Девушки тоже хотят веселья

      Стоило ей открыть глаза как воспоминания прошедшего вечера больно ударили по сердцу, но как только девушка повернула голову и встретилась взглядом с обеспокоенным омутом карих глаз — дышать стало чуточку легче. — Доброе утро — хриплым ото сна голосом пропел кудрявый, целуя ее в лоб. — Доброе утро, Финн — ответила она, явно что-то обдумывая в голове. — Пойдем завтракать или…       Эмма одним быстрым движением оказалась сверху цепляясь своим губами за его. У парня словно почву выбили из-под ног, удивленно выдохнув ей рот он сомкнул руки у девушки на спине, притягивая ближе, но тут словно осознав что- то, резко отпрянул. — После всего… не думаю, что нам стоит спешить — обеспокоенно проговорил он, прикасаясь теплой ладонью к ее щеке, успокаивающе поглаживая большим пальцем. — Я хочу, Финн. На самом деле хочу. И это мое решение, понимаешь? Не чье- то. Мое.       Внимательно посмотрев в ее зеленые глаза и обмозговав сказанное в его взгляде промелькнул огонек понимания и девушка улыбнулась от осознания того, что он правда пытается все сделать правильно.       Финн возобновил поцелуй, медленно меняя их местами. Парень нежно обвел губами трепещущую кожу на шее от чего Эмма не смогла сдержать тихого стона. — Мы все сделаем медленно, хорошо? — томным голос спросил Финн, заглядывая прямо в ее душу через бездонные зеленые глаза. Девушка закивала не в силах оторвать от него взгляда.       Вес его тел, прижимающий ее к мягкой поверхности кровати заставлял чувствовать себя в безопасности, а сердце легонько трепетать в груди. Каждая ее клеточка таяла от прикосновений. Размеренные поглаживания прошлись по бедру, теплые слегка потрескавшиеся губы прикоснулись к ключицам, хаотичные кудряшки слегка щекотали поверхность живота.       Эмма потянула его домашнюю футболку в вверх, прижимая, своими ногами на его талии, парня ближе к себе, чтобы в полной мере прочувствовать дрожь, что проходила по его телу.       Финн стянул с нее вверх самозабвенно прижимаясь ртом в поверхности груди, он бережно зацеловывал каждый засос, что не должен был там оказаться, методично посасывал соски, медленно словно дразнил, а Эмма выгибалась в спине, пытаясь в нем раствориться.       Ей хотелось почувствовать его в себе, ощутить эту приятную заполненность, но не потому что это выбьет ее из реальности или отключит на какое- то время. Секс с Финном перестал быть просто средством побега от проблем, он стал чем- то особенным, магическим, переполненным чувствами. Не просто физический контакт ради кайфа — обмен любовью, такой сильной, что просто не вмешается в сердце, расплескивается по душе, заставляя ее цвести красными тюльпанами, а аромат цветов заполонять все пространство вокруг. Это дурманит.       Парень медленным движением стягивает с нее нижнее белье, припадая поцелуем к месту под коленкой, трется носом о внутреннюю поверхность бедра, сдержанно целует в промежность от чего рыжеволосая зарывается пальцами ему в волосы слегка взлохмачивая.       Отстраняется, доставая презерватив из тумбочки и быстрым движением натягивает его на каменный член. Смотрит на нее внимательно, пытаясь считать хоть тень сомнения, но ее взгляд открытый и ясный, посылает ему сигналы нетерпения и, ухмыльнувшись, парень последний раз впечатывается в ее губы мокрым поцелуем прежде чем спросить: — Ты уверенна? — На все сто, Финн.       Кудрявый приподнимает ее бедра, что рефлекторно двигаются на встречу и входит одним слитным движением. Эмма сдавленно стонет, крепче хватаясь вспотевшими ладонями за его широкие плечи. Дает время привыкнуть, целуя в кончик носа, втягивает родной запах ее кожи на ключице, а после начинает двигаться, делая плавные толчки. Эмма стонет не стесняясь, отдает всю себя, притягивает ногами ближе словно пытается вставить его до основания. Финн пробегается губами по ее плечам, ключицам, груди, звонко чмокая затвердевший сосок от чего девушка улыбается и он думает, что никогда не хочет знать как это занимать сексом без улыбки. Без ее улыбки. Такой искренней и такой своей.       Они кончают одновременно, падая на кровать обессиленными, но такими счастливыми, что все остальное меркнет. — Ты прекрасна, Эмма. —Ты тоже ничего, Финн — отвечает с доброй усмешкой.       Он долго и чувственно целует ее, дотрагиваясь кончиками пальцев к лиловым отметинам как будто говорить ей, что это позади, что она в безопасности. И она ему верит.       Финн ушел еще в обед смутно объяснив куда, а Эмма и не стала расспрашивать. Он свободный человек и имеет право иди куда хочет и когда хочет не давая ей полного отчета или расписания своего дня. Но беспокойство прочно засело в ее мысленном центре, не давая возможности успокоиться. «Он ведь не пойдет на бои?»       Вернувшись ближе к вечеру парень застал девушку на диване в гостиной, бесцельно щелкающую пультом. Как только она его заметила тут же отложила его в сторону, подрываясь на ноги. — Все нормально?       Ее голос такой нервный и взволнованный, что заставляет Финна тоже резко начать переживать. Он не хотел ее беспокоить. Но он должен был это сделать. — Возможно ты будешь злиться, но я считаю, что поступил правильно. Не произнося ни слова Эмма смерила его не читающим взглядом. — Ринг? — спросила она не своим голосом тут же обнимая себя за плечи в попытке успокоить. — Что?..Нет, нет — парень быстрым шагом приблизился к ней, заменяя ее руки на свои, — Я ведь пообещал тебе, что это в прошлом. — Почему тогда я должна злиться? — недоумевающе спросила зеленоглазая. — Я разговаривал с родителями Тима и Майка.       Эмма моментально сжалась, опуская взгляд в пол и нервно закусила нижнюю губу. Проследив за ее реакцией, Финн прижимал ее к своей груди и уткнулся носом в макушку откуда и продолжил своей рассказ: — Я все им рассказал и пригрозил, что мои родители разорвут с ними договор, а это означало бы, что они окажутся на улице — Финн блефовал, родители никогда бы не сделали подобного для него, но он решил разыграть эту карту ведь вновь полагаться на полицию и втягивать Эмму в очередные разборки было не лучшим вариантом. —Так же сказал, что сделаю все возможное, чтобы испортить их репутацию и уничтожить их до основания чего бы мне этого не стоило. И они мне поверили.       Эмма зарылась лицом ему в шею, опаляя кожу горячим дыханием и парень легонько прислонился губами к ее, пахнущим персиком, волосам. — Мы сошлись на том, что со этого понедельника Тим и Майк начинают обучение в школе— интернат военного типа, что служит для перевоспитания людей…способных на что-то такое…что они хотели сделать — он успокаивающе поглаживал ее по спине, говоря этим, что все будет хорошо, они больше не увидят их и они больше ей никак не навредят, никогда. —Там они и закончат школу, а после отправятся в университеты или куда там их занесет жизнь, но главное, что они получать по заслугам хоть каким-то образом, хоть они заслуживают куда более серьезных мер, и самое главное, что они больше не будут ошиваться рядом с нами.       Эмма молчала размеренно дыша ему в шею и Финн немного напрягся. —Злишься? —Никто и никогда так обо мне не заботился. И ты не обязан. —Я знаю, что не обязан. Но я этого хочу. Я, понимаешь? Не кто-то говорит мне это делать, не потому что это мой долг или я что-то за это получу. Потому что это мое желание, мое решение, то, что заставляет меня чувствовать себя правильно словно я на своем месте.       Этой ночью они никак не могли перестать целовать, лежа на кровати, освещаемые слабым свечение луны и их совсем не заботили ни онемевшие губы, ни позднее время.