⚔ Жизнь За Гранью Войны ⚔

Дождь действительно начался уже через час. Противными холодными каплями он падал вниз, заставляя невольно ежиться. Корсак накрылся старой тканью из-под тюфака, устроившись на мешке с картофелем. Мортимор и Парс сидели рядом на краю телеги, с тревогой обсуждая что то. Однако, Корсак уже начинал клевать носом, погруженный в поток своих мыслей, и не стал выяснять тему разговора, а мерное постукивание колёс отдалялось все больше… — МАЛЫЙ! Очнись, давай, мы приехали! — требовательный голос гремел над ухом, и чья то рука (судя по голосу она принадлежала Парсу), бесцеремонно затрясла спящего подростка за плечо. Корсак вздрогнул от внезапно пробравшего до костей холода и открыл глаза. Парс безмолвно качнул головой на освященную фонарем каменную стену родного ученического лагеря. Корсак благодарно кивнул и сонно сполз с края телеги на землю, рассеянно оглядываясь вокруг себя. Ледяная ночная темень. Не смотря на то, что Корсак очнулся ото сна пару минут назад, он вдруг снова ощутил жгучую тревожность. — Беркер здесь?.. — тихо спросил парень, приблизившись к Мортимору, который в этот момент «парковал» уставшую рыжую лошадь у столба. — Нет. — Значит, он просто убежал подальше от Стены и не вернулся… — тихо, но в слух рассудил Корсак, однако, тут же заткнулся и мысленно дал себе подзатыльник. Мортимор же не знает, что он подслушивал! Но наставник был, видимо, таким уставшим, что не обратил на это внимание, затягивая вокруг столба крепкий узел. Корсак облегченно сглотнул. — Ладно, я пойду? — прошептал он. — Иди, иди. Выспись, — буркнул в ответ Мортимор, скрывая ладонью зевок. Но Корсак то понимал, что сейчас он уж точно отправится не спать. Нельзя откладывать такое количество вопросов на утро! Где Беркер? В порядке ли Джулия? И что самое главное — о чем они говорили? Парень незаметно стащил факел, ладонью укрывкя его пламя от дождевых капель и направился в поле, прямиком в сторону Стен. По пути он краем глаза заметил как вокруг Парса вьется чья то детская фигура. Фигура эта была Хаканом. Какое облегчение, он благополучно вернулся! — Пап, пап! А за вами гнались?! А ночная перестрелка будет? — Спать иди, — ворчал Парс, пытаясь побыстрее избавиться от сына. Корсак вздохнул. Не его дело. Уходя все глубже в поле и закрывая рукой пламя факела, он уже начал привыкать к ледяным каплям дождя и липнущим ко лбу мокрым волосам. Он слушал все вокруг, приближаясь к месту их с Джулией встреч. Очевидно, там никого не оказалось, но Корсак все-таки пожалел о своей вылазке. Точно простуду подхватит! Подросток тяжело вздохнул и плюхнулся на холодный камень, в выемках которого скапливались маленькие лужицы. Неизвестно, сколько он так просидел, но дождь все лил, и кажется, только усиливался, пока Корсаку вдруг не почудилось, что сквозь хлюпанья луж и дождевую дробь он слышит голоса, а затем и еле слышные шаги. — Да не волнуйся, найдём, чем кормить. — Не знаю… Такой маленький! — Тс-п!!! Неси аккуратнее! Корсак вздернул голову, поняв, что голоса ему знакомы. Он вскочил. — ДЖУЛИЯ?! — он глубоко задышал от волнения. — БЕРКЕР? Последовала пауза, а затем шаги ускорились. — Корсак?! Из-за стены дождя выскачил парень. Вид у него был слезотворный. Волосы до плеч растрепаны и в грязи, а лицо перемазано кровью. Кажется, у Беркера была разбита губа и бровь. За ним, пытаясь поспеть, шла Джулия, держа в руках и крепко прижимая к себе странный сверток в простынке. Девочка тяжело дышала, иногда чихая, но глаза ее светились облегчением. Она бросилась к Корсаку, не обращая внимания на проливной дождь. — Корсак!.. Ты здесь!.. Какое счастье… Помоги! — она протянула потрясенному парню сверток, коим оказался дрожащий маленький младенчик. Он уже не мог плакать, только иногда тихонько кашлял. Беркер, не говоря ни слова, уставился другу в глаза. Корсак растерянно оглядел обоих, пытаясь справиться со смятением. — Что случилось? — наконец выдавил он. Беркер с Джулией переглянулись, видимо, безмолвно договариваясь, кто поведует Корсаку о таком «недоразумении». Так как Джулия была убита усталостью, начал Беркер. Его голос был хрипловат после прогулки под дождем. — Я проснулся среди ночи, и увидел что тебя нигде нет, — мрачно начал подросток, ежась от холода. — Я искал… Искал… А ты, болван... Поймав возмущенный взгляд Джулии, Беркер не стал погружаться в описание того, кем оказался Корсак. — Ты исчез. Я решил, что ты струсил… Или… Решил проводить ту мелкую дрянь без меня. — он шмыгнул носом, облизывая окровавленную губу. — И вернулся домой. Я собрался и двинулся назад. Корсак поджал губы, грея младенца на руках. Все таки он искал его! Он его не бросил! Малыш был очень легким, и кажется, совсем худеньким, что не удивляло. — Тебя в лагере не оказалось, — продолжал Беркер. — И я начал искать у Стен. А тебя там кое кто даже знал. Он с фырком покосился на Джулию, но та во все глаза смотрела на Корсака с ребенком на руках, отчего тот немного смутился. Неужели на него, мокрого и уставшего, так приятно глазеть? — А дальше? — Дальше дальше… Давайте хотя бы в какую сухость зайдем. Я и так языком едва шевелю, а сейчас вообще заледенею. — А мне с вами можно? — Джулия смущенно замялась, с надеждой взглянув на парней. — Конечно! — поспешно ответил Корсак. Ему не хотелось, чтобы его прелестная подруга слегла с ангиной или чем похуже. — Только чтоб никто тебя не видел, — добавил Беркер. Вскоре все троя (или четверо) разместились под деревянным навесом, где смогли согреться и перевести дух, а Джулия вновь переняла малыша из рук Корсака. — Я встретил Джулию у Стены. Она, кажется, шла, чтобы просить о помощи. Ты же для этого шла? — продолжая рассказ, уточнил Беркер, взглянув на девочку. Джулия утвердительно кивнула, и парень продолжил. — У них там в городе какой то идиот разоряет семьи и вроде как, пожирает детей, — Беркер громко фыркнул, будто показывая, что не верит ни единому слову из этой истории. — Вот этого мы спасти и успели. Он указал на малыша. Джулия слегка улыбнулась, с нежностью разглядывая детское личико. Малыш тихо закашлял. — Я пыталась попросить ваших солдат о помощи, но помог только твой друг, — вздохнула она. — А тебя, видимо, не очень жалуют? Она тронула плечо Беркера, и Корсак почувствовал, что его рука сжимается в кулак. Что же это такое? Он с трудом заставил себя расслабиться. — Он рожден внебрачно, — прошептал Корсак на ухо Джулии. — Поэтому... его зовут грязнокровным. Джулия быстро все поняла, но Беркер уже догадался, о чем пошла речь, и теперь бросал на пол свирепые взгляды. Корсак поспешил прервать недолгое молчание. — У него есть имя? — спросил парень, кивнув на младенца, который, к удивлению, был слишком тихим, что было нехорошим знаком. — Его мать сказала, что зовут Немезис, — пробурчал Беркер. — Она умерла, пока мы спасали ее сына, — с грустью в голосе добавила Джулия. — Значит так и оставим, — заявил Корсак. — Чудесное имя! Все троя остались отдыхать до утра.