Наруто, любимец пламени.

Пантеон верхнего мира храм богини солнца.

      Белый, словно снег храм парил в облаках. Как и остальные боги, богиня солнца, Аматерасу любила простор и комфорт. Восседая на троне, невероятной красоты девушка лет двадцати на вид, одетая в белом хаори с ярко алыми языками пламени украшающими нижнюю часть платья, скучающе смотрела в ярко-оранжевый разлом пространства. Иногда вздыхая и цокая она переключала порталы движением руки.        Вот уже тысячу лет, она не может найти хоть одного интересного человека, за которым было бы хоть чуточку весело наблюдать. Вот уже больше трёх тысяч лет она мучилась от одиночества. После предательства и унижения, испытанные после совершённого ее братом и по совместительству мужа Суссано, она перестала доверять другим, из-за чего и перестала общаться с кем-то без веской на то причины. А её второй брат Цукиёми только и делал что, показывал своё высокомерия. Да и после убийства Укэмоти он всё же был изгнан из её дворца. Иногда её даже посещали мысли о том чтобы закончить своё бытиё.        После очередного взмаха руки её зрачки чуть сузились увидев одно из поселений людей, в котором сейчас происходило нечто странное. Выпрямившись, она опять взмахнула рукой приближая картину. Секунда, вторая и вот она улыбается заметив одного из созданий, старого мудреца, что умер лет девятьсот или тысячу назад. Лис бушевал, рушил поселение и поедал всех до кого дотягивался. Видя это, богиня нахмурилась, ведь для неё это сулит скучной работой по отправлению душ в чистый мир. Вдруг лис замер, а в месте с ним и Богиня, она с трепетом наблюдала за происходящим. Она нашла хоть что-то интересней людской войны.       Лис посмотрел в сторону скалы на котором были высечены человеческие лица. Секунда и оскалившийся лис присел и начал создавать тёмно-фиолетовый шар. Смотря на это богиня удивилась ещё сильнее, когда увидела в кого тот целится. На горе был человек с пшеничными волосами одетый в синие штаны обвязанные бинтами у голеней, облегающую майку которая подчёркивала его мышцы, а поверх неё был одет белый плащ с языками алого огня. Богиня внимательно наблюдала за тем как шар летит в скалу, а человек сложив несколько печатей кидает странный кунай в сторону техники. Видя то, как в пространстве появляются письмена, а шар коснувшись их постепенно исчезает она устроилась по удобней смотря с неким интересом за происходящим.       Видя то, как желтоволосый вбил в землю какого-то человека в маске она опять взмахнула рукой. На этот раз смотря на то, как какой-то старик выкидывает лиса из поселения, а через секунду на того падает огромная красная жаба. Видя это богиня еле заметно захихикала. Вдруг лис поднимает голову и создав уменьшенную версию той техники проглатывает её и в тот же момент стреляет лучом в жабу. Не успела жаба исчезнуть как лиса окутали золотые цепи. Богиня заметила странный алтарь на котором лежал ребёнок. Её удивлению не было предела когда она увидела то, как блондин призвал одну из проекций оставленными Шинигами. Присмотревшись к ребёнку её глаза расширились, а из уголков её глаз почему-то потекли слёзы.       Почувствовав это она с неверием вытерла слёзы и непонимающе посмотрела на алтарь. Почему-то ей было его... Жалко, нет скорее даже не так, впервые за тысячи лет её сердце сжалась видя то, как лис пытается раздавить дитя, что было на алтаре. Сама не понимая почему или зачем она это делает, богиня щёлкнула пальцами при этом появляясь около ребёнка. Внезапно глаза лиса расширились даже ещё больше чем тогда, когда он увидел Шинигами. Его лапа дрогнула, но всё же продолжила свой путь. Видя это богиня подняла глаза и в ту же секунду лапу окутало невероятно яркое пламя белого цвета, что иногда становилась чёрным. Но родители ребёнка как будто бы ничего не замечая закрыли его своим телом. Коготь прошёл насквозь и остановился в миллиметре от ребёнка. Богиня посмотрела разгневанным взглядом на лиса, пока женщина с красными волосами что-то бормотала и плача гладила малыша по голове. Дитя же казалось, спало с открытыми глазами. Он не издавал не звука, не плакал, не кричал, а просто смотрел в сторону женщины. Видя разгневанный взгляд богини лис сжался и начал дрожать, ему давно уже не было так страшно. — Шинигами-сама, пожалуйста запечатайте вторую половину лиса в моём сыне, а в замен можете взять мою душу. — Шинигами же в свою очередь смотрел удивлённо на богиню солнца по щекам которой катились слёзы. — Не думал что тебя волнуют дела смертных. — Подняв голову, но ничего не увидев на лице блондина появилось удивление. — Как интересно, сама богиня солнца решила присмотреть за смертным дитя. Интересно однако... — Шинигами протянул руку в сторону лиса и начал его запечатывать в ребёнка. Минато же слыша слова Шинигами улыбнулся, как и Кушина что была прямо перед ним. — Прощай сынок... — Одновременно проговорили те двоя падая на землю замертво. Шинигами же не спешил уходить. — Он странный... Очень странный, почему-то он напоминает мне... — Так и не закончив, Шинигами ухмыльнулся и начал исчезать.       Вытерев слёзы в очередной раз, богиня подошла к ребёнку и поцеловала того в лоб. Прошла секунда, вторая, но она так и не уходила. Она сидела рядом с ним и нежно гладила по щеке. Внезапно его окутал чёрный огонь, его волосы начали стремительно менять цвет из ярко-жёлтых в серебренно белые. А на лбу в место поцелуя появилась маленькая, чёрная линия, что напоминала трещину. Вместе со шрамами на щеках он предавал ребёнку какой-то хищный вид. А глаза как будто сгорали. Из глаз Богини опять полились слёзы. — Не может быть... — Прошептала та видя изменения в ребёнке, что почему-то не издавал ни звука, его синие глаза казались стеклянными, вместо обычного яркого цвета, смотря на них было такое ощущение что смотришь на самую глубокую часть моря. Успокоившись она заметила что всё это время дитя тянуло руки в сторону богини. Дотронувшись его руки на неё накатилось грусть и тоска. Не желая больше чувствовать эти чувства она сжав губы переместилась обратно в свой храм.       Сев на трон она заметила то как на ту самую поляну вышли два старика, а за ними порядком двадцати людей в масках. Те о чём-то спорили и злясь друг на друга ругались. Внезапно забинтованный старик отвернулся и ушёл. Пока старик, что держал огромный посох, взял в руки ребёнка и что-то крикнул. — Я обещаю что вернусь... — Тихо сказала богиня посмотрев в потолок. — Я уже и не верила что ты сдержишь своё обещание. — Улыбнувшись Аматерасу снова изменила вид, дабы увидеть ребёнка.

Зал заседания. Конохогакуре, но сато

— Я же говорю, отдайте джинчурики в корень, мы сможем там сделать из него... — Договорить ему не дал Хирузен что, ударил в стол так сильно что тот треснул. — Данзо, мы уже говорили что ребёнок Кушины и Минато ни за что не пойдёт в Корень. — Гневно парировал третий сжимая трубку с табаком в зубах. — Я согласен, даже мы не можем позволить чтобы такой человек как Данзо имел в своё владения оружия нашей деревни. — Кивая говорила Кохару соглашаясь с Третьим. — Но мы не согласны и с тем чтобы он жил с Учихами. — Мы все видели что в глазах Девятихвостого горел Шариган, да и так они смогут влиять на джинчурики. — Каким-то хриплым голосом Проговорил Хомура. — Это касается и других кланов. Если оружие будет жить с одним кланом тот привяжется к ним и тогда... — Договаривать ему не пришлось, все и так понимали что ни кто не даст такое преимущество кланам в особенности Учихам. — Предлагаю засекретить всё что связанно с новым сосудом и отдать его в приют, пускай растёт под чутким надзором. Да и там ему уж точно промоют мозги и вдолбят ему о воле огня. — Говоря это Кохару оглядела всех глав кланов. — Предлагаю проголосовать... И так кто за то, чтобы джинчурики ушёл в корень? — Никто кроме Данзо даже и не думал о том чтобы поднять руку. Видя это Данзо сжал зубы и встав со своего место начал уходить. — Я полагаю все остальные за приют? — Устало проговорил Третий. На этот раз руки подняли уже все. — И так, с этого дня, вся информация о том кем является Узумаки Наруто строго засекречена и её разглашения будет караться по всей строгости. — Я предлагаю поставить одного из моих АНБУ для защиты и слежки за Джинчурики. — Проговорил человек в Маске совы при этом встав со своего место. — Нет, за ним будет следить мой личный доверенный АНБУ, зная о том что случилось сегодня, я опасаюсь худшего. — Никто не стал ничего говорить против, но на этом собрание не закончилась.

Палата джинчурики.

— Вызови ко мне тройку Яманака. — Злобно оскалившись проговорил Данзо смотря на младенца. При жизни, Кушине он так и не смог поставить закладки, но на него... Внезапно в палате появились ещё трое людей в белых масках. — Верность Конохе и мне лично, задержки в умственном и физическом развитие, по возможности недоверие к Сарутоби. Исполнять. — Сказав это он даже не дождался ответа и сразу же исчез из палаты.        Никто ничего не говорил, в палате была гробовая тишина. Только трое блондинов делали то, что им приказали. Остальные же просто наблюдали. Прошла секунда, две, внезапно в палате стало жарче, а воздух буквально за секунду стал настолько горячим что, находящиеся в палате упали на колени и сразу же стали задыхаться. Около потолка появился пламенный шар, что начал увеличиваться. В одно мгновение тот взорвался. Прошло буквально пару секунд и вместе с падением двери, и, куском стены на которой та крепилась, огонь потух. Вся палата буквально пахло горелой плотью. Всё сгорело до тла, кроме одной маленькой кроватки на которой мирно спал беловолосый младенец. От АНБУ-шников остался только пепел. Смотря на это складывалось ощущение, что огонь боится, и, пытался избегать малыша, ведь в полностью сгоревшей палатой невредимым было только место в радиусе метра от него. В этой области казалось что, ничего и не случилось если только не оглядываться...       Услышав новости о покушение на жизнь нового сосуда, Сарутоби помчался по крышам в сторону больницы. АНБУ и некоторые главы кланов, что прыгали за ним следом выглядели задумчивыми. Приближаясь к больнице все обратили внимания на обугленную стену, что ели держалась. Не теряя времени все сразу же запрыгнули в эту самую дыру, при этом, оказавшись в палате, все смотрели круглыми глазами на происходящие. Внезапно Хиаши Хъюга заговорил. — Тут... Нет ни единого следа использования чакры. — Его глаза казались более чётко выраженными, а вздутые вены чётко намекали на активированный бъякуган. — Похоже на... Чистую природную энергию... Как будто сама природа взорвалась. — Не веря своим словам проговорил Фугаку Учиха. — Переведите Наруто в другую палату, пускай двое остаются на защите мальчика, а вы... — Оглядев АНБУ что были в палате, Третий вздохнул и продолжил. — Займитесь расследованием, чтобы вечером, на моём столе лежал полный отчёт. — После совместного Хай, палата почти опустела. — Предлагаю закончить собрание завтра в двенадцать. — На эти слова все только покивали и потихоньку начали уходить.

***

       Не прошло и двух часов как в кабинете Хокаге появляться один из АНБУ которым было поручено расследования. — Хокаге сама, мы нашли это. — Кладя на стол сильно обгорелый кусок фарфора, АНБУ чуть отстранился. — Судя по структуре это маска АНБУ, но судя по отчётом о смерти... — Корень. — Тяжко вздохнув констатировал Третий. — С этим понятно, но что вызвало такой странный пожар. — Хокаге-сама, это невозможно объяснить, в палате нет не одного намёка на чакру, даже природную. Это похоже на энергию природы, как будто... — Сам мир решил помочь... — Откладывая кусок маски проговорил Третий и тяжело вздохнув продолжил. — Пускай Какаши понаблюдает за ним, остальные свободны.       Ничего не говоря АНБУ поклонился и исчез. Хирузен же помассировав вески достал свою трубку и начал её наполнять свежим табаком. — Ух, и чувствую я что намучаюсь со всем этим... — Закурив, Хирузен лёг на своё кресло и закрыл глаза.

База Корня. Кабинет главы.

— Как это мертвы? — Гневно ударив рукой по столу крикнул Данзо, смотря испепеляющим взглядом на своего АНБУ. — Данзо-сама судя по следам... — Заткнись, не слепой, я и сам это прочитал. Как вы придурки умудрились дать людям Третьего найти кусок маски. Вы хоть понимаете что за проблемы мне прийдётся выгребать? — Кинув кунай в плечо стоящего перед ним АНБУ орал Данзо. Тот даже не дрогнул, принимая на себя удар. — Кобра, уведи его, Тигр займись раной. Все кто был связан с этим отчётом наказаны. Исполнять. — Прорычал Данзо смотря на АНБУ. — Придурки, ничего доверить нельзя, а насчёт джинчурики... — Пробормотал Данзо присев на своё место. — Надо выделить людей для слежки. Лишь бы Сарутоби не сувал свой сморщенный нос в это... — Смотря на дверь зло проговорил он.