Проклятие Шолотля (Пиратская лихорадка)

            Гигантское змееподобное тело бросало тень на весь корабль, струи густой маслянистой слизи заливали палубу, а заодно и всех, кто на ней находился.       ― Отставить! ― заорал Кайрос, увидев, как заряжают пушку. ― Если он испугается – сразу пойдём ко дну! Будем дожидаться, пока проскользнёт, и вычерпывать эту мерзость!       ― И сколько ждать? ― поинтересовался мистер Гиббс, безуспешно пытаясь стереть с лица липкую жижу.       ― Если повезёт – несколько часов, если не повезёт – несколько дней…       ― Но мы так не протянем несколько дней!       ― А по этому поводу обратитесь уже к капитану, который втянул нас в неприятности, ― Кайрос развернулся к Джеку.       ― Твоей идеей было отправиться за этими сокровищами! ― возмущённо напомнил тот.       ― Да! И всё было бы прекрасно, если бы ты не взял статуэтку! Я говорил, что она приносит несчастья!       ― Тогда иди и выброси её! ― с вызовом предложил Джек.       ― Именно это и сделаю, ― едва не упав на скользких досках, Кайрос спешно направился к спуску на нижнюю палубу.       Секунду помедлив, Воробей бросился за ним.

Неделей ранее

      Щёлкнув застёжкой на дорожной сумке, Томазин выпрямилась и вздохнула, коротко осмотрела свою маленькую комнатку, убеждаясь, что ничего не забыла. Взгляд тёмно-серых глаз девушки остановился на прислонённом к стене треснутом прямоугольном зеркале. Томазин расправила плечи и приподняла голову, заправила за ухо прядь волос насыщенного кофейного цвета. Девушка всегда выглядела несколько болезненной, слишком бледной и слишком худой – не известно, было ли дело в образе жизни или в наследственности, однако – если второе останется с Томазин навсегда, то первое должно вскоре измениться (по крайней мере, она на это очень надеялась).       Заметив в отражении какое-то шевеление в открытом окне, девушка вздрогнула и резко развернулась.       ― Хорошо, что ты не переехала, ― подтянувшись на руках, Джек забрался в комнату. ― Рад видеть тебя, малышка! ― коротко выглянув на улицу, он с улыбкой шагнул навстречу Томазин.       ― Настолько рад, что забыл, где находится дверь? ― недоуменно уточнила она. ― Что-то случилось?       ― Нет, ― возразил Джек поспешно. ― Хотя… Да, кое-что случилось, ― голос его стал ниже, глаза хитро прищурились. ― Я безумно соскучился по твоему очаровательному печальному лицу… ― приблизившись к девушке, он скользнул пальцами по её бледным губам, по щеке, и по открытой шее.       ― Прости… Я тоже рада видеть тебя, ― улыбнувшись, Томазин опустила его руку. ― Но я уплываю сегодня…       ― Какое совпадение – я тоже, ― взяв собеседницу за талию, Джек прижал её к себе. ― И это ли не повод…       Голоса и топот на первом этаже заставили Воробья замолчать, метнувшись к окну, посмотреть вниз и тут же испуганно отпрянуть.       ― Они уже здесь… Томми, ты меня не видела… ― опустившись на пол, он закатился под кровать.       ― Чтоб тебя… Я так и знала, ― девушка торопливо закрыла дверь на крючок и отошла. ― Что ты натворил? ― шёпотом спросила она.       Но Джек не успел ответить, в следующую секунду дверь содрогнулась от сильного стука.       ― Я не одета! ― отозвалась Томазин.       ― Мы преследуем опасного преступника! Откройте, или нам придётся сломать дверь! ― раздался мужской голос снаружи.       ― Секунду! ― бросив короткий взгляд на кровать, девушка откинула крючок. ― Что происходит? ― она отошла, пропуская в комнату двоих мужчин в военной форме.       ― Всё в порядке, это не займёт много времени,― ответил один.       ― Очень жаль, ― Томазин кокетливо улыбнулась. ― Ко мне нечасто заходят столь привлекательные мужчины…       В это время второй прошёлся по комнате, открыл небольшой шкаф, затем присел и, заглянув под кровать, замер – прямо ему в лицо было направлено дуло пистолета. Джек поднёс указательный палец к губам, жестом показав молчать. Но военный испуганно отпрянул и, упав, отполз назад. Отвлёкшись от беседы с девушкой, его коллега достал оружие и выстрелил в кровать. Вздрогнув, Джек с облегчением обнаружил, что пуля его не задела. Быстро наклонившись к своей сумке, Томазин выпрямилась и рукоятью пистолета ударила военного по затылку так, что тот рухнул без сознания, затем направила оружие на второго и, шагнув назад, заперла дверь, в которую тут же заколотили.       ― Сколько их? ― быстро спросила девушка.       ― Не меньше десяти, ― отозвался Воробей, выбравшись из-под кровати. ― Ты, ― он обратился к сидящему на полу. ― Высунься в окно и крикни остальным, чтобы шли сюда… Живее! И дай сюда оружие…       Испуганно кивнув, военный поднялся и выполнил приказ. Дверь почти слетела с петель. Выглянув из окна, Томазин убедилась, что путь свободен и сбросила свою сумку с вещами.       ― Надо сматываться, ― она дёрнула Воробья за рукав и, придерживая подол платья, прыгнула вниз.       Уже в полёте Джек услышал, как в комнату вбежали военные. Грохнуло несколько выстрелов. Томазин, подхватив свою сумку, побежала в арку между домами.       ― Не успел спросить – куда ты собираешься плыть? ― поинтересовался Воробей, поравнявшись с ней.       ― В Лондон! ― отозвалась девушка, сбивчиво дыша.       ― Отличный выбор! ― оглянувшись, Джек убедился, что преследователи отставать не собирались. ― Это ведь был тот самый пистолет, который я забыл у тебя в последний раз?!       ― Именно он!       Они свернули на людную улицу и теперь лавировали между прохожими. Поймав момент, Воробей запрыгнул сзади на проезжавшую мимо телегу и помог забраться своей спутнице. Так они заметно оторвались от преследователей. Вскоре телега свернула за угол одного из домов и притормозила.       ― Слезай, я знаю, куда бежать, ― быстро проговорила Томазин и, не глядя на Воробья, спрыгнула.       Но у Джека – как обычно – был свой план, потому следовать за девушкой он не собирался. Телега вновь набрала ход и, поднявшись, Воробей подпрыгнул и схватился за железную вывеску одного из магазинов, подтянувшись, смог залезть на открытый балкон, оттуда прошёл в помещение, быстро взбежал вверх по лестнице и выбрался на крышу. Откуда-то снизу послышалось: «Я его вижу! Вон он!». Удерживая равновесие, Джек спешно двинулся вперёд, позади грянуло несколько выстрелов. С края крыши Воробей вновь спрыгнул на один из балконов. Прокравшись по небогато обставленной кухне, остановился, увидев спящего у входной двери огромного серого пса, в следующую секунду зверь открыл глаза и глухо зарычал. Джек попятился и замер, когда из соседней комнаты донёсся скрипучий дребезжащий голос:       ― Дженифер, это ты?       Послышались шаркающие шаги, и недалеко от Джека остановился скрюченный старик, который – судя по всему – был совершенно слеп. Беззвучно отступив назад, Воробей достал саблю и, оглянувшись, сдвинул её острием со стола железную миску. Пёс тут же побежал проверять – доведётся ли чем-нибудь поживиться. Старик вздрогнул и нахмурился.       ― Роджер! Сколько раз предупреждал – не смей водить девок, когда я дома! ― он проковылял мимо незваного гостя. ― Совсем совесть потерял!       Джек тихо открыл дверь и прошмыгнул наружу. Военные ещё не успели оббежать здание, и это было весьма кстати. Улица кончалась тупиком – оставалось всего-то перебраться через стену. Залезть на неё при сноровке Воробья было несложно, только вот спускаться проблематично. Если положиться на удачу и просто прыгнуть вниз – без перелома или – хотя бы – вывиха – точно не обойдётся. Внезапно в поле зрения Джека возникла Томазин.       ― Томми? Как ты там оказалась? ― недоуменно спросил он.       ― Узнал бы, если бы пошёл за мной, ― она выволокла из-за угла деревянную лестницу и прислонила её к стене. ― Шевелись…       Джек хотел что-то ответить, но едва не свалился после того, как выстрел сшиб шляпу с его головы. Торопливо спускаясь, Воробей успел увидеть, как солдаты приближаются к стене.       ― Живее! ― взвизгнула Томазин.       Оказавшись на земле, Джек толкнул лестницу в сторону и, подняв свою треуголку, побежал за девушкой.       ―Куда теперь? ― поинтересовался он.       ― Сейчас заберу вещи у знакомой, и мне вот-вот отплывать…       ― Тогда нам по пути…       Свернув за угол, они остановились, глядя не нескольких вооруженных солдат.       ― Нам точно по пути… ― проговорил Джек, не глядя на свою спутницу.       Когда лязгнула, закрываясь, железная решетка, Томазин ещё какое-то время пыталась доказать тюремщику, что она оказалась в компании пирата совершенно случайно, но слушать её, разумеется, никто не собирался.       ― Чёрт… ― она развернулась к Джеку и скрестила руки на груди, с недовольством глядя на него.       ― Не надо на меня так смотреть, я тоже расстроен, ― нашёл, что сказать в своё оправдание Воробей. ― Я не просил бить того парня пистолетом по голове…       Девушка красноречиво выдохнула.       ― Ну да, я сама виновата… Пора бы уж научиться лучше разбираться в людях и правильно расставлять приоритеты… ― опустив руки, она прошла мимо своего товарища по несчастью и села к стене. ― Вечно не думаю о последствиях…       ― Ты сказала «я сама виновата», но почему-то у меня такое чувство, будто ты по-прежнему винишь меня… ― словив в ответ ледяной взгляд, Джек шагнул к девушке и присел рядом. ― Зато это отличный шанс поговорить по душам… Помнишь, как в тот раз, когда ты прятала меня в чулане, а потом нас случайно закрыли вместе… ― он улыбнулся, взяв руку девушки в свои. ― Тогда мы отлично провели время…       ― Если ты пытаешься меня успокоить – скажи что-нибудь другое, ― Томазин явно была не настроена на романтический лад.       ― Я множество раз сбегал из тюрьмы, и в этот раз тоже что-нибудь придумаю, ― заверил её Воробей. ― Мы выберемся отсюда, а потом я помогу тебе добраться до Лондона…       ― Правда? ― удивлённо спросила девушка.       ― Конечно, малышка. Разве я когда-нибудь обманывал тебя?       ― Вообще – да, было несколько раз, ― вспомнила Томазин. ― Начиная с того, что ты говорил, что я у тебя одна, ещё пару раз ты назначал мне встречу, а сам не приходил, ещё несколько раз обещал покатать меня на своём корабле…       ― А вот на корабле я тебя катал, ― возразил Джек. ― Пусть не на моём, но это не столь важно… ― добавил он уже тише.       ― Не было такого. В последний раз я тебя почти уговорила, но ты повёл меня какими-то тайными тропами, в итоге мы наткнулись на заброшенную мельницу, провели там несколько часов, в процессе выпили две бутылки рома, и потом вернулись ко мне… ― с невозмутимым видом проговорила девушка.       ― Да, точно… ― Воробей задумчиво прищурился. ― Выходит, на корабле я был с… ― посмотрев на собеседницу, прервался. ― Не важно… Её я просто забыл, а тебя буду помнить всегда, ― он быстро сообразил, как сменить настрой беседы.       Томазин снисходительно вздохнула.       ― Можешь и меня забыть, после того, как доставишь в Лондон. У тебя появились идеи о том, как отсюда выбраться?       ― Пока что нет. Дай мне пару минут, ― Джек поднялся и принялся с умным и глубокомысленным видом шагать по камере.       В итоге пара минут незаметно превратилась в пару часов. Резко остановившись, Воробей развернулся к Томазин, всем своим видом крича «Эврика!».       ― Я знаю! Ты соблазнишь тюремщика, уговоришь его тебя выпустить кое-для-чего... Смекаешь?       Девушка недоуменно изогнула бровь.       ― Потом ты похитишь у него ключ, ― уточнил Джек.       ― Как ты себе это представляешь? Не думаю, что он настолько глуп. Но есть другая идея, ― Томазин поднялась и подошла ближе к собеседнику. ― Сможешь ударить меня?       ― Что? ― удивлённо переспросил тот. ― В смысле – шлёпнуть тебя?       ― Нет же, ударить. По лицу. Не слишком сильно, но правдоподобно…       ― Слушай, я конечно не образец порядочности, но это слишком, ― Воробей отрицательно мотнул головой, продолжая не понимать, что от него требуется.       ― Ладно. Тогда притворись, что угрожаешь мне…       ― Это уже проще, ― оживившись, Джек хотел привычным жестом достать пистолет, но того, разумеется, на месте не оказалось. ― Так… Мне нужно настроится, ― он нахмурился, и сделал в воздухе несколько неопределенных жестов руками, как бы примеряясь к тому, чтобы схватить девушку за плечи или за горло.       При этом Томазин стояла напротив с совершенно спокойным видом. Ещё немного попытавшись изобразить из себя серьёзную угрозу, Воробей понял, что так ничего не выйдет.       ― Ты можешь немного подыграть мне? Сложно просто так взять и начать угрожать…       Девушка понимающе кивнула и влепила ему звонкую пощёчину, от неожиданности Джек даже отпрянул.       ― Я ведь попросил…       Повторная пощёчина не дала ему закончить. После этого ошарашенность сменилась возмущением.       ― Если ты ещё раз…       После третьего удара Джек схватил Томазин за руку, гневно глядя на неё.       ― Я сказал – прекрати!       ― На помощь! ― взвизгнула девушка с натуральным ужасом в голосе, после чего дёрнулась, пытаясь вырваться. ― Помогите! Он убьёт меня!       ― Заткнись! ― настроившись на нужный лад, Воробей толкнул Томазин к стене, пытаясь зажать ей рот.       Он делал всё вполсилы, стараясь не причинить девушке вреда, и резко дёрнулся, коротко вскрикнув, когда та совершенно по-настоящему укусила его за руку.       ― Мне же больно, ― шикнул Джек, как можно более осторожно повалив Томазин на пол.       ― Прости, ― тихо отозвалась та и вновь завизжала, слыша быстро приближающиеся шаги.       По ту сторону решётки в полумраке остановился высокий мужской силуэт.       ― Я уж думал – это ты тут визжишь, Джек…       Знакомый голос заставил Воробья отпустить девушку и, поднявшись, усмехнуться:       ― Так и знал, что было правильным решением не отдавать тебе компас…       ― Брось, я бы и без него пришёл за тобой… Правда чуть позже, после того, как сплавал бы туда-обратно..       Ключи звякнули и щёлкнул замок. Встав, Томазин перевела удивлённый взгляд с Джека на высокого незнакомца, даже при тусклом освещении были сразу заметны его ярко-зелёные, словно светящиеся, глаза.       ― Что происходит? ― тихо спросила она, выйдя из камеры за Воробьём.       ― Томми – Кайрос, Кайрос – Томми, ― быстро представил Джек, шагая по коридору мимо решётчатых дверей и пары охранников, валяющихся на полу без признаков жизни.       ― Очарован, ― усмехнулся зеленоглазый, приглаживая свои угольно-чёрные волосы. ― Надеюсь узнать, что там между вами происходило до того, как я помешал… ― он направился за парочкой уже бывших заключенных.       На выходе троих ждала Танит. Худая, высокая, коротко подстриженная, в мужской одежде – она весьма походила на парня. Пламя нескольких свечей бросало свет на правую часть её лица, покрытую шрамами в виде каких-то языческих символов.       ― Уходим, ― сообщил ей Кайрос и, на мгновение остановившись перед светловолосой, большим пальцем стёр с её щеки чужую кровь. ― Немного испачкалась…       Танит молча продемонстрировала руки, окровавленные почти до локтей, вызвав этим короткий смешок зеленоглазого.       Снаружи уже стемнело, но мрак рассеивало пламя, пожирая расположенное неподалёку здание. Гудение, треск, крики, паника и суета – при таких обстоятельствах никто не заметил беглецов.       Взяв Джека под руку, Томазин встревоженно заглянула ему в лицо.       ― Я не ожидала, что при нашем побеге будут убивать людей и поджигать дома, ― шёпотом проговорила она.       ― Если честно – я и сам такого не ожидал, ― также тихо отозвался Воробей.       ― Они поплывут с нами? ― уточнила девушка, не оглядываясь на Кайроса и Танит, к которым по пути присоединились ещё несколько человек.       ― Да. Видишь ли, у нас с Кайросом небольшое общее дело, и как только оно будет окончено, я отвезу тебя куда надо…       ― О чём шепчитесь? ― вмешался в разговор зеленоглазый, поравнявшись с Джеком.       ― Я собирался сказать тебе, что Томми плывёт с нами, ― сообщил Воробей.        ― А это твоё решение или её? ― Кайрос перевёл взгляд на Томазин.       По её лицу в этот момент было видно, что она уже не особо то и хочет куда-то плыть.       ― Её, разумеется, ― заверил Джек. ― Я пообещал подвезти её в Лондон на обратном пути.       ― Как скажешь – ты у нас капитан, ― зеленоглазый чуть пожал плечами, улыбнувшись.       ― На обратному пути откуда? ― уточнила Томазин.       ― Тебе не обязательно знать, ― коротко ответил Воробей. ― Это не займёт много времени… Надеюсь, ― добавил он уже тише.       Когда вся компания поднялась на борт брига «Виктория», к Джеку спешно направился мистер Гиббс.       ― Сэр, Вы вернулись! Корабль готов к отплытию… ― он прервался, заметив Томазин, и перевёл вопрошающий взгляд на Воробья.       ― Отлично. Тогда отправляемся немедленно, ― распорядился тот без лишних объяснений. ― Томми, подожди меня в каюте, малышка.       Сориентировавшись куда идти, девушка молча кивнула.       ― Можно поинтересоваться, кто эта особа, сэр? ― осторожно спросил мистер Гиббс.       ― Моя близкая знакомая. Я сегодня случайно втянул её в одну неприятную ситуацию и теперь должен отвезти в Лондон, ― быстро пояснил Воробей.       ― Думаете, брать её с собой – хорошая идея?       ― Я давно её знаю и вреда от неё гораздо меньше, чем пользы. Смекаешь?       Когда Джек вошёл в каюту, Томазин вздрогнула от неожиданности. Она сидела у стола, подперев голову рукой, и, кажется, что-то обдумывала.       ― Мне нужно во что-то переодеться, ― сообщила девушка. ― Не хочу порвать или запачкать платье. Сможешь что-нибудь найти? Мне неловко самой спрашивать у кого-то из твоей команды…       ― Конечно, малышка, ― улыбнувшись, Воробей подошёл ближе и остановился напротив неё. ― Могу помочь тебе раздеться…       ― Ты в этом профессионал, но я справлюсь сама, ― мягко возразила Томазин, поднявшись, и, отойдя, повернулась спиной к собеседнику.       ― Как скажешь, ― Джек пожал плечами. ― А с чего это ты решила податься в Лондон?       ― Я выхожу замуж, ― легко ответила девушка.       ― Неужели? И кто этот счастливчик? ― спросил Воробей заинтересованно, открывая бутылку рома.       ― Ты помнишь мистера Харис? Я рассказывала тебе…       ― Толстый кошелёк которого ты обхаживала? ― со смешком уточнил Джек. ― Отличный выбор. Ему явно недолго осталось – получишь хорошее наследство. Я об этом говорил тебе ещё тогда, а ты противилась… ― он сделал пару глотков с горла.       ― Обстоятельства изменились, ― Томазин ловко расшнуровывала корсет. ― Он хороший человек и, кажется, действительно любит меня…       ― Престарелые богачи всегда любят хорошеньких девушек, ― заметил Воробей. ― Впрочем, не только они… ― отставив бутылку на стол, подошёл со спины к Томазин.       Вся её одежда – кроме нижней сорочки – была сложена на стуле. Джек скользнул руками вниз по плечам девушки и обнял её за талию.       ― Не против, если буду иногда навещать тебя в Лондоне?       Томазин стояла неподвижно и, кажется, даже задержала дыхание.       ― Против.       ― Почему это? ― с искренним недоумением спросил Воробей.       Ему редко доводилось слышать отказ от Томми, и сейчас это звучало особенно неожиданно.       ― Джек, я жду ребёнка, ― выдохнула девушка.       ― Что?! ― Джек – словно обжёгся – моментально отпустил её и даже чуть отпрянул. ― Не правда! ― выпалил он с какой-то неопределенной, полувопросительной интонацией.       ― Уже три месяца, ― Томазин развернулась лицом к собеседнику.       ― От Хариса? ― с надеждой в голосе спросил Воробей и тут же продолжил, будто не желая слышать ответ: ― Не думал, что в его годы ещё… Получается…       ― Не получается, ― по лицу собеседника девушка поняла, что это как раз он хотел услышать меньше всего. ― Он бесплоден. Но, видимо, очень хочет верить, что это его ребёнок…       ― А на самом деле? ― Джек до последнего надеялся, что его догадки окажутся ложными.       Томазин выдержала небольшую паузу, как это обычно бывает, когда человек собирается сообщить очень плохую новость.       ― Я жду ребёнка от тебя...       ― Нет! ― сразу возразил Воробей, попятившись, глаза его отражали внутреннее смятение. ―Ты это выдумала, чтобы… ― он замешкался, судорожно соображая, как продолжить, ― чтобы я остался с тобой!       ― Нет, ― Томазин ожидала от него примерно такой реакции, поэтому была почти спокойна. ― Иначе, зачем бы я…       ― Кажется, меня зовут, ― перебил Воробей, быстро направляясь к двери, ― Заодно спрошу про одежду, ― после этих слов он пулей (пташкой) вылетел из каюты.       Пометавшись по палубе, Джек постарался собраться с мыслями, попутно соображая, что ему делать с полученной информацией и можно ли с кем-то на этот счёт посоветоваться. Выбор был небольшой – всё-таки о женщине лучше говорить с другой женщиной… Пусть даже не особо разговорчивой.       ― Танит, ― Воробей жестом подозвал светловолосую к себе. ― На секунду, ― он отвёл девушку в сторону и продолжил, понизив голос: ― Тебе доводилось общаться с беременными?       Та недоуменно изогнула бровь и кивнула.       ― Как-то можно определить, не соврала ли она… Ну, об этом?       Обычно амимичное лицо Танит ещё ярче выразило непонимание.       ― Ты права, это будет легко проверить… ― Джек кивнул. ― Но что, если я тут не при чём?       Девушка немного склонила голову набок и неопределённо пожала плечами.       ― Точно! Если она делает вид что ей всё равно – нужно просто подыграть. И чего я так запаниковал? ― Воробей улыбнулся, посмотрев на Танит. ― Спасибо.       Светловолосая кивнула и хотела уже вернуться к своим делам, но её вновь окликнул Джек:       ― Подожди. Можешь одолжить Томми одежду?       Ночное звёздное небо на горизонте сливалось с морем воедино. Суета и шум покинули «Викторию», вместе со спустившейся в кубрик командой.       Заметив хрупкую фигуру Томазин, которая одиноко стояла у фальшборта, обхватив себя руками за плечи, Джек неторопливо направился к ней.       ― Завораживающая картина, ― проговорил он. ― Напоминает мне нашу первую ночь…       Посмотрев на него, девушка чуть заметно улыбнулась.       ― Я не помню её я была слишком пьяна. Зато я помню утро…       ― Да уж, ― Воробей усмехнулся. ― Мне больше никогда не доводилось утешать девушку после ночи со мной, при этом ещё и узнать всё о её жизни, проблемах и переживаниях.       ― А чего ты ожидал? Мне было семнадцать, я была жутко обижена сама на себя и расстроена, что так поступила. А ты казался таким милым и чутким…       ― Я и сейчас такой, малышка, ― Джек погладил её по щеке, глядя в глаза.       ― Я знаю, ― кивнула Томазин. ― Поэтому я доверяю тебе. Наверное даже больше, чем стоило бы…       ― Эй, я ни разу не давал повода во мне усомниться, ― напомнил Воробей. ― Обманывал по мелочам, но это свойственно всем людям, согласна? И в этот раз я не подведу тебя.       ― Конечно, ты ведь капитан Джек Воробей, ― со смешком выдохнула девушка, зябко ёжась. ― Может, всё-таки расскажешь, куда мы плывём? Или это тайна?       ― От тебя у меня нет тайн, ― с улыбкой проговорил Джек. ― Мы плывём к Змеиным скалам за несметными сокровищами.       ― Ты шутишь?       ― Вовсе нет, ― он положил ладони на плечи Томазин. ― Ты замёрзла? Давай пойдём в каюту…       Глядя на Воробья, девушка снисходительно вздохнула.       ― Я просто забочусь о тебе, ― уточнил Джек, приобняв её одной рукой.       Вторые сутки плаванье продолжалось весьма благополучно.       Поставив точку на карте, Кайрос вернул компас Джеку и встал к штурвалу.       ― Всё складывается как надо… Но, похоже, не у тебя, ― добавил он, заметив невесёлую задумчивость собеседника. ― Что такое? Через несколько дней трюм будет забит золотом, а ты мрачнее грозовой тучи.       ― Немного перебрал с ромом вчера, ― соврал Воробей, покосившись на него.       ― Неужели? ― зеленоглазый усмехнулся. ― Томми, надеюсь, не составляла тебе компанию. В её положении лучше как следует высыпаться и лишний раз не баловаться с алкоголем…       Джек ошарашенно взглянул на собеседника и шагнул ближе к нему.       ― Когда только успел узнать…       ― А что, это секрет? ―поинтересовался Кайрос, хитро прищурившись. ― Мы с Томми мило поболтали, она ничего не скрывала.       ― И что ещё она про меня говорила? ― с явным недовольством спросил Воробей.       ― Ещё? ―переспросил зеленоглазый. ― До этого, вроде, речь не шла о тебе…       ― Подожди… Что она тебе сказала? ― уточнил Джек.       ― Что собирается выйти замуж за человека, от которого ждёт ребёнка… Тебе, видимо, она другое сказала? ― зеленоглазый с ухмылкой наблюдал за собеседником.       ― Другое… ― кивнул тот, уже обдумывая свои дальнейшие действия.       ― Не хочу расстраивать, но тебя либо обманывают, либо стыдятся факта близости с тобой… Либо и первое, и втрое…       Раздражённо глянув на Кайроса, Воробей развернулся и, почти бегом спустился со шканцев. Подскочив к Томазин, которая со скучающим видом прогуливалась по палубе, увлёк её за собой в каюту.       ― Что такое? ― недоуменно спросила девушка, когда за ней закрылась дверь.       ― Ты меня обманула, ― сразу предъявил Джек. ― Думала, Кайрос не расскажет?       ― А, ты снова об этом, ― успокоилась Томазин. ― Я подумала, что, если я буду говорить посторонним правду, это может тебя как-то скомпрометировать… Да и меня в будущем. К тому же – какая тебе разница? Мы скоро исчезнем из твоей жизни раз и навсегда.       Воробей вдохнул, готовясь что-то ответить, но последняя фраза сбила его с толку.       ― «Мы»? ― переспросил он.       ― Я и Вивиан, ― уточнила девушка, положив ладонь на живот (который ещё даже не подавал признаков беременности).       ― Ты хочешь назвать её Вивиан? ― Джек поморщился с неприязнью. ― Что за дурацкое имя?       ― А ты можешь предложить получше? ― Томазин скрестила руки на груди.       ― Конечно! ― Воробей ненадолго задумался. ― Барбара или Виктория, например… И вообще, если будет девочка – значит не от меня. А если мальчик – то можно назвать его Эдвард или… Джек…       ― Нет уж, ― категорично возразила девушка. ― Мальчик будет Альфред или Кристиан. Да и какая тебе разница. Ты всё равно нас не увидишь после того, как я окажусь в Лондоне.       ― Перестань говорить «мы»! И перестань меня провоцировать! ― потребовал Джек, повысив голос.       ― На что провоцировать?! ― в голосе Томазин тоже зазвучали нотки возмущения.       Ища, что ответить, Воробей сделал неопределенный жест руками:       ― На спор с тобой!       ― Ты сам начал спорить! А сейчас нам с Вивиан надо на свежий воздух, ― девушка дала понять, что разговор окончен, и вышла из каюты.