С ней...

— Да, — Свон ответила не сразу. Только на пятый подряд звонок, Эмма подняла трубку. — Эмма, мне только что Реджина сказала, что вы расстались, ты как? — Алисия не знала, как лучше задать этот вопрос, поэтому просто спросила. — Мы не расстались! — сразу отозвалась Эмма, — это глупости какие-то. У нас всё хорошо. — Эмма, но она категорична. Она сказала, что с её стороны все решено, — Мирол говорила спокойно, совершенно не понимая что ей делать. — Я это понимаю. Но не хочу с этим мириться. Я поговорю с ней, — Эмма стойко держала слёзы при себе. Девушка сидела в подъезде. В квартиру попасть она не смогла. Эмма сразу поняла, что Миллс поменяла замки. Но от разговора это её не спасёт. — Подруга… — Алисия покачала головой. Она переживала из-за случившегося между начальницей и Эммой. Когда все начиналось, она была против, но потом поменяла своё мнение, а сейчас Реджина доказала, что Мирол была права, и Свон нельзя было быть с Реджиной. — Она так просто от меня не избавиться, — Эмма говорила категорично. — Может ты ко мне сегодня приедешь? Если что звони, я сама приеду. Эмма, пожалуйста, не будь одна, помни, что у тебя есть я. — Я её жду. Знаешь, она замки на двери поменяла. Люблю её за быстроту реакции, — послышался нервный смешок. — Ты же понимаешь что это серьёзно? Может тебе сейчас поехать ко мне? Отдохнешь, поешь, а завтра или послезавтра вы встретитесь. Она остынет, ты подумаешь, — Али понимала что Реджина своего решения не изменит. — Нет. Я буду ждать её здесь! — громко отозвалась Эмма. — Хорошо, — выдохнув сказала Али, — если что, звони! — Да. Хорошо, — Эмма отключилась. У неё не было сил на разговоры. Положив телефон рядом с собой на лестничную площадку, Эмма откинулась на холодную стену и прикрыла глаза. Она вновь думала. Думала, что скажет, что ей ответят. Свон проворачивала различные варианты и не заметила, как через какое-то время вырубилась. Организм требовал восполнения сил и ему оказалось все равно, что хозяйка сидит на холодном, жестком, неудобном полу подъезда. Реджина не стала задерживаться на работе, она хотела собрать вещи Эммы, чтобы окончательно дать понять, что все кончено. Но такой картины она не ожидала увидеть. Её любимая, обняв себя руками, спала на холодном, грязном полу. Миллс присела на корточки и несколько минут просто любовалась, но понимала, что нужно разбудить. Она выдохнула и дотянувшись до колена блондинки, потрясла за него. — Эмма. Свон, просыпайся, — она говорила обычным голосом, можно сказать деловым. — Мм… Реджик, еще совсем минуточку… — просыпаясь, Эмма не сразу поняла, где находится. Она очень милым, сонным голоском попросила у любимой время, как обычно так делала с утра. — Эмма, ты лежишь в подъезде. Если хочешь, конечно, лежи, — Реджина встала ровно, — поднимайся. Свон открыла глаза. Ей потребовалось порядка минуты, чтобы сознание пришло в норму, и она поняла, что происходит. Девушка медленно поднялась на ноги. — Я не заметила, как заснула. — Отряхнись, — Реджина открыла дверь новым ключом. Мастер сработал очень быстро и качественно. — Хорошо, — Свон сделала так, как сказала Миллс, а только потом зашла следом. Она не хотела больше играть. Желание серьезно поговорить без истерик и прочего превышало. — Зачем ты поменяла замки? — Чтобы только я могла контролировать твое появление в своей квартире, — пояснила брюнетка войдя в квартиру, — я хочу, чтобы ты понимала, что я не играю. — Я не согласна с твоим решением и требую объяснений, — Свон включила взрослый режим, заковывая боль глубоко внутри себя. — Проходи, — Реджина действительно надеялась на взрослый разговор — Жди в гостиной, — сказала Эмма и пошла сначала в ванную. Ей нужно было умыться после часов проведенных на полу подъезда. Реджина решила сделать так, как попросила Свон. Брюнетка не стала курить и наливать себе виски, желая, чтобы у нее был чистый разум в момент этого разговора. Эмма не стала оттягивать время. Она действительно помыла руки, умылась, еще раз отряхнула одежду. И только потом вернулась в гостиную. Эмма не стала садиться, ожидая, что ей скажет Миллс. — И… — Реджина вскинула брови, ожидая как раз обратного. — Я слушаю. Объясняй, — Эмма сложила руки на груди. Она решила поменять поведение, она это делает. — Я хочу с тобой расстаться, — сказала Миллс, совершенно не понимая поведение Эммы. — Причины, — коротко потребовала Эмма, прожигая Миллс взглядом. — Ты молодая, твой отец мой партнёр, твое поведение в пьяном состояние отвратительно, а самое главное я поняла, что тебя не люблю. Последняя причина задела Эмму за живое. Сильно. Так больно, что она схватилась за грудь. — Ты врёшь, Реджина, — только после того, как Эмма сделала глубокие вдохи, она смогла говорить. — Я ни разу тебе не говорила, что люблю тебя. Почему ты думаешь обратное? — брюнетка с интересом смотрела на Свон. — Потому что иначе ты не пустила бы меня жить в свой дом, — парировала Эмма, так и держась за сердце. Она резко заболело, и это было не только морально. Эмма испытывала физическую боль. — Ты с детства была очень близка мне, и тот мой шаг, тогда на яхте, я считаю ошибкой. Я не сдержалась, дав тебе надежду, именно плоды той ошибки, я пожинаю в данный момент, — Реджина откинулась на спинку дивана, — Эмма, я не хочу дальше играть в эту игру. Ты хочешь большего, я этого не хочу. Давай расстанемся по хорошему?! — А давай ты скажешь, как мне измениться, и я сделаю это для тебя. Вернее для нас. Реджина, все эти годы ты не можешь считать ошибкой. Ты была счастлива со мной. А я с тобой, — Эмма не могла больше держать сдержанность. Она села рядом с Миллс, но не трогала её, — ты сейчас играешь. И я не понимаю зачем. И почему так резко. Не было ни единой предпосылки к этому. Ни одного скандала или ссоры. — Когда я была в отпуске, я встретила девушку… Женщину. Настоящую. Ту, которую всегда хотела видеть рядом с собой, — Реджина била по самому больному, ей и самой было больно от этих слов, — Эмма, я не люблю тебя, пожалуйста, отпусти меня, — Миллс никогда бы в жизни не смогла пойти на то что она сама просит у Эммы. — Нет, — Свон вновь ощутила соленые дорожки на щеках. Эмоции в очередной раз брали верх, — какая еще женщина? Кто она такая? — Ты сейчас хочешь, чтобы я тебе все рассказала, а ты как мстительница поедешь ее убивать? Эмма, хватит! — Реджина повысила голос, — я все сказала. Поэтому прошу, собери свои вещи и освободи квартиру! — Нет! Я так не могу, — Эмма схватила Реджину за руку и стала целовать. Девчонку вновь накрывала истерика, — прошу тебя… Отмени свое решение. Я люблю тебя. Как я больше никто не сможет тебя полюбить, — Эмма встала перед Миллс на колени. Она была сломлена этим решением любимой. Ей была невыносима мысль, что она её потеряет. Свон думала, что не сможет это пережить. Она не хочет жить без любимого человека, — умоляю тебя… — Хватит! — Реджина вскочила с дивана и вырвала руку из рук любимой, — мне надоели истерики! Я приняла решение и отменять его не собираюсь, — брюнетка сдерживала слезы, но они предательски заполняли глаза. Миллс как могла держала маску равнодушия и злости. Она повторяла только одно «Эмма, тебе нужно это пережить, потом будет проще». — Я люблю тебя. Люблю. Она недостойна тебя. Она не сможет любить тебя также, как я. Реджи, пожалуйста… прошу… пожалуйста… — Эмма захлебывалась. Она вновь валялась на полу. На коленях, перед Миллс. Свон было всё равно как выглядит со стороны. Она грела надежду, что может уговорить любимую подумать. Эмма не хотела принимать тот факт, что её жизнь окончательно рухнула. Она всю свою сознательную жизнь любила Миллс. И так просто смириться с потерей оказалась не в состоянии. Гордость упала ниже плинтуса, когда Свон поползла на коленях к Миллс, желая обнять её ноги и вновь продолжить умолять. Реджина не могла позволить чтобы Эмма так унижалась перед ней, это было выше её сил. Очень трудно видеть любимого человека в таком состоянии. — Эмма, хватит! — крикнула Миллс, хватая Свон за руку и начиная поднимать, — успокойся! Приди в себя, — когда Свон выпрямилась, брюнетка перехватила девушку за плечи и начала трясти, — поднимайся. Что ты устраиваешь? Я не изменю своего решения. Тебе нужно его принять. Брюнетка отпустила Эмму и отошла от нее, на ее глазах тоже были слезы, ведь разрывая сердце любимой, она разбивала на мелкие кусочки своё. Свон упала на диван и сложилась пополам. Не в силах тихо плакать, Эмма зарыдала и несколько раз взвыла. Она не верила, она не хотела принимать этот факт. Она не хотела мириться с этим решением любимой. Она не хотела её терять. — Я понимаю, что друзьями мы остаться не сможем, ты не сможешь. На некоторое время тебе вообще стоит не видеть меня, — Реджина стояла рядом с диваном. Её единственным желанием было только одно, встать на колени и попросить прощение за все, что она сказала, но она не могла. Реджина знала, что её смерть ещё больше разобьёт ей сердце. — Ты должна знать, что ты мне дорога, но отношений между нами больше никогда не будет. Эмма не могла ничего даже ответить. Она ревела, выла, и не хотела мириться с реальностью. Реджина же больше не могла это наблюдать. Она ушла из гостиной и заперлась в своей спальне, оставляя Эмму справляться с горем самой. В три часа ночи в дверь квартиры Алисии позвонили. Это была Эмма. Её опухшее лицо, красные от порванных капилляров глаза, потрёпанная одежда и прическа кричали о том, что ей нужна помощь. — Эмма, — Алисия открыла дверь и увидела подругу. Ей было все равно сколько сейчас время. Она сразу ее обняла и прижала к себе, — пойдём, — она начала втягивать девушку в квартиру. Мирол предполагала, что именно так все и будет. Свон молча проследовала туда, куда её тянули. Из неё были выжиты все соки. Единственным её желанием было заснуть. И лучше не просыпаться в реальности. Алисия посадила ее на диван, — я сейчас тебе успокоительного накапаю, — девушка видела в каком состоянии подруга и из-за этого она ненавидела Реджину, которая по ее мнению так жестоко поступила. Она побежала на кухню. Эмма легла и обняла коленки. Она закрыла глаза и сделала вид, что заснула. Ей не хотелось ни капель, ни воды. — Эм… — Алисия выдохнула подойдя к Эмме. Она поняла, что девушка не спит, но говорить ничего не собиралась. Она поставила стакан на столик рядом с диваном и накрыла ее тоненьким пледиком. Свон заснула только тогда, когда Алисия ушла на работу. До этого момента она и вновь плакала, и в очередной раз ругала себя, потом жалела и так по кругу, пока организм не сдался и не отправил её в царство Морфея. — О, красота. Ты меня опять игнорируешь! — воскликнула Нелли в телефонную трубку. Она дозванивалась Миллс и вечером, и утром, и днём. И только ближе к концу дня Реджина сдалась и ответила на звонок подруги. — Нелли, ты решила оборвать мобильную сеть? — фыркнула Миллс в трубку, — что такого важного, что ты звонишь каждые полчаса?! — Как это что? Волнуюсь я, знаешь ли. Я беременна, ты помнишь? Мне важно всё контролировать! — возмущалась Ван, — а ты засранка такая, думаешь в шутки играем. Не тут-то было. — Ладно, ладно, я поняла, — Реджина поняла, что скрыться в своём маленьком мирке ей не удастся. — А теперь рассказывай. Как прошел день. Вчерашний, позавчерашний, сегодняшний, — Нелли не могла сказать, что чувствует, как Миллс плохо на расстоянии в тысячи миль, но что-то сравнимое с этим присутствует. — Отвратительно! Мне плохо без неё и мне плохо от того, что ей больно. Я знаю, что делаю как лучше, но мне больно! — Реджина тоже как и Эмма плакала постоянно. Она плохо спала, практически не ела. Расставание с любимой ей давалось очень трудно. — Ты сделала выбор. И тебе придётся ему следовать. Самое болезненное вы обе уже пережили. Разговор прошел, вещи её забрали, замки поменяны. Реджи, время вылечит её, — Нелли не стала напоминать Миллс, что против её решения. Ван будет поддерживать подругу, как бы она не поступила. — Да понимаю я все это, — сказала Миллс, повысив голос, — я все вынесу, мне уже все равно, мне больно от того, что ей больно, — брюнетка заплакала, — нужно ее отвлечь. — Не реви. Ты сильная. А значит справишься. Да и она еще молодая девчонка. Через месяц, может два успокоится и начнёт жизнь заново. Не трогай её. Пусть живёт. Миллс начала вытирать слезы, — ты права. Я не могу раскисать, у меня не так много времени для этого. Я должна все успеть. — Ты должна начать лечение, помнишь? Ты не можешь думать только о том, что скоро умрешь. Это было бы эгоистично. И я этого не потерплю. — Через два месяца у меня терапия и обследование, до этого момента я должна многое успеть. Ты же помнишь, что сказал врач. Моя опухоль непредсказуема. — Поэтому не стоит оттягивать, — Нелли считала, что два месяца это слишком много, чтобы ждать, — можно и через месяц пойти в клинику. — Нелл, я посмотрю по обстоятельствам, — Реджина не хотела об этом говорить, — я знаешь, что подумала, может Эмму свести с Колином? Он красивый, добрый, и у них много общего. — А давай ты не будешь больше лезть в её жизнь? И тебе и ей так будет проще, — считала Ван. — Я просто направлю его в нужную сторону, а потом уйду в сторону. Я хочу быть уверенна, что она будет счастлива, — Реджина наоборот загорелась этой идеей. — Если она узнает, что за этим стоишь ты — она не будет с ним счастлива. — Она не узнает, — уверенно сказала брюнетка, — слушай, давай я тебе потом перезвоню, у меня встреча. — Вечером! — категорично отрезала Нелли, — сегодня вечером! — Хорошо, — выдала Миллс и сбросила звонок, сразу находя и набирая номер Колина. — Привет, Реджина. У тебя всё в порядке? — Колин беспокоился после вчерашнего разговора с Эммой. Сегодня Маккартни не общался со Свон. Эмма не приехала в галерею и не отвечала на звонки. — Нормально. Мы можем встретиться? Мне нужно с тобой поговорить, — Реджина говорила спокойно и уверенно. — Да. Я могу прямо сейчас приехать, — Колин уважительно относился к Реджине. И он хотел всё узнать про Эмму и их отношения лично у неё. — Давай тогда в ресторане «Сапфир», через полчаса, сможешь? — Реджина была готова прямо сейчас встретиться с парнем — Да. Конечно. Уже выезжаю, — Колин сразу пошел по заданному маршруту. Она так же сразу прихватив свою сумочку, пошла на встречу. Реджина через двадцать минут была на месте. Она все же решила поесть, хоть и не хотела, но желудок уже ревел как раненный слон. — Приятного аппетита, дорогая, — Колин улыбнулся Реджине. Он поприветствовал её поцелуем в щеку и сел напротив. — Спасибо. Привет, — Миллс улыбнулась, — будешь что-нибудь? — Да, пожалуй. Мне тоже самое, — Колин посмотрел на подошедшего официанта. Тот кивнул и ушел. — Ты же уже знаешь про наше расставание с Эммой?! — уточнила брюнетка, зная, что это так, но начать разговор было с чего то нужно. — Я вчера разговаривал с Эммой. Сегодня в галерее её не было. Я убеждал её, что ты несерьезно и просто зла на её поведение. Реджина, расскажи мне. Что случилось? — Колин не мог винить Миллс, не разобравшись в ситуации. — Мы действительно расстались, — Реджина отвела взгляд, — я её бросила и честно могу сказать мне тяжело далось это решение. Но я считаю, что мы не пара, разница в возрасте, да и мне сейчас нужно думать о другом. Я очень хочу, чтобы она была счастлива. — Почему ты приняла такое кардинальное решение? Мне казалось, вам хорошо вместе. Она по крайней мере без умолку о тебе говорит, — Колину было важно знать, чтобы помочь обеим девушкам. — Я шла к этому решению не один день, и оно мне очень трудно далось. Но изменять я его не намерена. Я не смогу дать ей того, чего она хочет. — Я не буду убеждать тебя, что ты не права, — Колин дотянулся до руки Реджины и накрыл её своей, — я люблю тебя как родную. Но знаешь, мне нужно знать, почему ты решила, что не дашь ей того, что она хочет? Она же любит тебя такой, какая ты есть. — Колин, пожалуйста, не нужно… — Реджина посмотрела в сторону от Колина, — я позвала тебя сюда, чтобы поговорить, — Миллс вернула взгляд на парня, — нравится ли тебе Эмма? — Почему вдруг такой вопрос? — Колин не понимал. — Я очень хочу, чтобы Эмма была счастлива и быстрее забыла меня. И я очень хорошо знаю тебя. Ты добрый, милый, и если она тебе нравится, пожалуйста, помоги ей. — Ты хочешь свести нас вместе? — Колин удивился. — Если можно так это назвать, — Миллс освободила руку и закурила. — Я очень хорошо знаю Эмму. Тебе просто нужно будет узнать некоторые факты. Я не собираюсь вас сводить, это будет исключительно ваше дело, просто я очень хочу… Мне нужно, чтобы ты ее поддержал, был ей другом и плечом. — Я понял тебя, Реджина. Я поддержал бы её и без твоей просьбы. Она мне не безразлична. Но до сегодняшнего дня я даже не думал в этом направлении. — Подумай. Ей сейчас очень понадобится сильное плечо рядом. После моего поступка, она растоптана и подавлена, — Миллс было очень трудно говорить это и собственноручно давать карт-бланш, но она считала, что это будет лучший выходом. — Я не буду пользоваться случаем. Я помогу и поддержу, как друг. А в дальнейшем она сама решит, как быть, — Колину тоже было трудно. Он, конечно, желал начать отношения с Эммой, но не таким образом. — Спасибо, — теперь Реджина взяла Колина за руку, — спасибо тебе. Ты настоящий друг, и я знаю, что именно тебе я могу доверить ее. — Мне очень жаль, что у вас не сложилось. Вы обе мне дороги, — Колин говорил серьезно, сжимая руку Миллс между своими. Реджина не хотела плакать при Колине, ведь это могло разрушить все. Для брюнетки было важно, чтобы все было, как она запланировала, ведь именно так она могла уйти спокойно. Вскоре Колину принесли еду и он предложил Реджине отвлечься на неё. — А где она сейчас жить будет? — Вчера она съехала от меня, скорее всего поехала к Али. Я хотела… точнее я предлагала снять для нее квартиру, но наверное с моей стороны это смотрится отвратительно. А вообще, я надеюсь, что она помирится с матерью и вернётся домой или сама подберет себе жильё. — Думаю, когда её мать узнает, что вы перестали общаться, они быстро помирятся, — Колин немного знал о причинах ссоры Свон с матерью. Миллс криво усмехнулась, — я тоже так думаю. Поэтому её нужно к этому подвести. Эмма гордая и не всегда разумно мыслит, но это ее мама, ей было лучше когда они общались. — Думаю, я смогу помочь ей в этом вопросе, — ответил Колин. И тут Миллс позвонили. Это была Нелли. — Секунду, — брюнетка отвлеклась на звонок, — да, ты же сказала вечером. — Это, конечно, не должно быть для тебя новостью, но я решила всё же сообщить. Мне только что звонила в усмерть пьяная Свон. Обвиняла меня, что я тебя отбила и грозилась прилететь и расчленить меня, а кусочки тел раскидать по разным уголкам страны, — Ван на удивление говорила спокойно. — Черт! — прорычала брюнетка, — Нелл, прости, я не думала, что тебя это тоже коснется. Ты случайно не слышала, где она сейчас? Может голоса или звуки, — Реджина покачала головой. Она поняла что так просто от Эммы отдалиться не получится. — Даже если и слышала — тебе это знать необязательно. Слушай, я позвонила не для того, чтобы ты понеслась ей желудок промывать. Пошли к ней кого-нибудь. Алисию, Колина, родителей. Сама не лезь! — строго советовала Ван. — Нелли, где она? — прорычала Миллс, не желая ничего слушать. Она хотела точно знать, что с Эммой все хорошо. — Нет! Очнись. Сейчас дашь слабину — она почувствует, что не всё еще потеряно. И ты никогда не сможешь сделать так, как планировала. — Я сейчас с Колином, скажи мне, где она, или куда я должна его отправлять?! — Миллс повысила голос. Она понимала, что Нелли права, но с собой и со своим желанием не могла ничего сделать. — Отдай ему телефон, — Нелли не хотела рисковать. Она знала, что именно так нужно. Если она решила поддержать подругу, то не будет давать заднюю. Миллс очень глубоко вздохнула, — хорошо. Колин, — она протянула ему трубку, — Эмма напилась, и сейчас Нелл скажет предполагаемое место, где она, — это смотрелось очень непонятно. — Да. Здрав… Ладно. Хорошо… Да понял, я понял, — Колин смотрел на взволнованную Миллс, — думаю, знаю… Хорошо… Я же сказал — понял… Да, пока, — когда Ван отключилась, Колин вернул Реджине телефон. — Что она сказала? — уточнила Миллс. Она хотела знать, где Свон. — Что мне стоит прямо сейчас остановить Эмму, — Колин встал и достал бумажник. Он не мог позволить Реджине оплатить за ужин. — Где Эмма? — брюнетка тоже встала. — Я не скажу. Реджина, всё будет хорошо. Я сейчас её найду и отвезу к Алисии. Она не успеет набедокурить, — Маккартни положил купюру на стол и обошел, чтобы поцеловать Миллс в щеку и убежать. — Но… — Реджина хотела выпытать у Колина, где же сейчас Эмма, но он остановил ее качанием головы, — хорошо, — Миллс понимала, что это теперь его борьба. — Я позвоню, — последнее, что сказал Колин и убежал. Нелли его направила в любимый клуб Реджины и Эммы. Ван там тоже не раз была. И во время разговора со Свон поняла, что она именно там. Ведь Эмму пытались убедить вести себя спокойней, а та кидала в ответ, что это её любимый клуб и чтобы все заткнулись.