэля за локоть, видимо поражённый тем, что он идёт со мной наравне. Я же засмеялась, качая головой. — Не переживай, он не обидит меня тем, что идёт рядом со мной. Наверное он вам не рассказал, но мы уже не первый раз будем прогуливаться и это у нас нормально. Он охнул и убрал руку от Мануэля, а потом с моего разрешения встал с другой стороны. — Я Бернардо. Моё имя вряд ли что-то говорит вам, но я состою в королевской страже. Не как Мануэль, — он почесал затылок, явно смущённый чем-то. — Но я знаю о том, кто он, поэтому мне можно доверять. Я хочу помочь вам. — Приятно слышать, что мой небольшой побег так сказался на остальных. Попрошу не обращаться ко мне на вы. Всё что мне от вас двоих нужно, так это наблюдение. За мной не должно быть хвоста, пока я иду туда, куда мне нужно. Мануэль положил руку на подбородок, приподнимая бровь. — Собираешься сбежать? — Совершенно неверно. Этим я только заставлю этого человека побегать за мной ещё раз, а мне хватило и одного раза. Мне нужно встретиться со своей командой, пока у меня есть такая возможность. — Кстати о нём. Ты уже виделась с ним? — поинтересовался Мануэль, ненароком оглядывая меня. — Не напоминай мне об этом бастардо. Перед глазами до сих пор его наглое лицо. Я рассказала и им о том, что случилось в моей комнате, не упуская ни единой детали. Мануэль и Бернардо слушали, разинув рты и качали головами. — Каков хитрец! С нами он не был так добр. Да мы столько получили от него! Только и думали о том, как столько злобы вмещает в себе один человек, — ругался Бернардо, а мы с Мануэлем не перебивали его, чтобы он мог выпустить пар. — Кто бы мог подумать, что он может проглотить свою злость и даже ничего не ответить на тот удар. — Надо удивляться тому, что я не убила его, когда он достал эти серьги, а не тому, что он не поднял руку на меня в ответ, — я достала коробочку с серьгами, сжимая её в кулаке. — Использовать родохрозит в качестве подделки рубина! Это насмехательство над моей семьёй. Мануэль плюнул куда-то в сторону, злобно пыхтя. — А я бы не сдержался. Подсовывать такие камни с довольной улыбкой — отвратительно. Ещё и сказал, что это камни ваших семейных реликвий! Так я провела их по переулку и вышла на площадь где уже ходили местные. Обсудив план с сеньорами, они разошлись по разные стороны, а я вгляделась в толпу. Среди нескольких людей я заметила знакомую макушку, но не могла понять обманывают меня глаза или нет. Казалось, что из стороны в сторону бегает Монстрёнок. Прежде чем подойти, я начала рассматривать и остальных. Как оказалось совсем рядом с ним был Азриэль, который помогал что-то чинить, а возле столба встали Меттатон с Альфис. Неужели они все здесь? Мне это кажется? Глазами я искала её. Чара должна быть здесь. Незнакомцы, туристы, пьяницы, уйма разных людей. Значит она была не на крае, а в самой середине толпы. Мои глаза зацепились за что-то красное и я уже шла по направлению к этому чему-то. Приближаясь к центру, я продолжала искать глазами и наконец уже отчётливо видела перед собой красный глаз. Она тоже заметила меня и почти бежала в мою сторону. Соединившись со мной, она смогла лишь обнять меня, пытаясь отдышаться. — Что ты здесь делаешь, ми амор? — прошептала Чара, осторожно дотрагиваясь губами до моего лба. — Тебе дали прогуляться одной? — Не смеши. Я попросила у родителей, чтобы стражник прогулялся со мной, а потом от него ушла к Мануэлю и Бернардо. — И где они сейчас? — Как угрюмо. Не хочешь спросить как я? — припомнила ей я и заулыбалась. — Попросила понаблюдать со стороны, чтобы за мной не потянулись незваные гости. Если бы не Монстрёнок, которого я разглядела, то уже ушла бы к кораблю. Чара засмеялась и потрепала меня по голове. — Как умно. Ты молодец, ми амор, — она взяла меня за руки и поглядела на запястья как в первый раз. — Надо с этим что-то делать. Пойдём к Гастеру. Я вскинула брови, а рэйна повела меня за собой. — Он тоже здесь? Она махнула рукой, загадочно улыбаясь мне. — Кого здесь только нет, кариньо. Гастер был даже не на площади, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Он обходил остальных стороной и держался рядом с Герсоном. Из-за количества знакомых лиц мне начало казаться, что Чара выпустила всю команду разом, но это было похоже на глупость. Я не могла понять чём был её план и был ли планом вообще. Герсон заулыбался и подтолкнул Гастера, чтобы он тоже увидел меня. Повернувшись, он кивнул мне и сразу принялся за осмотр ран. — Откуда он узнал про мои руки? Чара похлопала меня по плечу, а потом положила туда свою голову. — Я готовила Гастера к тому, что тебя придётся подлечивать на ходу. Только он не знал, что ему стоит взять из аптечки, поэтому я рассказала о кандалах. В подтверждение слов рэйны Гастер молча кивнул, доставая небольшую склянку и поливая её содержимым мои раны. Герсон же взял на себя ответственность за то, чтобы мне было не так больно переносить щиплющий эффект лекарства. — Вот видишь о чём я говорил, чикита, — он подул на мои руки, улыбаясь. — В тебе есть настоящая сила и заключается она в том, что ты продолжаешь бороться несмотря ни на что. Посмотри на себя со стороны! Ты смогла даже выбраться сюда и всё ещё не думала унывать или опускать руки. Гастер аккуратно обматывал мои запястья по кругу и что-то нашёптывал себе под нос. Слов было не разобрать, да и я не хотела пытаться. Голова рэйны всё ещё находилась на моём плече и я с трудом сдерживалась, чтобы не заулыбаться. Внимательно наблюдая за работой Гастера, она словно боялась, что он может навредить мне. После вчерашнего мне хотелось получить от неё как можно больше нежностей, но вокруг было настолько много знакомых и незнакомых людей, что даже обниматься было очень смущающе. — Напомните мне, почему мы не можем просто уйти сейчас вместе с Фриск? — он приподнял одну бровь, закрепляя бинты как можно крепче. — Ах да, мы же ещё не устранили этого заигравшегося в короля мира нино. Не понимаю, почему ты ещё не сделала этого сама. Я усмехнулась, разглядывая перебинтованные руки. — Ждала, когда ты починишь меня. С больными руками и удар будет слабее. А мне бы хотелось вложиться в него за всех вас, — сжав руки в кулаки, я уже представляла какое лицо будет у него после нашего шага. — Чего стоит только злость Андайн. Чара засмеялась, а Герсон сложил руки на груди, улыбаясь. — Тогда тебе придётся забить его до смерти голыми руками, ми амор! Я кивнула, наблюдая за тем, как на лицах этих троих росли кровожадные улыбки, а в голове уже, скорее всего, зрели самые разные планы по уничтожению одного и того же человека. Если бы никто не нёс ответственность за меня, то я бы с удовольствием осталась с этими людьми на всю ночь. Вот только Энрике и Мануэлю с Бернардо пришлось бы нелегко из-за одного моего желания. Энрике точно досталось бы, а что могло случиться с двумя остальными сеньорами — не хотелось даже думать. Поэтому я провела с командой столько времени, сколько было выделено мне в обычный день и в конце концов отправила Мануэля и Бернардо по своим делам, предупреждая о том, чтобы они были осторожнее и остерегались любых стражников на своём пути. Андрес больше не появлялся на пороге нашего дома и я даже успела забыть о том, зачем он здесь, продолжая выходить каждый день на улицу и празднуя со всеми остальными. Чара всегда встречала меня на площади, Мануэль нашёл побольше людей для того, чтобы контролировать все улицы, о мятеже больше не было никаких новостей, а Энрике сам приходил за мной в одно и то же время. Всё было хорошо, пока в мою дверь не постучали. Я раскрыла дверь и увидела перед собой одного из людей Гарсиа. Неужели…? Он прокашлялся и выпрямился, собираясь оповестить меня об этом. Пока он собирался, я уже поняла зачем он тут и сжала руку на двери, пытаясь прийти в себя. — Дон Андрес де Гарсиа попросил меня сообщить вам о том, что он выбрал дату свадьбы.
