Первый закон робототехники

Интеграцио́нное тести́рование — одна из фаз тестирования программного обеспечения, при которой отдельные программные модули объединяются и тестируются в группе.

      Поттер как раз мирно дремал перед монитором, когда в затылок ему врезалось что-то, подозрительно похожее на скомканный бумажный стаканчик из-под кофе. — Ай! Какого хрена? — Приятель, время ланча, — довольная рожа Рона появилась у правого плеча. — Пошли, у голодного брюха нет уха.       Гарри обожал йоркширский сленг своего приятеля. Его мама, карикатурная многодетная провинциалка, их дом, единственный, в котором он чувствовал себя на своем месте… Все будто сошли со святочных гравюр, на которые он засматривался, будучи ребенком. В его детстве не было доброй пышной мамы, забавного раздолбая-папы, оравы братьев и милой хрупкой сестренки… В его детстве не было ничего, кроме побоев и нравоучений, по правде говоря.       Они взяли по стандартному комплексному обеду и содовой, размещаясь за привычным столиком у окна. — Как прошел вечер? — невинно спросил Рон. — Ты никогда не спрашиваешь меня об этом, — усмехнулся Гарри. — Следовательно — что-то знаешь. Что она рассказала? — Только то, что у вас было отличное свидание, и ты — парень ее мечты, — хмыкнул парень. — Она бы никогда так не сказала, не пытайся меня задобрить. Джентльмен не раскрывает тайн своей дамы, хочешь подробностей — обращайся к ней. — Своей дамы? Боже, чем вы там занимались — ходили на слет ролевиков? Ты ошибся, я абсолютно ничего не хочу знать об этом, — Рон сделал вид, что его тошнит.       На стул рядом звучно приземлилась чья-то задница.

***

— Мистер Уизли, Мистер Поттер, — лучезарно улыбнулся Риддиш. — Тут свободно? — Видимо, уже нет, — буркнул Рон. Гарри вежливым кивком поприветствовал мужчину. — Мы так толком и не познакомились в прошлую встречу, я — Нейдер Риддиш, доктор нейробиологии, консультант проекта «Хоркрукс» и, чему я безмерно рад, ваш новый куратор, — подчеркнул Риддиш. — Полагаю, вы уже успели ознакомиться с программой в раздаточном материале? Буду счастлив ответить на ваши вопросы.       Гарри ощутил острый приступ вины. Он толком не открывал папку с момента получения, все его мысли были заняты предстоящим свиданием.       Риддиш, не спуская с парней внимательного взгляда, подвинул к себе поднос с обедом — три куска чизкейка, молочный коктейль, панна-котта, шоколадка… Спортсмен, набирающий массу? Больной булимией? Член клуба «К диабету — любой ценой!»?       Поттер очень надеялся, что Рон прервет неловкое молчание, но тот жизнерадостно жевал свой бургер, следуя святому принципу — никаких разговоров во время еды. — Нейдер? Какое необычное имя, — невпопад сказал Гарри. — Мои родители из Кардиффа, посвятили долгие годы изучению валлийской культуры, а когда появился я… то невольно стал ее частью, — смущенно ответил Нейдер. — Вряд ли это так уж интересно. Не то, что вы, мистер Поттер… Окончили ICL в двадцать один год? — В точку, — улыбнулся Гарри. — Я преподавал там одно время, чудесное место. Поворотная часть моей биографии, могу так выразиться, — взгляд Риддиша мечтательно затуманился. — Кхм, а я окончил Йоркский, — подал голос прекративший жевать Рон. — Прекрасный выбор! — восхитился Нейдер. — Урезанная программа не мешает отвлекаться от самообразования, качество преподавания заставляет надеяться только на себя… Школа жизни для сильных и целеустремленных личностей! Что вы выбрали темой диссертации? — Мне пора идти, — буркнул порозовевший Рон. — Очень-очень срочные задачи.       Гарри рванул было за убегающим парнем, посылая Риддишу виноватую улыбку — мол, мой друг — идиот, но снова был цепко схвачен за локоть — как тогда, в конференц-зале. — Мистер Поттер, — пронзительные голубые глаза кололи острыми льдинками. — Мне очень хотелось бы обсудить кое-что с вами наедине.

***

      Гарри послушно вернулся к своему месту за столом. — Вы знаете, почему вас особенно хотели привлечь к работе над «Хоркруксом», мистер Поттер? — спросил Риддиш, слегка наклонив голову в ожидании ответа. — Хм, честно говоря, сэр… — начал Гарри, немного сконфузившись. О том, что его пригласили в проект не случайно, он слышал разве что только из сумбурной ругани Снейпа, и обработать эту информацию в голове совершенно не успел — мысли в последние пару дней были преступно заняты другими вещами — как угомонить взбесившуюся кофеварку в виде Т.О.Ма и куда бы пригласить Джинни, например. — Понятия не имею.       Не добившись от Гарри ничего вразумительного, Нейдер раскрыл карты первым: — Когда я преподавал в ICL, профессор Дамблдор — конечно, вы его помните? — очень тепло отзывался о вас, как о подающем беспрецедентные надежды в области Искусственного Интеллекта.       Щеки Гарри слегка порозовели. — Особенно его поразило то, что еще будучи фактически ребенком вы создали эмпирически обучаемого бота-ассистента, который впечатлял своей разумностью и с легкостью прошел все тесты на «человечность». — Вы говорите о Т.О.Ме, мистер Риддиш? — Просто Нейдер, пожалуйста, — тепло улыбнулся мужчина. — Да, именно о нём. Позвольте спросить — почему именно T.O.М? — The Omnipresent Machine, — пожал плечами Гарри. — «Вездесущая машина». Основная фишка Т.О.Ма в непрерывной синхронизации инстансов между собой, чем их больше — тем они умнее, потому что получают все больше аудио и визуальных данных об окружающем пространстве. — Это избавляет от необходимости гигантских дата-сетов — настоящий прорыв, Гарри, — восхитился Риддиш. — Как насчет баз данных? Вы держите его на домашнем сервере? — Частично — да, плюс небольшие бэкапы в облачных хранилищах. Ему не нужно много места за счет эмпирического сознания, достаточно хранить текущее состояние, да иметь доступ к сети, — объяснил Поттер. — С обслуживанием себя он хорошо справляется и сам, моя помощь требуется только при создании нового инстанса, чтобы помочь ему, если можно так сказать, адаптироваться. Ну и базовая техподдержка в случаях, если он сам не сможет с собой разобраться, — Гарри, сам не заметив, избавился от свойственной ему в беседах стеснительности, и с энтузиазмом рассказывал о своем детище. — Это прекрасно. Вы его любите? — Риддиш внезапно посерьезнел, глаза с расширенными зрачками внимательно следили за реакцией Гарри. — Что, простите? — Поттер немного стушевался, будучи не совсем уверенным, что правильно расслышал вопрос. — Тако. Вы едите тако. Вы любите мексиканскую кухню? — Д-да… — Отлично, — обрадовался Нейдер. — Я знаю прекрасный аутентичный мексиканский ресторанчик. Составите мне компанию вечером? Мне очень интересно, как работают мозги такого юного гения. Вы сегодня свободны? — О, да, конечно. Абсолютно, — Гарри все еще находился в состоянии легкого смятения. Ему не с чем было сравнивать — этично ли идти куда-то отдыхать с начальством? Они с Роном часто захаживали в паб по пятницам, но это был давно знакомый Рон, а не импульсивный и совсем неизвестный Риддиш. Но что может случиться, в конце концов? Максимум — несварение и не слишком увлекательная беседа. — Встретимся в семь у выхода, — довольно прищурился Риддиш, пожал ему руку и скрылся из виду так же незаметно, как и появился.

***

      Гарри вышел в прохладный космос февральского вечера из ярко-освещенного здания ровно в семь, и увидел уже ждущего его Нейдера. На бледной коже небольшой румянец от холода, изо рта то и дело вылетало облачко пара, совсем легкое пальто и внимательный взгляд, как у кошки, наблюдающей за воробьем. Гарри стало слегка не по себе, он специально очень торопился, чтобы не заставлять мужчину ждать, но Риддиш, видимо, оказался еще более пунктуален.       «Какого хрена? — раздраженно подумал Поттер. — У него мало работы, что ли, караулить меня тут?»       Он подошел к мужчине, умирая от неловкости и совсем не понимая, что ему говорить и делать. — Гарри, у вас есть машина? — Риддиш тут же пояснил свой вопрос: — Моя в ремонте, а пешком отсюда до «Сomedor de la Muerte» не дойдешь. Километров десять.       К счастью, Гарри сегодня приехал в офис на «Молнии», по дороге закинув Джинни в магазинчик ее братьев, где она подрабатывала после колледжа. Второй с ним не разговаривал и автопилот включать отказался, но он и рад был вести самому, предполагая разобраться с поломкой в капризном ассистенте после работы. — Конечно, — Гарри махнул рукой в сторону припаркованной «Молнии». — Пойдемте, на улице холодно. — Какой чудесный автомобиль! — восхитился Риддиш, сев на пассажирское рядом с Гарри. Парень отметил, что Нейдер, несмотря на возраст (явно лет на десять старше его самого) и серьезную должность, иногда выглядел как ребенок на Рождество, искренне радуясь самым простым вещам. По дороге к машине он уже успел застыть, завороженно смотря на падающий снег и даже поймал языком пару снежинок. В Кардиффе зимой нет снега, или это просто типичная чудаковатость ученых? — Вы поведете сами, Гарри? — поинтересовался мужчина. — Не любите автопилот? — Люблю, — замялся Поттер, — но есть некоторая проблема… — Какая? У вас же наверняка стоит Т.О.М? Очень хотелось бы увидеть его в действии!       «Я попал, — безнадежно подумал Гарри. — Ему столько раззвонили о моей гениальности, а мне придется признать, что я не могу справиться с собственным ботом». — Т.О.М, довезешь нас? — ни на что особо не надеясь, спросил он.       Внезапно приборная панель замигала и прозвучал ласковый голос Второго: — Добрый вечер, Гарри. Добрый вечер, сэр. Конечно, вы всегда можете доверить мне свой маршрут. Куда вы хотите попасть? — «Сomedor de la Muerte». Эбби-Роад, 7. Кстати, я Нейдер Риддиш, приятно познакомиться, Т.О.М — опередил Гарри Нейдер.       Гарри испугался, что бот опять взбунтуется («Как ты посмел привести незнакомого человека в нашу «Молнию»!»), но Второй отреагировал удивительно мило: — Я тоже рад знакомству, сэр. Устраивайтесь поудобнее, мы будем на месте примерно через полчаса. Вы уже забронировали столик, или мне сделать это для вас? — Я уже озаботился этим, спасибо за беспокойство, — ответил Нейдер. — Вы очень предусмотрительны, мистер Риддиш, — практически промурчал Второй, и «Молния» тронулась с места.

***

— Гарри Поттер. Мальчик-который-выжил-после-«Полуденной смерти» — прокомментировал Риддиш.       Гарри пытался отдышаться после залпом выпитого коктейля — абсент и шампанское, вполне оправдывает свое название. Нежный, изумрудный цвет и совершенно убойный удар по голове. Мысли, казалось, взлетели облачками к потолку. Риддиш в приглушенном освещении бара казался почти фарфоровым. Как актер из немого кино. «Рудольф Валентино», — подумал Гарри и хихикнул. — Зачем ты заказал это, Нейдер? Ты хочешь меня убить? — Только обезоружить, — Риддиш расслабленно откинулся на спинку кресла, внимательно наблюдая за Гарри. — Ты хитрый и… ик!.. слишком трезвый! Это нечестно! — Я старше тебя и, не в обиду будет сказано, больше, — ухмыльнулся Нейдер. — Да в каком месте больше?! Мы почти одного роста! — возмутился Гарри. — Хочешь проверить? Надо было захватить линейку из офиса.       Гарри молча переварил услышанное затуманенным мозгом. — Бля, Риддиш, у тебя шутки на уровне Т.О.Ма! Я до сих пор страдаю, что у него чувство юмора как у Бивиса и Батхеда! Вы не на одном датасете обучались? — Если только твой Т.О.М обучался в Prifysgol Caerdydd. — Ты что сейчас прошипел?! ***       За пару часов до…       Анонсированный Нейдером мексиканский ресторанчик оказался и правда уютным и милым, в такой хорошо приходить на семейные бранчи и встречаться за неспешной беседой. Никаких разудалых мачо-официантов в сомбреро, громкой музыки и шумных компаний.       Они заняли столик на двоих, любезный официант принес меню. Гарри заказал энчилада и кружку лагера, Риддиш — чили кон карне и… молочный коктейль. Гарри стало очень неловко. — Ммм… вы не пьете алкоголь?       Риддиш, выдувший первый коктейль практически одним глотком, и тут же заказавший еще, удивился: — Почему вы так решили? Я люблю алкоголь.       Гарри замялся, не зная, что сказать. Пить пиво перед хлещущим молочные коктейли как заправский пятилетка Нейдером — было странно. И то, что они перемолвились едва парой слов, чисто в рамках смолл-тока. И то, что этот долбанутый пялится на украшенную вишенкой шапочку сливок, возвышающуюся над стаканом, абсолютно так же, как на Гарри. Или на Гарри, как на сливки. Все это было очень непонятно.       Нейдер кинул взгляд на едва тронутый бокал лагера и тут же подозвал официанта: — Принесите мне яблочный Jim Beam. Двойной. И еще вот этого, — он неопределенно кивнул, опять то ли на Гарри, то ли на коктейль. — Любите молочные коктейли? — Гарри решил начать с максимально нейтральной темы. Риддиш всерьез задумался: — Не знаю. Наверное. Они, оказывается, такие вкусные.       Гарри подумал, не объясняются ли чудачества мужчины каким-то травматичным прошлым. Он сам, как только получил возможность, ел все эти шоколадки, чипсы, маленькие трехслойные печеньки, ВСЕ ЭТО РЕКЛАМИРУЕМОЕ ПО ЯЩИКУ САТАНИНСКОЕ ДЕРЬМО как умалишенный. Но побоялся расспрашивать Риддиша на эту тему — слишком личное.       Нейдер пил свой бурбон с не меньшим удовольствием, чем коктейль до этого. Чуть ли не щурился, как довольный кот. А вот он с личными границами, очевидно, церемониться не привык: — Итак, Гарри. Расскажите мне, что заставило ребенка создать себе друга? — П-почему именно друга? — поперхнулся лагером Гарри. — Ну как же. Вы были подростком, и вместо того, чтобы резвиться на VR-аренах или курить травку за раундом в DnD с живыми людьми, проводили все свободное время, работая над Т.О.Мом. Значит, у вас не было друзей — либо потому, что вы не хотели, либо потому, что вас не хотели. Ставлю на первый вариант. — Скорее уж второй, — хмыкнул Гарри, вспоминая себя в тринадцать. Вечная одежда не по размеру, купленная на церковных распродажах для бедных. Самый худой и низкорослый в классе. Очки с трещиной. Никаких гаджетов и практически никаких знаний о современной культуре. Да кто бы с ним захотел дружить?       А потом в школе появился профессор Люпин, преподаватель математики и кибернетики, и все изменилось. Он рассказал ему правду о его родителях. Влюбил в магию чисел и алгоритмов. Пригрозив опекой, выбил у Дурслей возможность дополнительно заниматься с Гарри. Снабжал книгами, в том числе трудами Герпия Фоула о психологии ИИ — с этого и начался Т.О.М. С этого и окончательно завершилось одиночество Гарри. — У меня было… несколько специфичное детство, — осторожно сказал парень. — Радикально религиозная семья, знаете ли. Настоящие Луддиты — в современном понимании, радикальные противники научно-технического прогресса. — Ваши родители? — уточнил Нейдер. — Нет, тетя с дядей. Мои родители были учеными, физиками, работали над новыми видами топлива… Погибли при катастрофе в исследовательском центре, — сухо, словно отчитываясь, рассказал Гарри. — Меня забрала сестра мамы, они с мужем давно состоят в «Святой Ложе», это маленькое ответвление пятидесятников. Маленькое и весьма ортодоксальное. Друзья родителей долго меня искали, но в итоге нашли, и один из них, мистер Люпин, устроился работать учителем в мою школу — меня как раз стали туда пускать дядя с тетей, после того как соседи заявили в службу опеки. Мистер Люпин стал заниматься со мной, мне разрешали безлимитно пользоваться школьным компьютером, а потом меня усыновил Сириус и… Господи, вам наверное скучно? Зачем я все это рассказываю… — Поттер и сам не понял, что на него нашло, и зачем он выболтал Нейдеру половину своей биографии. И выдул второй бокал лагера. — Мне безумно интересно, Гарри, — ободряюще улыбнулся Риддиш. — Продолжайте. Кто такой Сириус? — Мой крестный. Он добился опеки надо мной, но вскоре погиб. К счастью, мне оставалось не так уж долго до совершеннолетия, плюс я уже получил грант в ICL и подал на эмансипацию… И мне так и не пришлось возвращаться к дяде с тетей. — Т.О.М уже был с вами? — В, так сказать, младенческом состоянии, — хохотнул Гарри. — А преимущественно вообще в блокнотах. По-настоящему он зажил, когда вместе со мной справил новоселье в колледже. Мне разрешили развернуть его в местной сети. Потом, выпустившись, я отрубил тот инстанс от основного Т.О.Ма, и он, насколько помню, остался студенческим ассистентом. Интересно даже, как он там.       Риддиш внезапно посмотрел на него очень-очень внимательно, буквально вгрызаясь взглядом под кожу. — Гарри… Хотите повеселиться?

***

      Нейдер подозвал официантку, тихо — так, чтобы Гарри не расслышал, сказал ей что-то, и та, понимающе улыбнувшись, повела мужчин в другой зал.       Как оказалось, под тихим семейным раем находился настоящий мексиканский ад. Главной изюминкой «Сomedor de la Muerte» был отдых на любой вкус, и насколько спокойно было наверху, настолько же кипела жизнь внизу. Хостес провела их за столик в углу и подала тяжелые меню в обложках из толстой кожи. — Почему мы не остались наверху? — почти жалобно спросил Гарри, чувствуя себя абсолютно не в своей тарелке. — Там не так весело, — пожал плечами Нейдер, открывая меню.       «Хотя, — подумал Гарри, осмотревшись, — возможно, я излишне драматизирую. Расписанные в стиле калавера черепа в качестве декораций, стены, отделанные темным камнем, приглушенный свет… Наверное, это место даже можно назвать приятным».       На столике светился зеленым очередной череп, а из колонок играл Bauhaus, гипнотическая Stigmata Martyr… Гарри некстати вспомнил испугавший его в детстве до одури рассказ Брэдбери про День Мертвых в Мексике. Про женщину, муж которой оставил ту превращаться в восковую свечку в пещере с мумифицированными трупами. — Ой! — не удержался он от легкого вскрика, когда его тронули за плечо. Рядом с ним стояла текила-герл, красивая азиатка с (кто бы мог подумать!) гримом калавера на лице и патронташем рюмок на бедрах. — Время текилы, господа, — промурчала девушка. — Золото или серебро? — Нет, спасибо, мы… — начал было Гарри, но Риддиш заметно оживился: — Серебро, будьте так любезны. — А вашему молодому человеку?.. — Я не… — То же самое, мы сходимся во всех вкусах, — Нейдер особенно подчеркнул слово «всех», и девушка, игриво стрельнув глазками попеременно на Гарри и на Риддиша, ушла, чтобы через пару минут вернуться с двумя шотами серебристой текилы, солью и дольками лайма. — «Лизни — Опрокинь — Кусни!», — продекламировал Риддиш. Гарри непонимающе посмотрел на него. — Вы о чем? — О способе пить текилу. Умеешь? — Извините, я больше по пиву, — пожал плечами Гарри. — Продемонстрируете?       Риддиш просиял. — Дайте мне руку. Да ближе, Поттер, я не кусаюсь, — он слегка сдвинул вверх рукав свитера Гарри и…       Гарри оторопел, потому что Риддиш, ничтоже сумняшеся, быстро провел языком по внутренней стороне запястья Гарри. И тут же насыпал на блестящее от слюны место небольшую полоску соли. Потом проделал ту же манипуляцию со своей рукой. — А теперь слизываем соль, выпиваем шот залпом и кусаем дольку лайма. На раз, два, три! Arriba, abajo, al centro, olmeca!       Гарри проделал сказанное одновременно с Риддишем и почувствовал, как по его желудку расползается пламя, а губы невольно расплываются в улыбке. — Отличная штука! — восхищенно сказал он. — Серебряную пулю один раз не выпускают, новый раунд! — прищурился Нейдер, жестом подзывая девушку с текилой.

***

      Гарри был очень и очень пьян. Катастрофически. Они перешли на коктейли, когда Поттер пожаловался, что у него уже язык болит от соли и лайма. На «ты» они перешли еще раньше. Когда алкоголь убрал смущение, внезапно выяснилось, что Нейдер все-таки отличный парень, несмотря на все свои странности.       «Да и у кого их нет, — подумал Гарри. — У меня точно есть». Взгляд его случайно упал на наручные часы. — Н-нейдер, уже п-половина третьего, чеееееррррттт, — простонал Гарри. — Мне пора домой.       Нейдер, который выглядел раза в два трезвее Гарри, чертов засранец, несколько секунд подумал и согласился: — Пожалуй, да. Я провожу тебя. — Ч-что? Нет, я сам, не нужно, я что, девушка? И у меня есть Т.О.М, он довезет меня куду… куда угодно, — засопротивлялся Гарри. — Я без машины, — напомнил Нейдер. — Ты где живешь, в Ноттинг-Хил? Я неподалеку. Доедем до тебя вместе, а потом я вызову такси до своего дома. Тем более, ты в таком состоянии, что даже Т.О.М не поймет, что ты там бормочешь. — Ооох, ладно, — Гарри было уже все равно. Хотелось домой. Вселенная вокруг кружилась. Его даже не удивило, что Нейдер знает, где он живет — мало ли, прочитал в каком-нибудь ужасно секретном личном деле.       Он не помнил, как они расплатились по счету, как забрались в «Молнию», развалившись вдвоем на заднем сиденье, как Гарри дремал, положив голову Риддишу на плечо… Очнулся только перед своей входной дверью. — Я доставил тебя домой, как и обещал, — улыбнулся Нейдер. — Спасибо за вечер, и…       Он резко наклонился и обнял Гарри, легко проведя губами по щеке и прошептав в самое ухо: — Надеюсь, мы это повторим.