***
— Ну так что, мистер Гейзенберг? Будете ли вы покупать... это? — Герцог показал на несколько банок, в которых хранились части Каду, которые Озвелл и Миранда выкидывали на помойку и которые, хоть и расчлененные, продолжали жить, несколько крупнокалиберных автоматов, два пистолета и несколько цельных Каду в резервуарах с водой. — Сколько, Герцог? — счет не был ужасным, а денег в доме Мясника, куда я наведался опять, обнаружив, что девушка упала в обморок, хватило бы на то, чтобы оплатить штук десять таких же счетов. — До свидания, мистер Гейзенберг! — Герцог помахал мне рукой.***
На этой фабрике я, в последний раз, был лет 20 назад, тогда тут еще жили мои дед и дядя — последний руководил двумя фермами и фабрикой. Сейчас же она была обветшалой, мрачной и сырой, но я нашел несколько зарядных батарей для генераторов и включил электричество. Бензина тут было много, а батареями торговал Герцог, я это увидел еще когда выбирал себе оружие. Нужно было сделать ремонт в небольшом гараже, где стоял танк, оставшийся еще с войны, наверное его приволокли бежавшие немцы. Отбросы общества. Но теперь я с ужасом вспоминаю Его... нет не его. Его имя — вы знаете его сами. Он — такой же монстр как и Миранда. Танк, три бомбардировщика, больше десятка одноместных самолетов с вооружением из гранат и одной винтовки — мой дядя переделал эту фабрику из мясоперерабатывающей в машиностроительную. А я сделаю место, где буду делать монстров. Из железа и кости.***
На полу, в дальних коридорах черных ходов, я обнаружил более шестидесяти скелетов — сюда забрались люди, когда главная труба дала течь, потолок воспламенился. Они сгорели заживо, хотя и не знали, где пожар. Наверное они даже не поняли, что случилось. На потолке и стенах оказался двухсантиметровый след сажи — тут произошел микровзрыв. Но я не повторю их ошибку. И не усну вечным сном. Как бы не обстояли дела, я проверю генераторы и машины в работе. Я убью Миранду и выберусь отсюда. Без этой силы. Но я пройду весь этот путь с Каду. А сейчас — я впервые спокойно посплю, надеюсь, кошмары не будут снится, надеюсь, Мегамицелий сжалится надо мной.