Твоей тенью

В ожидании пробуждения Вэй Ина Лань Ван Цзи осторожно покачивал бело-золотистый свёрток в своих руках. Он бросал нежный взгляд то на малыша, то на любимого, находя черты прекрасного сходства. Малыш был беспокойным, он смотрел своими большими глазками вокруг, но его взгляд не мог ещё ни на чём сосредоточиться. После укачивания мальчик начинал кричать минут через пять, он чувствовал отсутствие своей мамы. В конечном итоге Лань Чжань присел на кровать перед любимым с ребенком на руках. Он приглушил свет в комнате, чтобы Вэй Ину было легче приходить в себя, коснулся его щеки, слегка огладив её и спустился осторожно к животу, который, наверняка, ещё доставит Вэй Ину дискомфорта, но теперь это будет ничем по сравнению со всем обретённым счастьем. Лань Чжань не удержался от поцелуя в лоб, он сделал это настолько аккуратно, что даже ресницы возлюбленного не дрогнули. Когда малыш на его руках уже заснул, Вэй Ин постепенно открыл глаза. Он поводил ими в стороны и зацепился за Лань Чжаня, заметив, как тот завороженно смотрит на их сына. Вэй Ин с облегчением выдохнул. Сил все ещё было немного, потому Ван Цзи, увлечённый маленьким человеком, не сразу и заметил его пробуждение. Лань Чжань осторожно поднялся и отнёс сына в колыбель, чтобы теперь заняться полностью только любимым. — Вэй Ин? — Ван Цзи в миг оживился и подсел вплотную, — прости, я так увлёкся сыном, просто невозможно отвести глаз. Он очень-очень похож на тебя. — Лань Чжань нагнулся и подарил любимому поцелуй, боясь задеть и сделать больно. — Спасибо, родной мой, за… — За А-Юаня. — Поспешил закончить Вэй Ин. Лань Чжань лишь, поцеловав его руку, ответил: — Все как пожелаешь. Однако была одна вещь, которую Ван Цзи и предполагал с рождением их ребёнка: у Вэй Ина не было к нему рвения, этого самого инстинкта. Бесспорно, он любил своего сына, но более полагался именно на Лань Чжаня, так что Ван Цзи пришлось заботиться о них вдвоём. Сам Вэй Ин после родов стал ещё больше в нём нуждаться. Ему пока что было тяжело вставать, он требовал внимания и заботы. Да, он не капризничал по пустякам, старался, но всё же ему постоянно был нужен рядом Лань Чжань. Не дай Бог Лань Чжань не поцелует его, как Юаня на ночь — Вэй Ин искреннее обижался. — Не забывай поддерживать головку, он ещё сам не может её держать, Вэй Ин. Держи. — Лань Чжань передал ему бутылочку со смесью и продолжил любоваться этой картиной. — Ничего-то он сам не умеет… — Надулся Вэй Ин, — ничего без моего Лань Чжаня не может. Покорми, помой, умой…ночами невозможно спать. Дааа, чёго ты кряхтишь-то? Это мне плакать надо и папе нашему. — Вэй Ин. Он маленький. Он будет плакать и требовать к себе внимание. Говори тише, ты можешь его напугать. Пожалуйста. — Честно Вэй Ин завидовал терпению Ван Цзи, в то время как самому хотелось порядком закатить истерику. Делить внимание Лань Чжаня было адски тяжело. Он ощутил в миг, что в горле его стоит ком, глаза защипало, а руки затряслись. Да, он хотел ребенка от Лань Чжаня, да, они оба хотели этого, но Вэй Ин есть Вэй Ин. Ему было тяжее, чем обычному человеку. В грудной клетке сдавило. Он хотел закричать, но вышел лишь едва различимый шепот. — Нет… — Лань Чжань насторожился, он внимательно следил за ним взглядом, — не хочу! — Вэй Ин зарыдал, и Ван Цзи лишь осторожно держал его за плечо, пока тот и вовсе не ударил себя. Вэй Ин редко проявлял самоагрессию, поэтому Ван Цзи вздрогнул и замер, осознавая, что происходит, Вэй Ин и дальше бы себя бил, если бы Лань Чжань крепко не сжал его руки. — Вэй Ин, нельзя. Посмотри на меня. Вэй Ин. Я здесь, смотри, все хорошо. Самый любимый, самый нужный Вэй Ин. Ты подарил нам счастье, красивый мой. Счастье моё, всё. Он подрастёт, будет таким же красивым и талантливым. — Лань Чжань… — Ван Цзи помог ему подняться, придерживая крепко за талию, одарил поцелуем в шею и опустил на свои колени. — Я здесь. — И поцелуй в губы, аккуратный, но чувственный. А Юаню шесть месяцев. Он во всю ползает, исследуя пространство вокруг. Что-то щебечет на своём языке, пока Вэй Ин старается научить его уму-разуму. Они оба по природе шустрые, поэтому Вэй Ину оказалось легче, когда они перешагнули порог в четыре месяца. За это время Вэй Ин успокоился, у него прошли все боли. Он приучился вставать посреди ночи, без всяких капризов тихо кормил сыночка, не будя Лань Чжаня. А Юань тоже не капризничал, перестал с возрастом беспокоить родителей по пустякам. Однако Вэй Ин все ещё ревновал. Он не отлипал от Лань Чжаня, когда все его внимание занимал сын. Лань Чжань понимал. Вэй Ин видел, как его самый близкий, дорогой и единственный человек отдаёт свою ласку и любовь другому, и Лань Чжаню было важно, чтобы постепенно он мог равносильно отдавать им свои чувства. Он постоянно говорил, что А Юань — частичка его любимого, что это его душа, и потому они все вместе — единое целое. А Юаню сегодня четыре года. Он весело играется в кухне, пока Вэй Ин следит за десертами, а Лань Чжань в магазине докупает всё, что необходимо, дабы отпраздновать День Рождения сына. Именно этот день сам Вэй Ин будет прокручивать в памяти, словно на плёнке. Именно этот день его сын встречает с родителями, в то время как сам он… Вэй Ин присаживается к Юаню, начиная играть с ним. И помнит. Все ещё помнит те последние игры со своими родителями. Он смотрит на сына — Лань Чжань оказался прав. Копия их вместе, но все же. Вэй Ину кажется, что он больше похож на Ван Цзи. — Папочка, я очень счастлив. — Вдруг говорит мальчик, пытаясь залезть на колени, — я тебя люблю. Эта фраза заставляет Вэй Ина растрогаться ещё сильнее. Он целует мальчика в висок, все ещё прокручивая в голове своё прошлое. Они дали обещание. Тогда вместе. Дать сыну всё, что нужно, быть той самой семьёй. — И я тебя люблю, мой дорогой. Ты ещё так мал, что не осознаешь в полной мере своего счастья. Мальчик взглянул на Вэй Ина, словно услышал нечто сокровенное. Взгляд его был не по годам глубокий, он прикоснулся своей маленькой ручкой к щеке А Ина, и тот её поцеловал. — Я уже большой и буду вас с папой защищать! — Возразил А Юань, — я все уже аонаю. — Осо-знаю. — Проговорил медленно Вэй Ин и прижал сына крепче. Его белоснежные одежды стали слегка влажными. Он и правда не понимал: почему в такой день папа плачет. Дверь отворилась, и Лань Чжань, пройдя в квартиру, увидел их, обнимающимися. Только А Юань мигом отпрянул и подбежал к Ван Цзи, спрашивая: — Почему папа плачет? Лань Чжань обеспокоено поднял взгляд, смотря на возлюбленного. Ему потребовалась секунда, чтобы все осознать. Он подошёл, целуя его в висок, и что-то прошептал, крепко после обняв и, развернувшись к сыну, ответил: — Он просто очень тебя любит.