Из трёх слов

      В начале было слово. Все слова — пиздёж.       Именно с таким девизом Чонгук живёт свои сознательные двадцать два года. Он этим даже гордился время от времени, потому что хорошо подвешенный язык выводил из самых нелепых и ужасных ситуаций и в то же время доводил до вершин. К тому же, если учишься на филологическом факультете, начинаешь владеть языком как профессионал. Ну, или по крайней мере к этому стремишься. Чонгук из всех существующих слов хочет найти свои, такие, чтобы лучше всего отображали его самого. Это самое малое, что он может сделать, раз не повезло родиться в том тысячелетии, когда слов было с десяток или сотню, и можно было выдумывать свои собственные. А что до лжи, то все врут. И в этом убеждаешься всё сильнее с каждой прочитанной книгой, просмотренным фильмом или даже разговором по душам. Самые большие лжецы, наверняка, сидят в кабинетах психотерапевтов. И, похоже, Чонгуку самому следует обратиться за помощью, потому что он вместо того, чтобы наслаждаться первым весенним солнцем и голосами сокурсниц, четверть часа сидит в инстаграме и рассматривает всего одно фото. Фото из раздевалки местной баскетбольной команды. У парня красные пряди, откинутые со лба, соблазняющая улыбка (по крайней мере, Чонгук её идентифицировал именно так), горящие глаза и красная баскетбольная форма с номером семь. Подпись под постом: «Я не настолько нищий, чтобы всегда быть только самим собой». И бесят ровно два факта: где этот выпендрёжник нашёл такие слова, и почему только Чонгук видит, насколько абсурдно читать нечто подобное в инстаграме у Ким Тэхёна. А другой вопрос в том, зачем вообще звезде филологического факультета зависать на страничке звезды спортивного? Всё очень просто. Меньше двух недель назад Чонгук оказался в ситуации, до которой его довела самонадеянность, упёртость и компульсивная тяга всё доводить до конца. Вот и довёл двух людей до оргазма, а себя до ручки. — Чонгук, ты один остался. Все сидящие за столом повернулись лицом к брюнету: закатанные до локтей рукава рубашки, чёрные джинсы и непроницаемое лицо. Почти маска, которая вмиг становится живой, стоит Чонгуку оказаться под толщей всеобщего внимания. За столом шестеро студентов Сеульского государственного, каждый – новая надежда факультета филологии. Хосок повернул белый снепбек козырьком назад, щурится на солнце и ждёт твоего решения, как будто ещё не в курсе, что на пятничную вечеринку ты точно идёшь. Все девчонки разом выдыхают после твоего: «я в деле». Чонгук блокирует телефон и старается не морщиться, никому ведь не расскажешь, что готов на любую вечеринку по любому поводу, только бы не возвращаться домой. — Встретимся сразу после игры? Нана сидит напротив, убирает рыжие пряди за ухо и спрашивает всю компанию, но смотрит на Чонгука. Он пытается вспомнить, что ей обещал, поднаторел запоминать всю ложь, когда-либо произносимую. Таскает её за собой как кусок скалы, если столкнуть в воду, тут же пойдёт ко дну. Нане ничего конкретного не обещал, поэтому с сожалением отказываешься прийти на баскетбольный матч. Эссе по истории магического реализма, подработка, о которой ты ничего не рассказываешь, заставляя девчонок заинтересоваться, а Хосока закатить глаза. Громкий смех и громкие голоса служат сигналом к тому, чтобы встать и скрыться с поля зрения. Из здания выходит компания, которую все хорошо знают в лицо. А Чонгук знаком даже несколько ближе с одним конкретным человеком, видеть которого так страшно. Потому что хочется смотреть бесконечно, может быть, тогда удастся понять, что в нём такого необычного. Ким Тэхён и его друзья садятся за первый попавшийся свободный столик, ерошат друг другу волосы, играют в камень-ножницы-бумагу и хватают еду с тарелок друг друга. Тэхён смотрит исключительно в свой телефон и улыбается. Чонгук напрягается, когда вибрирует его смартфон, суёт его в карман и уходит со двора. В учебной аудитории пусто, Чонгук садится у окна поближе к солнечному теплу и открывает сообщение: «Дельфины и обезьянки бонобо» Чонгук не ответил ни на одно сообщение с прошлой пятницы, как только понял подтекст всех вопросов и предложений. Но сейчас попался на крючок, любопытно, с чем в этот раз пожаловал Тэхён.

«И что с ними?»

«Полигамные виды животных. Занимаются сексом втроём без стыда и сожалений»

«Кто сказал, что я жалею?»

Немного дрожат руки, и краснеет шея. Она всегда первой выдаёт волнение, раздражение или гнев. «Ты меня избегаешь»

«А зачем мне с тобой общаться? Мы не друзья»

Чонгук чешет горло и прикрывает глаза, мозг услужливо подсовывает яркие картинки: Тэхён целует Лию в губы, Лия снимает нижнее бельё, рука Тэхёна у неё на животе, а затем на бедре, на твоём бедре. Поглаживает и греет. Дёргаешься, потому что на этом моменте прерывает очередная вибрация смартфона. Аудитория пополняется так, как рыба наполняет сеть: быстро, бесстрашно и бестолково. «Я хотел бы стать твоим другом» Чонгук поворачивает телефон экраном вниз с глухим ударом, с вызовом отвечает на вопросительный взгляд подошедшего Хосока. Шея чешется, словно растут жабры, и ты сейчас обернёшься акулой, чтобы потерять стыд, отвращение и способность к человеческой речи. На лекции по мировой художественной культуре ходит не больше двадцати человек. Не может быть, чтобы кислорода не хватало всем, но Чонгук задыхается долгие десять секунд, а потом вспоминает, что умеет дышать. Так что кислородное голодание ему не грозит. На доске слайд с названием лекции: «Поль Гоген: живопись, бедность, Таити». На картине женщины в сладострастных позах, только вышли из воды. Чонгук делает набросок на листе бумаги, схематичный и резкий, подчёркивает обнажённость, но вместо ног рисует хвосты. Пусть русалки, а не люди, пусть любят море, а не других людей. После пар Чонгук едет в маленькую библиотеку, почти архив, трижды в неделю расставляет книги по полкам и вытирает пыль. Убивает время и прячется среди людей. Ещё трижды приходят сообщения, неизвестный контакт блокируется сразу же, а сообщения от Тэхёна остаются непрочитанными до самого вечера. Дома в темноте собственной комнаты Чонгук набирается смелости прочесть: «Если не избегаешь меня, приходи в пятницу на игру» «Обещаю не трогать руками» Чонгук ставит телефон на зарядку, снимает с себя всю одежду и идёт в душ. Горячая вода не греет, ты дрожишь и чувствуешь, как встают волоски на теле. И никак невозможно поверить в то, что проблемой после авантюрного предложения станет не Лия и даже не Тэхён, а сам Чонгук.

***

      Вечером в пятницу идёт дождь, первый весенний с грозой и громом. Спортзал заполнен на две трети людьми и на треть зонтиками. Чонгуку не удалось прокрасться внутрь помещения незамеченным, и теперь он зажат между Наной, которая едва скрыла румянец при виде его, и Ханой, которая не смотрела в лицо, но крепко прижимала своё бедро к бедру парня. Чонгук мечтает научиться дышать под водой, на случай, если их всех тут затопит и избавит его от чужого внимания. Кто-то сзади ерошит волосы, и Чонгук задыхается те полторы секунды, в которые разворачивается назад. Джин жестами здоровается и даже пытается что-то спросить. По какой-то причине он внёс Чонгука в список братьев своих младших и потому периодически подкатывает с просьбами и предложениями. Держаться от него подальше было бы непрактично, потому что Джин знает всех и может достать всё, что угодно. Чонгук пропускает начало матча, потому что ищет среди толпы русоволосую макушку Хосока. Игра начинается со счётом 2:0 в пользу «Красных гарпий». А забил, конечно, Юнги – главный снайпер команды. Игра набирает неистовый темп, а Чонгук следит за седьмым номером со смешанными чувствами. Хочется, чтобы наши победили, но так, чтобы Тэхён перестал светить самодовольством через всю площадку. Пару раз он оглядывает трибуны, чуть прищурив глаза, и Чонгук вжимает голову в плечи в надежде, что его не найдут. После первой четверти игроки настолько мокрые, что кажутся обезвоженными. У Чонгука руки становятся влажными, когда он замечает Хосока на противоположных рядах, болтающего с девчонкой в красном. Лия не отличилась оригинальностью так же, как и половина присутствующего народа. Чонгуку из-за неё тесно, но вовсе не в приятном смысле. С ней было удобно встречаться раз в пару месяцев и хорошо проводить время. Иногда даже казалось, что в чувствах к ней может появиться нечто большее. А потом в одну из встреч на чьей-то вписке в чьей-то кровати она спросила, был ли у тебя секс втроём. Чонгук заправил влажную чёлку за ухо и посмотрел самым презрительным взглядом. Спроси что-нибудь не такое банальное, – говорил он. Она и попросила. А Чонгук чуть не откусил себе кончик языка, когда согласился. А теперь каждый раз, когда Лия объявляется на горизонте, он чувствует себя запертым в грудной клетке кита. Ни одной возможности вздохнуть, только рассыпаться на планктон. Во вторую половину игры Тэхён выходит с белой повязкой на голове, ударяется кулачками с парнями, а Чимина шлёпает по заднице. Чонгук несколько раз проверяет телефон на предмет входящих, раздражается из-за того, что чего-то ждёт. На бедро чуть выше колена опускается маленькая ладошка, Чонгук думает, что приложить её следует к больному месту или протянуть тому, кто нуждается в помощи. Он резко встаёт и пробирается к выходу, не реагируя ни на какие вопросы. Аплодисменты догоняют его у дверей, Юнги забил трёхочковый, а Тэхён задрал майку, утереть пот со лба. Чонгук всеобщих криков и восторга не разделяет, человеческое тело состоит из углерода и электричества. И парень в красной футболке с номером семь не исключение.