Глава первая
22 мая 2021 г., 17:40
Будильник так громко и противно орал, что даже никакая погода за окном не спасало моё утреннее осеннее настроение. Так уж случилось, что сегодня я первый день иду на каторгу… шучу, иду я лишь в университет в другом городе, ведь буквально пару месяцев назад, во время знойных июльских дней, мы с семьёй перебрались из штата Флориды в самый спокойный и безлюдный городок в мире (как я считаю), — в Сентфор. Зато здесь жили наши с Фредом бабушка и дедушка.
Новость о переезде, конечно же, ни меня, ни моего старшего брата не обрадовала. Как никак, дома во Флориде у нас уже была своя компания друзей, свои какие-то воспоминания, детство, а у Фреда даже на личном фронте всё прекрасно складывалось. Только вот девчонка его будто чувствовала скорый переезд бойфренда, поэтому накануне сбора вещей в чемоданы прислала эсэмэску моему брату о том, что она не хочет больше быть с ним вместе и вообще у неё другой. Фреда по началу это никак не задело, но вот перед самым уездом его настроение никак абсолютно невозможно было поднять. Даже наши семейные подколы не казались ему смешными как в обыденные дни. Беда в общем. Но Фред сразу же преобразился здесь, на новом месте. Будто бы он оставил все обиды и печали дома, во Флориде.
Фред старше меня на два года. А по мозгам младше меня лет на десять. Родители (в частности мама) мучаются с нашим «особым» отношением друг к другу, ведь наши диалоги полностью построены на издёвках, стёбах и подколах. Но тем не менее, с Фредом мы любим друг друга и всегда готовы помочь. Личным не делимся, ведь это личное… да и к тому же, моему брату что-то рассказывать из нашего девичьего? Ага, ещё чего!
— О, вот это гнездо! — поприветствовал меня таким образом Фред, который, зевая, вышел из комнаты. Он указал на мой бардак на голове и с его лица не сползала зловещая улыбка.
— Ой, отвали! — сонно пробормотала я.
Примерно так начиналось каждое наше утро, но сегодня оно было крайне напряжённым. Всё лето я ломала голову о том, какие же будут у меня одногруппники на моём обожаемом журфаке. Во Флориде у меня была замечательная подруга и одногруппница — Эмили, с которой мы слёзно прощались и обещали созваниваться каждый вечер. Интересно, как она там без меня?
Родители и Фред недоумевали; зачем же мне так обескураженно увлекаться составом группы, ведь я «умница-красавица, которая и без помощи кого-либо справлюсь и с сессией и со сдачей диплома». Эту фразу, насчёт умницы и красавицы, говорили родители, но не Фред. С этими словами я согласна, но социум… мне нужно живое, человеческое общение! Никто, конечно же, не заменит мне мою Эмили, но хотелось бы по уму и разуму найти похожего человека как я.
Внизу на кухне уже остывал наш с Фредом омлет, который приготовила мама. Вивьен О’Нил или же миссис О’Нил, или же просто — наша мама. Эта чудесная женщина каждое утро готовит нам с Фредом завтраки и бодрит приятными комплиментами перед трудными буднями:
— Я надеюсь вы встали с той ноги, ведь сегодня вы демонстрируете себя прекрасными студентами из Флориды! — улыбнулась мама, потрепав нас с Фредом за волосы.
— Да, особенно Фред, — буркнула я, чавкая омлетом, — Тоже мне, прекрасный студент!
— Прекрасный я, а заумная — ты! — огрызнулся брат.
Мама истошно закатила глаза и на выдохе произнесла:
— Вот никогда не скажете друг другу тёплых слов, лишь бы только подколоть друг друга! Не забудьте хотя бы бабушку с дедушкой сегодня навестить. У бабушки сегодня день рождения.
Мы с Фредом переглянулись и хихикнули, уплетая за обе щеки остатки омлета с беконом. Фред, кстати, в отличие от меня полная противоположность, ведь он учится на физико-математическом. В общем там, где мои гуманитарные науки и рядом не стояли. Помнится, в начальной школе Фред за меня решал математику, всякие задачи и примеры, а я брата подтягивала в литературе и русском. Ну вот судьба у нас такая!
— Сара, как я тебе и обещала, вчера шла с магазина и наткнулась на него. Вот, держи, — мама протянула мне мой любимый журнал «Pop Star», — Там должен быть твой Киану.
В «Pop Star» красовались на обложках самые знаменитые актёры, рок-группы и певцы. Но журнал то этот я безумно обожала из-за Киану Ривз! Каждый раз, держа журнал в руках, я закрывала глаза и мечтала открыть страницу с постерами и увидеть портрет Киану или же какой-нибудь момент из фильма с его участием.
— Господи! Спасибо, мама, — восхищённо протянула я, открыв середину журнала, где и находился вкладыш с постерами. И вот он, мой Киану Ривз. Такой красивый и утончённый, — Такого постера у меня ещё не было!
Я осторожно рассматривала постер; каждую морщинку Киану, его клетчатую рубашку, чёрную косуху, небрежную щетину, потрёпанные тёмные как смоль волосы, которые осторожно падали на плечи. Его выразительный взгляд каждый раз заставлял меня затаить дыхание и молча любоваться его изящными строгими чертами лица. Канадский красавец!
— Такого пофтера у меня есчо не было! — передразнил меня Фред, — У тебя, сестрёнка, уже как болезнь на этого Ривза.
— Это просто мой любимый типаж мужчины. Вот например тебе, Фред, до него ещё как пешком до Китайской границы! — съязвила я.
— Больно надо будто походить на твоего фаворита. Я сам себе прекрасный актёр.
Фред уважал Киану за его бесподобную игру в фильмах, но мою «фанатскую» любовь он не разделял и не понимал. Мы с Фредом очень похожи внешне. Если бы не разница два года в возрасте, то нас можно было приписать к двойняшкам. Мы оба русоволосые, сероглазые, даже родинка на щеках одинаковая. А вот по характеру мы такие разные…
— Дети, прошу вас! Не опоздайте сегодня! Люблю вас, — мама поцеловала нас с Фредом в макушки, — Увидимся вечером!
Миссис О’Нил как-то тяжело вздохнула, то ли от того, что мы уже такие взрослые, то ли от того, что она с трудом верит, что мы не опоздаем. Ладно я, привыкла всегда приходить вовремя. А вот Фред… тут горе луковое ещё то!
Папа помог взять мамину сумку, помахал нам и улыбнулся. Дверь захлопнулась. Слышался только рёв мотора автомобиля, который отдалялся с каждым мгновением:
— Ой, я бы вообще сегодня никуда не пошёл, было б у меня тут друзей навалом! — мечтательно развалился на стуле Фред.
— Ещё чего! Не пошёл бы он… ишь ты! Хочешь, чтобы мама совсем разочаровалась в тебе? — я возмущённо разводила руками, убирая грязные тарелки со стола.
— Будто один день решил прям мою судьбу. Смешная ты, Сара! — усмехнулся надо мной брат.
Я раздражённо закатила глаза и отправилась наверх в свою комнату, прижимая к сердцу журнал с Киану. Постер я осторожно приклеила на стену, разглаживая его своими дрожащими руками. «Какой же красивый!» — восхитилась я, глядя на настенные часы. «Чёрт! Уже половина девятого утра!» — с этими словами я вылетела из комнаты, накинув на плечи сумку-шоппер. Внешний вид мой был на «сойдёт», вряд ли я подружусь в таком наряде с девчонками-авторитетами, да и больно надо! С ними никогда ни о чём не поговоришь, только текущую моду обсуждать. Скукотища, да и только!
Подошва голубых коротких конверсов отстукивала от деревянной лестницы. Фред сразу выглянул из своей комнаты:
— Топаешь как корова!
— И тебе не хворать, братец! — не оглядываясь я захлопнула за собой дверь.
Если б не моя машина, это был бы конец. Отец наш был очень щедрый на получение водительских прав. Я вот сдала сама с первого раза, а Фред аж с третьего (хромала у него езда в городе), но по ощущениям будто я сдала с третьего раза. Мой список штрафов превышает список брата аж в полтора раза. Мою ласточку даже забирали на эвакуаторе, а у Фреда несколько штрафов только за превышение скорости, и только!
Однажды на мой двадцатый день рождения папа закрыл мне глаза и вывел во двор. Так и появилась у меня моя маленькая железная Audi TT. У Фреда привилегий с подарком в качестве машины не было. Но отец помог ему доброй суммой денег на покупку старенького внедорожника Chevrolet. Настоящий железный монстр!
***
Практически доезжая до университета я выдохнула, когда часы в машине показывали 8:42. Ещё целых восемнадцать минут! Это полная победа над этим утром. Сначала вкусный завтрак, потом постер с любимым Киану Ривз, теперь ещё и приехала вовремя. Красотень! В машине, тараторя, читали новости Сентфора, которые просто играли фоном в моей крохотульке. С парковкой возле универа было туго, но я справилась, припарковав машину в паре пролётов от своего ВУЗ’а. Войдя в универ, я глубоко вдохнула этот запах сентфоровских стен. Люди как муравьи копошились: кто-то бегал по аудиториям, кто-то изучающе поглядывал в мою сторону и тихо перешёптывался между собой. К доске объявлений было просто не пройти. Летом мы сдавали экзамен по информационной безопасности и сегодня повесили результаты. Авторы лучших результатов будут отправлены на олимпиаду. Немного глупо в универе проводить олимпиады, но я хотела, ведь это неплохой способ обзавестись полезным знакомством, подкрепить навыки и узнать некие фишки, которым не обучают в просторах универа. Наконец дойдя до списка я глазами мельтешила и искала свою фамилию. «Так, О’Нил…» — изучающе проводила глазами я: — 92 балла по информационной безопасности! — ахнула я, размахивая руками. Студенты лишь косо посмотрели пренебрежительно в мою сторону. Наверное сочли даже за сумасшедшую. Я виновато прикусила нижнюю губу и побрела в сторону аудитории. Учеников было относительно мало в аудитории, неужели это все? До звонка оставалось 7 минут. Я изучающе осмотрела макушки незнакомых мне людей. Интересно, они вообще разговаривают? Каждый занимался своими делами: кто-то уткнулся в книгу зарубежной литературы, кто-то зависал в телефоне, кто-то просто раскинулся на стуле в наушниках, отбывая просто в аудитории. Как утром я и говорила — на каторге. Присела я, разумеется, где было больше всех свободных мест. Надеюсь, хотя бы отсюда не выгонят. Прозвенел звонок, примерно так же громко, как и будильник с утра. В аудиторию вломилась добрая половина студентов с гоготом и хихикающими физиономиями. Рядом со мной присела светлая кудрявая девчонка в нелепом розовом свитере. Так бы сказал Фред, но мне такие оверсайз вещи более чем нравились: — Извини, я не помешала? — осторожно спросила я. Кудрявая девица залепетала и ответила не сразу. — Ой, нет-нет-нет! Сиди, всё хорошо, — златовласая девушка раскладывала свои тетради на стол, затем резко посмотрела на меня и чуть ли не завопила во весь голос, — Подожди, так ты же новенькая! Мои глаза округлились и были похожи на долларовую монету, зачем она так громко завопила? Хотела присвоить большего внимания? — Я Кэнди! Кэнди Нельсон, — представилась мне кудрявая девчонка, сжимая мою всё ещё холодную ладонь. — Я Сара. Сара О’Нил, — так же прерывисто представилась я новой подруге, — Очень приятно! — И мне, и мне! — радовалась Кэнди. Чувствовала я себя всё равно неловко, хоть и нашла уже с первых минут прибытия в аудиторию новую подружку, да ещё и такую болтушку: — … А потом отец нашёл более прибыльную вакансию, связанную с его профессией физика, поэтому мы здесь, — рассказывала я о себе, — А ты что расскажешь? — Как круто! Папа физик… — представляла Кэнди, — Да что рассказывать… учусь здесь можно сказать по блату. Моя мама криминальный журналист, а папа работает в полиции. Можно сказать всё сплоченно, но я совсем будто отдельная частичка семьи. Кэнди даже грустно выдохнула. Её можно понять — папа и мама занимаются связанными между собой делами, горят работой, а Кэнди учится тут… ну потому, что так решили её родители. Ужасно, конечно, когда своего ребёнка заставляют учиться не на того, на кого он хотел бы: — А кто, если не журналист? — поинтересовалась я. — Без шуток только, но мне нравится мир моды. Я так люблю рисовать моделей и придумывать им одежду. Помнишь, раньше были бумажные куколки и одежда к ним тоже бумажная, и нужно было наряжать их? — залепетала Кэнди. Я кивнула. Конечно же я помню этих миловидных бумажных куколок, которые у меня забирал Фред и издевался над ними, отрывая то руку, то ногу, то голову. Самозванец такой! — Ну и вот, моя любовь к миру моды после этого стала только расти! — закончила свою мысль Нельсон. — Кэнди, так тебе нужно действовать по уму! Профессия журналиста даст тебе в дальнейшем свои плоды. Представь только, ты станешь знаменитым модельером и будешь грамотно давать интервью на всех платформах! — я рисовала какие-то круги на клетчатом листочке. Кэнди согласилась со мной, закивала головой: — И в правду круто! Только вот поздно мне учёбой заниматься уже, никудышный я журналист! — Никогда не поздно начать, я помогу тебе! — улыбнулась я. И тогда Кэнди расплылась в широкой улыбке, завизжала и обняла меня. Тысячу раз произнесла «Спасибо», а на тысячу первый ворвалась в аудиторию достаточно грозная женщина: — Это наш декан. Миссис Флетчер! — шепнула мне на ухо Кэнди. Декан прошла к кафедре с каким-то листом в руках. Наверное, там были списки или заготовка какой-то речи: — Доброе утро, студенты второго курса! Рада приветствовать всех здесь присутствующих. Как многим известно, результаты по экзамену были вывешены сегодня — в первый день сентября. Так же, хочу представить вам нашего нового студента, прибывшую из штата Флориды — Сару О’Нил! Аудитория воцарилась аплодисментами и мне стало совсем неловко. Глаза студентов начали искать «ту самую новенькую» Сару, а ей… ну мне, хотелось провалиться со стыда: — Всем привет! — стыдливо произнесла я и тут же плюхнулась обратно на своё место. — У мисс О’Нил самый высокий балл по информационной безопасности, а также у: мистера Тёрнера, Никсона, мисс Энистон и… и всё! Всего пятеро из двух десятков едут на олимпиаду? У физиков четвёртого курса поедут аж двенадцать человек! — скривила лицо миссис Флетчер. Четвёртый курс физиков — это как раз поток Фреда. Конечно, он навряд ли попал в список тех, кто поедет на олимпиаду. Интересно, он вообще в универе? — Мисс О’Нил, Фред ваш брат? — поинтересовалась миссис Флетчер. Студенты снова покосились в мою сторону с неким любопытством. — Да! — смущённо ответила я. Ну вот! Сейчас ещё опозорят за моего бестолкового брательника. Всю начинающую репутацию загубит. — Очень талантливый студент! Попал третьим в список олимпиад по вычислительной физике. Похвальный результат! На первом месте наш мистер Хилл! — радостно проговорила миссис Флетчер. Ну надо же! Фред избранный в списке олимпиады. Недооценила я своего братишку. Приятно, однако. — Как известно, господин Оникс перевёлся в университет международного характера, поэтому ваша группа числится без старосты. Предлагаю доверить ключи от кафедры Саре. Как раз познакомитесь все поближе. Кто «за»? — предложила миссис Флетчер. Она серьёзно? Я же понятия не имею даже где располагается кафедра. Но количество рук, которые тянулись к потолку только увеличивалось. Даже Кэнди довольная потянула руку вверх. — Решено. Сара, подойди к преподавателю мистеру Уилсону после лекции, он отдаст ключи от кафедры, — миссис Флетчер сняла очки, — Всем успешного дня! Флетчер передала слово научному преподавателю мистеру Уилсону, который не менее декана обрадовался оглашённым результатам. — Поздравляю, староста! — прошептала мне Кэнди. Я искренне улыбнулась и принялась записывать лекцию.***
Пара пролетела незаметно. Нам даже выдали первое домашнее задание по основам экономики, которое разбили по парам. С Кэнди мы спелись в этом деле. — Всего лишь теоретическая часть. Мы справимся! — гордо объявила я Кэнди, собирая своё содержимое со стола в шоппер. — Спасибо тебе, — доблестно улыбнулась Кэнди, — Забирай ключи от кафедры, относи журнал, а я буду ждать тебя возле главного входа, на улице. Погодка изумительная сегодня! Я нервно проглотила ком в горле, взяла себя в руки и подошла к преподавателю: — Мистер Уилсон, я Сара. Хотела бы забрать ключи от кафедры! — заметалась я. — Ах, да, мисс О’Нил, возьмите, — мистер Уилсон отдал мне ключи и следом за ними впихнул журнал, — Увидимся завтра! Я с улыбкой на лице кивнула и закрыла за собой дверь. Куда теперь мне идти? Где эта чёртова кафедра? Я оглянулась по сторонам и увидела, как студент с таким же красненьким журналом как у меня в руках направлялся в сторону, наверное, той самой кафедры. Я поспешно последовала за ним. Парень стоял возле двери и нервно посматривал на время. Я побрела к двери и начала вставлять ключ в замочную скважину. Всё бы ничего, но криворукость О’Нил была привезена из Флориды в Сентфор. Ключи благополучно звеня упали на пол. — Прошу прощения, не мог бы ты подержать мой журнал? — осторожно прикусила я нижнюю губу, чувствуя, как лицо моё розовеет. Парень молча без единой эмоции на лице взял журнал. Я наконец отпёрла дверь и прошла вовнутрь. Столько полок с журналами! Тьма! — Вторая полка, слева! — подсказал молодой человек. — Спасибо, я новенькая! — я поставила журнал на полку и медленно повернулась к студенту. Тошнота резко подобралась к моему горлу, но, откашлявшись, всё миновало. Только вот сердцебиение стало бешеными, а руки стали потеть. Передо мной стоял под метр девяносто смуглый тёмноволосый парень, с карими глазами, небрежной щетиной, в клетчатой рубашке, поверх которой была чёрная кожаная косуха. Ну точная копия моего любимого Киану Ривза! «Спокойно, Сара, это просто совпадение!» — успокаивала я себя. — А я Аарон Хилл! — парень поджал губы и однократно поднял обе брови. — Ох, забыла представиться! Я Сара О’Нил, переехала из штата Флориды, — я протянула руку с дурацкой улыбкой на лице, — Из журфака. — Понятно, и как таким неумёхам удаётся заполучить ключи от кафедры? От этого его «риторического» вопроса стало даже как-то обидно. Что это значит? — Ну вообще-то ключи мне дала лично миссис Флетчер! — настояла я. — Миссис Флетчер очень наивна хочу тебе сказать. Да что он возомнил тут о себе? — Вполне себе милая женщина! — не успокаивалась я. — Ладно, думай, как хочешь, О’Нил, — Киану… То есть, Аарон, ещё раз взглянул на наручные часы, — Мне пора! На кафедре я осталась абсолютно одна. И как столько событий со мной могло произойти за несколько часов? На лавочке ожидает Кэнди, точно! Я выбежала из универа и глазами сразу же нашла кудрявую новую подругу. Она пилила ногти, изучающе разглядывая их. — Ты что, запуталась в двух дверях? — не поднимая головы спросила Кэнди. — Там на кафедре! Ой, такая ситуация неприятная… — начала я. В красках я рассказала ситуацию Кэнди, которая то ли дело слушала, приоткрыв рот, либо дёргая бровью, либо испуганно таращив глаза. — Хилл сам тебе представился? Ничего себе! — ахнула Кэнди, — Да ты счастливый человек хочу сказать тебе, Сара! — Почему это? Ты бы слышала как он мне отвечал! — негодовала я. В это время наш конструктивный диалог прервал гул мотора от машины и доносящаяся громкая музыка. Играла группа Smash Into Pieces «Forever Alone». — А вот и, собственно говоря, они! — Кэнди расплылась в мечтательной улыбке. — Кто «они»? — Как кто? Хилл, Джонсон, Тёрнер и Конворд! — перечисляла златовласая одногруппница. Информации от этого, честно говоря, ни дать, ни взять. Подумаешь, старшекурсники веселятся и отдыхают после пар. Было б у меня столько знакомых, мы бы так же тусили, да даже круче! — Видишь курчавого Джонсона? Теренс зовут, а в компании его Вишней называют! — осторожно, прищурив один глаз, ткнула мне пальцем Кэнди. Чёрные жгучие кудряшки, проколотое одно ухо, слащавая улыбка, белая-белая кожа, светлые джинсы, косуха, какая-то серебряная цепочка на шее. — У них мания на косухи? — возмутилась я. — У них своя банда вообще-то! — Тоже мне, банда… разговаривать бы нормально хоть научились! — пробубнила я. В эту же минуту к ним подошли две стройные высокие рыжеволосые девчонки, на шпильках, в коротеньких платьицах. — А это кто? — фыркнула недовольно я. — Стефани Мартин и её сестра… Алекса, кажется! — смутно отозвалась Кэнди. М-да уж, веселье у парней самое просто-напросто типичное: девчонки, крутые тачки, громкая музыка. Не удивлюсь, если поедут в какой-нибудь клуб. Хотя куда там… Время только почти полдень. — Так что ты там про Джонатана этого говорила? — вспомнила я. — Джонсон он, а имя Теренс, — усмехнулась Кэнди, — Короче, я схожу с ума от него с прошлого года. Только никому! Сарочка! Слышишь? Никому! — Да сдался мне твой Торрент! — возмутилась я. — Теренс, — закатила глаза Кэнди, — И как ты только на самый высокий балл в потоке экзамен написала? — Там не было ни Теренсов, ни Ааронов всяких, — буркнула я, — Что это вообще за имя такое А-а-рон? — Еврейское! — предположительно дёрнула плечами Кэнди. Мы молча посидели с минуту, затем я посмотрела время на своём смартфоне. — Кэнди, я совсем забыла, мне к бабушке с дедушкой нужно! У бабули сегодня день рождения, хочу картину ей подарить какую-нибудь, — я поспешно вскочила со скамейки и побрела в сторону машины, — Ты далеко от бульвара живёшь? Сентфор был удивительно маленьким городком, поэтому бульвар здесь был именно один, как раз, где мы с семьёй и жили. — Как раз на бульваре и живу! — улыбнулась Кэнди. — Тогда поехали! Кэнди было открыла рот от удивления, но я перегнала её с вопросами о моей железной малышке голубого цвета. — Ты чего? — Обалдеть! Ты умная, ещё и с правами! — восхищалась Кэнди. — У тебя нет прав? — изогнула я бровь. — Отец пообещал, что я пойду учиться, если хорошо сдам зимнюю сессию в этом году, — мечтательно протянула Кэнди, — Только вот я сомневаюсь в своих способностях! — Глупости! Я помогу тебе подтянуть учёбу и родители тобой будут только гордиться! — Сара! Где тебя носило раньше? — Кэнди сделала погромче музыку на моей сенсорной магнитоле. — Во Флориде, где ж ещё? — улыбнулась я кудрявой подружке. Наши волосы развевались по ветру от достаточно набранной скорости и открытых окон в моей спорткар. «See you at the sho-ow» — напевала припев моя любимая группа Nickelback. Кажется, Кэнди тоже нравилась эта композиция, потому что девчонка с улыбкой качала головой из стороны в сторону в такт. — Ну, мы приехали! До завтра, мисс Нельсон! — помахала я подружке. — До завтра, Сара. В пятистах метрах есть антикварная лавка. Там найдёшь любую старинную картину по смешной цене. Думаю, что твоя бабуля заценит, — жестикулировала Кэнди, — Завтра ко второй! Не забудь! Я поблагодарила подружку, подмигнув ей. Моя Audi лихо тронулась с места, а навигатор действительно диктовал «Через 500 метров поверните налево».
