Что с тобой стало?

В этих голых бетонных стенах до сих пор можно услышать крики, что разносило эхом когда то из комнаты в комнату.  Бетон впитал в себя этот звук и транслировал каждому кто заходил непозволительно далеко в недра здания. Возможно один из этих криков принадлежал Шигараки, но Даби откидывается эту мысль и ускоряется. Здесь люди остаются доживать последние дни, а то и часы.    Как только парень достигает второго  этажа в нос резко ударяет запах разложения, зато на этом этаже заметно светлее, от огромных окон в каждой комнате. Ещё пара шагов и интуиция заставляет Даби остановиться у очередного дверного проёма. Помутневшие синие глаза проскальзывают в комнату и Даби заходит. Сердце начинает ужасающе щемить как только он находит тело Шигараки, всего в грязи, лежащим на полу в неестественной позе, будто его кто то пнул перед уходом.   Белая кожа стала совсем пепельной. Голова откинута к верху за счёт кирпича под шеей который тоже не Шигараки подложил, изо рта обильно вытекает совсем жидкая слюна.Под животом пролегла яма, по рёбрам идут синяки и небольшие круглые ожоги,на ладонях видны маленькие мазоли, на шее проглядываются следы от пальцев, колени стерты.   Мысленно удивившись тому как Шигараки не захлебнулся собственными слюнями, Даби стоял рядом оглядывая обезображенное тело и оценивая масштабы проделанной работы всё тех же мудаков. В голове проносятся образы каждого и Даби сжимает руку в кулак. —Третий, ебанный раз, Шигараки. -Тодороки говорит еле слышно, но Томура прекрасно его слышит.   Даби усаживает изувеченного Шигараки опираясь на стену и укрывает чёрной куртокой, начинает доставать вещи из сумки. —П-прости меня.. --Шигараки еле раскрыв глаза смотрит на одевающего его Даби, бессловно благодаря того за всё что он делает для Шигараки. "-что с тобой стало?"–проносится в голове Даби когда он замечает на теле засохшие белые пятна. Тойя хмурится, не то от сочувствия, не то от отвращения, ему противны мысли о том почему у Шигараки стерёрты колени, надоело каждые два месяца ездить в это помойку и забирать его, в состоянии полу трупа, надоело отгонять от себя мысли когда Шигараки говорит что не может сидеть, надоело что Шигараки молчит, молчит и терпит всё то что делает этот ублюдок Деку со своей компашкой, забавы ради.   Даби бы все отдал лишь бы Томура был счастлив, но когда он видит его в таком виде, в котором он прибывает сейчас, руки как то сами опускаются, все надежды и желания притупляются и у Тойи не остаётся выбора кроме как смириться и надеятся на лучшее.   В пару быстрых но осторожных движений Даби одевает на парня свою футболку и плюшевые штаны купленные специально для таких случаев.   По пути домой Тодороки боялся лишь одного — что у Томуры ослабнут  руки и он упадёт с мотоцикла на ходу, из за чего две трети пути Даби вел одной рукой. *** Томура сидел на ручке кресла у самого окна, уже более живой и пил теплое молоко с мёдом. Голос настолько просел от криков что все на что сейчас был способен парень - лишь шептать, иногда заходясь в приступе кашля.   Сейчас из огромного окна в пол на его и без того светлую кожу светила луна, делая кожу и вовсе мертвенно белой. Даби любил такие моменты, когда Шигараки спокойно сидел и смотрел на город из окна, одетый в его вещи. Такой милый маленький и уютный. —Спасиб-о На последней букве голос совсем пропал и Шигараки вновь закашлялся. Даби поставил свой стакан и подошел к парню, чуть приобнимая. Шигараки кладёт руки тому на грудь и прижимается щекой.   Рука почти с костяшек забитая татуировками зарывается в мокрые голубые кучеряшки, такие нежные и мягкие. —Они ведь могут тебя убить. Даби прикрывает глаза и расслабляет брови, садится в кресло и садит Шигараки на колени так чтобы парень снова расположился на его груди щекой. —Я не боюсь смерти. Голос Томуры стал совсем тихим, но Тойя его слышал. —я боюсь лишь быть отвергнутым им. Слова проедают Тойю, его уши, голову, сердце и душу пока её крошечные частички ещё колыхались где-то в тёмных уголках его оболочки, подобно маленьким огоньками, один из которых погас сегодня, оставляя от себя лишь тихое шипение.