Враг мой?..

━━━━━━━ ••• ━━━━━━━

«Командиры имеют право делегировать полномочия не по прямой вертикали, а исходя из обстоятельств и на собственное усмотрение, особенно на первой линии столкновения»

Выдержка из седьмого раздела Устава Убежища «Нексус»

━━━━━━━ ••• ━━━━━━━

Сцилла

      Спустя полдня пути, когда у Сциллы уже горела как спина, так и ноги, — литерально от бедер до стоп, — отряд свернул из лесу в направлении проселочной дороги.       Сцилла слегка заволновалась — насколько разумно светиться на открытой местности?.. Но Эрион вел уверенно, и сомневаться в его планах и решениях она не собиралась.       Они обогнули небольшое озерцо, заболоченное и забросанное мусором, и Сцилла тоскливо поморщилась, оглядывая водную гладь, усеянную жестянками и пакетами, между которых уныло чахли кувшинки. И задалась вопросом: как так можно обращаться с природой? Как можно было превратить водоем в свалку?.. Как рука вообще поднялась швырнуть что-то не в мусорный бак?..       А ведь здесь крайне живописная местность — равнина, плавно извивающаяся небольшими увитыми зеленью холмами. То тут, то там росли редкие цветы, и прямо под подошвами вспыхивали рыжим светом миниатюрные насекомые, сродни светлякам. Вся проселочная дорога, густо поросшая пушистым разнотравьям, издавала слабое из-за солнечных лучей, но устойчивое свечение. Ночью, пожалуй, она выглядела просто волшебно.       И столько же, сколько красоты здесь проросло, было и следа человека, неспособного по какой-то необъяснимой причине донести мусор до урны.       Сцилла старалась сосредоточиться на растительности, отвлекая себя и от негодования, и от болезненной усталости, и играла с собой в игру «вспомни название растения». Как выяснилось, нихрена она не знала местную флору. Опознала лишь несколько довольно редких стеблей по памяти — даже дар немощно, но всколыхнулся в ответ на лечебные свойства, а с остальными была беда. Сцилла видела их впервые, магия слишком слабо трепыхалась, чтобы оформить в узнаваемую форму то или иное соцветие, и скоро Сцилла забросила эту затею.       Да и они уже пришли. Куда-то.       Вдали виднелись крыши и дым из труб — там располагалась небольшая деревушка. Ну как, деревушка… Некий населенный пункт. Деревней назвать это сложно, так как крыш Сцилла насчитала всего пять.       Отряд же остановился за руинами чего-то, что когда-то было довольно внушительным, судя по размаху этих самых руин.       — Привал, — скомандовал Эрион и сбросил рюкзак на землю, осматривая округу.       — Так близко к деревне? — спросила Сцилла, тоже сбрасывая с плеч ношу.       — Это не деревня, это община местных религиозников, — обронил Эрион, разминая затекшие мышцы. — Им до нас нет никакого дела, как и нам до них. Тем более, мы здесь ненадолго, а они не покинут домов до завтра — у них праздник.       — Какой? — заинтересовалась Сцилла, присаживаясь на остаток фундамента.       — Киприлион, — отозвался Эрион. — Что-то вроде дня всех святых.       — Скорее, всех мертвых, — хмыкнул Стелз, распаковывая припасы.       — И в чем суть праздника? — недоумевающе нахмурилась Сцилла.       — Почтение мертвых, — обронил Стелз. — Все сидят по домам, жгут поленья и свечи, молятся Селларису за мирную загробную жизнь и едят пшеничную кашу. Такое себе веселье, — небрежно пояснил он.       — А-а-а, — протянула Сцилла. — Ясно. Такое и у нас было. Только называлось «День памяти» и проводилось, кажется, осенью, — задумалась она.       — Вполне может быть — от дистрикта к дистрикту названия и даты чуть разнятся, — пожал Стелз плечом и расставил на огромном камне кружки с чаем, галеты и фрукты. — Налетай, — позвал он, и все трое подтянулись к импровизированному столу.       — Мертвых почитать будем? — хмыкнула Сцилла.       — Вы как хотите, а я в это не верю, — бросил Эрион и принялся методично жевать галету.       Сцилла же набросилась на фрукты.       — А что это за развалины? — спросила она, проглотив пару слив и задумчиво разглядывая странный по форме незнакомый плод.       — Понятия не имею, — пожал Эрион плечом. — Скорее всего, был или храм какой-то, или чей-то особняк — уже и не разберешь, — осмотрелся он по сторонам. — Но нам подходит — ни с дороги, ни из лесу, ни с неба нас не видно, — обронил Эрион и полез в карман за таблетками.       Сердце сжалось от его болезненного вида. Сцилла вздохнула, наблюдая, как он принимал лекарства и все стремительнее бледнел.       — Час на отдых, вольное времяпрепровождение. Но за пределы руин ни ногой, — скомандовал Эрион. — Я подремаю. Стелз, разбудишь, — добавил, и Стелз кивнул.       А Эрион уселся у дальней стены, в тени. Оперся спиной в каменную кладку, вытянул и скрестил ноги, как и предплечья на груди. Прикрыл веки и опустил голову. Показалось, что он моментально заснул, хотя определить точно вряд ли можно в текущей ситуации.       Сцилла вздохнула, глядя на него, и решила подремать тоже, пока Тоби переукомплектовывал рюкзак, а Стелз обложился приборами и внимательно вслушивался в наушник, время от времени перещелкивая радиочастоты. Но сон как на зло не шел, и Сцилла сменила род деятельности — достала из рюкзака алхимический справочник, который купила в Речной и так ни разу и не открывала, и принялась листать. Эхо от переворачиваемых страниц витало вдоль разрушенных стен, и написанное увлекло сильнее, чем могло показаться на первый взгляд.

«Каждое растение, каждый минерал, каждый магический элемент — не просто кусочки мира. Это частицы жизни. Частицы судьбы. И мой справочник — не сухое собрание знаний. Это мозаика силы, любви и боли, опыта и ошибок, успехов и падений, которыми наполнились мои дни, проведенные в некогда чужих, но ставших родными мне землях.

Эти страницы не для слабых. В них заключена магия, способная творить чудеса, но и разрушать, если не быть готовым к ее силе или злоупотреблять ею. Пусть этот труд станет путеводной звездой для тех, кто осмелится понять мир, природу и ее дар, осознавая и уважая цену их использования».

— Сола, Истинная Травница, первая в своем роду

      Сцилла удивленно заморгала уже от предисловия. У нее в руках — труд всей жизни истинной травницы?.. Еще и первой в своем роду. Сцилла знать не знала, является ли сама она истинной, но Эрион это когда-то предполагал. И следопыт, из-за которого заледенела их с Эрионом нить связи, назвал ее истинной чистокровной. И увидеть в книжке, купленной на барахолке исключительно за красивую обложку, обращение от первой истинной травницы было весьма… Волнительно. Странно. Необычно.       Сцилла забегала дальше по строкам, заинтригованная до глубины души.

От редакции:

Справочник «Исцеляющая и Разрушающая Сила: Магия и Травничество» — это веха в древней алхимии, магии и травничестве, созданная самой великой травницей своего времени — Солой Мортстон. Состоит из множества рецептов, секретных техник и магических знаний, собранных за годы ее жизни в качестве жены Владыки континента, Рейсорда, и заботливой матери своих детей — Майхема и Заны…

      Сцилла удавилась воздухом и резко выпрямилась. Распахнула шире ресницы, прочищая горло от внезапного першения, и уставилась в абзац снова, не веря собственным глазам.

…жены Владыки континента, Рейсорда…

      Нет, ей не показалось.       Первая истинная травница была женой Владыки Континента?! Сцилла осела, ошарашенно выдохнув, и привалилась к камню за спиной.       Ну и дела… Резко стало ясно, почему Эрион в свое время настаивал почитать о ней и говорил, что было в ее биографии кое-что интересное.       Нихрена себе интересное! Владыка, потомки которого нынче всех одаренных подчистую излавливают и качают из них магию, сам был женат на одной из них. На травнице. Магичке, как презрительно зовут их в современности. Такой же, как Сцилла, которую хочет сцапать литерально каждый торговец на континенте. Еще и первой истинной, чтобы нахрен это ни означало.       Вздохнув, Сцилла встряхнула собранными в косу волосами и вернулась к чтению.

Сола была женщиной не только необычайных знаний, но и невероятной силы, вмещавшей в себе как магическое наследие, так и знания о мире природы. Она передала свою любовь к растениям, минералам и магическим субстанциям, позволяя потомкам не только использовать их силу, но и понимать глубокий смысл их существования.

В этом справочнике вы найдете самые редкие и загадочные растения, минералы и магические элементы, которые можно найти лишь в самых труднодоступных уголках Ксинарии. Каждое зелье, каждое заклинание и каждая формула были испытаны и записаны в моменты великих испытаний, страданий и радостей, когда Сола еще странствовала среди живых.

Многие из этих рецептов были задокументированы с трепетом и осторожностью, так как их применение может повлиять не только на жизни, но и на магический баланс.

Травница, зная о своем даре, оставила этот труд как подношение своему роду и всем тем, кто готов следовать ее пути. Этот справочник наполнен как благими намерениями, так и предупреждениями о возможных опасностях, которые скрывают магия и сила природы.

«Исцеляющая и Разрушающая Сила: Магия и Травничество» — не просто книга. Это собрание мудрости, упорядоченное для тех, кто ищет ответы на вопросы, что касаются не только здоровья и магии, но и их соединения с миром, в котором мы живем. Это — ключ, который откроет двери к древним секретам, скрытым под пылью времен.

«Пусть знание этого мира станет вашим благословением. Или проклятием. Ибо каждая сила требует жертвы»

      Пробрало ознобом, и Сцилла против воли повела плечами. Захлопнула книгу и повертела ее в пальцах — самая что ни на есть обыкновенная книжонка черной истертой обложки с блеклым золотым теснением в виде растительных мотивов, ветхим срезом и парой пятен. И как это оказалось на полке в барахольной лавке в Речной?.. Чудеса да и только…       — Рецепты, значит, — тихо проговорила Сцилла, косясь на книгу с подозрением и каким-то суеверным страхом. — От первой истинной травницы. Посмотрим, что там она наалхимичила…       Сцилла снова распахнула книгу и пробежалась по названиям рецептов. Эссенция бодрости, зелье кровавого щита, эликсир ясного разума, эликсир последней надежды, эликсир магического равновесия… Стоп, что?       Сцилла заинтересованно изогнула бровь и перелистала до нужной страницы.

Рецепт 5: Эликсир Магического Равновесия

Эффект: Восстанавливает баланс магической энергии в организме одаренного, предотвращает магическое «перегорание» или истощение. Помогает стабилизировать поток магии, если он вышел из-под контроля.

Ингредиенты: 4 лепестка Флоксании — стабилизируют магический фон. 3 стебля Миренфы — помогают успокоить перегруженные нервные окончания. 1 корень Окслара — усиливает связь между магическим и физическим телом. Щепотка порошка из высушенных цветков Астрадиона — способствует мягкому восстановлению магического резерва. 5 капель настойки из листьев Силарета — для снятия остаточного «магического отравления».

Приготовление:

Нарежьте корень Окслара на мелкие кусочки и варите его в 300 мл чистой воды до получения прозрачного золотистого отвара (примерно 20 минут). Добавьте лепестки Флоксании и стебли Миренфы. Томите на медленном огне ещё 10 минут, пока отвар не приобретет лёгкий фиолетовый оттенок. Снимите с огня и добавьте порошок Астрадиона, размешивая деревянной ложкой. Дайте смеси настояться под крышкой 15 минут. Добавьте 5 капель настойки Силарета в охлаждённый отвар и процедите его через тонкую ткань. Разлейте в стеклянные флаконы из тёмного стекла, чтобы сохранить магические свойства.

Применение: Выпивать по 30 мл (примерно 2 столовые ложки) после сильного магического истощения или перед сложными магическими ритуалами. Эффект проявляется через 10-15 минут, стабилизируя состояние мага.

Предостережение:

Не рекомендуется принимать чаще, чем раз в сутки, так как слишком частое употребление может вызвать временную зависимость из-за усиления магического резонанса.

      Сцилла сглотнула привкус тошноты и ощутила еще более сильный флер суеверного тремора. Потому что… Это именно то зелье, которое Сцилла сама создала. Вернее, которое первым в жизни рецептом сформировалось в сознании во времена тренировок с Ремилем и необходимости более быстрого восстановления магического потенциала. Только Сцилла его усовершенствовала — добавила цветки сейдрума и листья грайспелла, что понизило вероятность побочных эффектов и повысило скорость восстановления. И варить его, как указано в книге, не было необходимости — магия Сциллы сама соединяла, меняла текстуру и температуру нужных растений.       Стало дико не по себе, что то, что возникло под воздействием дара в голове Сциллы, оказалось записано в справочнике неизвестно какой давности не одно столетие как мертвой женщины.       Что это за нахрен такой?..       Сцилла нахмурилась и вернулась к содержанию. Много зелий от укусов ядовитых существ, магически активных существ… Есть и такие?.. Эликсир восстановления от удара током… Сцилла вскинула брови и бегло пробежалась по эффекту — убирает боль, снимает ожоги и воспаления, восстанавливает ткани. Помогает избавиться от молниевидных следов на коже и уменьшает последствия воздействия электричества на организм. Пару раз моргнула, косясь на книгу с еще большим подозрением, но теперь пополам с воодушевлением.       Да в этих писульках есть рецепты буквально от всего!.. Если, конечно, все это — правда, а не красивый буклет для туристов. Совпадение зелья Сциллиного изобретения с рецептом в книге она пока опустила как маловероятное, но созвучие.       И знатно удивляло, что уже в те времена в Инсанаполисе было электричество. Которого до сих пор нет в большей части Континента. Ну, в Нексарии так точно.       Умостившись удобнее, Сцилла с еще большим азартом принялась просматривать страницы. И чем дальше, тем больше проносилось по телу ошеломление вместе с колючими мурашками. Потому что наряду с целебными рецептами, противоядиями и усилителями там все чаще попадалось нечто иное…       …Зелье обмана души — яд. Заставляет цель переживать кошмары и иллюзии, делая ее психику хрупкой и уязвимой. Он используется для того, чтобы сеять сомнения, паранойю или парализовать волю противника…       …Проклятие умолкания — зелье, которое блокирует способность говорить, превращая цель в немую оболочку. Это зелье не только лишает возможности общаться, но и усиливает мучительное чувство изоляции, подавляя волю…       …Обострение — направлено на усиление анемии и ухудшение состояния носителей, у которых есть избыток энзимидов в организме. Это зелье вызывает перегрузку симбионтов, что приводит к их разрушению и отмиранию…       …Приворотный взгляд — создает ощущение страстного влечения и привязанности между двумя людьми. Оно действует на чувства, создавая иллюзию, что между ними существует связь, которая невозможно разорвать. Влияет только на слабые души, легко поддающиеся внешнему воздействию…       …Пороховой слезоотравитель — вызывает сильнейшие психозы и ужасающие галлюцинации. Пострадавший ощущает, как его тело начинает гнить, а смерть наступает, словно он переживает ее вновь и вновь. В конечном итоге, человек сходит с ума и умирает от страха или истощения…       Сцилла заморгала и потерла глаза, ощущая мелкую тошнотворную дрожь. Как травницу, знающую толк исключительно в исцелении, наличие подобных рецептов среди классических лечебных повергло в ступор и вызвало жутчайшее неприятие.       Сцилла захлопнула книгу и отшвырнула ее от себя, ведя плечами от отвращения.       Как это могла написать травница?.. Привороты, яды, изощренные методы пыток… Природа не для того создавала целебные растения, чтобы использовать их свойства кому-то во вред. Дар исцеления должен исцелять, а не калечить.       Для того, чтобы калечить, есть кулаки и оружие. Но никак не сила природы, миролюбивая и чудодейственная. Если ее и использовать как оружие, то в целях защиты, а эти зелья смахивали на средства причинения умышленного вреда. И в конце концов, для той же защиты или драки существует боевая магия, никак не связанная с даром целительства.       Это ж насколько гнилым человеком нужно было быть, чтобы так извратить собственную силу? Извратить то, что дано природой для исцеления, во вред…       Правду Иолай говорил, ощущение власти — скользкая дорожка, а власти у этой Солы было хоть отбавляй — жена самого Владыки Континента, чтоб ее… А чего еще, собственно, стоило ожидать от женщины, которая помогала возводить Инсанаполис? Благородства и сострадания?       Сцилла возмущенно фыркнула и покосилась на книгу с неприязнью. В «потомках» Владыки и его жены нет ни сострадания, ни морали, ни этики — ничего из того, что подсказало бы им, что использовать и убивать людей ради собственной выгоды — это плохо, как и то, что собственных детей не стоит делать орудием пыток. Наверняка это у них от великих предков. В том числе — первой травницы, решившей обернуть свою магию во зло. А именно оно сокрывалось в рецептах отравлений, приворотов и прочей черной дряни.       Только вот любопытно… Как так вышло, что у первоистоков Инсанаполиса стояла магичка наравне с Владыкой Рэйсордом, а теперь тех самых магичек излавливают, травят и уничтожают?.. Этот факт никак не желал вставать в общую картину логики города и его больных обитателей.       Сцилла подобрала книгу и сунула обратно в рюкзак. И наткнулась на набор кортиков, который купил утром Эрион. И решила заняться ими.       Стелз хмуро прослушивал радиочастоты, время от времени кивая самому себе, Тоби принялся разминаться и растягивать мышцы, а Эрион, похоже, действительно спал. Грудная клетка его вздымалась размеренно и медленно от глубоких вдохов, выглядел он расслабленно. А Сцилла вытащила и примерила новую ременную систему.       Завозилась с кожаными ремешками, подгоняя под их под себя, и, когда убедилась в надежности креплений и правильности размера, развернула футляр с кортиками, и, просматривая каждый, начала распихивать их по ножнам вдоль ребер. Всего кортиков было двенадцать, и, когда они все легли как влитые, Сцилла пошевелилась, подняла и опустила руки, и довольно усмехнулась, ведь они не сковывали движений и ощущались как дополнительная броня.       Внизу ременной системы, которая кроме плеч и ребер обхватывала пояс и одно бедро, остались свободные ножны. И в них отправились кинжалы Сциллы. Старую портупею Сцилла сняла и затолкала в рюкзак, решив разместить все оружие на одной системе.       В ножны на поясе справа отправился кинжал, который вручил Ремиль — верный и не раз выручавший в боях. Слева — купленный на ярмарке в Зеленых лугах, с инкрустированной камнями рукоятью. В ножны на бедре отправился тот, что Сцилла нашла в барахольной лавке — с мордой волка. И осталась еще парочка свободных мест.       — Сцилла, держи, — подтолкнул нож по пыльному полу Тоби. Тот самый, что Сцилла купила в Бережке, с гравировкой на староксинарийском.       — Я думала подарить его тебе, раз уж сунула в твои ножны, — улыбнулась Сцилла. — Можешь оставить.       — Мне очень приятно, но я подарков не заслужил, — усмехнулся Тоби. — Тем более, у тебя остались свободные ножны, а за нож этот ты нехило так поборолась с продавцом, пока выторговала приемлемую цену. Считай, боевой трофей. Он твой, — вымолвил Тоби, и Сцилла кивнула.       — Я обязательно подарю тебе другой нож. Или кинжал, — обронила она, заталкивая лезвие в ножны на бедре.       — Ладно, — закатил глаза Тоби. — Только за дело, а не просто так, — прищурился он. — Такие подарки, как оружие, должны быть или заработанными в бою, или заслуженными.       — То, что ты — мой друг, недостаточный аргумент в пользу того, что я хочу тебе что-то подарить? — протянула Сцилла, дергая ремешки и проверяя плотность системы.       — Я пока друг не очень хороший, — бросил Тоби. — Вот когда искуплю вину за твое похищение, тогда и подаришь.       — Тоби… — вздохнула Сцилла.       — Это правда, — спокойно сказал он. — И командир дал мне второй шанс, возможность исправиться. И я ее не просру. Вот тогда и буду ждать от тебя обещанный кинжал, — подмигнул он и полез в свой рюкзак, пресекая дальнейший разговор.       — Договорились, — сказала Сцилла, проглотив желание начать уговаривать его в том, что он не виноват.       Виноват. И то, что вину хотелось взять на себя Сцилле, не отменяет этого. Они оба виноваты, если на то пошло, но одно не исключает другого.       Сцилла решила не лезть больше в дисциплину и убеждения как самого Эриона, так и его подчиненных. И завозилась з корректировкой застежек на ремнях, чтобы убедиться в их надежности.       — Время, — обронил Стелз и снял наушники. — Командир, ты просил разбудить, — повернулся он к Эриону. — Пора выдвигаться.       Эрион встрепенулся и вскинул голову. Часто заморгал, сгоняя остатки сна, и слегка поморщился. Сцилла тихо встала, налила чаю из термоса и подошла к Эриону. Присела на корточки и протянула ему кружку.       — Спасибо, — хрипло отозвался он. Оттолкнулся от стены и отпил, упершись в пол кулаком.       Его явно шатало. То ли не проснулся еще до конца, то ли настолько плохо себя чувствовал. В груди заскреблось волнение пополам с болью, и Сцилла осторожно уложила ладонь ему на плечо, а оттуда — скользнула к шее и слегка сжала.       — Ты как? — шепнула, вглядываясь с беспокойством в его бледное лицо.       — М-г-м, — протянул Эрион вместо ответа и на миг зажмурил покрасневшие глаза.       Допил залпом чай и отставил кружку. Все еще пошатываясь, встряхнул волосами и потянулся к Сцилле. Уткнулся лбом в ее ключицу и с шумом выдохнул. Она притянула к себе сильнее, поглаживая затылок.       Эрион отстранился, коротко чмокнул в щеку и обронил:       — Нормально, жить буду.       И одним грациозным рывком поднялся на ноги, будто только что его не вело.       Сцилла проследила за ним взглядом, пока он разминал затекшие шею и руки, и встала тоже. Отдала кружку Стелзу, что уже паковал провизию.       — По радиочастотам чисто, — отозвался Стелз, когда Эрион медленно прошел мимо него. — Радары не засекли передвижений.       — Отлично, — кивнул Эрион. — Выдвигаемся.       Забросил на плечо рюкзак и уверенно вышагнул из руин, переступив широким шагом остатки фундамента.       Все подхватили свои вещи и отправились следом за ним.       Сцилла нагнала и подстроилась под стремительную походку Эриона. Он скосил на нее глаза и усмехнулся:       — Отлично сидит, — кивнул он на ременную систему, и Сцилла хмыкнула в ответ:       — Спасибо. И за комплимент, и за снабжение, — хлопнула она по кортикам.       — За снабжение ты уже благодарила, — отозвался он и нашел ее ладонь. Мягко сжал пальцы, прежде чем выпустить из захвата. — А за комплимент благодарить не стоит. Тебе действительно идет сталь и полная тактическая система. Сидит как влитая. Еще бы плитоноску для надежности, но она слишком тяжелая для длительного пешего перехода, — произнес Эрион.       Сцилла закусила губу и покосилась на него из-под ресниц.       — Когда ты так говоришь, я понять не могу: это мой мужчина меня хвалит за красоту, или мой командир — за разумное снаряжение, — тихо обронила она, и Эрион хмыкнул.       — И то, и другое, — ответил он со смешком. — Но если хочешь более четкого разграничения в будущем, надень ременную систему на голое тело, — понизил он голос. — Тогда командир выйдет вон, а мужчина будет в щенячьем восторге.       Сцилла приподняла бровь и ткнула Эриона в бок, взбудораженная. Он притянул к себе и чмокнул в висок с улыбкой, а Сцилла запомнила и взяла на вооружение его ремарку.       И посматривала на Эриона время от времени, который несмотря на приподнятое вроде как настроение, собранность и периодические пожатия ладони выглядел, мягко говоря, измотанно и болезненно.       И волновалась. Игривость как рукой сняло. Призывала дремлющий так невовремя дар, но ничего не получалось. Магия по-прежнему не слушалась, и колючее, отдающее отчаянием раздражение от того, что каждый раз, как Эриону нужна помощь, Сцилла не может ее оказать, беспрерывно грызло изнутри.       «Хоть немного, хоть кроха потенциала, чтобы понять, что именно нужно лечить и какими травами!.. Там уж я вручную приготовлю, без использования магии!..»       Сцилла раз за разом упрямо взывала к внутреннему резерву, отнюдь не пустому, просто капризному и заблокированному из-за цикла, но он не откликался. А Эрион бледнел. А идти им еще не один час. Хорошо, хоть по равнине, а не по горам. И все же…       — Со мной все нормально, — предугадал Эрион ее вопрос, после того как оступился и поморщился. Сжал ее ладонь и двинулся дальше.       — Я вижу, что с тобой не все нормально, — выдохнула Сцилла, вцепившись в его руку.       — Для текущих обстоятельств — более чем, — улыбнулся Эрион. — Я знаю себя, свой организм и его пределы. Я могу идти. Все нормально, — повторился он и погладил подушечкой большого пальца ладонь Сциллы.       — Я не сомневаюсь в тебе и твоих пределах, — тихо обронила Сцилла. — Я волнуюсь за твое самочувствие. И мне больно видеть, что тебе плохо, и ничем не мочь помочь, — сорвалась она на сиплый шепот.       — Ты помогаешь, — усмехнулся Эрион. — Этого достаточно, — поднял он их сцепленные руки и поцеловал костяшки. — Как и твоего присутствия. — Сердце приятно екнуло, но и кольнуло. От стойкости, силы и нежности Эриона даже несмотря на измотанность, занятость и их недавний разлад, который они еще толком не обсудили. И его дурное самочувствие. И Сциллину беспомощность. И беспокойство. И благодарность, что выкраивает ей крохи внимания и тактильности даже сейчас. — Сама-то как? — приподнял он бровь.       — Лучше, чем вчера, — обтекаемо ответила Сцилла.       — Но хуже, чем будет завтра, — обронил Эрион.       — Это закономерно и неизбежно, — нервно хмыкнула она, и резкое движение на подъеме на холм отдалось тупой болью в разбитой голове.       — Ты говорила, у тебя месячные дней шесть? — спросил Эрион. Сцилла кивнула. — А магия все это время недоступна?       — Когда как, — пожала Сцилла плечом. — Чаще — первые дня три, но сейчас — не знаю. Много сопутствующих потерь, — указала она на свой затылок. — И общего стресса, — добавила со вздохом. — Магический потенциал очень плотно связан с гормональным циклом. И тот факт, что месячные в принципе пришли на несколько дней раньше положенного, уже не в мою пользу в этом плане, — бросила она.       — Ничего, справимся, — уверенно произнес Эрион после кивка и поправил рюкзак на плече.       Продвигаясь все дальше вглубь дистрикта, они миновали несколько полей, лесополос, обошли три деревни, две общины, несколько ферм, и везде Сцилла подмечала общую… Не то, чтобы угнетенность, но какую-то бедность природы, и в противовес — обилие техники по сравнению с Нексарией. Там все было максимально просто: из приспособлений дела рук человеческих — телеги да столбы, дома — сруб или камень, крыши — солома или черепица, дороги — проселочные или брусчатка, и природа буяла повсюду, от палисадников до горных склонов. Здесь же… Много бетона, следы паротранспорта, мусорные баки, и просто… мусор, повсюду — даже в лесах. Причем мусор синтетический — пластик, жестянки, пакеты. В полях виднелись паровые комбайны; в лесах, знатно прореженных и пестрящих пнями и лесоповалом — следы гусениц и топоров; фермы — не те деревянные хлева да травянистые угодья, как привыкла Сцилла видеть, а кирпичи да заборы из монолитных серых плит; да и дома, что встречались — как говорил Стелз, аскетичные. А по мнению Сциллы — похожие на унылые бараки.       Все здесь какое-то… Другое. Странное. Неприветливое. Не то, чтоб Нексария казалась приветливой, вовсе нет. Просто… странное чувство охватывало от этих колоссальных различий. Не то, чтобы плохое, но… Неприязнь и отчуждение имели место быть.       Жить здесь Сцилла точно бы не хотела.       Перемахнув через овраг, отряд окунулся в более густую лесную чащобу, и продвигались теперь куда медленнее и натужнее: растущие плотной стеной деревья не желали так просто пропускать путников. Но вскоре узкая тропа вывела на прогалину, затем — на равнину, потом — снова в чащу. И такая цикличная смена ландшафта продолжалась довольно долго.       Пока не послышался в воздухе странный свист на очередном переходе через песчаную пустошь.       Сцилла сперва не поняла, что это, и крутанулась вокруг своей оси. Но, когда Эрион, напряженный и хмурый, переглянулся с таким же Стелзом, осознала: точно ничего хорошего.       — Что это? — тихо спросила она.       Эрион поигрывал желваками, с прищуром всматриваясь в затянутое тучами низко нависающее вечернее небо.       — Прочь с открытой местности. Медленной цепочкой, без резких движений, — тихо скомандовал он. — Это дрон. Слежка с воздуха, — пояснил он поспешно, взглянув на Сциллу, которая слово «дрон» услышала впервые.       Все без лишних слов двинулись назад, под кроны деревьев, и Сцилла, взволновавшаяся от неожиданности, с трудом глотала грохочущее сердце.       — Какого хрена мы проморгали дрон? — зашипел Эрион, как только они растаяли в полумраке леса и скрылись за широкими стволами.       — Техника молчит. Скорее всего, это противорадарный дрон-разведчик, — обронил напряженно Стелз.       — Думаешь, шел за нами? — бросил Эрион, оглядывая пустошь.       — Нет, — мотнул Стелз головой, проверяя приборы. Пощелкал какими-то тумблерами и вывел на небольшой экран диаграммы. — У него радиус действия небольшой, и лета на одной батарее не дольше часа. На большие дистанции не годится. И траектория его, — нахмурился Стелз, что-то высчитывая, — вдоль границы жилого сектора. Просто охранка.       — Придется делать крюк, чтобы обойти эту охранку, — фыркнул Эрион и поморщился. — Дерьмо… Высчитай точную траекторию полета этой дуры, — бросил он Стелзу.       — Сейчас, командир. Пара минут, — кивнул он.       — Тоби, садись на радиочастоту, — обронил Эрион. — Проверь эфиры на зашифрованном сигнале.       — Да, командир, — встрепенулся Тоби и принялся спешно выполнять указание.       — Сцилла, — взглянул на нее Эрион, и совсем не понравилось выражение его лица: решимость пополам с нотками отчаяния. — От Стелза ни на шаг не отходить, что бы ни произошло, — вкрадчиво проговорил он.       Все внутри похолодело.       — Почему от Стелза? А не от тебя? — глотая леденящий страх, внезапно обрушившийся лавиной за шиворот, спросила Сцилла дрогнувшим голосом.       — На всякий случай, — ответил Эрион, но понятнее нихрена не стало.       — Эрион… — заволновалась Сцилла еще больше.       — Это прямой приказ. Стелз, ты услышал? — повернулся он к Стелзу. — Приказ работает в обе стороны, — добавил он строго. — В случае чего, за безопасность Сциллы отвечаешь ты.       И это «в случае чего», явно не вмещающее Эриона как переменную, больно врезало под дых. Сцилла невольно поежилась.       — Да, командир, — без раздумий ответил Стелз.       — Тоби, страхуешь, — сказал Эрион, поглядев теперь на Тоби.       — Да, командир! — кивнул тот.       — Что происходит? — выпалила Сцилла, но Эрион вместо ответа лишь сжал ее пальцы.       — Дрон пролетает от точки в трех милях от нас на восток по прямой примерно на сорок миль на север, там делает разворот и возвращается по западной дуге в точку запуска. Охватывает весь наш квадрат, — отрапортовал Стелз.       — По радио чисто, — бросил Тоби. — Пустая болтовня. Нас не засекли, и не ставили цели искать — дрон делает плановый пролет над охраняемым квадратом.       — И что же они здесь охраняют? — протянул задумчиво Эрион, ни к кому не обращаясь.       — Зафиксировал точку запуска — крупный объект, окруженный глушилками. На картах не отмечен, — отчеканил Стелз.       — В каком месте лучше выйти из зоны соприкосновения с дроном, учитывая скорость полета и время на патрулирование? — хмуро спросил Эрион.       — Юго-юго-запад, через шесть миль отсюда, — без заминки ответил Стелз.       — Двигаемся строго под кронами, — велел Эрион. — Вперед, да побыстрее.       Стелз с Тоби мигом упаковали технику, и все двинулись вперед. А Сцилла клокотала внутри от страха и непонимания. Почему Эрион велел ей не отходить от Стелза? Что он задумал? Куда собрался?..       Расспрашивать сейчас смысла нет — Эрион весь в задаче, и отвлекать его попросту глупо. Потому Сцилла сцепила зубы и попыталась сосредоточиться на выполнении его указаний и двигаться быстро, без паники и дерготни, которые так и норовили прорваться наружу.       Примерно через полчаса удушливая тревога немного отпустила, и Сцилла собралась в кучу, готовая хоть к броску, хоть к прыжку, хоть к бою. Но точно не к тому, чтобы оставить Эриона в его «случае чего». И мысли об этом «случае чего» не собирались покидать.       Пробираясь гусиным шагом под раскидистыми ветвями елей, Сцилла чертыхалась собственной слабости, и настороженно замерла, когда послышался тихий писк из сумки Стелза. Замерли и остальные.       — Движение впереди, — одними губами произнес Стелз. — Патруль.       И, сдав чуть назад, отряд затаился в зарослях. А Сцилле казалось, что грохот ее пульса сдаст их с потрохами — настолько тарабанило в ушах и горле.       Она не боялась стычки. Не боялась торговцев со следопытами. Не боялась вступить в ближний бой.       Она боялась Эрионова «в случае чего». До холодного липкого пота боялась.       — Сколько? — обернулся Эрион к Стелзу, и тот всмотрелся в монитор. И побледнел.       Сердце ухнуло в пятки, и отчаянно захотелось вцепиться в руку мужа и никуда от себя его не отпускать.       Ибо все нутро литерально вопило: придется.       — Много, — сглотнул Стелз. — Для нас — много. Около тридцати.       Эрион выдохнул и нахмурился. На его напряженном лице мелькала усердная мыслительная деятельность, и ее итог, Сцилла почему-то не сомневалась, ей совсем не понравится.       — Расстояние? — снова спросил Эрион.       — Примерно 600 футов.       Послышались шаги, и все умолкли. Мимо них прошла парочка вооруженных следопытов, праздно переговариваясь, и Эрион мигом метнул руку назад, накрыв спину Сциллы.       Когда угроза миновала, Эрион обернулся. Стиснутые челюсти, стальной взгляд, мрачная решимость. Сцилла готова была разрыдаться от ужаса, хотя нихрена еще не понимала, что он удумал.       — Стелз, — шепнул он. — Мы не прошмыгнем незамеченными. — Стелз угрюмо кивнул. — Но живым отсюда никто из патруля не должен уйти, иначе весь наш маршрут пойдет по одному месту.       — Только не говори, что… — начал Стелз, распахнув шире глаза, но Эрион перебил:       — Стаб-рукав у меня в наружном кармане рюкзака. Если сделать все быстро, обойдусь без серьезных последствий, — говорил он, уложив руку Стелзу на плечо, и тот кивал, хотя и выглядел перепуганным не меньше самой Сциллы. — В мое отсутствие командование на тебе.       — Да, командир, — произнес дрожащим голосом Стелз.       А Эрион перевел взгляд на взвинченную и перепуганную до тахикардии Сциллу. Покачал головой. Обхватил ее лицо ладонями и уткнулся своим лбом в ее.       — Милая, только не волнуйся. Все будет хорошо, я тебе обещаю. Я знаю, что делаю.       — Эрион!.. — выдохнула на грани истерики Сцилла, вцепившись в его запястья.       — Повтори приказ, — распахнул он глаза и врезался ими в самую душу.       — Н-не отходить от Стелза ни на шаг, — пролепетала она, дрожа всем телом.       — Люблю тебя, — обронил он и коротко коснулся губ. — Не подведи.       И не успела Сцилла даже ответить, как Эрион кувырком выкатился из укрытия, встал на ноги и выпрямился, разминая шею.       Сцилла подалась вперед, потряхиваясь от все нарастающего тремора, но ее предусмотрительно скрутил Стелз.       — Не мешай ему, — бросил он на ухо и подобрал рюкзак Эриона. — Ты же не хочешь его отвлечь и подставить под удар?       — Что он делает? — выпалила Сцилла, мельком обернувшись на Стелза.       Но необходимость в пояснении отпала, когда Эрион, все чаще и громче вдыхая, будто накачиваясь для рывка, тягуче расправил плечи и коротко рыкнул, подавшись вперед.       Сцилла ни разу еще не наблюдала его так называемую трансформацию, но почему-то уверена сейчас, что это именно она.       И в момент, когда Стелз обронил: «Входит в боевую прошивку», Сцилла уже знала это всем своим растрепанным дрожащим нутром.       И взвелась паникой еще больше. Потому что отлично запомнила, что боевая прошивка требовала много ресурса и сил. Которых у Эриона сейчас попросту не было.       И понятия не имела, что с ним будет, если он истратит себя в ноль.       А он истратит.