⚔ Жизнь За Гранью Войны ⚔

Буйный ветер свистел в ушах, когда Корсак бежал среди высокой травы, стараясь не угодить в старые, заросшие осокой окопы. Кожей шеи он чувствовал прикосновение светлого меха своего плаща, который хлопал на ветру за его спиной. Стальная броня совершенно не давала ощущения безопасности. Едва Корсак заметил впереди пламя сотни вражеских факелов, ему захотелось повернуть и бежать от сюда как можно дальше. Может его и не убили ребенком — запросто убьют сейчас. Самое страшное, что Беркера он так и не обнаружил, и тревога за друга не оставляла Корсака даже в нескольких минутах до сражения. Раздалась команда, и их войско выстроились в идеальный клин свирепых бойцов. Все они были злыми, голодными и конечно, невыспавшимися. Сбоку от Корсака показалась фигура, которую осветило пламя огня, и молодой солдат с удивлением остановил взгляд на Мортиморе. Когда только он успел приехать на не спланированную стычку? Полковник лишь мельком взглянул на бывшего ученика, и наклонившись к его уху, прошептал: — Тебя били? Корсак отвернулся, чтобы скрыть свою немного подбитую физиономию. — Нет. Парень заметил, как Мортимор хмуро свел брови, но сосредоточил взгляд на генерале. Дэфен в плаще с черно-белым мехом прошелся вдоль рядов солдат и со звоном обнажил свой меч . В его сияющие холодные глаза сейчас глядели все. — Наступаем! Соблюдайте построение! Весь клин, ждущий команды, дружно двинулся вперед. Повсюду раздавался звон мечей и копьев, приготовленных рассекать плоть врага. Ветер ревел над светловолосыми головами солдат, будто требуя отступить назад, но оба войска уже стремительно приближались друг к другу. Корсак потерял Мортимора из виду, в лицо неприятно ударил поток воздуха, а слева громыхнул первый выстрел. Парень увидел перед собой спину первого противника. Низкорослого, с безобразно-темными волосами, но почему то существенно отличавшегося от пленных в их Базе. Все они были не похожи на заключенных сослуживцев, то были совсем другие люди. Этот коротышка излучал собой боевую ярость и готовность к сражению. Он уверенным движением снял с плеча огнестрельное оружие и принялся палить по ближайшим противникам. Вот первый солдат уже получил пулю в грудь, второй принял выстрел в голову. Корсак не стал долго думать, особенно, когда его тело наконец свыклось с тяжестью доспехов, а мысли захватил азарт битвы. В три прыжка он оказался рядом с врагом, и сталь меча, задорно просвистев по воздуху, лишила негодяя головы. Позади раздался целый ряд выстрелов, и Корсак почувствовал сильный удар в бок. Броня приостановила грозящую смертью пулю, но солдат на секунду растерялся, оглушенный ее громким стуком о свое обмундирование. Обзор ему загородила фигура незнакомого солдата, с яростью пронзившего очередного противника копьем, и этого хватило, чтобы Корсак скрылся в толпе сражающихся сослуживцев. Отбившись от двух нападавших, он понял, что оказался в центре сражения. Стоило ему остановиться, как прямо впереди взорвалась граната. Отпрыгнув к окопам, солдат разглядел сквозь рассеявшийся черный дым бьющегося с группой вражеских солдат Беркера. Тяжесть, как камень рухнула с души Корсака, будто он только что избавился от назойливой боли. Беркер был жив, и уже обращал противников в бегство, обезглавив двух из них. Корсак вскинул меч и тараном начал пробираться в сторону друга, так что врагам пришлось только отпрыгивать в стороны, чтобы остаться не задетыми заостренной сталью. Он был уже в пяти метрах от друга, как один из врагов ухитрился достать ножом до ноги Беркера. Солдат тут же отскочил назад, скривившись от резкой боли, а подкравшийся сзади нападающий уже выхватил ружье, чтобы покончить с застигнутым в расплох противником. Он закричал что то на своем языке, но закончить не успел, прежде чем его пронженное насквозь тело рухнуло на траву. Корсак вытащил из спины мертвеца лезвие меча и поднял глаза на товарища. Беркер тяжело дышал, поскрипывая зубами, длинные пряди его растрепанной шевелюры упали на лицо, и он взглянул на Корсака, сначало немного удивленно, а потом его взгляд сменился на просящий. — Путь к медпункту помнишь? — спросил он, прижав к раненному колену окровавленную ладонь. Корсак облегченно выдохнул, не увидев больше злости и обиды в глазах друга. Все снова позади. — Идем! Выберемся сначала через окоп. И приобняв друг друга за плечи, оба солдата в спешке покинули гущу сражения.