боль

Они съели пиццу под его смех и её смешные рожицы, потом включили телевизор и растянулись на диване. Дамиано обнял её за плечи, а Шарлотта положила голову ему на грудь. Казалось, пазл девушки, столь желанный Дамиано, начинает обретать форму.       — Это идеальный вечер пятницы, — прошептала Шарлотта, и для неё это действительно было так, ничто не могло изменить её мышление пока рядом был Дамиано.       — Мне нравится быть рядом с тобой, — сказал парень, гладя Шарлотту по волосам. Он дарил тепло девушке, несмотря на непоследовательность своей жизни; он заставил её чувствовать значительные вещи с помощью небольших жестов; взгляда было достаточно, чтобы согреть её сердце, и ласки, чтобы излечить.       — Будь осторожен с тем, что говоришь, — ответила она, выпрямляясь, чтобы посмотреть ему в глаза и улыбнуться.       — Осторожный — это прилагательное, характеризующие меня, — сказал он, уверенный в себе, но неуверенный в её чувствах.       — Я надеюсь, что это так, — она поспешно ответила и снова положила голову на грудь парня.

~

      — Дам? — она позвала парня несколько часов спустя, когда фильм закончился, и он был у двери, готовый уйти.       — Ммм? — он повернулся к ней, в то время как лицо его было освещено мягким светом.       — Мне тоже нравится проводить с тобой время, — Шарлотта улыбнулась ему, а затем закрыла дверь, подавив желание поцеловать его в щеку. Как долго она продержится без поцелуев? Как долго он будет пытаться подавить это горящее в ней желание? Шарлотта задавалась этими вопросами, пока запах Дамиано всё ещё опьянял её маленький дом. Она боялась ощущения себя, которое создавала, но была рада, что позволила ему расти вместе с Дамиано. Ошеломлённый ответом, парень покинул дом Шарлотты — тот, кто всегда был погружен в море безопасности, теперь был сбит с толку. Дамиано чувствовал неуверенность девушки, когда она положила голову ему на грудь; он боролся со своим страхом оказаться неполноценным, когда поглаживал её волосы и старался не обращать внимания на озноб, который прошелся через него после завершения этого жеста. Таким образом, напуганный тяжестью чувства, которое зародилось в нём, он направился к ближайшему пабу, чтобы подавить свои сомнения. Среди пива, приглушенной музыки и скрученных сигарет, он коснулся губами лица другой девушки. Он позволил сжимать и ласкать себя холодным рукам, о которых ничего не знал. Даже несмотря на то, что Шарлотта была дома, представляя и ожидая их поцелуя, он всё равно чувствовал себя осыпанным чувством вины. Это был Дамиано. Он был таким. Замешательство в замешательстве, гром среди ясного неба, приговор, смерч, разрушавший всё, что мог создать вокруг себя. Это был Дамиано. Он боялся любви так же, как и боялся счастья. Он никогда не сможет измениться. Никогда. Его разрушительный характер всегда будет бороться с внутренними монстрами.