⚔ Жизнь За Гранью Войны ⚔

Тусклая настольная лампа освещала тесную комнату, не имеющую каких либо окон, а лишь одну старую скрипучую дверь. Вот она отворилась и на входе показался молодой блондинистый парень семнадцати лет. Унылый, растрепанный, он вошел в комнату, и не решившись присесть на скамью у двери, так и замер у деревянной стены. Три пары глаз строго смотрели на него в полном молчании. Мрачнее всех выглядел широкоплечий мужчина средних лет с кофейными глазами. Наконец один из парней прошипел тихо, сквозь зубы: — Добегался? — Корсак. — за голосом молодого солдата послышался грубый тон Паоло, произнесшего имя парня. Одно это слово обрушилось на голову Корсака тяжелым камнем, и ученик едва не пошатнулся. Он не поднял глаз, и старший солдат продолжил таким же угрюмым голосом. — Ведь это ты ходил на встречи к моей дочери. Ты, а не твой… Дружок? — Да, сэр. — Ты хотя бы знаешь, что ты этим сделал? Корсак сглотнул, чувствуя, что теперь то он с удовольствием бы присел. Но для этого было поздно. Глаза Паоло разъяренно засверкали. — Знаешь??? Парень сжал губы и покачал головой. Тогда солдат вдруг резко поднялся со своего кресла, так, что двоя парней за его спиной тревожно переглянулись, а Корсак с трудом заставил себя не попятиться. Это было бы полнейшим унижением. — Мало того, что посторонний ученик получил наказание по твоей вине — а ты смолчал, так ты… — он внезапно оборвал свою пылкую речь и строго посмотрел прямо Корсаку в глаза. — Не смей реветь! Парень понял, что у него намокли глаза и суетливо проморгался. — Ты лишил ее жизни, — процедил Паоло, подходя к Корсаку чуть ли не в плотную. — Знал, что происходит. Знал, что человек, которого мы обязаны содержать в безопасности, выходит на встречу смерти! Приключений захотелось, да?! Корсак чувствовал на своем лице его тяжелое дыхание. Руки парня уже давно тряслись, так что он с силой сжал их в кулаки. — Я любил вашу дочь, — тихо прошептал он, вновь едва сдержав слезы. — Я знал ее не меньше вас. И мне не хотелось… Подвергать ее опасности. — Ему не хотелось!..- воскликнул Паоло, многозначительно посмотрев на двух своих сопровождателей. — Вот что, змееныш… Он перевел дыхание, и потянулся к стакану с водой. Затем, он почему то передумал пить, и вновь развернулся к притихнувшему парню. — Ты тот, кто убил ее своей глупостью! Мне плевать, как ты справишься с этим, но ты запомнишь это! — внезапно закричал он, скаля зубы. — Потому что ты виноват, что она мертва! Ты! Он остановился, видимо чтобы сглотнуть ком в горле. Тут вдруг, у Корсака будто развязался язык — толи от злости, толи от обиды. — Нет! Джулия никогда не была в безопасности, поймите! — вдруг заговорил он, стараясь дышать ровно, хотя получалось это откровенно плохо. — Я много раз слышал, как вам рассказывают об одном единственном человеке, который убивает своих же людей прямо в городе! Почему же вы не можете решить этот вопрос, а?! Я просто не понимаю! Джулия спасалась как могла! Этот убийца — убийца ее семьи! Если бы она вас хоть сколько то заботила — вы давно нашли бы его! Так в чëм же дело?! Корсак слышал, что уже орет, но останавливаться посреди речи было нельзя. Паоло молча посмотрел на него и нервно хихикнул. Это тут же заставило Корсака растеряться. Паоло вдруг рухнул в кресло, и песочная прядка выбилась ему на лоб. На этот раз один из солдат все-таки настойчиво вручил ему воду. — Все…Проваливай. — он судорожно выдохнул, отпивая воды из стакана. Корсак вдруг с ужасом понял, что посмел вытворить. — Сэр… Мне… — Уходи, сказали ж тебе! — сердито прикрикнул второй солдат. Корсак уже не стал спорить, и спотыкаясь, выбежал прочь. На душе у него теперь была жгучая язва. Да в добавок к этому ему так и не позволили посетить город, где похоронили его подругу. Осознавать это было до сих пор мерзко, стыдно, невыносимо... Парень обессиленно рухнул на свою кровать и зарылся носом в грубую ткань. По щекам потекли горячие слезы, и Корсак принялся с ненавистью вытирать их, так что глазам даже стало больно. И казалось, никакое доброе слово теперь не утешит его.