Твоей тенью

Два месяца спустя.

— Лань Чжань, а какого ты хочешь: мальчика или девочку? — Вэй Ин вертелся подле зеркала, рассматривая свой, пока что совсем плоский животик, — Иди ко мне! Ван Цзи теперь полностью ушёл в дела семьи и компаний. Там требовалось много чего проверить и восстановить. Теперь, летом, он может с точностью решить: что они станут делать дальше. Вэй Ин был спокойным и перестал так много просить и капризничать, но сейчас Лань Чжань уже сам не хотел его покидать ни на минуту. Лань Чжань подошёл сзади, обхватывая талию. — Неважно, милый. Это будет наш малыш, его подаришь мне ты — это самое главное. Пусть будет здоровеньким и таким же сладким, как ты. Вэй Ин смущённо улыбнулся, но вмиг сделался серьёзным и повернулся, смотря в глаза. — Лань Чжань, у него всегда будем мы. Мы будем осторожными и внимательными не только к нему, но и к самим себе, к друг другу, чтобы не. чтобы он никогда не остался один. Обещай. Он в полной мере познает родительскую любовь. Ван Цзи слушал его с абсолютно серьёзным видом, полным нежности и понимания. Он знал: почему Вэй Ин это говорит, он понимал его в совершенстве, Лань Чжань знал: чего Вэй Ин боится и что чувствует в данную минуту, говоря эти слова. Лань Чжань аккуратно обнял его и заговорил самым шепотом, словно это было нечто сокровенное и личное. — Вэй Ин, я обещаю. Вы всегда будете со мной, я никогда не обделю его любовью, у нас будет та семья, о которой мы мечтаем, мы дадим малышу всё лучшее. Ответом ему стал глубокий взаимный поцелуй. Но чем больше проходило времени, тем сильнее Вэй Ин начинал переживать. Настроение его менялось по часам. Лань Чжань тоже стал все сильнее погружаться во все мелочи. Вплоть до цвета одежды и питания. И Вэй Ину показалось, что все-таки Лань Чжань уже любит их малыша сильнее, чем его самого. В их случае заводить ребёнка было сложным делом и с психологической стороны. Вэй Ин начинал буквально ревновать, но Ван Цзи относился к данному спокойно. Он постоянно разговаривал с ним, стараясь сильно не реагировать на истерики, просто был рядом, позволяя выговориться и в нужный момент обнимал, давая себя почувствовать. Но малыш — часть Вэй Ина. Они неразрывно связаны, и Лань Чжань любит их одинаково, так сильно, как любит Вэй Ина. Он повторял У Сяню каждый день, что его любит и никуда никогда не уйдёт и причины так сильно волноваться нет. — Больше ты не будешь водить меня за руку и больше не возьмёшь на руки, потому что это стыдно, а его будешь. Но ты хотя бы станешь меня обнимать и целовать, как раньше? Лань Чжань тяжело вздыхал. Поэтому, именно из-за того, что сейчас происходило, Ван Цзи не хотел спешить с ребенком. Нет, ему не было это сложно. Просто он не хотел, чтобы Вэй Ин вот так расстраивался и воспринимал всё неверно. Явление это было в их случае нормальное. — Буду водить за руку и носить на руках. Вас вместе. Посмотри на меня, А-Ин. Он — часть тебя, часть нас. Разве я могу кого-то обделить? Всё будет хорошо, не вздумай изводить себя этим, я всегда буду держать тебя за руку и никогда её не отпущу. Прибавилось и эмоциональности у Вэй Ина. Но главное — аппетита. Он мог захотеть всё, что угодно, причём в разном сочетании, даже самом неожиданном. Ван Цзи нравилось о них заботиться и чем больше становился срок, тем сильнее он ожидал того заветного дня, в который все и произойдёт. Когда подходили последние месяца, и малыш стал совсем активным, они позабыли: что такое спать по ночам, особенно Ван Цзи, который постоянно тактильно успокаивал Вэй Ина, дабы тот сам относился к данному явлению спокойно. Вэй Ин даже во все находил руку Ван Цзи и клал себе на живот. Он так очень привык. Но однажды ночью их сон прервался надолго. — Вэй Ин? — Лань Чжань приподнялся в постели, заслыша тяжелое дыхание со стороны, Вэй Ин… — Лань Чжань погладил его по волосам, сохраняя своё предельное спокойствие. Ван Цзи осторожно уложил его, перевернув на спину, и зажёг светильник. — Что, милый, скажи мне? — Хотя Лань Чжань уже всё понял, он так в миг запереживал, что хотел услышать от Вэй Ина хоть слово. Но Вэй Ин только вновь длинно выдохнул и прикрыл глаза. Тогда Лань Чжань понял: то самое время звонить в Скорую. — Не надо в больницу…они не позволят тебе остаться… Лань Чжань, я умру, если ты уйдёшь…мне страшно, так страшно, Лань Чжань, не хочу.не оставляй меня. — Когда Ван Цзи понял, что всё переходит в истерику, то твердо решил, что пройдёт это вместе с Вэй Ином, где только тот сам пожелает. Лишь бы с ним и с малышом всё было хорошо. Лань Чжань и не думал, что переживёт подобное в своей жизни. Ему всегда было довольно учеников, но собственный ребенок — это совсем другое. Он аккуратно погладил Вэй Ина по голове и на протяжении всего этого времени держал за руку, чтобы он хоть немного успокоился. — Постоянно дыши, прошу тебя. Сейчас самое важное — это наш малыш. Я ни на секунду тебя не оставлю, но ты должен думать и нашем скором счастье, я умоляю тебя, Вэй Ин. — Лань Чжань…когда это закончится…мне так больно, Лань Чжань. Лань Чжань массировал ему живот и немного надавливал, чтобы ребенок выходил. Он обтер лоб, шею и ноги Вэй Ина, чтобы тому было не так жарко. — ААААААААААААА, больно, Лань Чжань! — Дыши, — отозвался Лань Чжань, массируя его бедра и помогая упереться ногами в кровать, — уже полголовки, я с тобой. Если бы он мог, то непременно забрал бы всю боль Вэй Ина себе, но только поцеловал его руку, а через пять минут уже приехала Скорая, и вот тогда-то они поняли, что вся та боль была лишь началом. Вэй Ин стал кричать так, что хотелось выбежать оттуда, но Лань Чжань просто не имел на это права. Он сам так для себя решил. Врачи ни один раз предлагали ему выйти, видя, что им вместе сложно, но Вэй Ин постоянно твердил его имя, и Лань Чжаню оставалось только повторять, что он рядом с ним и все-все хорошо. Лань Чжань опустил на лоб Вэй Ина мокрую ткань, ещё один кусочек зажал зубами и тужился до искр перед глазами, он едва не ломал Лань Чжаню руку. Когда начались сами роды, самая активная фаза, Лань Чжань перенес Вэй Ина в подготовленный бассейн, залезая туда вместе с ним, он гладил его живот и удерживал ноги широко расставленными. — Тужься, давай, милый! Я рядом, ещё немного. — Лань Чжань успокаивающе водил рукой по водной глади, держал его за руку. Вэй Ин откинул голову ему на плечо, — давай…потерпи, — Лань Чжань массировал ему живот круговыми движениями, чувствуя их малыша. — Не могууууууууууу, — кричал Вэй Ин, — Лань Чжань, не уходиииииии — Я здесь, здесь… — Повторял Лань Чжань, обтирая ему лоб, — ещё немного, родной. — Мне больнооооо, — Орал Вэй Ин, пока Лань Чжань целовал его руки и успокаивающе гладил по голове, — помоги мнееее, Ланьь Чжааань — Все хорошо, идет, Вэй Ин, идёт, тужься. — Лань Чжань целовал Вэй Ина в шею. Вэй Ин упирался стопами и сильно тужился, кричал от боли и почти терял сознание. — Ещё, Вэй Ин! Потерпи… И, когда Вэй Ин, задыхаясь, стал говорить, что он больше не может, то потерял сознание ровно перед тем, как раздался плачь их крохотного сына.