Нас не догонят

— Доброе утро, страна, - послышался голос Тихонова. — Доброе, доброе... Который час? - снова закидывая отросшую чёлку наверх спросила Оксана. — Четвёртый. — Я опять уснула? - все так же вслух пробормотала она. — Что? — Ни...ничего. Не важно. — Ты ещё не ложилась? — Я же говорю, не важно. Ты зачем звонишь. Случилось что-то или просто? — Просто...захотел услышать твой голос. Опять повисла напряжённая тишина. — Что...что делаешь? - застенчиво, как первоклашка с невыученным заданием у доски, спросил Иван. — Не поверишь, кофе пью. — Чтобы не уснуть или наоборот проснуться? — Всё вместе. — На работу когда едешь? — Когда приспичит, а что? — Да так, может заберёшь?.. — Давай. Когда? — Да хоть сейчас? — А если серьёзно? — Я серьёзно. Представь, пять утра, пустая контра, кайф... — Ага, пустая... Через сколько? — Когда будешь готова, тогда и приезжай. Хакер отключился.       Через полчаса программист уже была у его дома. "Когда будешь готова..." - думала Оксана, пока набирала сообщение. "Странновато звучит... Как-то подозрительно. Ладно, Кира, хватит. Это Ваня, он твой друг, если не больше, он не причинит тебе зла. Надеюсь..." - по привычке шёпотом проговорила она. — Кира? Почему Кира? Ты же Оксана. Или я чего-то о тебе не знаю? — Бляха, Тихонов, напугал. Ты многого обо мне не знаешь, очень многого. У меня довольно тёмное прошлое, даже вспоминать не охота. Ладно, поехали.       100, 110, 120... Цифры на спидометре продолжали расти. — Слушай, я на двойной суицид не подписывался... Сбавь скорость, мне страшно... — Вань, ты серьёзно? - с какой-то материнской нежностью в голосе произнесла Оксана и начала медленно сбавлять скорость до 100, — Я каждый день езжу на 160... — Зачем так быстро? — Адреналин. Я практически ничего не чувствую, кроме него. — Не, я понимаю, что тебе немного плевать на себя, ты ничего не боишься и из-за этого соглашается даже на самые опасные сделки, но хотя бы о пассажирах подумай... Ты ведь не эгоистка... — Ты слишком мало обо мне знаешь, Ванечка, слишком мало... Я хуже эгоистки в сотни раз... — Ну так почему Кира? — Позже расскажу, если это будет нужно. — Окей, отныне для меня ты Кира. Красивое имя. — Да...       До конторы они домчали относительно быстро и первым делом пошли в буфет, пить кофе. — Какая для тебя это чашка? — Четвёртая. — Расскажи, почему Кира. — Ты ведь не отстанешь, верно? — Конечно. — Окей. Я привыкла себя так назвать с 13 лет, со времен детского дома. Меня так прозвали, я ведь была пацанкой, думали, это обидно. Знаешь, как оно переводится с греческого? — Нет. — Госпожа. Им казалось, что это как-то связано с именем Кирилл, но увы. Для меня это оказалось отнюдь не обидно и, в конце концов, прижилось. Вскоре меня так называли все. Друзья, которых практически не было, "сокамерники", преподы. — Но ведь прошло уже почти 11 лет... — Годы идут, привычки остаются.       Разговоры, кофе, электронная сигарета, которую они парили по очереди. — Кир, ты ведь не куришь... — Я давно зависима, просто это очень хорошо скрывалось.       Они медленно переместились в лабораторию. — Спать хочется капец. — Никотин не бодрит? — Меня даже сотка уже не берет. — Запущено... Ну так спи, что, в первый раз что-ли?.. — Да сон дурацкий, не хочу досматривать... — Что за сон? — Связанный с моим прошлым...не очень светлым. Давай говорить о чем-то, не хочу уснуть... — Окей. Расскажи что-то из своего тёмного прошлого. Как к тебе относились родители? Прости, что режу по больному... — Ничего. Я уже ничего не чувствую... Абсолютно... Я ожидала этот вопрос, любопытство никто не отменял. Как они ко мне относились? Не знаю. Плохо, хорошо, средне. Всё зависит от их настроения. То душат любовью и заботой, точнее душили, то орут, бьют, по-моему, даже не всегда понимая за что. Да, прости, я не могу говорить о них в прошедшем времени. Было тяжело, но после убийства стало ещё тяжелее. Морально. — А что было после? — Однажды ты спросишь что значит эта осень для меня... А после было то, чего я, наверное, больше всего не хотела. Легче и лучше для меня было умереть, чем отматывать срок в приюте. У меня почти не было друзей, да, первое время кто-то общался, но потом все. Все перебежали на другую сторону. Никто ведь не хочет быть с лузершой. Почти не было людей, которым я могла бы довериться, из-за этого я и сейчас никому не доверяю. Но в один из таких же паршивых дней появился он. Андрей. Наверное единственный из парней, кому было не интересно подставить мне подножку или связать шнурки. Наверное, это был единственный человек, которого я могла назвать другом. Мы одногодки, почти из одного слоя населения, мои родители ведь тоже не бедные, только он был крутым парнем, мог всех поставить на место, а я серой мышью, которую вечно травили. Он и придумал "дразнить" меня Кирой, сказав, что значение этого имени нецензурное и не совсем приятное. Только это была наша тайна. Получается, они называли меня госпожой, прикольно, верно? Телефоны, интернет и другие подобного рода штучки были запрещены, поэтому узнать правду они не могли, если палили было не сладко. Я так однажды попалась... Не хочу вспоминать... Он ни разу, хотя мог. — Ты была его девушкой? — Нет. Мы просто дружили, без каких либо романтических отношений. — Фамилию помнишь? — У нас не было фамилий, мы жили по именам (спасибо, что не по номерам). А после выпуска разбежались кто куда. Я сменила фамилию и отчество, чтобы ничего в паспорте не напоминало о моей семье, которой, в принципе, и не было. Мать изменяла отцу на каждом шагу с практически каждым встречным, а он терпел это из-за меня. В тот день они дико ругались. Я чётко помню его "Я не могу больше это терпеть." — Жесть. А какая у тебя была фамилия до? — Топалова. Топалова Оксана Михайловна. — А почему оставила имя? — Оно мне нравилось...и сейчас нравится. Но себя я называю Кира, по привычке. ***       После ответа Тихонова на пару аналогичных вопросов она все-таки уснула. "Не, я конечно понимаю, что моя жизнь скучная, но не думал, что настолько," - увидев спящую Оксану прошептал он. "Такая милая, когда спит." Хакер сделал пару снимков, на память и пошёл зависать в компьютере.       Прошло несколько часов. Тихонов, на удивление, что-то читал, Амелина спала головой на столе. В лаборатории раздался звонок внутреннего телефона. Ответил Иван. — Вань, Амелина с тобой? Оксана потянулась. — Амелина?.. — Да не сплю я уже, - прошептала она. — Да, со мной. А что? — Пусть зайдёт ко мне. — Хорошо. Полковник отключилась. — Оксан, тебя Рогозина хочет. — А я её нет. Ладно, поняла. *** — Галина Николаевна, звали? - постучалась Амелина. — Да, дело с собой? - строго сказала она. — Да, в рюкзаке, в лаборатории. — Хорошо. На обратном пути занесешь. — Всмысле...на обратном?       Начальница положила перед ней чистый белый лист и ручку. — Пиши заявление об увольнении по собственному желанию.