История Регулуса Блэка (1-4 годы)

После их спора на чердаке Регулус и Сириус не сказали друг другу ни единого слова. По этой причине, остаток лета оба брата семейства Блэков провели в одинокой изоляции. Сириус покидал свою комнату всего несколько раз за оставшуюся часть лета, в основном для того, чтобы спокойно провести время на маленькой площади через улицу; он привык к тому, чтобы домашний эльф, Кикимер*, приносил ему еду каждый день. Большую часть дня Регулус проводил в своей комнате; он не хотел подниматься на чердак, боясь, что Сириусу тоже взбредёт в голову такая идея. Он, конечно, по-прежнему каждый день спускался на кухню, чтобы поесть с матерью и отцом, но это была самая большая дистанция, на которую он выходил из комнаты. Большинство дней, которые Регулус проводил взаперти в комнате, были довольно скучными. Он валялся по всей спальне, либо читал, либо дремал в ненадёжных местах. Время от времени играл с Кикимером в Карты-хлопушки** или Плюй-камни, но это было очень редким явлением. Вечером 30 августа Регулус сидел на кровати, вертел в руках палочку и восхищался ею. Он делал это с тех пор, как получил её накануне; он просто не мог оторваться от неё. Однако его родители, казалось, были очень встревожены палочкой, которую купили Регулусу. Орион зашёл так далеко, что сказал, что Олливандер ошибся, но в конце концов уступил (довольно неохотно), потому что у него были "другие дела", которыми он должен был заняться. 12 дюймов, дерево боярышника, с сердцевиной из волоса единорога. Он перестал крутить её и провел пальцем по линиям, которые змеились вокруг рукояти палочки. — Палочки из боярышника весьма искусны в проклятиях, — объяснил мистер Олливандер, когда палочка выбрала Регулуса, — но помимо этого они хороши в исцеляющей магии. — Мистер Олливандер бросил взгляд на Ориона и Вальбургу, как будто пытался убедиться, что они не слушают. — Весьма интересно, что вы получили именно эту палочку, — продолжил он, как только убедился, что родители Блэки полностью отвлеклись на собственный разговор шёпотом. — Почему? — спросил Регулус, возвращая палочку Олливандеру, чтобы тот мог её упаковать. — Ну, боярышник обычно дают волшебникам, которые переживают внутренние потрясения. Может быть, так оно и есть... остаётся вопрос, что-то в этом роде. Волшебные палочки из боярышника чувствуют себя как дома с конфликтными волшебниками, волшебниками, которые, например, пытаются выяснить, кем они считают себя на самом деле. — Он сказал всё это приглушённым тоном, не желая давать Ориону Блэку ещё один повод для гнева, потому что он уже, итак, сильно накричал на изготовителя палочек, настаивая на том, что палочка была "неправильной". Регулус не совсем понимал, почему его отец так злился из-за характеристик палочки. Да, в данный момент Регулус был в полном замешательстве, почему она казалась плохой? Он просто не знал, что делать со своим братом. Он так отчаянно хотел снова быть ближе к Сириусу, но также не хотел, чтобы родители сердились на него за то, что он разговаривал со своим "братом-предателем крови". — И волос единорога...Очень необычно для Блэка... — Олливандер продолжал, хотя теперь он разговаривал вполголоса, как будто говорил сам с собой. — Почему? — спросил Регулус, всё ещё любопытствуя о палочке, которая выбрала его, и которая почему-то так сильно разозлила его отца. —Что ж, мой мальчик, палочки с волосом единорога вполне... верны своим хозяевам. Они, как правило, производят более последовательную магию, и.…ну...их труднее всего обратить к тёмной магии. Труднее всего обратить к тёмной магии. Регулус обдумывал эти слова с тех пор, как получил свою палочку. Почему ему дали палочку, которую было трудно использовать в тёмной магии? Вся его семья была полна членов, которые практиковали тёмную магию, и он собирался стать таким же, как они. Он хотел быть таким же, как они. Так почему же? Именно в тот момент, когда он размышлял об этом, послышался стук в дверь. Ожидая, что это будет его мать или отец, он быстро положил палочку на прикроватный столик и откашлялся, выпрямил спину и расправил плечи. — Входите, — сказал он. Дверь медленно открылась, тихо скрипнув. — О, — сказал Регулус, когда увидел, кто это на самом деле, — это ты. — Он откинулся назад, возвращаясь к легкой сутулости, которая сопровождала его естественную позу. Сириус вошёл внутрь, выглядя крайне неловко и неуместно. За то короткое время, что Вальбурга Блэк разговаривала со своим сыном, она заставляла его спокойно сидеть в столовой, пока стригла ему волосы. Во время стрижки она продолжала бормотать себе под нос о том, что "если он собирается стать разочарованием семьи, самое меньшее, что он может сделать, - это сохранить хорошую и нетронутую репутацию", а также цепочку слов, которые Сириус не мог собрать воедино, состоявшая из "предателя крови", "отрёкшегося", "грязнокровки" и "гриффиндорца". Поэтому Регулус был шокирован, когда увидел, что лохматые волосы до плеч, с которыми Сириус вернулся, исчезли, и теперь у братьев были почти одинаковые прически. Конечно, волосы Регулуса от природы были более вьющимися, чем у брата, так что разница всё же была заметна. — Привет, Рег, — неловко сказал Сириус, протягивая руку, чтобы провести пальцами по волосам — Регулус понял, что это своего рода вызванное стрессом движение, которое Сириус часто делал, когда ему было неудобно или он не знал, куда ещё деть своими руками. — Я просто... э.... я знаю, что мы по-настоящему не разговаривали с тех пор, как я вернулся из школы. И я знаю, почему, и это очевидно, потому что мы поссорились, потому что мать и отец промывали тебе мозги и... — его голос становился всё тише и тише, чем дольше он говорил, тем больше казалось будто он говорил сам с собой, а не с Регулусом. — Чего ты хочешь? — спросил Регулус, выдернув его из того потока мыслей, в который он только что вошёл. Сириус откашлялся и переступил с ноги на ногу. — Я просто... Ну, я просто хотел сказать, что очень рад, что ты едешь в Хогвартс. Я знаю, что ты действительно не хочешь попасть на Гриффиндор, но я надеюсь, что ты это сделаешь. И... — Сириус оборвал Регулуса, заметив признаки того, что младший брат собирается вмешаться в подготовленную речь, — я знаю, что ты думаешь, что это ужасно, что там полно предателей крови и всего такого. — Но, Рег, я клянусь, это не так. Там потрясающе! Люди просто... ну, Рег, они замечательные. Я упоминал о некоторых своих друзьях, но они просто... что ж, они удивительные. Я просто, я знаю, что ты действительно не хочешь говорить об этом, и что ты, вероятно, действительно не хочешь говорить со мной, но я просто хотел сказать, что я надеюсь, что тебя распределят на Гриффиндор. Я хочу снова стать братьями, Рег.... пожалуйста... Регулус заставил себя нахмуриться, пока Сириус говорил, но выражение его лица быстро смягчилось и растаяло. — Правда? А что, если меня распределят на Слизерин? Ты бы... ты бы всё ещё хотел снова стать братьями? Сириус на мгновение задумался, и Регулус заметил, что он стучит кончиком своей обуви по деревянному полу — Я... Я так думаю. Я не знаю, Рег. Я просто... Я действительно не хотел возвращаться этим летом, понимаешь? Я хотел остаться в школе или поехать на лето к кому-нибудь из моих друзей. Я очень не хотел возвращаться, потому что знал, как отреагируют мать и отец. Я был... Мне было страшно. — Но я все равно вернулся. Хочешь знать, почему я вернулся, Рег? — Потому что ты должен был, — ответил Регулус, зная, что у Сириуса мало шансов покинуть площадь Гриммо, пока он не достигнет совершеннолетия. — Ну... Да, наверное... Но это не главная причина. Я вернулся из-за тебя, Рег. Я хотел... Я хотел убедиться, что с тобой всё в порядке. Я хотел попытаться... изменить твоё мнение о.... некоторых вещах. Регул усмехнулся. — Вещах? Ты хочешь сказать, что тоже хотел сделать из меня никчемного предателя крови? Регул заметил вспышку боли в глазах Сириуса, но тот быстро скрыл её и продолжил. — Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности, Регги. И путь, по которому ты идёшь... тот, в котором мать и отец втягивают тебя в... это опасно. Это очень, очень опасно. Регулус на мгновение замолчал, и Сириус узнал выражение задумчивости на лице брата. Всякий раз, когда он о чём-то очень, очень напряжённо думал, его брови хмурились, и он чуть-чуть морщил нос. — Теперь я оставлю тебя в покое. Я просто... Я хотел, чтобы ты хотя бы подумал об этом. Пожалуйста. — Сириус повернулся и вышел за дверь, которая всё это время была слегка приоткрыта. Регулус смотрел вслед удаляющейся спине брата и думал обо всем, что тот сказал ему. Что он знал о том, насколько опасны «некоторые вещи»? Он всего на год старше! Откуда он мог знать! Труднее всего обратить к тёмной магии. Слова старого мастера палочек снова эхом отозвались в голове Регулуса, и дрожь пробежала по его спине, когда он взглянул на свою палочку. Может... просто может быть… Но его мысли были прерваны, когда он услышал крик, эхом разнесшийся по дому. Он поспешно схватил палочку с тумбочки и выбежал за дверь, глядя через край лестничной площадки, чтобы увидеть, что происходит. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ ПОДСЛУШИВАТЬ ЧАСТНЫЙ РАЗГОВОР! — закричала Вальбурга Блэк, и Регулус понял, что, судя по громкости и направлению, звук доносился из библиотеки. Он бросился вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, и добрался до библиотечной площадки, чтобы увидеть Сириуса, распростёртого на земле. Вальбурга смотрела на него с выражением крайней ярости из-за плеча мужа, а Орион практически кипел от злости, направив палочку в грудь Сириуса. Регулус вынырнул из поля их зрения и ступил на первую ступеньку высокой лестницы, низко пригнулся и заглянул в библиотеку. — Думаешь, весело подслушивать наши разговоры? — прорычал Орион, делая три быстрых шага ближе к лежащему на земле Сириусу. — Я не слушал! Я шёл на кухню! — сказал Сириус, глядя на отца со страхом в глазах. — Ты смеешь лгать мне, мальчик? — Я не лгу! — Сириус собрал все свои силы и встал, расправив плечи и прямо глядя на отца. Выражение страха исчезло с его лица и через несколько секунд превратилось в выражение вызова. — Какое нападение? Регулус был совершенно ошеломлен внезапной сменой темы и едва не издал громкий вздох, который наверняка выдал бы его месторасположение. Орион Блэк склонил голову набок и, прищурившись, посмотрел на Сириуса. — Не. Твоего. Ума. Дело. — его лицо было практически фиолетовым от ярости. — Может быть... может, это дело Дамблдора. Я уверен, что он хотел бы узнать об этом. У Регулуса отвисла челюсть, а глаза расширились; говорить так с их отцом было сравнимо с желанием умереть по собственной воле! — Думаешь, это забавно, да? — Орион зарычал, а затем позволил кривой улыбке скользнуть по его лицу. — Я покажу тебе кое-что забавное, мальчик. КРУЦИО! Регулус зажмурился и так крепко вцепился в ступеньки лестницы, что побелели костяшки пальцев. Сириус упал на пол и издал душераздирающий вопль. Всё тело Регулуса, казалось, задрожало, и он открыл глаза, чтобы увидеть Сириуса, корчащегося от боли на полу — его крики наполнили дом. Что было ещё более отвратительно для Регулуса — Орион смеялся. Это ощущалось абсолютной вечностью, но на самом деле являлось лишь секундами — Регулус больше не мог этого выносить. —ПРЕКРАТИ! — Он закричал, высвобождая ноги из согнутого положения и бросаясь в библиотеку. — ХВАТИТ! На лице Ориона Блэка появилось потрясённое выражение, которого было достаточно, чтобы отвлечь от проклятия. Сириус остался дёргаться на земле, а Орион наблюдал, как Регулус упал на колени рядом с братом. — Регулус. Уйди. — сказал Орион, поднимая подбородок и глядя на обоих братьев сверху вниз. — НЕТ! Ты делаешь ему больно! — закричал Регулус, наблюдая, как мышцы его брата, казалось, спазмировались под кожей. — Его поступки не могут остаться безнаказанными, Регулус. Если ты не уйдешь, то станешь следующим. А теперь уходи. Регулус уже собирался возразить, но Сириус выдавил из себя слово. — Уходи, — его голос дрожал, но он решительно смотрел на Регулуса. — Нет! Сири... — он начал было протестовать, но Сириус оборвал его. — Рег, уходи, я смогу выдержать это. Регулус еще несколько мгновений смотрел на брата, а затем поднял глаза на отца. Орион всё ещё был в ярости, и его палочка была направлена на обоих мальчиков. Регулус нерешительно встал на ноги и поднял свою палочку, которую кинул на пол библиотеки, торопясь добраться до Сириуса. Он бросил последний взгляд на брата, прежде чем развернуться и выбежать из библиотеки. Он услышал, как за ним захлопнулась дверь, когда он с грохотом поднялся по лестнице, ворвавшись в свою комнату. Он бросил палочку на тумбочку и запрыгнул на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Казалось, прошли часы, прежде чем крики Сириуса из библиотеки наконец прекратились. Регулус сидел на кровати, подтянув колени к груди и обхватив руками ноги. Он мягко раскачивался взад-вперед, его глаза покраснели, время от времени он шмыгал носом. Труднее всего обратить к тёмной магии. Я вернулся из-за тебя, Рег. Я хочу снова стать братьями. Регулус продолжал раскачиваться, вслушиваясь в тишину, заполнившую дом номер 12 на площади Гриммо. Снаружи ярко светила луна, освещая комнату Регулуса. Пылинки подсвечивались в луче света и создавали впечатление сотен крошечных белых пятнышек, парящих в воздухе. Он крепко зажмурил глаза и подумал о том, что сказал ему Сириус, о том, как он надеялся, что Регулус будет распределен на Гриффиндор. Что пугало Регулуса больше всего — то, что, как он знал, никто в этих стенах никогда не сможет узнать, — было то, что на мгновение, каким бы кратким оно ни было, он задумался об этом. Он представил себя сидящим в гриффиндорской гостиной, в одном из тех кресел перед камином, о которых ему рассказывал Сириус. Представил, как Сириус помогает ему с домашним заданием. Представил, как бродит по ночным коридорам и шутит над людьми со своим братом и его друзьями. Друзья. Он представил себе, что у него есть друзья. Однако суровая реальность ситуации предстала перед ним в виде душераздирающих криков брата, заполнивших каждую щель в доме. Он знал, что такая же судьба ждала бы и его, если он не будет зачислен на Слизерин. Поэтому он лег на кровать, раскинул руки и ноги на тёмно-зелёном пуховом одеяле и дал волю своему воображению. Домашнее задание у камина с Сириусом. Шутить с Сириусом и его друзьями. Вместе бродить по залам замка. Смеяться. Улыбаться. Но это прекрасное представление ускользнуло, и Регулус остался ни с чем, кроме суровой реальности. Ему придется делать то, чего от него хотят родители. Придется поступить на Слизерин, придется стать тёмным магом, как и вся его семья. Потому что, если этого не случится, если вдруг пойдет по стопам Сириуса, он будет в ужасе от того, что сделают его родители. И Регулус немного больше боялся своих родителей, чем надеялся на Сириуса. Поэтому он позволил всем образам выскользнуть из своего сознания, позволил им летать по воздуху, представил их маленькими пылинками, которые кружились в воздухе. Он встал, подошёл к окну и задёрнул шторы; пылинки исчезли вместе с лучом лунного света. Его поглотила кромешная темнота.