⚔ Жизнь За Гранью Войны ⚔

Новый год этой зимой в Военном лагере почти не отмечался. Взрослые солдаты были заняты помощью заболевшим, вскоре пришлось устроить целое кладбище позади лагеря, и всем запрещалось ходить туда. Вдруг зараза еще осталась? Ночью Корсак вместе с Беркером все же смогли сбежать и развести в поле костер, чтобы там поджарить картошку, сохранившуюся еще с обеда. Джулия, обещавшая прийти, тоже вскоре присоединилась к ним. После ужина Беркер задремал на бревне, заменяющем сидение у костра. Огонь ворчаще потрескивал, раскаляя над собой морозный воздух. С неба медленно летели снежинки, и растворяясь воздухе, так и не долетали до пламени костра. — Они так красиво кружатся… Наверное, потому что ветер несильный, — размышлял Корсак вслух, разламывая деревянные щепки на более мелкие. Джулия внимательно проследила взглядом за одной из снежинок, но уже через пару секунд потеряла ее среди прочих. Присев поудобнее на бревне, она с улыбкой посмотрела на Корсака. — Ага...Они будто танцуют... А ты умеешь танцевать? — Хм… Пожалуй, нет, — Корсак неловко повел плечами. — И не пробовал. — Ой, это легко! Смотри. Джулия стряхнула с рукавов снежинки и поднялась с бревна. Затем она, точно плывя, закружилась вокруг себя, ловко переставляя ноги по какой то замысловатой траектории. Корсак даже засмотрелся за тем, какими легкими, и кажется, непринужденными были ее движения. — В вальсе это называется ммм...«коробочкой»! Попробуй! Корсак помялся, но все-таки поднялся со своего места, стараясь не отвлекаться на громкое сопение Беркера с соседнего бревна. Затем начал нерешительно выделывать в воздухе фигуру, похожую на квадрат. — Так, да? — Да-да! Только не топай так! — Джулия захихикала и взяла его за руки. — Ступай полегче! И она сделала небольшой шаг вперед, отчего Корсак инстинктивно отступил назад, а затем направила его в правую сторону. Корсак ужасно боялся совершить какую нибудь глупость в виде пинка в колено, но вскоре движения начали делаться механически, сами собой, и парень с девушкой, обнявшись, плавно кружили в неспешном вальсе. — Здорово, да? — улыбаясь, спросила Джулия. — Здорово. — Корсак восхищенно выдохнул, чувствуя, что вот вот взлетит, но Джулия вдруг остановила танец и прижалась к нему. — Ух... От костра идëт такой жар. — Хочешь, поспим? — предложил Корсак, зарывшись носом в ее песчаные волосы, в которых тихонько блестели снежинки. — Уже совсем темно. Джулия только кивнула и с улыбкой разорвала объятия. Лежа на бревне под падающим снегом, парочка уже не могла думать ни о чем, кроме тех прекрасных минут, проведённых в танце. Грохот прокатывался по всей округе, повсюду полыхал огонь, выжигая молодую траву до состояния черного пепла. Задыхаясь и кашляя, Корсак медленно брел по полю, уже совершенно не пугаясь ужасающих взрывов, возникающих совсем рядом с ним. То и дело его ноги натыкались на оторванные куски частей тел, изуродованные, обгоревшие трупы, брошенные оружия, лезвия, покрытые слоями спекшейся крови. Позади Корсака волочился по земле рваный плащ, броня была протаранена, и боец сбросил ее с себя за ненадобностью. Ноги его подкосились, и Корсак рухнул на колени, обреченно наблюдая за бойней над своей армией. Собрав все свои силы, солдат в отчаянии закричал им отступать. Корсак проснулся, когда солнце уже почти полностью встало из-за горизонта. Джулия ушла, а Беркер закапывал остатки костра свежим снегом. Должно быть, Корсак действительно перепугался во сне, потому что друг встревоженно опустился рядом на корточки. — Что у тебя, опять приступ? — Нет… — переводя дыхание, ответил Корсак, ещё не понимая, в какой реальности находится. Беркер нахмурился. — Повезло, что эта девчонка твоя тебя сейчас не видит. Давай просыпайся и айда домой! Я уже замерз... У Корсака совсем испортилось настроение, не смотря на то, каким окрыленным он был, когда засыпал. Да и Беркер, кажется, не был в особо хорошем расположении духа, поэтому путь в Лагерь они проделали, не говоря друг другу ни единого слова. Сегодня Новогоднее чудо закончилось.