Слуга и господин

Ночь — лучшее время для размышлений. При свете яркой луны мысли уже не переплетаются друг с другом и не разъедают мозг, как прежде. Прохладный ветер из полуоткрытого окна дул в лицо, а тишину нарушало только стрекотание кузнечика где-то в саду. План уже давно созревал в голове, но я не знал наверняка, сработает ли он. Для начала нужно будет тщательно изучить дом: узнать расположение покоев лорда и, на всякий случай, найти все входы и выходы. Следующим шагом нужно каким-нибудь образом заполучить ключ от комнаты рабов. К счастью, как я успел заметить, у стражи была не одна связка ключей. Когда прозвучит отбой, я проникну в покои к Марку и лично с ним поговорю. Я должен, наконец, разобраться, что здесь, черт возьми, происходит. Эта мысль не покидала меня до самого утра, я крутил ее в голове сотни раз, обдумывал, совершенствовал. С первыми лучами солнца за дверью снова послышался звон ключей, и через мгновение металлическая дверь резко распахнулась. — Подъем! — протяжно выдал вошедший в комнату генерал, шелестящий связкой ключей у себя в руке. — Да поживее, работа ждать не будет. С трудом поднявшись с земли, люди постепенно начали покидать помещение под звонкие окрики генерала. Когда я направлялся к выходу, он внезапно остановил меня: — Вчера тебе просто повезло, парень, — сказал он угрожающим тоном, схватив за плечо. — Сегодня тебя никто спасать не будет, так что будь осторожен. Ничего не ответив, я вышел из комнаты. Неожиданно, я почувствовал сильную слабость в теле, ноги постепенно отказывались слушаться, голова кружилась — голод. Я осознал, что не ел ничего уже целые сутки. Посмотрев на остальных людей, я понял, что они чувствуют себя точно так же. Вялость ощущалась в каждом их движении, еще немного, и эти люди не смогут работать. Чем они думают? — Значит так, слушать меня сюда, — начал генерал, встав во властную стойку. — Сейчас будем решать ваши судьбы. Он ехидно посмеялся, проведя руками по рыжим усам, и выдержал небольшую паузу, после чего продолжил: — Вы трое, убираетесь на первом этаже, — сказал он, обратившись к двум пожилым женщинам и молодой девушке в конце ряда. — Старик с детьми отправляется драить кухню. — А когда будет обед, генерал? — донесся мужской голос из толпы — Мы… Давно уж ничего не ели. — Какой же тебе обед, псина? — злобным голосом спросил тот. — Ишь чего захотел, ни часу не работал, а уже про обед стрекочет. — Так… Ты, малец, — обратился он ко мне с широкой улыбкой. — Идешь на второй этаж. Да, и подружку свою прихвати, чтоб не скучно было, — он начал громко смеяться, после чего его смех подхватили остальные. Пожилая женщина проводила нас с Тиной по мраморной винтовой лестнице на второй этаж, где мы получили ведра с водой и пару тряпок. Посмотрев на нас, женщина сказала размеренным спокойным голосом: — Славная пара. Даже жалко… — она начала удаляться, спускаясь по лестнице вниз. Мы с Тиной еще некоторое время стояли, замерев в тишине, после чего ее ноги резко подкосились, и она упала на колени. Наклонившись, я схватив ее за руки. — Эй, что с тобой? — спросил я, увидев бледное лицо жены. — Все хорошо, я просто… Немного устала, — ответила она тихим голосом, улыбнувшись неестественной улыбкой. Я сразу понял, что голод всему виной. Нужно было срочно достать немного еды. Для этого требуется незаметно пробраться в кухню. К счастью, я уже знал, где она находится, осталось только не попасться на глаза страже. — Побудь здесь, я ненадолго, — сказал я Тине, она ничего не ответила. Тогда я быстрым шагом по коридору направился в сторону кухни. По пути я не встретил ни одного стражника, чему я был очень рад. Дверь кухни была приоткрыта, и из нее доносился ароматный запах еды и свежеиспеченного хлеба. Заглянув за дверь, я увидел того самого старика и двух молодых парней, которые из последних сил чистили полы. Я постарался войти как можно тише, передвигаясь в полуприседе, я укрылся за высоким деревянным столом и слегка высунул голову. Помимо рабов, по кухне ходили две женщины, видимо, поварихи. Стараясь не издавать лишнего шума, я прошелся вдоль столов и увидел небольшой кусок свежего хлеба, лежащего на одном из них. Недолго думая, я взял кусок и завернул его в свою тряпичную рубашку. Таким же тихим шагом, я стремительно направился в сторону двери. Чудом мне удалось выйти незамеченным, но вскоре из-за угла послышались звуки приближающихся шагов. Стук железа о землю дал мне понять, что приближается стражник. Неся в руках хлеб, я быстро побежал обратно, в надежде, что он не услышит. Когда я вернулся к Тине, она все так же без сил сидела на деревянном полу. Ее взгляд поднялся на меня, и она вновь, с печалью в глазах, улыбнулась. — Я принес тебе поесть, — сказал я, выворачивая кусок еще теплого хлеба и протягивая ей. — Это немного, но хоть что-то. — Где ты это взял? — спросила Тина удивленным голосом. — Ты что, украл его? — Прошу, ешь и не задавай лишних вопросов. — А как же ты? — Я уже поел, не беспокойся, — ответил я. Она посмотрела на меня и, через пару секунд, с жадностью начала поедать хлеб. Спустя несколько секунд хлеба уже не было, Тина поднялась с колен и обхватила мою спину обеими руками, прижавшись к груди. Я был слегка смущен, но все же обнял ее в ответ. Наше объятие прервал стражник, который проходил мимо, насвистывая какую-то мелодию себе под нос. Его укоризненный взгляд опустился на меня, после чего он лишь усмехнулся и пошел дальше. — Я думаю, нам пора начать что-нибудь делать, иначе нас сейчас заметят, — проговорила Тина, взявшись за тряпку. Я же присоединился к ней. На протяжении всего этого времени я старался не показывать, что мне плохо. Прошло где-то часа два-три перед тем, как пришло время обеда. Все рабы направились на кухню, где полная повариха раздавала какую-то похлебку в деревянных мисках, которая пахла, мягко говоря, не очень. Но жуткий голод не давал выбирать, и я, как и все, без раздумий принялся есть суп. Хоть на вкус он был не лучше супа из нашей студенческой столовой, это было лучше, чем ничего. Я почувствовал, что мне становится немного лучше. Чья-то рука коснулась моего плеча. Повернувшись, я увидел того же самого старика. — Слушай, сынок, — начал старик. — Скрывать не буду, я видел тебя сегодня. Тебе стоит быть осторожней, если хочешь выжить здесь. — Да, спасибо, — холодно ответил я. — Я ведь для твоего же блага говорю. Я ничего не ответил. — А теперь за работу, — приказал генерал. — Чтобы до вечера все было вычищено до блеска. Я поспешил к выходу и вернулся к работе, временами оглядываясь в поисках зацепок для моего плана. Долгое время мне не удавалось ничего найти, пока не наступил вечер. Спящего солдата, сидевшего у двери, разбудил резкий голос генерала: — Почему спим на посту, Уилфорд? — стражник быстро проснулся и встрепенулся. — Виноват, простите, — спросонья сказал тот. — Не забывай, ты охраняешь покои лорда. Еще раз увижу спящим — вылетишь со службы. Ты меня понял? — Да, генерал. Я понял, простите, — ответил солдат, однако, когда генерал вошел в покои, тот снова почти моментально уснул. На его поясе я увидел блестящую связку ключей. Я решил, что это мой шанс. Бесшумно подкравшись, я искал нужный ключ. Запомнить его было несложно: серебряный, с двумя зубчиками на конце. В попытке стянуть нужный ключ, я услышал разговор за дверью. — Король Торген сильно болен, — донесся голос генерала. — Когда он скончается, без правителя в Салмаре начнется анархия. Вот тогда мы и нападем, милорд. — Неужели у Торгена нет ни одного наследника? — спросил Марк. — Тоже мне наследник. Эта бестолочь, его племянник, не способен управлять королевством. — Хорошо, генерал Ленс, доверюсь вашему плану. Тогда нужно собирать армию сейчас же. — Это предоставьте мне, милорд, — сказал Ленс гордым и уверенным голосом. Потом последовало несколько невнятных фраз, после чего я услышал звуки приближающихся шагов. Резко выхватив ключ из связки, я побежал обратно. Дверь открылась, и генерал Ленс вышел из комнаты. — Что я только что говорил, Уилфорд? — закричал он. Солдат вновь пробудился ото сна, испуганным взглядом смотря на начальника. — Смотри у меня, — произнес Ленс. Он переключил свой взгляд на меня, затем ухмыльнулся и ушел.

***

Наступила ночь, время отбоя. Когда ключ повернулся в замке три раза, я устроился возле двери и стал ждать. Прошло примерно один-два часа, перед тем как шум за дверью прекратился. Осторожно поднявшись с места, стараясь никого не разбудить, я достал из кармана серебряный ключ и засунул его в отверстие замка, прокрутив его три раза в левую сторону, после чего я услышал некий щелчок в двери. Дергаю за ручку, она поддается и железная дверь приоткрывается. Убедившись, что рядом нет охраны, я присел на корточки и стал передвигаться в сторону лестницы, однако у прохода я заметил двух стражников: один из них спал, сидя на стуле, другой — стоял на посту. В поисках, чем бы его отвлечь, я бросил серебряный ключ в другой конец зала, и он со звоном приземлился на мраморный пол. Пока стражник был занят подниманием ключа, я резко вошел в проход и поднялся по лестнице на второй этаж. Как ни странно, стул возле покоев лорда пустовал. Недолго раздумывая, я вошел в комнату. Покои были обустроены на высшем уровне: широкая двуспальная кровать, высокий гардероб и несколько тумб по краям кровати, на которых стояла горящая лампа. Марк стоял возле широкого открытого окна. От неожиданности он повернулся и вздрогнул. — Алекс… Честно говоря, ты застал меня врасплох, — проговорил он после недолгой паузы. — Не хочешь рассказать мне, что здесь происходит? — в гневном тоне спросил я. Марк глубоко вздохнул, затем подошел ко мне и положил руку мне на плечо. — Рад тебя снова видеть, брат, — сказал он, обнимая меня и хлопая по спине. — Я тоже рад, друг. Но что же, все-таки, произошло? — Кажется, после той аварии произошло что-то необычное. Мы переместились в другой мир. — Тогда, нам с тобой нужно найти выход из него. Марк засмеялся. Его смех не был похож на прежний, более суровый и злобный. — Я не собираюсь уходить из него. Мне и здесь хорошо. — Но… — не успел я договорить, как он перебил меня. — Ты можешь присоединиться ко мне. Мы будем вместе править этим королевством, как настоящие друзья. — Я не узнаю тебя, Марк. Ты изменился. Ты стал… тираном. — Да, я стал тираном, — он изменился в лице, голос его стал холодным. — Мне пришлось им стать, потому что в этом мире не сохранить власть другим путем. Если ты не будешь тираном, тебя попросту перестанут уважать. Зато подумай, какие великие вещи мы с тобой можем сотворить. Мы войдем в историю. — Войти в историю, как убийца? Как монстр? Этого ты хочешь? — ярость закипала во мне. — Слушай, я прекрасно жил эти два года, пока вдруг не объявился ты, — сказал Марк. — Ты хочешь все испортить? Два года? Он живет здесь уже давно, этот мир изменил его. — После всего, что мы прошли вместе, ты готов обменять дружбу на власть? Он отвернулся, после чего холодным тоном ответил: — Если это того стоит, я готов. Сердце внезапно закололо, дышать стало больно. Я не мог поверить услышанному, обида и злость смешались в одно. — Что ж… — произнес я дрожащим голосом. — Раз уж ты выбрал власть, пусть так и будет. Сказав это, я понесся к открытому окну и выпрыгнул из него, приземлившись на мягкую траву. — Алекс, стой! — послышался голос Марка сверху. Но мне уже было все равно. Я бежал прочь из города — бежал подальше от него…