Чёрный Лебедь

Наследники клана Ланьлин Цзинь приезжают в облачные глубины на обучение! Какая новость! – Говорят, что Мо Усянь –бастард Цзинь Гуаншаня? – Ахаха! Так и есть. Очередной ублюдок мужа бедной мадам Цзинь! – Я слышал, что его совершенствование уже выше среднего, а молодой Господин Цзинь Цзысюань признал в нем младшего брата. На вашем месте я был бы аккуратнее с такими слухами. – Ублюдок всегда остаётся ублюдком! – А мне кажется, это отличный шанс привлечь внимание Мо Усяня! – Да, ведь молодой господин Цзинь уже помолвлен. – Пф! Нашли на кого смотреть! Этот Мо Усянь даже не носит фамилию отца! Чего же он тогда стоит? – Мне кажется, или он просто не захотел менять фамилию матери. Адепты различных орденов собрались вместе, чтобы начать обучение в одном из самых именитых орденов мира заклинателей. Каждому достойному было выслано приглашение и многие родители с честью и надеждой отправляли своих детей в облачные глубины, принимать наставления лучших учителей под руководством Лань Цижэня. Гусу Лань славился своей праведностью и чтением правил, в честь чего была возведена Стена Послушания, на которой расписаны все правила ордена Гусу Лань. На данный момент около 3 тысяч непоколебимых наставлений. – Мне кажется, что как только я ступлю за ворота, сразу же нарушу одно из этих правил! Дело спасают только благородные мужья, о которых ходят слухи по всей поднебесной. Не будь они столь красивы, как о них говорят, я бы и не поехала. – Ха! Ничего, кроме как мельком посмотреть на них, тебе не светит! Их сердца могут коснуться только книги по самосовершенствованию, будь уверена. – Ах, как жаль! Толпа неторопливым шагом направлялась в гору, окутанную белым туманом. Он почти всегда покрывал здешние места, создавая видимость места обитания самих Богов. Молодые люди подходили к воротам, торопливо доставая жетоны для входа внутрь, восхищённо поглядывая на охранников в белых одеждах, с вышитыми на них облаками, лбы которых прикрывала тонкая налобная лента, такого же цвета, как и ханьфу. Они каменными изваяниями стояли возле ворот, держа идеально прямую осанку. – Ха-ха-ха! Глядя на них, моя спина начинает болеть, братец! – Парень в жёлтых одеждах согнул руки в локтях и начал ими махать, пытаясь размять спину. – Мо Усянь, прекрати вести себя, как курица! – Раздражённо приказал Цзинь Цзысюань, протягивая нефритовый жетон младшему. – Ах! Ты такой заботливый, Сюань-Гэгэ! Даже мой жетон прихватил! Я совсем забыл о нем! – Мо Ин резво отпрыгнул от спутника, который взбесившись, замахнулся левой рукой в попытке дать затрещину. Он ярко улыбнулся, примирительно поднимая руки. Цзинь Цзысюань запустил пропуском в Мо Усяня и фыркнув прошел за своими адептами, запихивая свой жетон обратно в рукав. Поймав и протянув жетон симпатичному охраннику, Мо Усянь нетерпеливо стал ждать, покачиваясь с пятки на носок. Охранник, недовольно нахмурив брови, предупредил: – Молодой господин Мо, вам стоит знать, что в облачных глубинах запрещено бегать, прыгать и шуметь. Войдя в ворота, прошу помнить об этих правилах. – Он вернул жетон хозяину и посмотрел за спину Мо Усяня, ожидая, когда следующий человек подойдёт. – Конечно, конечно, – легкомысленно бросил собеседнику А-Сянь, вприпрыжку догоняя ушедшего брата. Как только прибывшие ученики заходили на территорию облачных глубин, адепты Гусу Лань собирали их около стены послушания для церемонии открытия. Ученикам читали нудную лекцию о важности покорности, вручали свод правил, тяжестью которого, Мо Усянь был уверен, можно убить, и озвучивали список сожителей по комнатам. Мо Ин до ужаса устал от продолжительного стояния на одном месте и был сонным из-за долгой-долгой речи Лань Цижэня, который то и дело дёргал свою козлиную бородку, поглядывая на откровенно зевающего Мо Усяня с праведным гневом. Ему было все равно, кто его соседи по комнате, главное, что туда можно дойти и отдохнуть. Предаваясь фантазиям о горячей бочке воды и мечтая попробовать новый мешочек трав для купания, какие его брат со смехом называл бессмысленными женскими травками, Мо Усянь, слегка покачиваясь, ждал, когда его найдут новые соседи. Из приятных мыслей его вырвал полный гнева вскрик и дальнейшее высказывание знакомого голоса: – Я не собираюсь находиться в одной комнате с неудачником из Юньмэня и идиотом из Цинхэ! Мой отец написал в письме, что я должен проживать вместе с адептами моего ордена, значит, так и будет! – Ты! Ты что, юная госпожа, раз твой отец приказал находиться под постоянным наблюдением охраны? Что ты потеряешь, если будешь в одной комнате с нами?! – Молодой господин в пурпурных одеждах сжал кулаки. – Одним своим лицом ты портишь настроение!! Я лучше лягу спать в лесу, чем буду видеть вас на соседней постели! Пока наследники Цзинь и Цзян бранили друг друга, бледный, словно траурные одежды, Не Хуайсан с обречённым видом держал веер, создавая поток ветра себе в лицо. Вскоре, к их пёстрой и шумящей компании подошёл высокий и стройный господин чуть старше прибывших учеников. Его карие глаза смотрели на всех мягко и успокаивающе, а на лице играла лёгкая улыбка. Не Хуайсан, по выражению лица которого можно было догадаться, что тот точно знает, кто этот господин, казалось, был готов свалится в обморок от стресса. Подошедший сложил руки в приветствии и слегка поклонился: – Лань Сичэнь, – представился он, – Молодые господа, прошу вас, успокойтесь. Если расположение людей в комнате доставляет вам неудобства, в моих силах подселить к господам Цзян и Не добровольца, а Вас, Наследник клана Цзинь, проведу на место ушедшего, – он примирительно кивнул. – Однако, вы нарушили правила и завтра вам предстоит несколько раз переписать правила Гусу Лань, прошу прощения, – мягкая улыбка не сходила с его губ. Предвидя, что его братец в скором времени взорвётся, Мо Усянь бегом направился к нему. Ярко улыбаясь, он приобнял Цзинь Цзисюаня за плечи левой рукой. Он пригладил свои длинные волосы, собранные в хвост, и предложил: – Я буду не против занять место брата. Надеюсь, господа тоже не возражают? – Мо Ин сжал плечо брата, молясь, чтобы тот не вякнул ещё что-то более не уважительное, чем до этого. Лань Сичэнь решил тактично промолчать о правиле номер 19, которое утверждает, что обнимать друг друга за плечи запрещено. Он с неизменной улыбкой посмотрел на Цзян Чэна и Не Хуайсана, вопросительно приподняв брови. Цзян Чэн фыркнул, а Не Хуайсан быстро закивал головой, словно болванчик. – Очень хорошо. – Лань Сичэнь выдохнул и отошёл в сторону. Ребята уважительно поклонились старшему. Схватив брата под локоть, Мо Усянь посмотрел на парней: – Я скоро вернусь. Подождете? – Не дожидаясь ответа, он повел брата к адептам родного ордена, – Ты что творишь? Угомони свою натуру иначе ещё чуть-чуть и по твоей спине пройдутся воспитательной линейкой! Ведешь себя словно избалованная госпожа, – недовольно пробормотал Мо Ин. Господин в жёлтом одеянии раздражённо тряхнул рукой, скидывая с себя Мо Усяня: – Если что-то не нравится, иди прочь! – прошипел он. – Цзинь Цзысюань, – устало простонал младший, – братец, всё хорошо, только будь аккуратней, – А-Сянь устало улыбнулся. Старший хмыкнул и прошел к Лань Сичэню, который организовал ему переезд. Видя, что настроение брата улучшилось, Мо Ин направился обратно к ожидающим его людям. Цзян Чэн недовольно скрестил руки и скептически поглядывал на Мо Усяня. Младший сын Цзинь Гуаншаня приподнял голову, чтобы посмотреть на человека в пурпурном и слегка поклонился: – Мо Усянь, в быту Мо Ин, – он улыбнулся. В покрытых мраком комнатах раздался топот и звонкий смех. В руке молодого парня вспыхнул талисман. Гордо вскинув голову, он воскликнул: – Вот оно!! – Довольно положив левый кулак на бок, Мо Усянь, весело приказал – Тащите свечи!! В ответ на это, Цзян Чэн задорно фыркнул, ставя свечки на стол. Не Хуайсан робко улыбался, смотря на новых приятелей, и прижимал свёрток к груди, который ранее достал из сумки. – Что там? – Мо Ин с помощью талисмана зажёг свечи и довольно вздохнув, плюхнулся на пол, доставая из под стола два симпатичных кувшинчика с красными кисточками на горлышке. – Арахис! – Ответил Не Хуайсан и сел рядом, положил свёрток возле свеч. – Ооооо, – довольно протянул Мо Усянь, в предвкушении потирая ладони. – Нам-то на троих хватит два кувшина? – садясь напротив новых знакомых, усомнился Цзян Чэн. – Значит, позже я сбегаю в город за ещё двумя. – Мо Ин нетерпеливо стал открывать вино, – Ууух, а запах-то какой! Теперь "Улыбка императора" будет моим фаворитом! – Он мечтательно закрыл глаза, представляя вкус напитка. – Где чаши? – Недовольно спросил Цзян Ваньинь, поддаваясь соблазну удивительного запаха. – Сейчас-сейчас, – пролепетал Не Хуайсан, вскакивая с коленей и копошась в сумках, – Вот! – взвизгнув, А-Сан с характерным стуком поставил три чаши на стол. – Наливай, Усянь! Наливай же! Послышался бульканье вина, льющегося из глиняной ёмкости. – За знакомство! – Воскликнул Мо Усянь и опрокинул чашу с вином себе в рот. – Да! – радостный Не Хуайсан повторил за ним. – За знакомство, – Спокойно ответил двоим Цзян Чэн и, пребывая в добродушном настроении, хмыкнул, выпив из своей чаши. – Эх, красота! – Мо Ин довольно зажмурился и закинул руки за голову. Не Хуайсан открыл пакет с закуской и улыбнувшись, стал чистить их. Через полчаса вино закончилось и Мо Усянь, как и обещал, пошел лезть через стену, чтобы купить в городе добавки. Цзян Чэн смотрел на него так, будто он собирался на войну, а выглядывающий из-за двери Не Хуайсан шепотом пообещал подарить свой веер в качестве благодарности. Все это вызвало у идущего смех, который резко стих после затрещины Цзян Ваньина и шипящих предупреждений о позднем для облачных глубин времени и нарушении правил. Мо Ин лез на стену. Он знал, что, если кто-нибудь застанет его в такой непристойной позе, с одной ногой коленом схватившим край стены, а другой стоящим на выступе, то Мо Усяню будет крайне неловко. Однако, его цель того стоила, да и вряд-ли кто-то из учеников будет смотреть на него ночью, стоя за стеной, ограждающей территорию учеников. Схватившись правой рукой за край, он потянулся вверх, другой держа вино. – Стой! Мо Ин обречено вздохнул. – В Облачных Глубинах запрещено разгуливать после отбоя. Немедленно возвращайся туда, откуда пришел. – Опля! – Мо Усянь сел на край стены и поставил сосуды с вином за спину. Он согнул правую руку в локте и положил на кулак свою щеку. – Вот незадача. А я и не знал! Какие же правила Гусу Лань жестокие, раз выгоняют пришедшего обратно ученика. Уже ночь и так холодно, а я вынужден уйти? – Что у тебя за спиной? Покажи сейчас же! А-Сянь улыбнулся и поднял голову с руки: – Это «Улыбка Императора»! Давай я поделюсь с тобой, а ты сделаешь вид, что меня не видел? – В Облачных глубинах запрещен алкоголь. Это серьезное нарушение правил! – Да ты что?! Тогда, пожалуй, я выпью его стоя на стене. – Что?! – Ведь так я ещё не в Облачных Глубинах, да? Я не нарушу ни одно правило Его собеседник вскочил на крышу и схватился за рукоять меча. Теперь молодой Господин стоял напротив и Мо Ин мог рассмотреть юношу. Парень был обладателем светлой кожи, черных длинных волос и светлых глаз, цвет которых он не мог определить из-за отсутствия дневного света. Очертания его талии и спины были гладкими, изящными, но уверенно лежащая на мече рука заставляла напрячься. На голове красовалась налобная лента с вышитыми облаками и одет он был в характерные для ордена Гусу Лань белые одежды. Мо Ин подумал, что этот человек мог считается одним из самых красивых людей, которых он повстречал за всю свою жизнь. Мо Ин уже собирался открыть кувшин вина, когда его остановила вспышка морозно-голубого света. Ещё мгновение и сосуд разбился. Парень в жёлтых одеждах резко отдернул руки и вскочил на ноги. Его ханьфу было мокрым, а хорошее настроение разбилось вместе с кувшином. Он возмущено посмотрел на напавшего: – Если бы не моя быстрая реакция, то мои руки покрывали кровоточащие раны! – Алкоголь запрещен в облачных глубинах. – Да понял я, понял! Зачем ты только разбил его? Теперь мои одежды промокли и вина мне тоже не видать. – Мо Усянь раздосадованно топнул ногой и надул губы. – Господин, вы так прекрасны внешне, но характер у вас прескверный. Парень с холодным взглядом и ничего не выражающим лицом сообщил: – С завтрашнего дня прибывшие ученики будут облачены в клановые одежды Гусу Лань. Ваши одежды постирают. – Это извинения такие? – ... – Как ваше имя? – Также, вас ждёт наказание. Услышав это Мо Ин разочарованно простонал. Парень в белом развернулся, собираясь уйти. – Лань Ван Цзи... Лань Чжань. – Э? – недоумённо выдал он – О! Спокойной ночи, Лань Чжань! – Мо Усянь широко улыбнулся и активно замахал рукой вслед уходящему. – Меня Мо Ин зовут!!! – крикнул У Сянь тому вдогонку. – В Облачных Глубинах запрещено шуметь, – Напомнил Лань Ван Цзи и скрылся за темным поворотом белого дома с черной черепицей. Все ещё улыбаясь, Мо Ин посмотрел себе за спину. На крыше стоял целый кувшин вина, поблескивая черными боками под светом луны. Подхватив его, он спрыгнул с крыши и побежал к ожидающим его Цзян Чэну и Не Хуайсану.